***
Вечер был наполнен светом и оживлением, которые подарил городу светский раут, собирающий множество знаменитостей и представителей высшего общества в одном роскошном зале. Чхве Бомгю, обладая природной искренностью и обаянием, привлек многовидное внимание. Находясь на рауте в уникальных каблуках, он с комфортом демонстрировал свою индивидуальность и яркость. В это же время Кан Тэхён был занят важным делом — управлением эксклюзивного ретро-автомобиля для гостей вечера. Его гладкое поведение и верность работе выделяли его среди других водителей. Когда мероприятие подходило к концу, пришло время развозить гостей по их домам. Бомгю, уставший от суеты, ожидал свою поездку, когда вежливо открылся подъехавший автомобиль, и Кан Тэхён пригласил его зайти в салон. — Этот автомобиль просто восхитителен, — с улыбкой проговорил Бомгю, присаживаясь на заднее сидение и проверяя интерьер. — Это классика, она унаследовала весь дух прошлых лет и ни с чем не сравнимую элегантность, — отметил Тэхён, с легкой улыбкой глядя в заднее зеркало. Мягкий свет вечернего города и приглушенные разговоры на улице добавляли салону автомобиля особое очарование. Между ними повисло уютное, но настороженное молчание, когда они ехали через освещённый город. — Ты часто возишь людей на таких мероприятиях? — начал Бомгю, пробуя нарушить продолжительную тишину. — Достаточно часто, — спокойно ответил Тэхён. — Хотя не часто у меня в машине оказывается кто-то, кто настолько открыто проявляет свою натуру, — добавил он, имея в виду стиль Бомгю. Бомгю улыбается, не смущенный тем ласковым вниманием: — Знаешь, для меня важно быть тем, кем я являюсь. Жизнь слишком коротка, чтобы пытаться угодить чужим ожиданиям. Этими словами Бомгю завладел вниманием Тэхёна, чьё сердце сказало, что на самом деле утекало к бесстрашной природе его пассажира. — Мне это определённо нравится, — признался Тэхён. — Здорово видеть кого-то, желающего следовать собственным путём. Лёгкий флирт вздымался между ними, прокладывая атмосферу тепла и искренности. Череда улыбок и взглядов дала более глубокий смысл тем секундам. Время застыло, и, под светом ночи, неумолимо их притягивало, словно ночь утопила все границы. Когда машина остановилась около дома Бомгю, между ними возникло что-то большее, чем просто простые ответы. Смысл оставил след в каждом из них. — Может, не хочешь войти на чашечку чая? — спросил Бомгю игриво, осторожно встречаясь с взглядом Тэхёна через зеркало. Тэхён, наблюдая искру в глазах Бомгю, вопросом подвинулся ближе, бессознательно переходя пространственные барьеры. — Знаешь, думаю, вместо чашки чая я хотел бы задержаться еще немного здесь. Что-то в этих словах наполнило воздух электричеством, неподвластным ни разума, ни чувству времени. Их губы встретились в тёплое какао настоящего вызова, выражая всё, что означало для них жизнь. В этом нежном, но страстном действе, где Тэхён довел их взаимодействие до уровня абсолютного единства, обещания и нежности, их сердца нашли новое воспоминание. Потому что Бомгю бы не в силах забыть этот напор в поцелуях, в движениях бедер и то, как умело Тэхён обращался с ним и вел в каждую позу, не доставляя при этом дискомфорта. Мягкие фрикции, томные шептания прямо на ухо — Бомгю растворялся, седлая массивные бёдра Тэ и доводил себя до исступления, до точки кипения. Это стало добавлением к багажу эмоций, которые они собирали во время казавшегося коротким путешествия ночного города. Автомобиль погрузился в покой, пока ночь не растаяла, и их сердца не прислушивались ко всему, что давало каждый миг расцвету их искренних чувств друг к другу. Это был дворец за пределами стен, где ритмы дороги переплетались с огнями ночного города. Город, скользив вокруг, эфемерно предавал всё им, и они плыли в этих чарующей нотах плывущей ночи.***