Проза бумажных фонарей

Школьные коридоры залиты приятным солнечным светом. Учебный день закончился, но деятельность школьного театра только должна была начаться. Ребята из разных классов постепенно стекались в актовый зал. В преддверии праздника участники школьных кружков готовили праздничные номера. Сейчас в зале было пустовато: на сцене стояли лишь пару табуреток, на одной из которых лежал сценарий и очки Кораге, учительницы физики и по совместительству организатору театрального кружка, она удалилась на перекур, со словами: «Повторяйте пока без меня, я скоро вернусь»; на стульях, располагающихся в зрительном зале, сидела Иошико, повторяя слова, едва шевеля губами, она сидела тихо, уткнувшись в сценарий, который уже знала наизусть; рядом с ней сидела Ямато, раскачивая ногой, она слов почти не знала и сейчас попросту смотрела в свой сценарий, прожигая его взглядом и не более того. Девочки сидели тихо одни в ожидании других участников театра, видимо, кого-то попросту еще не отпустили с уроков, ну, или кто-то пытался прогулять. Такая идилия продлилась не больше двух минут. Дверь с громким стуком распахнулась, и в зал почти влетела Хоши, следом за ней зашли Муичиро, Танджиро и Иноске, который не ходил ни на какие кружки, но часто появлялся тут из-за отработок или еды. У Бэцумии настроение было более, чем хорошее, она в припрыжку достигла сидящих девочек и плюхнулась на стул рядом со средоточенной Иошико. — Приветики! Какую сцену уже повторяете? — светловолосая девушка, нарушая личное пространство Масаёши, положила её плечо руки, заглядывая в её сценарий, на что девочка слегка отодвинулась от неё, не отвлекаясь от своего дела. — Ой, прости, — Хоши убрала руки с плеча Иошико, но не отстранилась, по прежнему смотря в её сценарий. — Ёсима давно ушла? Масаёши оторвала взор своих кроваво-красных глазок от сценария и посмотрела на восторженную Бэцумию с легким прищуром. — Кораге-сама ушла пять минут назад, — тихо ответила она и вновь вернулась к своей первоначальной задаче. — Понятненько... — Хоши откинулась на спинку стула, закинув руки за голову и прикрыла глаза, но когда над ней послышался легкий кашель, она вновь их распахнула. — Можно я здесь сяду?.. — с легким смущением произнёс Муичиро, сжимая в руках портфель. — А? Да, конечно, извини, — Бэцумия быстро сдвинулась на другой стул, уступая Токито место рядом с Иошико. Ребята потихоньку рассаживались и принимались повторять сценарий. Воцарила тишина, только шелест страниц и тихие перешёптывания разрушали её. Хоши не сиделось на месте. Девушка раскачивала ногой, откинувшись на стуле, в знании своего текста она была уверена на все сто, так что повторять его лишний раз она не видела смысла. В какой-то момент она вскочила с места и начала ходить туда-сюда, не зная, чем ей заняться. Сидевший рядом с Танджиро Иноске нервно дергал ногой от скуки, бросая взгляд то на бумажки в руках друга, то на дверь, то на мельтешащую перед глазами Бэцумию. Как на зло было не интересно, а сбежать у него не получилось — Ёсима поймала его на пороге школы и отправила в актовый зал, сказала, что у него сегодня отработка его низких баллов по проваленной лабораторной работе, но раз Кораге всё не приходила, может был шанс сбежать? Хотя бы через задний ход? Эта мысль сейчас соблазняла его больше, чем что-либо иное. Когда Хашибара хотел было уйти дверь распахнулась с ещё большим стуком, чем до этого, от чего все присутствующие невольно обернулись, и на пороге появился Зеницу. Он, запыхавшийся, нервно согнулся пополам и прокричал: — Простите за опоздание, Кораге-сенсей! — Её ещё нет, Зеницу, всё в порядке, — Камадо помахал ему рукой, приглашая сесть рядом. — Я просто!.. Чего?.. — Агацума начал было оправдываться, но услышав слова Танджиро медленно выпрямился, оглядел зал и понял, что выглядит сейчас довольно глупо, от чего все его лицо, особенно кончики ушей вспыхнули красным от неловкости и стыда. — П-простите! — Скорее всего это надолго, — негромко сказала Иошико, закрывая сценарий, который уже успела повторить дважды. — С чего ты взяла? — Хоши быстро подошла к ней, заинтересованная таким заявлением. — Ты что-то знаешь? Масаёши посмотрела на свои часы, потом на табурет с бумагами и очками Кораге и констатировала: — Кораге-сама ушла где-то пятнадцать минут назад, примерно в это же время мой дядя закончил работать. Скорее всего они сейчас разговаривают по телефону, — спокойно произнесла багровые глазки, поправляя заколки лун, подаренные Муичиро, на своих чёрных косичках. — Ах, вот в чём дело! Понятненько-понятненько! — воскликнула Бэцумия, хитро потирая ладони. — Получается у нас ещё полно времени, обычно это надолго, — Масаёши легонько кивнула на изречение подруги. — Тогда, пока ждём Ё, давайте поболтаем что ли, а то уж больно уныло в тишине сидеть. Сейчас ещё девочки придут... Давайте стулья вкруг, так удобнее будет. Эту идею поддержали с неохотой, но бойкая Хоши не предоставила возможности отказаться, уж большой ей было скучно. Около сцены ребята выстроили круг, с особым энтузиазмом это делал Танджиро, и сели на стулья. Некоторые из них остались пустыми для девочек, которые должны были прийти. — Итак, что думаете о предстоящем осеннем фестивале? — спросила Хоши с радостным личиком. — Круто, — сухо ответила на это Иошико, подняв большой палец вверх. — Вообще не волнуешься что ли? А что думаешь о фестивале? Вообще мыслей никаких нет? — слегка расстроено прозвучала Бэцумия. — Немного, — тихо произнесла Масаеши, крепче сжимая свой сценарий. — Не хочу подводить Кораге-саму, она старается, нужно оправдать её ожидания от меня, хотя её, вроде, все устраивает, я немного волнуюсь, — она вздохнула и взяла за руку Муичиро, который слегка смутился такому жесту, но промолчал, лишь слегка сжал её ладонь, в знак своего присутствия. — После школьного фестиваля мы с дядей и кузенами поедем в Осаку на большой фестиваль, он сказал будет весело. — Здорово! Уверена, Ёсима очень довольна твоими стараниями, Иоши. Так... — Хоши начала высматривать кого спросить дальше, но потом быстро поняла, что легче будет просто сделать это по очереди. — Муичиро-кун, а что ты думаешь? — Я?.. — слегка ошарашено спросил Токито, ёрзая на стуле. — Слегка волнуюсь, но в целом мне очень нравится готовиться к фестивалю. Особенно делать декорации для выступления, тем более, что с Масаёши-сан это делать ещё приятнее, — тут юноша слегка смутился своих же слов, но взглянув на Иошико, чьи щёки слегка покрылись румянцем, выдохнул. — Думаю, самое интересное в программе фестиваля будет раскраска и запуск фонариков и написание пожеланий на дощечках. В общем, фестиваль обещает быть интересным, как и в прошлом году. — Так! А ты что думаешь, Танджиро? — Согласен с Токито-куном, делать декорации действительно было весело! А еще собирать фонарики для фестиваля тоже здорово! — воодушевленно говорил Камадо. — Как это может быть весело, если у тебя потом все руки в клею, а за плохой по её мнению фонарь эта стерва бьёт тебя линейкой по спине?! — взвыл Иноске, сжимая кулаки, его часто заставляли клеить эти фонарики, но так как он плох в подобных делах ему часто прилетало за небрежность и перевод материалов. — Да ладно тебе, Иноске, не так уж это и плохо, — Танджиро мило улыбнулся Хашибаре, но тот скрестил руки на груди и отвернулся. — Ну, ладно... А вообще выступать здорово! Кораге-сенсей говорит у меня неплохо получается играть, хотя я и часто получаю замечания за неверную интонацию или спутанные слова. Да и хореография у меня немного хромает, но, думаю, к фестивалю всё будет просто замечательно! Тем более что музыкой занимается Канроджи-сан и Тэнэ-сан! Кстати, Зеницу, Тэнэ-сан сказала, что ты будешь играть на эрху и петь, это правда?! — Ч-чего?! — завопил ужасно сконфуженный Зеницу. — Ты умеешь играть на эрху? — спросила Иошико, слегка склоняя голову в бок. — Ты умеешь петь? — искренне удивился Муичиро, так же склонив голову в бок. Токито и Масаёши за два года знакомства, казалось, абсолютно синхронизировались, мятные и багровые глазки пристально смотрели на Агацуму с неподдельным интересом. — Ну, да, а что в этом такого? Тэнэ-сан говорит, что у меня лучше всех получается, — вдруг возгордился Зеницу, такое внимание ему льстило. — Ого, расскажешь нам? — Хоши воодушевлённо, но с некой язвительной усмешкой уставилась на Агацуму. — Ну, вообще-то я занимаюсь музыкой довольно давно, просто до этого у нас не ставили на фестивалях музыкальные номера, а Тэнэ-сан настоящая на том, чтобы я выступал на фестивале, — на деле же Зеницу согласился при первой же возможности не в силах отказать столь милой юной девушке, как Тэнши. — А что ты думаешь насчёт фестиваля? — Я ни капельки не волнуюсь в этом мероприятии нет ничего особенного и смогу выступить идеально! — Ты уверен, что сможешь доучить все за полторы недели? Ты молодец, — с уважением закивала, впечатленная Иошико, что на её спокойном лице не отображалось. — П-полторы недели?.. — Агацума нервно посмеялся, а потом завопил: — Как это полторы недели осталось?! У нас же ничего не готово! Совсем ничего не готово! — он кричал так громко, что присутствующим пришлось закрыть уши. Танджиро приобнял товарища за плечи, стараясь его успокоить, а Иноске просто пнул его ногу и сказал: — Чего ты разорался, Моницу? Только и умеешь, что сопли на кулак наматывать. — Ничего я не наматываю! А ты вообще даже не выступаешь, чего тебе беспокоиться? Ты же только и делаешь, что фонарики клеишь, да и всё! — Потому что мне не сдалась к чёрту эта хрень! Понятно?! Это просто тебе нечего делать после школы, а мне есть! — Ребята, успокойтесь! Вы же здесь не одни... — попытался успокоить их Танджиро, но ничего не вышло. — Заткнулись оба! Чего вы разорались? На всю школу вас двоих только слышно! — все обернулись, в дверях показалась Аой, как всегда немного насупленная и серьёзная. — Хашибара, чего ты тут опять забыл? А ты Агацума, чего опять кричишь? — Здравствуйте, ребята, простите, мы немного припозднились. В дверях за Канзаки показалась худенькая маленькая девушка, это была Тэнши, она несла аппаратуру, а за ней шла Канао, помогая Тэнэ нести тяжёлые колонки и микрофоны. К девушкам подбежали Муичиро и Танджиро, ставя все на свои места. — Чем Вы тут занимаетесь? — спросила Тэнэ, присаживаясь рядом с Ямато, которая чувствовала себя не в своей тарелке в этой большой шумной компании. — Делимся впечатлениями о предстоящем фестивале, закончили на Зеницу, — объяснила Хоши. — Ух-ты! Здорово, а Кораге-сан не с вами, да? — Нет, я думала она с Вами придёт. — Что ж, ничего страшного, значит еще немного подождём, — Тэнши кивнула и посмотрела на Ямато. — Ты ещё не отвечала Ямато-чан? Поделишься с нами своим впечатлением? Ты же тоже недавно тут учишься, наверное, есть что сказать, — аккуратно спросила Ван де Белг Тэнэ. — Я никогда раньше не участвовал в подобном. Это немного странно, я как-то иначе себе это представляла, — её шоколадные глазки были устремлены в пол, она раскачивала ногой и старалась выглядеть меньше чем есть или вовсе исчезнуть, эта атмосфера её смущала и напрягала, ей не нравилось всё, что происходит вокруг. В театральный она начала ходить лишь потому, что её пристроил сюда Ренгоку-сенсей, а на вокал — потому что Тэнэ была притягательной и милой, с ней было комфортно, как и с Кёджуро. — Всё бывает в первый раз, может, тебе понравится выступать, тем более, что ребята тут хорошие, — Тэнши мило улыбнулась ей своей самой яркой улыбкой, от чего Ямато как-то облегчённо выдохнула, слегка поджав губы, смутившись. — Угу, — она кивнула и вновь устремилась разглядывать свои ноги. — Хоши-чан, а ты? Как я понимаю, в основном ты только спрашивала. — Я счастлива помогать Ёсиме и участвовать в театральной постановке! С нетерпением жду фестиваля, чтобы поесть моти, которые она приготовит! — мечтательно протянула Хоши. — Ты каждый год только ради этого и участвуешь, — буркнул Иноске. — Ты тоже только ради этого и ходишь на фестиваль, я то уж знаю, поверь, — Бэцумия показала Хашибаре язык и дерзко хихикнула. — Это же неплохо, что у вас есть причина приходить на фестиваль, пускай даже такая, — произнесла Тэнши спокойно, чтобы не разжигать конфликт между двумя ребятами. — Аой, Канао, а вы что думаете? — В этом году фестиваль обещает быть интереснее, так что я его очень жду, тем более, что в этот раз мне даже досталась роль в театральной постановке, раньше не было времени на посещение репетиций, а в этом году Кораге-сама нашла выход из ситуации. Я ей очень благодарна и немного волнуюсь, — последние слова Аой произнесла почти шёпотом, смущенная своим же признанием, но в целом она выглядела решительно и уверенно. — Старшие сёстры и Кораге-Сенсей сказали, что у меня все получится, я им верю. Очень приятно было готовиться с Вами, Тэнэ-сан, мне приятно, что Вы верите в мои способности... — голос Цуюри был тихим, спокойным, как и всегда, но в этот раз её уши слегка покраснели, видимо, ей было впервой получать такое поощрение сразу от четырех взрослых дам. — У тебя всё прекрасно получается, уверена, ты замечательно выступишь! Я впервые буду участвовать как постановщик фестиваля, поэтому немного волнуюсь, но я уверена, что под руководством опытной Кораге-сан, у нас всех всё получится! Главное в это верить и не сдаваться! Тем временем Токито и Камадо расставили аппаратуру на свои места и присели в круг. Дальше все разговаривали кто о чём: обсуждали сценарий, музыку, предстоящие развлечения и планы на каникулы. Через десять минут, а может чуть больше на пороге показалась Ёсима. — Да-да, я поняла, перезвоню... Перезвоню говорю, у меня занятие, всё пока, — женщина сбросила вызов, проходя глубже в зал. — Сорок минут, какой ужас... Так, вы повторили сценарий? — Да, Кораге-сенсей, — хором ответили ребята. — Замечательно, тогда один раз прогоняем и можете идти. Только стулья уберите, сейчас будет неудобно работать. — Хорошо, Кораге-сенсей.