Замена гибельного пути / Replacing the evil way

      Чэн Цзэшэн, забрав медицинскую карту и лекарства, найденные в доме Хэ Вэя, повёз Сян Яна обратно в управление. Вызвав группу, проводившую обыск, он с ледяным выражением лица отчитал их:       — Как вы работаете? Упустили такую важную улику?!       Возглавлявший группу Сяо Фань с невинным видом ответил:       — Заместитель, успокойтесь, мы тогда сосредоточились на поиске улик, связанных с делом, и не обратили внимания на эти детали…       — Разве это не связано с делом? Связано, и ещё как! — Чэн Цзэшэн с силой швырнул на стол ингалятор от астмы. — Личность погибшего вообще под вопросом!       Сяо Фань и его коллеги переглянулись, кто-то не выдержал:       — Заместитель, что вы имеете в виду? Разве погибший — не Хэ Вэй?       Стоявший рядом Сян Ян, смущённо подбирая слова, пояснил:       — …Возможно, он, а возможно, и нет. Пока трудно сказать точно.       Он и сам плохо понимал, что происходит, чувствуя себя будто в тумане. Хотя эти находки и доказывали, что у Хэ Вэя длительная история болезни астмой, разве можно было лишь по одному факту покупки сигарет делать вывод, что это другой человек? Когда он задал этот вопрос Чэн Цзэшэну, то в ответ услышал ещё более расплывчатое: «Интуиция.»       — Ладно, хватит терять время, немедленно отправляйтесь в больницу на проверку, — Чэн Цзэшэн распределил медицинские карты и отчёты между группой Сяо Фаня. — Все медицинские документы и заключения Хэ Вэя выданы этой больницей высшей категории. Допросите всех врачей, кто заполнял историю болезни и составлял отчёты. Обязательно выясните, действительно ли у него была астма.       Он достал анализ крови:       — Эта проба взята за день до убийства Хэ Вэя, прошло не так много времени. Узнайте в больнице, сохранились ли ещё образцы крови. Если да — доставьте их сюда.       Все разошлись выполнять задания, а Чэн Цзэшэн, потирая переносицу, разложил на столе фотографии с места преступления и начал сравнивать их со снимками из сегодняшнего видеонаблюдения. Невооружённым глазом этого не заметишь, но при тщательном сравнении видно, что одежда Хэ Вэя в три ключевых момента — уход из дома в девять утра, возвращение в полночь и время убийства в особняке — имеет различия. Хотя основные цвета и фасоны похожи, в мелких деталях можно найти отличия. Словно в игре «найди отличия» — на трёх картинках есть свои особенности, и чтобы их обнаружить, нужна исключительная внимательность к мельчайшим деталям.       Один человек сменил три комплекта одежды за несколько коротких часов — как ни крути, это сложно понять. Ещё более непостижимой выглядела медицинская история Хэ Вэя, поскольку в отчёте о вскрытии Чэн Цзэшэн не видел указаний на астму в анамнезе. Цзян Тань уж точно не мог это пропустить. Значит, тело попросту не имело признаков этого заболевания.       После девяти вечера никто не знал, куда отправился Хэ Вэй. На видеонаблюдении его фигура растворялась у пешеходного моста. Круг его общения был так узок: он не пошёл в гей-бар к своему единственному другу, не было у него и парня, с семьёй он тоже общался редко. Куда же мог податься такой человек?       Что касается записи возвращения в полночь, то другие, возможно, даже не заметили бы смены одежды, но Чэн Цзэшэну показалось, что вернулся уже совсем другой человек. Его проницательность всегда была предметом его гордости. Годы работы в уголовном розыске отточили его исключительную наблюдательность. Стоило ему взглянуть на подозреваемого — и порой по малейшим изменениям в мимике он уже определял, лжёт тот или нет. Поэтому, увидев манеру движений, осанку и взгляд Хэ Вэя на записи, Чэн Цзэшэн по чистой интуиции заключил: это совершенно другой человек, не тот, что был прежде.       Мысль о том, что на месте преступления невозможно выстроить хронологию, лишь укрепила его в этой убеждённости. В тот момент он даже надеялся, что это Хэ Лу выдавал себя за брата, а та стопка медицинских заключений в больнице и вовсе принадлежала не Хэ Вэю. Иначе ему предстояло столкнуться с тупиковой ситуацией, которую наука объяснить не в силах.       Как раз когда он пребывал в раздражении, раздался звонок от его назойливой подруги детства Се Вэньси.       — Дядя Чэн сказал, ты собрался сбежать из дома? И где ты остановился? Как новые апартаменты?       — Общежитие при управлении. Я там ещё не был. — Только теперь, после её напоминания, Чэн Цзэшэн осознал, что до сих пор не посетил «Квартал будущего». На словах он решил переехать, но что, если квартира окажется без отделки и даже спать будет негде?       — Тогда как раз кстати. Я рядом с городским управлением, давай вместе поужинаем, а потом заглянем в твоё новое жильё.       — Пожалуй, откажусь. В последнее время занят, — тут же отрезал Чэн Цзэшэн. Ему не улыбалось ужинать с Се Вэньси. Эта девчонка — журналистка, курирующая рубрику общественной жизни, и вечно норовила выудить у него информацию.       Впрочем, Чэн Цзэшэн был скрытен и на женские уловки не вёлся, так что Се Вэньси частенько уходила ни с чем, чтобы через пару дней возобновить атаки. Если бы их семьи не были соседями, а отцы — сослуживцами в одном военном округе, где все постоянно сталкивались друг с другом, Чэн Цзэшэн бы давно обходил столь напористую особу за версту.       Он взглянул на часы: уже близилось время окончания смены. Взяв ключи от машины, он отправился в «Квартал будущего».       Меньше чем через полчаса езды по навигатору «Квартал будущего» показался впереди. Выйдя из машины, Чэн Цзэшэн сначала окинул взглядом внешний вид — вполне прилично, куда презентабельнее старого общежития при управлении.       Войдя внутрь, он поднялся на четвёртый этаж, разыскивая квартиру 404. Та располагалась в самом конце коридора. Распахнув дверь, он увидел чистое, аккуратное помещение: кафель на полу сверкал кристальной чистотой, а поверхность журнального столика была отполирована до зеркального блеска. Чэн Цзэшэн был поражён: начальник Хуан и впрямь о нём позаботился — не только мебель всю предусмотрел, но и прибрал на совесть. В следующий раз, когда почтенный начальник пожелает с ним побеседовать, нельзя будет горячиться — чувство благодарности обязывает к сдержанности.       Пол в комнате сиял такой чистотой, что Чэн Цзэшэну стало неловко входить и топтать его в уличной обуви. Открыв обувной шкаф, он обнаружил пачку одноразовых бахил, вскрыл её и натянул пару на ботинки. Поднявшись по лестнице, он увидел две комнаты. Ту, что ближе к ступеням, почему-то не удалось открыть. Чэн Цзэшэн пожал плечами и повернул ручку противоположной двери.       До него доходили слухи, что в новом общежитии квартиры двухместные — видимо, у него будет сосед? Старик Хуан ничего конкретного не сказал, но Чэн Цзэшэна это нисколько не беспокоило. Характер у него был не из худших, и, пока не задевали его «болевые точки», с ним вполне можно было ужиться.       Вернувшись в гостиную, он вдруг заметил настенные кварцевые часы. Вся квартира, от отделки до мебели, была выдержана в современном минималистичном стиле, и лишь эти часы выглядели настолько неуместно. Латунный маятник мерно раскачивался, а в полночь они, должно быть, играли мелодию — одновременно винтажно и модно.       Впрочем, вещи здесь собирал не он, да и проводить он тут времени будет куда меньше, чем в управлении, так что зацикливаться на каких-то часах не стоило.       Закончив осмотр новой квартиры, Чэн Цзэшэн, вполне довольный, отправился восвояси — сегодня вечером предстояло собрать вещи. —————       На следующее утро Сяо Фань в спешке вернулся в управление. Образцы крови, взятые у Хэ Вэя при обследовании в больнице, были доставлены и уже отправлены в технический отдел. Чэн Цзэшэн поинтересовался результатами расследования, на что Сяо Фань кивнул:       — Всё подтвердилось. Заведующий пульмонологическим отделением Городской больницы отлично знает Хэ Вэя. Тот наблюдался у него почти десять лет.       — Уверены, что это был Хэ Вэй, а не Хэ Лу?       — Точно Хэ Вэй. Пожилой заведующий тоже знает о его брате-близнеце, Хэ Лу — тот раньше приходил за лекарствами вместо брата. Но у них совершенно разная манера держаться и характеры, их с первого взгляда можно отличить.       — Хэ Лу раньше забирал лекарства для Хэ Вэя? — Чэн Цзэшэн задумчиво погладил подбородок. — Значит, отношения между братьями, похоже, были хорошими.       — Этот момент не ясен. Заведующий лишь сказал, что последние годы Хэ Лу не появлялся, приходил один Хэ Вэй, иногда в сопровождении другого мужчины — в очках, с мягкими, добрыми чертами лица.       Это описание идеально подходило под Лянь Цзинъюаня, что говорило об их с Хэ Вэем особо близких отношениях. Однако сам Лянь Цзинъюань категорически настаивал, что они всего лишь очень хорошие друзья, старший и младший товарищи по университету. Чэн Цзэшэн специально наблюдал за его мимикой — не похоже, чтобы он лгал.       Когда результаты анализа крови были готовы, Чэн Айюэ лично принесла их. Чэн Цзэшэн, бросив один взгляд, помрачнел. Схватив материалы, он помчался в отдел судебной медицины:       — Сяо Таньцзы! Быстро выходи!       — Я здесь, здесь! Чего орёшь?! — Дверь в секционный зал приоткрылась, и из щели показалось хмурое лицо Цзян Таня. — Обращайся «судмедэксперт Цзян» или «начальник отдела Цзян»…       — Ты уверен, что вскрытие Хэ Вэя проведено абсолютно точно и без ошибок?       — … — Цзян Тань с грохотом распахнул дверь. — Чэн Цзэшэн, ты переходишь все границы! Я же говорил тебе несколько дней назад — ручаюсь своим десятилетним профессиональным опытом, никаких ошибок нет!       — У него была астма, — Чэн Цзэшэн протянул Цзян Таню результаты КТ лёгких и анализ крови Хэ Вэя. Тот пролистал документы, и на его лице постепенно отразилось изумление. Он быстрым шагом рванул обратно в секционную, наглухо захлопнув за собой дверь и никого не впуская.       Чэн Цзэшэн сидел снаружи, изводясь от нетерпения. Лю Жэньюй налил ему воды:       — Заместитель начальника Чэн, отдохните немного. Учитель, должно быть, скоро выйдет.       — Боюсь как раз того, что он выйдет и сообщит дурные вести, — Чэн Цзэшэн потёр переносицу. — С профессиональным уровнем Цзян Таня вероятность ошибки крайне мала. Это дело приобретает всё более загадочный оборот.       Лю Жэньюй присел рядом и улыбнулся:       — Заместитель начальника Чэн, верите ли вы, что в мире существует множество необъяснимых удивительных явлений?       Чэн Цзэшэн взглянул на него:       — Имеешь в виду призраков?       — Возможно, но не обязательно, — Лю Жэньюй поправил очки. — Разве не в научной фантастике часто показывают, как, находясь в четырёхмерном пространстве-времени, можно встретить себя из любого временного отрезка? И такая встреча вызывает совершенно невероятные ощущения.       — …Я верю в науку.       — С научной точки зрения это обоснованно, включая миры и существ более высоких измерений. Всё это имеет право на существование, просто наша нынешняя цивилизация не способна это исследовать, — Лю Жэньюй достал телефон и нашёл постер. — В следующем месяце выходит этот фантастический фильм, если заместитель начальника Чэн заинтересуется, можете сходить.       Чэн Цзэшэн мельком взглянул, не успев ответить, как дверь в секционную распахнулась. Цзян Тань вышел с мрачным, как туча, лицом:       — Не может быть!       Чэн Цзэшэн вскочил на ноги. Цзян Тань швырнул на стол историю болезни и заключения:       — У того тела внутри следы смол в лёгких указывают на как минимум пятилетний стаж курения! Но при этом нет гиперплазии гладких мышц дыхательных путей, нет расширения бронхов, вся дыхательная система без патологий — астмы не было и в помине!       — Тогда как объяснить его анализ крови? Общий IgE в несколько раз превышает норму, достигая показателей аллергической астмы, да и ДНК совпадает!       Вспыльчивый судмедэксперт Цзян был на грани срыва:       — Откуда мне знать?! В общем, тело внутри — это Хэ Вэй. А принадлежит ли тот анализ крови ему — не могу ручаться на все сто. Вполне возможно, это анализ его брата. У близнецов ДНК идентична! Давайте лучше сделаем полное геномное секвенирование, проверим различия в метилировании и будем медленно разбираться!       У Чэн Цзэшэна от напряжения запульсировало в висках. Это дело с самого начала сопровождали нелогичные улики, а теперь ситуация и вовсе вышла за все рамки — возникли сомнения даже в личности погибшего. Он чувствовал себя так, будто оказался в крайне затруднительном положении, словно действительно заблудился в лабиринте.       — …Тогда найдём Хэ Лу и возьмём образцы, — Чэн Цзэшэн указательным пальцем постучал по лежащим на столе медицинским документам. — Цзян Тань, заново и внимательно исследуй тело Хэ Вэя. Отметь все отклонения от нормы, ничего не упусти.       Что оставалось Цзян Таню? Сам нарвался — сам и расхлёбывай. Лично он не возражал, но испытывал лёгкую вину от того, что снова побеспокоит усопшего.       Лю Жэньюй достал из шкафа отчёт о вскрытии Хэ Вэя и спросил:       — Учитель, геномное секвенирование — процедура сложная и трудоёмкая, целый проект. Вы считаете, это необходимо?       — Необходимо, — твёрдо ответил Цзян Тань. — Не верю, что один и тот же человек может иметь два тела и два совершенно разных жизненных опыта.