Пуская по сердцу сильный яд

      Ночь, распустившая крылья завесы над городом, окутывала своей атмосферой свободы. Место, которое было спрятано в укромном уголке улицы с неоновой вывеской «Joker», вновь заполнилось желающими забыть обо всём. Каждый мог найти в стенах клуба то, что было им по вкусу, скидывая маски, носить которые становилось уже невыносимо. Кто-то шёл, чтобы раствориться в манящей и будоражащей кровь музыке, скользящей по чувствительной коже волнами мурашек и оседающей на кончике языка палящим адреналином. Кому-то хотелось затуманить свой разум изысканным алкоголем, чтобы заглушить надоедающий голос разума. А кто-то позволял себе не просто сбросить маску, без которой высок риск быть растерзанным осуждающим за каждый лишний шаг и вздох обществом, но и вытащить наружу самый грязный секрет, выбирая подходящую их вкусу комнату.       Когда Го Чен Юй решил открыть клуб, он и не думал, что это место станет настолько популярным. Он не преследовал цель заработать как можно больше денег или составить кому-то конкуренцию. Скорее, это просто было одно из его желаний, в осуществлении которого он не мог себе отказать. Теперь же он с гордостью мог сказать, что создал так называемый рай на земле, подарив каждому этот приятный вкус свободы, которая олицетворяла его самого. Для него были чужды чувство страха перед осуждающими взглядами и тяжесть сдавливающих оков. Он никогда не прятался за маской, выпуская наружу все свои стороны и свои предпочтения. Ему дана лишь одна жизнь, в которой нет возможности начать всё сначала, и он не хотел тратить её на сожаления. Если ему чего-то хотелось, он это делал и не думал о том, что кому-то это не понравится.       Это чувство уверенности, которым он был пропитан, отражалось в каждой его походке, в его временами пошлом взгляде, изучающем до одури красивую фигуру очередного парня на одну ночь, в его привычке скользить кончиком влажного языка по уголку губ, привлекая внимание жаждущих оказаться этой ночью под ним, в его манящей улыбке, в небольшой родинке возле левого глаза и его собственном стиле. Го Чен Юй подчёркивал красоту своего телосложения не привычными для всех обтягивающими вещами, а классическими брюками и рубашкой разных оттенков с двумя расстёгнутыми сверху пуговицами. На указательном пальце его правой руки всегда красовалось незамысловатое серебряное кольцо, в середине которого была вставка в виде тоненькой цепи.       Го Чен Юй знал, что устоять перед его шармом невозможно. Он был мастером своего дела, от чьего соблазнительного взгляда сердце заходилось в бешеном одурманенном ритме, а в лёгких всё заполнялось чёртовыми бабочками. От его голоса мурашки то и дело игрались с оголёнными перед ним струнами души. Все они понимали, что о любви не стоит и мечтать, только не со стороны столь свободолюбивого мужчины, но упусти они шанс прикоснуться к нему, и чувство сожаления сожрало бы их изнутри.       Казалось, что день, когда система даст сбой, не наступит никогда. Даже в воображении это было слишком нереальным. Кто бы мог подумать, что всего один человек сможет перевернуть всё с ног на голову и внести в идеально работающую схему первый сбой.       Изначально У Со Вэй, услышав о том, что Го Чен Юй назначил встречу, чтобы обговорить детали, собирался идти один. Как никак это своего рода собеседование, хоть Гу Яньчжэнь и сказал, что это лишь формальности и работа уже у него в кармане. Только Сяо Шуай был совсем другого мнения. Он не сомневался, что в клубе У Со Вэю ничего не угрожает, но всё же для собственного спокойствия решил убедиться в этом сам.       Первое впечатление уже было не самым лучшим. Место безусловно было красивым, за что отдельное спасибо дизайнеру, да и популярным, судя по тому, что пробираться к нужной комнате им пришлось через огромную толпу. Если бы не Гу Яньчжэнь, который любезно сопровождал их, они бы, наверное, уже затерялись среди этого хаоса.       Войдя в просторную комнату с тёмно-синими стенами, где в центре стоял шест, а рядом мягкий диван, они смогли выдохнуть и немного расслабиться. Отказавшись от предложения присесть, они перевели взгляд на открывшуюся в противоположном углу комнаты дверь, из которой вышел довольно высокий мужчина в классических чёрных брюках свободного кроя и заправленной в них оттенков акварели рубашке.       —Я думал, что устроиться хотел только один, — с мягкой улыбкой произнёс он, пытаясь задать дружескую атмосферу, чтобы сразу расположить их к себе.       —Устроиться хочу только я, — ответил У Со Вэй, указав на себя пальцем. — У нас есть дела после этого, поэтому мы пришли вдвоём, — попытался он быстрее обрисовать ситуацию так, чтобы не показаться трусливым. Он уже достаточно взрослый, чтобы суметь прийти без сопровождения, но не рассказывать же правду, которая звучит даже немного грубо.       —А ты не хочешь поработать в моём клубе? — обратился он к Сяо Шуаю, добавляя голосу игривые нотки.       Го Чен Юй действовал осторожно, без напора, стараясь подобрать нужный ключик. Он прекрасно понимал, что действовать также резко, как это было с другими, не стоило. Повстречав на своём пути огромное количество людей разного темперамента и мировоззрения, отличить приличие от похоти он мог легко.       —Спасибо, не интересует, — он был очень холоден, сразу же выстраивая между ними огромную стену.       Его никогда не интересовали интрижки на одну ночь и не интересовали те, кто думал далеко не головой. С такими людьми он распрощался в прошлом и нести их сейчас в будущее не входило в его планы. Люди склонны к предательству и эгоизму, направляя всё это в сторону тех, кто готов отдать им всего себя.       Возможно встреться они несколько лет назад, когда Сяо Шуай ещё был наивен, эта уловка и сработала бы, потому что, если судить объективно, то Го Чен Юй очень красив. Только какой толк от красоты, если её используют для таких грязных игр.       —Если передумаешь, только скажи, я бы не отказался... — он сделал паузу, детально рассматривая каждый миллиметр красивого личика Сяо Шуая. Остановившись на губах, которые так и просили вцепиться в них горячим жадным поцелуем, Го Чен Юй хмыкнул и вернулся к глазам, утонуть в которых тоже можно было без сожалений, хоть они пока и были пропитаны отторжением. — Взять такого сотрудника, — двусмысленно продолжил он, разжигая этим злость даже не у самого Сяо Шуая, а у стоящего всё это время возле входа Гу Яньчжэня.       —Если так хочется кого-то взять, то выйди из этой комнаты и осмотрись, уверен, желающих там будет много, — сдерзил он, удивив этим Го Чен Юя, для которого подобное было в новинку, что только сильнее разжигало интерес. Обычно все сами готовы были упасть в его руки, поэтому прилагать усилия не требовалось. Сейчас же всё совсем наоборот. Такое не может не разжечь азарт внутри.       —Так что там с работой официанта? — попытался разрядить обстановку У Со Вэй, привлекая к себе внимание.       —Хорошо, — он с неохотой отвёл взгляд от Сяо Шуая, который только этого и ждал. — Можешь завтра выходить на смену в восемь вечера, я расскажу тебе основные правила и покажу тут всё, — заострив внимание на его довольно милых и поблёскивающих от услышанного больших глазах, Го Чен Юй невольно подумал о Чи Чене, которому точно понравится новый работник. — Если ты тоже решишь прийти, против не буду, — обратился он вновь к Сяо Шуаю, который проигнорировал его слова так, будто и не слышал их вовсе.       —Спасибо! — с широкой улыбкой произнёс У Со Вэй, ощущая, как груз нависшей над ним тучи становится легче. — Тогда мы пойдём, — Го Чен Юй коротко кивнул, провожая их взглядом.       Гу Яньчжэнь ушёл следом за ними, чтобы помочь найти выход и немного успокоиться на свежем воздухе. Он и не думал, что Сяо Шуай тоже придёт сегодня, а теперь внутри всё сжималось от неприятного чувства. Они будто вернулись в прошлое, отголоски которого до сих пор время от времени вызывали головную боль.       —Зачем ты пришёл?! — схватив Шуая за плечи, выкрикнул он. У Со Вэй рефлекторно дёрнулся, чтобы вмешаться, однако так ничего и не предпринял, оставаясь в стороне в роли наблюдателя.       Гу Яньчжэнь не хотел быть грубым, но это вышло как-то на автомате. Часть его злилась сейчас, потому что Сяо Шуай поступил так опрометчиво, а другая переживала, что это может привести к новой проблеме.       —Не повышай на меня голос, — он скинул с себя его руки, одаривая убийственным взглядом.       —Прости, — его голос звучал спокойно, но Сяо Шуай знал, что это было поверхностно, внутри же он снова разрушался.       —Я уже много раз говорил тебе, чтобы ты перестал винить себя за случившееся и волноваться за меня, — не получив никакой реакции в ответ, он тяжело вздохнул и подошёл поближе. Из-за разницы в росте с несколько сантиметров ему пришлось приподняться на носочки, чтобы оставить лёгкий поцелуй на щеке Гу Яньчжэня. Это был больше не поддерживающий жест, а точка, которую Сяо Шуай хотел поставить здесь и сейчас. — Отпусти прошлое, чтобы оно больше не тянуло тебя назад. Мне не стоило втягивать тебя в новую историю, поэтому давай сегодня попрощаемся. Нас больше ничего не связывает и не будет связывать. И спасибо, что помог нам.       Гу Яньчжэнь не смел произнести ни слова. Он просто стоял, как вросшее в землю дерево, ощущая, как внутри всё рассыпается. Человек, которого он всё это время продолжал покорно любить, снова исчезал. Уходил, оставляя его позади, и он ничего не мог с этим сделать. Признайся он сейчас, ситуация только усложнилась бы.       Всё, что ему оставалось, это ждать, когда они с У Со Вэем исчезнут из вида, прежде чем закрыть глаза и позволить сердцу окончательно разбиться. Сяо Шуай никогда не перестанет быть для него миражом. Мечтой, дотянуться до которой можно только во сне. В самом сладком и самом болезненном сне.