Пуская по сердцу сильный яд

      Го Чен Юй стоял рядом с домом. Он крепко сжимал в руке стеклянную бутылку, наполненную горючей смесью. Ещё одна стояла рядом с ним на каменной дорожке, ведущей к входной двери. В голове проносились воспоминания из прошлого, когда он впервые использовал коктейль Молотова будучи подростком. Тогда его целью не было навредить кому-то, скорее, это был жест предостережения. Он был уверен, что в доме не было ни души. И лишь когда дверь распахнулась, открывая взору ошарашенного мужчину, к нему пришло осознание, насколько опасной была его затея. С тех пор он поклялся больше не использовать эту смесь. Однако тот, по чью душу он пришёл, не вызывал ни капли жалости или сострадания. С большой вероятностью столь отвратительный и скользкий человек как Вейюань сможет выбраться прежде, чем угарный газ заберёт его сознание.       Заранее обойдя весь периметр, Чен Юй уже знал, что выход только один − парадный. Возможности не наглотаться дыма или незаметно сбежать у Вейюаня не будет, если зоной поражения станет первый этаж. Окна располагались по обе стороны от двери, что заметно упрощало задачу. Го Чен зажёг фитиль первой бутылки, делая замах всем корпусом. Сопровождаемая звуком битого стекла яркая вспышка окутала помещение за считанные секунды. Пламя расползалось внутри подобного ужасному монстру, выпуская чёрный, тяжёлый дым. Вторая бутылка не заставила себя ждать, влетая в окно с противоположной стороны. Ловушка с успехом захлопнулась, запуская таймер.       Гу Яньчжэнь с ужасом наблюдал за происходящим из машины, пытаясь сдерживать рвущуюся наружу панику. Безусловно, он и сам ненавидел Вейюаня, желая отомстить, но этот метод был наравне с бесчеловечностью. Стоило ли прибегать к такому, имея риск стать убийцами? Подрагивающие пальцы потянулись к дверной ручке, только преодолеть барьер он не посмел. Слова Го Чена всё ещё звенели в ушах: "То, что будет происходить, тебя уже не касается. Если попробуешь мне помешать, отвечать за прошлое придётся уже не только Вейюаню." Прикрыв глаза, Гу Яньчжэнь отвернулся, позволяя всему идти своим чередом. По крайней мере, Шуай точно после такого сможет спать спокойно.       Клубы дыма вздымались вверх, стремясь добраться до неба, чтобы отравить и его. Го Чен наблюдал за этим со стороны, сохраняя безопасную для себя дистанцию. Когда дверь, наконец, распахнулась, перед его взором появились две фигуры, озаряемые светом полыхающего огня. Девушка повалилась на землю практически сразу, как переступила порог. Вейюань же, пошатываясь, подошёл к ней и опустился на колени. Он сейчас был полностью дезориентирован, а кашель раздирал его лёгкие, но ему нужно было удостовериться, что Мири жива. Он действовал механически, словно тело отделилось от сознания, и лишь нащупав долгожданный пульс, он позволил слабости забрать его.       —Вот мы и встретились, — донеслось сквозь гул разгорающегося пламени.       Голос был Вейюаню незнакомым, вот только возможность увидеть говорившего ему не представилась. Го Чен Юй нанёс ему точный удар тыльной стороной ладони по сонной артерии, подавая мозгу сигнал о критическом скачке давления. Сознание моментально угасло, заставляя тело обмякнуть. Первая часть плана успешно подошла к концу, несмотря на непредвиденные обстоятельства в лице девушки.       Времени до того, как Вейюань придёт в себе, было критически мало, поэтому, не теряя ни секунды, он крепко обвязал его предплечья, затягивая узлы как можно сильнее. Проделав тоже самое с лодыжками, Чен Юй оторвал небольшой кусочек скотча и заклеил ему рот. Лишний шум по пути им точно не нужен. Закинув Вейюаня на плечо, он отнёс его в машину и затолкал в багажник, бросая беглый взгляд в сторону всё ещё лежащей на земле девушки. Го Чен не знал, что именно связывало этих двоих, но то, что она была кем-то важным, сомнений не было. Пожарная машина должна будет прибыть с минуты на минуту, поэтому беспокоиться не о чем. К тому же, тот, с кем ему не терпелось поразвлечься, уже был в его руках, остальное не имело значения. Умрёт эта девушка или нет, теперь зависело исключительно от её удачи.       

***

      Вейюань пришёл в себя через пару минут, сталкиваясь с кромешной тьмой. Голова гудела от боли, а к горлу подступала неприятная тошнота. Он не знал, что происходит, и кто решился украсть его, но то, что его куда-то везли, он понял сразу. Всё тело ныло от скованности, и попытки выпутаться приносили только ещё больший дискомфорт. Будь его рот сейчас открыт, он бы с огромным удовольствием устроил небольшой концерт, сотрясая воздух улиц вокруг.       Казалось, прошла целая вечность, прежде чем машина остановилась. Когда багажник открылся, первое, с чем ему пришлось столкнуться, это удар в челюсть. И хоть замах был небольшим, в ушах всё же зазвенело. Он не успел опомниться, как его грубо вытащили и закинули на плечо. Тошнота, которая и так доставляла дискомфорт, усилилась, намереваясь опустошить его желудок.       Чувство беспомощности захлестнуло его волной, смешиваясь со злостью. Вейюань начал дёргаться, пыхтя от недовольства. Ему претила мысль о том, что кто-то смеет так обращаться с ним. Он всегда был тем, кто стоял выше других, доминируя. Порой хватало даже одного взгляда, чтобы заставить собеседника опустить голову. Такова была его природа, благодаря которой он смог выжить в детском доме, некогда брошенный родной матерью. Только Го Чен Юя это не волновало. Теперь жизнь Вейюаня целиком и полностью принадлежала ему, поэтому он был волен делать с ним всё, чего пожелает душа.       Место, в которое они прибыли, имело не самую чистую репутацию, однако популярностью обделено не было. Го Чен старался обходить его стороной, потому что здесь зачастую ломались чужие судьбы, что шло вразрез с его мировоззрением. И именно по этой причине он принёс сюда Вейюаня. Тот, кто привык подчинять, наконец сможет ощутить всю боль на собственной шкуре.       Чен Юй позвонил управляющему ещё до того, как поджёг дом, поэтому комната уже была подготовлена в соответствии с его запросами. Бросив Вейюаня на двуспальную кровать, он сорвал скотч с его рта и достал сигарету, закуривая. Враг сейчас был прямо перед ним, и внутри никак не могло угаснуть желание выпотрошить его, заставляя содрогаться от боли. Лишь мысль о том, что это будет слишком лёгкой расплатой для того, кто разрушил жизнь Шуая, помогала Чен Юю держать себя в руках.       —Как думаешь, зачем ты здесь? — задал он вопрос прожигающему в нём дыру Вейюаню, который, на удивление, не спешил бросаться угрозами.       —Что, привёл меня сюда, чтобы поразвлечься? — двигаться в связанном состоянии было неудобно, однако сесть на край кровати у него всё же получилось. — Тогда подставляй зад, с радостью трахну тебя, чтобы ты знал своё место.       Они непрерывно смотрели друг на друга, как два хищника, каждый из которых преследовал одну цель, доказать своё превосходство. И пусть Вейюань в прямом смысле был связан по рукам и ногам, взгляд его не казался опустошённым. Нет, этого было недостаточно, чтобы заставить его утратить свою уверенность. Недостаточно, чтобы сделать первый надлом там, где душой уже давно и не пахло.       —Не думаешь, что ты не в том положении, чтобы дерзить? — серый дым скользил по его приоткрытым губам, смешиваясь с ароматом лепестков роз, который исходил от стоящего у окна диффузора. — Сегодня пришёл твой день расплаты.       Вейюань вопросительно вздёрнул брови, не понимая, о чём идёт речь. В голове промелькнула лишь одна возможная догадка.       —Я понял, — до этого момента Го Чен Юй и подумать не мог, что чья-то улыбка может быть столь отвратительной, — ты тот, кому я отправил видео? — Вейюань прикрыл глаза и с наслаждением промычал. — Всё ещё помню, как Шуай стонал подо мной каждую ночь, извиваясь, как сучка. Он всё продолжал скулить, умоляя меня войти в него поглубже, — очередная натянутая струна терпения порвалась, пуская по телу разряды тока. — Я ведь из добрых побуждений отправил тебе видео, чтобы ты знал, что одного члена для него мало, — Го Чен взял сигарету в руки, сжимая её. Маленький огонёк потух мгновенно, утопая в тепле длинных пальцев. — Это была моя любимая игрушка, — смакуя каждую букву, добавил он.       Выдержка Го Чена дала трещину, срывая последние сковывающие его цепи. Всё его нутро кипело, погружая комнату в атмосферу леденящего душу гнева. Казалось, его глаза закрыло пеленой, сквозь которую он не видел больше ничего, кроме сидящей напротив цели. Он достал из кармана небольшой складной нож и освободил лодыжки Вейюаня от оков. Голос разума полностью затерялся где-то внутри, исчезая в тумане ярости.       Чен Юй крепко схватил его за волосы на затылке, утягивая за собой к висящему у кровати зеркалу. Взглянув в отражение, Вейюань вдруг замер. Дрожь понеслась по всему телу, но времени исправить своё положение у него уже не было. Го Чен обхватил его горло второй рукой, чтобы забрать частички воздуха и зафиксировать голову в одном положении, а после глухим ударом впечатал её в зеркало. Некогда цельное полотно покрылось множеством трещин, ломая отражение застывшего ужаса. Острые осколки разрезали кожу Вейюаня, заливая лицо алым. Чен Юй чуть надавил на его голову, позволяя крупицам впиться поглубже. На короткое мгновение в комнате воцарилась мёртвая тишина, прежде чем хриплый крик сжатого горла вперемешку с тяжёлым дыханием заполнил каждый уголок.       Чен Юй разжал пальцы, позволяя тому обмякнуть, содрогаясь боли. Маска Вейюаня была жестоко сорвана, и восстановить её не сможет даже самый искусный мастер. Раны на лице оставят после себя не только шрамы, но и частично лишат его зрения. Это последствия, быть которых не должно было, но причиной которым стал его собственный язык.       Взглянув на своё отражение, Го Чен вздрогнул. Сейчас перед ним стоял совершенно другой человек. Не тот, кто привык действовать на трезвую голову, отдавая всему отчёт. Не тот, кто считал импульсивность слабостью и проигрышем самому себе. И не тот, кто считал месть Чи Чена излишней. Это была та версия, которую Чен Юй старался никогда не выпускать наружу, потому что она слишком хаотична и бесконтрольна. Но хуже всего было не то, что он позволил ей выйти, а то, что он ни о чём не сожалел. Да и имело ли это место быть, когда в конечном счёте он собирался разрушить жизнь Вейюаня.       —Не думай, что отделаешься одними шрамами, — хладнокровно произнёс Го Чен.       Он хотел покончить со всем сегодня, вот только дойти до финальной части пока не получится. Пусть Вейюань и не заслуживал даже каплю сочувствия, оставлять его без оказания медицинской помощи не стоило.