Слепые игры

  — Ризли!.. Ризли!.. — Нежный, родной, но такой печальный голос на этот раз звучал громче, чем обычно, хотя казалось, что он доносится из-под воды. Ризли лежал в луже собственной крови, тяжело раненый, а перед глазами мелькали счастливые моменты жизни. И хотя порой эти картинки были смазанными или герцог вообще почти ничего не видел, он всё равно был счастлив тогда и чувствовал какой-то непонятный покой сейчас.   Его трясли, пытаясь разбудить, стараясь поддерживать работу сердца и держать его в сознании, не давая заснуть, хотя бы до прихода медиков.   — Прошу тебя, Ризли, не смей! Ты будешь жить… Будешь… — Ладони верховного судьи крепко сжали чужие руки, нащупывая пульс и пытаясь делать массаж сердца. Нёвиллет умел это, но давно не практиковался, к тому же на глазах наворачивались слёзы, так что получалось довольно неуклюже. Глаза закрылись, да и толку от них не было: линз не было, а без них он практически ничего не видел.   — Чтоб я ещё раз тебя куда-то отпустил одного! Ризли… Ризли?.. Не смей! — Земля под спиной начала дрожать, краем сознания герцог уловил чей-то бег, а потом наступила темнота. Кромешная тьма, не предвещающая ничего хорошего…     С чего же всё началось?      Интересный вопрос…   Небольшой домик стоял на окраине Фонтейна, вдали от людских глаз, где редко кто-то бывал. Он был ничем не примечателен, но хранил в себе секрет древнего дракона и его человека. В этом доме их никто и никогда не увидит такими, какие они есть на самом деле. Спустя сотни лет Нёвиллет открыл своё сердце для такого нежного чувства, как любовь, открылся так, как не открывался никогда и никому. А Ризли медленно и аккуратно прошёл в открытые «двери», насвистывая и принося с собой запах чая, который словно духи менялся каждый день, так что хотелось запомнить каждый. Он вдыхал его по максимуму и слизывал капли напитка с губ.   Каждые выходные мужчины проводили время вдвоём, смотря кино или создавая его сами, но в этот раз всё пошло… слегка иначе.   — Ризли, прошу, отнесись к этому серьёзно. У преступника был замечен Глаз порчи; он может быть непредсказуем, — Верховный судья, сложив руки на груди, смотрел на своего мужчину и коллегу с полным осуждением.   — Нёвиллет, милый, я сама серьёзность. Я просто расстроен, что этим придётся заниматься на выходных… Я всю неделю ждал, чтобы наконец увидеть твою чешую, а в итоге опять придётся преступников ловить… — Герцог зевнул, потягиваясь и обиженно дуясь. — Ты как будто специально. Неужели настолько стесняешься?   — Герцог. — Тон голоса, как в суде, словно гром среди ясного неба, привёл его в чувство. — Несмотря на наши отношения, работа остаётся для меня приоритетом, и я хочу, чтобы ты не забывал о своих обязанностях и выполнял свою работу правильно и в срок.   — Такое чувство, что тебе не нравится то, что происходит после сданного с опозданием отчёта… — Герцог закатил глаза, вставая с дивана и подходя к своему любимому с желанием обнять, но ему не дают…       Звонкий свист.    Довольно громкий звук пощёчины.     Слишком сильной пощёчины…   Удар оказался сильнее, чем планировалось, так что ноги Ризли подкосились, и он чуть не упал. В его глазах были непонимание и даже страх, потому что взгляд напротив в одно мгновение стал таким холодным и полным неприязни, что по коже прошёл мороз. Щека горела, прохладная ладонь не улучшила положение, а, наоборот, будто обожгла ещё сильнее.   — Герцог Меропид! То есть, всё то, что происходило, было попыткой воспользоваться своим положением в… в моём сердце? — Капли дождя начали быстро тарабанить по окнам, выстукивая лишь Фокалорс известный ритм. А судья со злобой во взгляде смотрел на свою любовь, но былого тепла как будто и не было никогда. Лишь отвращение заполонило сознание дракона, который сейчас управлял им, как кукловод управляет куклой за кулисами. — Как так можно, Ризли, скажи мне, пожалуйста! Ты… Для тебя всё, что я делаю, совсем ничего не значит? Да… Я не всегда делаю то, что нужно, ведь я учусь, но ты обещал, клялся, что не будешь использовать нашу связь в своих целях!   — Нёви…   — А что дальше? Про наши отношения напишут в газете, потому что кое-кто не умеет следить за своими руками и словами? Ты же знаешь, что будет, если про нас узнают!   — Я не… Пожалуйста, послушай!..   — У меня и так вся неделя — что ни заседание, то спектакль с обеих сторон. Документов как будто меньше не становится, так… так ещё и ты со своим наплевательским отношением к работе! Неужели тебе отношения нужны лишь для того, чтобы я вечно тебя прикрывал и ждал твою часть работы? — Ризли осознавал, он надеялся, что за Нёвиллета говорит сейчас обида из-за его необдуманных слов и сильной усталости. Но смысл острыми иголками колол сердце, разрывая его и превращая в фарш. Настроение и так у обоих было ни к чёрту, испорченное в корне. Они планировали провести хотя бы вечер вместе, а теперь… кажется, и это не светит.   Нёвиллет не стал ждать, пока Ризли придумает оправдание или попытается сгладить углы. Он просто ушёл в комнату, громко хлопнув дверью. Щека у герцога горела, капли дождя буквально бились о стекло и стены, даже громче и сильнее, чем после смерти Фокалорс.   — Нёви… — Ризли опустил взгляд, стыдливо глядя на тёмный ковёр. Кажется, кому-то придётся ночевать в гостиной… И этим «кем-то» будет явно не судья.   Ранним утром, ещё до рассвета, Ризли начал быстро собираться на поиски неизвестного. Мужчина метался по дому, не заходя в комнату к мужу, но всё равно стараясь не шуметь.   “Чёртовы линзы… Где мне сейчас новые найти? Когда пойду к отряду, надо будет хотя бы одноразовые взять, ни черта же без них не вижу.”   Ближе к 7 утра Ризли уже был возле магазина оптики, давая справку со своим зрением и дожидаясь линзы. Его триста раз предупредили, что одноразовые линзы нужно промывать время от времени, а не носить их целый день, но он слушал вполуха. Он полжизни носит линзы, сам знает… Вымыв руки, промыв ещё раз линзы и закапав в глаза, зрение было восстановлено, и герцог направился на задание.   Вечерняя ссора с супругом всё ещё не выходила из головы, заставляя забыть важную информацию о цели, но он всё ещё знал, куда и зачем идёт. Он хотел быстро разобраться со всем этим, купить чего-нибудь вкусного и вернуться домой, порадовав «дракошу» вкусным ужином и выполненной вовремя работой.   Так и прошли первые часы. Небольшой отряд отправился в лес, где должна была находиться цель. Целью был мужчина средних лет, личное «пушечное мясо» одного из Предвестников. Конкретики узнать не удалось, так что Глаз порчи был неотъемлемой частью работы, чтобы замести все следы, но немного не вышло.   Ризли с отрядом разделились, осматривая территорию леса со всех сторон. Мужчина пошёл один, стараясь всматриваться в мелочи и прислушиваться к любому шороху, к собственному дыханию. Но чем больше проходило времени, тем меньше было надежды, что он быстро со всем разберётся. Шёл час, второй… Части отряда иногда встречались, обсуждали, что видели, и расходились обратно. Ризли за все несколько часов никого не встретил: ни своих, ни чужих.   “Как же я домой хочу… Я ведь даже вчера не извинился, а мне стыдно-то как, ляпнул не подумав. Сам же уставший был, хотел провести время вместе, а в итоге всё испортил! Вот как так можно было поступить, как?!”   Он со злости пнул ближайший пень ногой и… сломал его. Это оказалась правдоподобная накладка, чтобы скрыть какой-то люк. Вокруг было много листьев, но в целом небольшой кусок всё же можно было заметить. Герцог пару раз моргнул, пытаясь вглядеться в люк, аккуратно присаживаясь на колени поближе. Но выяснилось, что дело не в картинке на люке, а в его глазах. Точнее, в линзах, которые нужно было срочно промыть, а возможности не было. Совершив самое глупое действие за последние 5 часов, он протёр руки о свою форму, быстро кое-как снял линзы и, проморгавшись, понял, что стало только хуже. Но выбора не было.   Как только мужчина хотел полностью почистить люк, чтобы понять, как его открыть и что там нарисовано, ему в голову прилетел сильный удар, который его подкосил, но не свалил окончательно. Быстро вставая на ноги, Ризли понял, что ни черта не видит, всё слишком размыто. Получив ещё несколько ударов сзади, он понял, насколько сильным был его противник. Там была вся тысяча…   После очередного удара мужчина упал на землю, окончательно теряя равновесие. Он и не пытался как-то защищаться или сопротивляться, ведь что бы он ни прикрыл, удар приходился на другую часть тела. Голова казалась тяжёлым грузом, волосы липли к земле, и надзиратель чувствовал тёплую кровь на голове. Кто-то перевернул его на спину, голоса доносились как из-под воды, но сейчас всё ещё можно было что-то услышать.   — Идиот! — кричал женский голос. — Он же видел нас!   — Успокойся! Он же снял линзы, не видела, что ли?! — Другой голос, скорее парня, чем мужчины, практически злобно рычал, а его грубые руки пытались что-то найти в карманах. — Рации нету, чё делать будем?   — Уходим, живо! Накройте его листьями и куда-то в кусты, может, так его дольше искать будут, — Третий говорил чётко, будто выучил речь заранее. — И уходим сейчас же! Быстро, быстро!   Голоса плохо распознавались, в ушах стоял громкий пространный звон, сбивающий с мысли. Попытки двинуться, как-то сопротивляться «захоронению» под листьями приводили к тому, что Ризли получил ещё несколько раз по рёбрам. Сил не оставалось, небольшая дрожь земли от шагов пропала уже через минут 10 после последнего удара. Мысли жужжали в голове, будто осы в улье, каждая была по-своему плохая, а времени оставалось всё меньше.   “Нужно сесть… Вылезти… Чтобы было видно… Дьявол… Давно в Фонтейне пошла мода на… на железные носки в ботинках… Больно…”   Герцог не был одним из тех, кто признавал боль или показывал её, но сейчас красоваться было не перед кем, да и вариантов не было. Рёбра сильно болели, двигаться было трудно, но нужно было переступить через себя. Нужно было сесть… А нужно ли? С трудом убрав листья с лица и открыв глаза, даже сквозь размытую пелену можно было увидеть луну, которая будто светила прямо на него. Проморгавшись, пытаясь хоть немного сфокусироваться на местности, мужчина чувствовал себя крайне глупо. Видимо, он вырубился, пока пытался распутать клубок нитей, и очнулся через… много времени, что даже потемнело, но его так и не нашли. Ветер слабовато дул, несколько листиков улетело куда-то вдаль леса. Он вздохнул, после со стоном боли упёрся в землю ладонями, стараясь хотя бы приподняться. Жизнь трепала его и посильнее. То, что он выжил, конечно, чудо, но годы тренировок давали о себе знать. Аптечки, даже маленькой, рядом не было. Ризли отдал её одному из отрядов, о чём сейчас очень пожалел.   Со стонами, кряхтением и проклятиями мужчина смог кое-как упереться спиной о дерево, уже сидя на земле. В ушах всё ещё жужжало, голова отдавалась острой болью, а попытки оглядеться ничем не помогали, ведь даже без плохого зрения в глазах всё плыло, как на волнах.   “Не могу поверить, что делаю это… Но молю, Гидро Архонт, кем бы ты сейчас ни был или ни была, молю, дай мне ещё чуть-чуть времени… Я же не извинился, я должен… Как же я… не извинившись, уйду, а? Перед твоим же драконом провинился… Так дай шанс извиниться… Прошу…”   Глаза медленно закрывались, тело обмякло, медленно съезжая с дерева и царапая кожу корой. Последнее сильное ощущение, что Ризли почувствовал, — это сильную дрожь земли от бега и чьи-то крики, а потом тьма и холод накрыли с головой, несмотря на тёплую кровь, которая всё это время текла с затылка, по шее и спине…         Ризли!       Молю… Не смей!   “Голова…”   Ризли очнулся где-то… неизвестно где. Голова была толстым слоем обмотана бинтами, лишь небольшое отверстие для носа и рта было, чтобы не мешало дышать. Лежал он на чём-то мягком, пахло спиртом и лекарствами. Мысли снова скомкались, он ничего не понимал, его как будто перезагрузили. Пошевелить телом не вышло, а на ногах был какой-то непонятный вес, который тоже мешал хотя бы согнуть их.   — Ау?.. — Горло пересохло, говорить было трудно и неприятно. Глаза будто были замотаны отдельно, их нельзя было открыть. Слабый кашель вырвался из груди, и груз на ногах зашевелился, так же краем уха слышался чей-то зевок. — Где я?   — Ризли… — Его бросило в дрожь. Последняя молитва Гидро Архонту ударила по голове, как и то, что произошло вообще. — Я так виноват… Почему ты ничего не говорил про свои глаза? — Груз окончательно исчез с ног, но теперь одну из ладоней сжимали нежные родные руки. — Прости, позже поговорим… Сейчас тебе нужен покой, я понимаю, но… Как же ты мог так напугать, Риз?   — Риз?..   “Гидро Архонт, когда я просил дать шанс извиниться, я не просил отправлять меня в рай… Он на «ты», да ещё и Ризом назвал… Я молил о шансе извиниться, а не очистить мои грехи и отправить в рай…”   — Я тебе всё расскажу. И ты потом всё расскажешь, просто позже… Боюсь, теперь скрывать нам больше нечего. Я… Я поступил глупо, но когда ты в воскресенье вечером не вернулся, я начал сильно переживать. Я отправился с поисковым отрядом искать тебя, и собаки напали на твой след, но когда мы нашли тебя, ты лежал возле дерева в крови и листьях. Я так испугался, что даже не дал Сиджвин подойти к тебе. Набросился на тебя и… — Нежный голос дрогнул, послышался всхлип, а потом глубокий вдох. — И связал наши жизни. Против твоей воли, мне так стыдно…   — Что?..   — Всё потом, Риз, всё позже… Дай время, ладно? Я всё расскажу, а сейчас отдыхай. Тебе нужно… — Ладонь накрыли губы, оставляя лёгкий поцелуй, и дракон ушёл. Мысли Ризли начали складываться в кучу, он медленно приходил в себя, но последнее предложение рассказа было непонятно. Связал жизни? Как на свадьбе клятвой? У него было много вопросов, но, видимо, ответы он получит немного позже…   Каждый день к нему приходили врачи, меняли бинты и расспрашивали о состоянии. Когда тот спрашивал, почему на глазах у него отдельные бинты и почему глаза нельзя открывать, его обрывали, говоря, что этот вопрос может подождать. Это настораживало, но его заверяли, что в ближайшее время смогут снять все бинты сразу. Голова со временем перестала болеть, а в ушах перестало жужжать. Нёвиллет иногда приходил, что-то рассказывал о тех «смертных», которых герцог должен был поймать, и уходил, оставляя поцелуй на ладони.   Через неделю, ранним утром, врачи начали снимать бинты полностью. Мужчина чувствовал взгляд своего мужа, но пока не понимал, зачем он тут, пока ему снимают бинты. Но вскоре всё встало на свои места. Не раздумывая ни минуты, Ризли сразу же открыл глаза, проморгался и понял… Понял, что видит всё. В палате было темно, чтобы глаза от резкого перепада света не начали болеть…   — А… — Он был в растерянности. Проморгавшись ещё несколько раз, он понял, что это не иллюзия и не сон. Он видит… Видит чётко. — Какого?..   — Удивительно… Полное восстановление зрения… Как такое возможно? Видимо, Гидро Архонт всё ещё с нами… Я оставлю вас, но свет пока не включайте, — Врач ушёл, оставляя Нёвиллета с Ризли наедине.   — Нёвиллет…   — Позволь объяснить… Только прошу, не злись, — Судья сел на стул, аккуратно беря его ладонь в свою, скорее для своего спокойствия, чем для спокойствия своей любви. — Когда мы нашли тебя… Ты уже потерял много крови. Я был в панике, увидев тебя в таком состоянии, в котором ты был… — Ризли поморщился, отворачивая голову и опуская взгляд, даже не желая представлять, в каком состоянии он был. — Я слышал твоё дыхание, чувствовал твой пульс, но ты был почти мёртв, а мы же поссорились, я хотел поговорить, обсудить и извиниться, а тут… Я не думал, действовал инстинктивно. Отправил весь поисковый отряд в сторону, на поиски остальной части твоего отряда, оставляя с собой только Сиджвин, так как она и так знала про нас и… и про меня. Я дал испить тебе своей крови… — Ризли широко открыл глаза, вновь моргая и смотря на своего дракона. — Это один из ритуалов, но обычно он проходит с согласия обеих сторон, но ты был… не в том состоянии, чтобы тебя спрашивать… Испив моей крови, я передал тебе часть себя и… и в итоге вернул твоё зрение. Твой окулист показал все твои последние проверки, рассказал, какие линзы и очки ты носил. Но когда проверили твоё зрение после связи… оно вернулось полностью. Я не знал, что оно так работает, и в одно время я счастлив, но в другое время… я совершил глупость, но я всего-то хотел спасти тебя!   — У тебя красивые глаза… — На самом деле он слушал вполуха, всё время отвлекаясь на Верховного судью, разглядывая его по-новому. — И в целом… ты красивый… Я, кажется, влюбился во второй раз.   — Ризли!   — Что?   — Тебя… совсем не волнует то, что я сделал? Ты ведь… теперь связан со мной. Ты будешь жить дольше обычного человека… А мы ведь даже не обсуждали это, даже не расписались, а я вот так вот…   — Значит, распишемся, как я вылезу с койки, — На Ризли уставились два фиолетовых глаза, которые ошарашенно смотрели в чужие глаза. — Что? Это ведь проще, чем дать мне свою кровь…   — Ты… Ризли… Как же хочется тебя обнять. Я впервые чувствую такое желание в контакте…   — Нёви, тебе не стоит из-за этого переживать, но скажи вот что… — Герцог потянул вторую руку к лицу судьи, аккуратно проводя по стрелке и… размазывая её. Глаза быстро заморгали. — Ой… Так это тушь…   — Ризли, тушь это для ресниц, а ты стёр подводку… Ты серьёзно только сейчас заметил, что это нарисовано?   — Эм… да?   Мужчины уставились друг на друга. Пока Ризли переваривал и привыкал к великолепному образу своего дракона, Нёвиллет крепко сжал его ладонь, глядя на своего человека в ответ и всматриваясь в голубые глаза, которые будто стали ярче после возвращения зрения…