Вернусь назад к тебе

Очередной одинокий вечер в тёмной и пустой квартире. Чонин сидит на подоконнике, укутавшись любимым пледом, подаренным старшим на их годовщину. Ян чувствует себя верным псом, потому что вглядывается в каждого прохожего на улице в надежде, что это Сынмин. Но к его сожалению, парень не появляется ни через час, ни через два. Их, когда-то тёплые и самые романтичные отношения, превратились в скучную жизнь под одной крышей, где каждый тупо выполняет свои домашние обязанности и живёт своей отдельной жизнью. Сынмин где-то всегда пропадает после работы, находя каждый раз отговорки, а Чонин просто терпит. То ли потому что любит, то ли потому что ему так проще. Парни давно перестали проводить друг с другом время. А ведь когда-то они не отходили друг от друга ни на шаг: стоило только старшему вернуться домой с работы, как Чонин тут же обнимал его, делясь внутренним теплом и силами, которые он специально накопил для Сынмина, уставшего после работы. Парни вместе ужинали, смотрели вечером фильмы, танцевали на кухне под музыку во время готовки, спали в обнимку и каждый день говорили друг другу слова любви. Теперь вся эта романтика пропала, а на её место пришёл холод и вечные ссоры по пустякам. Чонин считал, что Сынмин его разлюбил и изменяет с каким-нибудь коллегой с работы, а Ким отмахивается и теперь даже не пытается оправдаться, потому что тогда конфликт разрастается ещё больше. В скважине входной двери проворачивается ключ и под небольшим напором она открывается. Ян по привычке дёрнулся в сторону коридора, но остановил себя, продолжая расстроенно смотреть в окно. Его сердце всё ещё тянулось к старшему, но мозг останавливал тело и фантомно бил парня по щекам, чтобы тот одумался. Увидев силуэт парня на подоконнике, Ким не стал включать яркий свет, а только лампу у их кровати, которая осветила всю комнату слабым тёплым светом. Он сразу обратил внимание на клетчатый плед, который младший крепко прижимал к себе. Сердце сразу заныло от боли, ведь он сам пообещал Чонину вернуться пораньше, но задержался. – Привет. Я.. – старший подошёл к подоконнику и хотел положить голову на чужое плечо, но тот отшатнулся. – И где ты опять таскался? – в глазах младшего блестела обида, перемешанная с гневом. – Сам же говорил, что вернёшься сразу после работы. – Я проезжал мимо своей коллеги, которая поздно вечером пьяная шла домой. Я не мог оставить человека в таком положении в одиночестве, да ещё и вечером. Мне пришлось везти её домой, а потом укладывать спать, потому что она не отпускала меня, – Ким осознавал свою вину, но поступить иначе он просто не мог. – Прости, что так вышло. – И поэтому у тебя вся шея и рубашка в женской помаде, да? – у Чонина навернулись слёзы от боли. Если раньше он только подозревал чужую измену, то сейчас весь вид парня кричал о том, что у него роман на стороне. – Я же тебе только что объяснил, что она была сильно пьяна, и я чуть ли не на себе тащил её, – Сынмин уже терял терпение от безобоснованных обвинений в свой адрес. Его и так взбесила прилипчивость влюблённой в него коллеги, а тут ещё и младший начинает. – Я тебе кучу раз говорил, что не изменяю, но ты, почему-то веришь только тому, что напридумывал у себя в голове. – Потому что не может быть того, что с тобой каждый день происходят ситуации, из-за которых ты задерживаешься. Я просто не верю в это, – парень чуть ли не кричит в чужое лицо и не планирует сбавлять громкость голоса. Ему это всё уже надоело, а сил терпеть больше нет. – Ты вообще не проводишь со мной время, даже когда обещаешь, ища каждый раз отговорки. Но зато на своих друзей у тебя всегда есть время. – Потому что когда я возвращаюсь домой, ты начинаешь кричать и сыпать на меня обвинения. Думаешь, я после такого захочу проводить с тобой время? У меня тоже нет желания сидеть рядом и чувствовать невысказанную ненависть ко мне. – старший сжал руки в кулаки до побеления костяшек. Ему и самому не нравилось быть где-то далеко от Чонина, но слышать от него обвинения в измене было намного больнее и обиднее. Он пытался доказать обратное, но Ян, будто, не слышит его, зациклившись только на том, что успел напридумывать в своей голове. – Ты перестал ставить меня хоть во что-то, игнорируя все мои слова и просьбы. Сколько раз я просил тебя вернуться пораньше, чтобы провести вместе хотя бы какое-то время? А сколько раз ты вернулся домой сразу после работы? Я уже убедился в том, что тебе на меня всё равно. – младший уже не мог остановиться в своих высказываниях, ведь эмоции внутри него кипели и выплёскивались наружу. – Хватит нести бред, Чонин! – Ким не смог сдержать крик. Обвинения в адрес его чувств он переносил хуже всего, и когда это происходило, не мог не агрессировать. – Я не сделал тебе ничего плохого, но при этом ты считаешь меня главным уродом Земли. Мне надоело слушать от тебя обвинения в свой адрес. – Да пошёл ты. – Ян слез с подоконника, схватил телефон, впрыгнул в первые попавшиеся кроссовки и вышел из квартиры, громко хлопнув дверью. Только сейчас Сынмин позволил себе выпустить всю злость наружу: парень несколько раз сильно ударил кулаком по стене, отчего кожа моментально покраснела, а потом посинела; пнул свой стул, стоящий около рабочего стола, который просто попался ему на пути, и со всей дури метнул кружку с недопитым кофе, которую ему подарила та самая коллега, влюблённая в него чуть ли не с самого начала работы Кима в этой компании. Именно с её вечных подкатов, писем и сообщений их общая с Чонином жизнь начала понемногу рушиться. Сынмин кучу раз отвергал её, говорил, что находится в отношениях и просил перестать проявлять знаки внимание. Но девушке было всё равно на его слова, и она продолжала нарочно разрушать семью. Старший зашёл на кухню и увидел на плите сковороду с его любимой пастой, а на обеденном столе тарелку печенья с шоколадом. Сердце защемило, а глаза наполнились слезами: Чонин ждал его. Теперь Сынмин ненавидел себя ещё больше за то, что допустил такой исход, ведь он мог послать все дела, приехать домой и всё обсудить с младшим. Но вместо этого он продолжал пытаться угодить всем, кроме своего самого близкого человека. Парень присел на стул, запуская одну руку в свои немного растрёпанные волосы, а другой прикрывая рот. Если с его губ сорвется хоть один всхлип, он уже не сможет остановить свои слёзы и принять хоть какое-нибудь решение. Всё, что происходило между ними с Чонином последний год, кажется слишком неправильным. Все ссоры на ровном месте, все обвинения и вечера, проведённые в разных комнатах – всё это стало результатом игнорирования чужих чувств и мыслей с обеих сторон. Чонин не хотел слушать Сынмина, а Ким не понимал причин ревности Яна. Но только сейчас, в пустой и холодной квартире, лишённой любви и смеха, старший осознал, что этого всего не произошло бы, если бы парни поговорили и всё обсудили. Нацепив свою куртку и прихватив ещё одну, Ким вышел из квартиры и направился на поиски. Сынмин хорошо знает младшего, поэтому поиски обещают быть недолгими. Скорее всего, парень одиноко сидит на какой-нибудь лавке под фонарём, потому что боится находиться один в темноте на улице. И уходить далеко от дома он вряд ли будет, потому что не раз терялся, когда уходил гулять без старшего. Ким считал это милым и шутил, что Чонин никогда не сможет от него убежать. Да и сам Сынмин не даст ему далеко уйти. Как и ожидалось, Ян сидел на лавочке у закрытого кафе, ёжась от холода. Заметив его, Ким выдохнул и двинулся к нему. – Курточку бы хоть прихватил. Знаешь же, что на улице уже холодно вечером, – старший протягивает вещь и слабо улыбается, желая разрядить напряжённую обстановку. – Пошли домой? – Час назад я пообещал себе больше никогда не возвращаться с тобой в эту квартиру, – красноту глаз парня было видно даже при слабом свете фонаря. – Прости.. – Ким подошёл вплотную к лавочке и присел на корточки, положив голову на чужие колени. – Нини, прошу, давай поговорим. Я полный идиот. – Я не лучше, – горько усмехнулся младший и погладил Сынмина по мягким волосам. – Мы с тобой оба главные придурки, которые забыли что такое разговаривать и обсуждать недопонимания в отношениях. – Ещё не поздно всё исправить, – старший приподнял голову, заглядывая Яну в глаза. – Вместе исправить. Чонин кивнул, и пара отправилась в квартиру в тишине. Они оба понимали, что разговор будет сложным, а обстановка должна быть подходящей, поэтому каждый подготавливался к беседе у себя в голове. Местом переговоров стал диван в гостиной, на котором парни когда-то вместе играли в настольные игры, смотрели фильмы или просто разговаривали обо всём подряд, отдыхая от окружающего мира в обществе друг друга. Пару минут они сидели в тишине, но, прочистив горло, Ким заговорил первым. – Наверное, мне стоит начать, – парень сел поудобнее, готовясь сказать обо всём, о чём он раньше молчал. – Прости, что не уделял тебе столько внимания, сколько тебе было нужно. Я, наверное, стал слишком зависим от своего места в коллективе, поэтому старался угодить всем, но только не тебе, хоть ты и просил. Но я никогда не позволял себе умышленно задерживаться на работе, когда обещал вернуться раньше. Это глупое стечение обстоятельств, которое ужасно подставляло меня. Я понял свою ошибку только тогда, когда увидел, как это всё выглядело со стороны. – Мне просто стоило сказать тебе о том, что меня что-то не устраивает, но я слишком зациклился на мысли, что ты мне изменяешь. Эти сообщения от коллеги, письма в почтовый ящик, запах женских духов на одежде и вещи, оставленные в машине. Всё это просто затуманило мне голову, и я не видел того, что испытываешь ты. Мне было страшно думать о том, что ты можешь куда-то уйти, пока я сижу и жду тебя дома. – парень нервно тёр свои пальцы, бросая взгляд то в глаза Киму, то на поверхность дивана перед собой. – Чонин, я клялся тебе, что никогда не изменю, если мы в отношениях, – старший аккуратно накрыл его руки своей и пристально посмотрел в глаза, доказывая правоту своих слов. – И я виню себя в том, что не расставил границы с ней с самого начала, тем самым дав тебе повод для ревности. Обещаю, я больше не позволю ей приближаться ко мне с нерабочими вопросами. И буду как можно реже задерживаться после работы. – Прости, что кричал и обвинял тебя, не давая спокойно обсудить все проблемы. – Ян выглядел виноватым, осознавая свою былую глупость, но нежность в глазах напротив просто кричала о том, что старший не держит на него обиды. – А ты прости, что не уделял тебе внимания и не замечал твоих переживаний. Мир? – Ким раскинул руки в стороны, приглашая младшего в свои объятия. Не думая ни секунды, тот подполз поближе, ныряя в объятия, которых не получал уже очень давно. – Люблю тебя. Очень сильно. – Я тебя тоже. – пробормотал Чонин, повалив парня на спину и пристроившись у него под боком. Этот момент стал долгожданным огнём, растопившим между ними ледяную стену. – Знаешь что я давно не делал, но думал об этом каждый день? – Ян приподнял голову, вопросительно заглядывая в глаза Кима. Вместо ответа, старший подтянул парня на себя так, что их лица остались в паре сантиметров друг от друга, а после потянулся за поцелуем. Чонин даже не собирался сопротивляться, а только подался вперёд, встречаясь с родными губами, мягкость которых он почти забыл. Пальцы младшего рефлекторно прикоснулась к щеке парня, ощущая тепло и приятную бархатистость. По его спине скользнула рука, посылая по позвоночнику приятные мурашки, а отросшие волосы старшего щекотали нос. Слишком долгожданный поцелуй, чтобы прерываться через мгновение. Яну пришлось остановиться, когда старший похлопал его по спине: этот жест у них означал, что пора остановиться и отстраниться, если у другого нет возможности сделать это самостоятельно. Чуть приподняв голову, младший дал вдохнуть Киму воздух полной грудью, хотя сам тоже жадно вбирал его ртом, стараясь восполнить дефицит. – Как я скучал по этому, – тихо пробормотал Сынмин, выравнивая дыхание. – А ещё по печенью, которое ты сегодня приготовил, а я до сих пор не попробовал. – Как обычно. – наигранно пробурчал младший. – А я старался, готовил с любовью. А ты даже не попробовал. – Извини, все мысли были забиты только тобой. – хрипло посмеялся старший и утянул Яна в новый, более глубокий поцелуй. Чуть позже парни всё же доберутся до кухни, чтобы поесть, а после уснут в обнимку, шепча друг другу милые и ласковые слова, которые не произносили до этого.