Сетевые недоразумения

На большом обеденном перерыве, вся старшая Некома стояла на ушах, было шумно. В коридорах и классах, толпились компании, обсуждая новость от старост. Студенческий совет во главе с президентом метался, пытаясь успеть пообедать, при этом не отрываясь от новой срочной работы. — Академя Нохеби будут у нас сдавать экзамены! — с возмущением повторила первагодка одноклассницам, свежую как хлеб новость от старосты. Студентки класса 1-1 скучковались в миг, как прозвенел звонок. — Им же не хватит кабинетов! Какая то часть влезет, а остальные в другой день? Если так то, не дай бог нам поменяют дату химии! Ни разу не получала больше 42 баллов, единственный шанс получить зачет — сдать во вторник у Ямагучи-сансея. — занервничала Накамура. — А что во вторник будет особенного? — попыталась уловить суть одноклассница, — Ямагучи-сан прикреплен к нашему классу, если Накамура-чан, ты провалишь тест, то.. —..То сдавать я буду у одного из двух учителей поточки. - Коротко вздохнула Накамура, опустив глаза,— Если верить второму курсу, то преподаватели там, могут спрашивают устно, особенно если в тесте напишешь ерунду. Я же тогда ничего не отвечу! А у Ямагучи сенсэя возможно сдать и с ерундой! — Думаете Нохеби останутся у нас только на период экзаменов? У меня предчувствие будто мы их увидим во втором году. — на удивление подала голос обычно необщительная и тихая одноклассница. Ну наверное потому что все встали кругом от неё пока она сидела в самом центре и вовсю трапезничала. Как в таком положении не проронить не слово? После чего начался женский бедлам, в таком бардаке никто больше не заметил подошедшего к нам парня. Будучи «тем самым» старостой, он видимо хотел появиться и разрешить все интересующие вопросы, но обратить внимание на себя у него не получалось, и поэтому он виновато махал руками где то сзади. — Точно нет. Канализационные трубы за пару часов восстанавливаются. У моего дома постоянно их меняют. Максимум эта работа затянется на два дня. Поверьте. — Кстати Академя Нохеби, это с которыми должны были играть наши спорт. клубы? Или я путаю? — Точно! С марта висели объявления, что наши школы играют матчи. Будут баскетбольные игры, регби, поединок с борцами и если не ошибаюсь волейбол. — Девушки, борцы с академии мои! Я их забронировала первая! — улыбчиво предупредила блондинка, вызвав дружный смех. — Ты же с Америки, тебе разве не ближе регби(сты) или футбали.. — Мда-а у нас директора завели вдруг дружбу? Серьезно? — закатила глаза самая недовольная, бесцеремонно перебивая одноклассницу. — Пусть знают что мы Академию уже ненавидим. Из каждого коридора это слышно, не удивлюсь если во время экзаменов начнутся стычки. — все перевели взгляд на источник темной энергии, а я бы сказала сгусток. Она как рот не откроет так ничего хорошего от туда не выйдет. — Мне их уже жалко как то, они придут экзамен писать, а все их проклинают. — с полу-улыбкой ответила я. Всегда в коллективе найдутся люди, которым нравятся скандалы и ссоры и при любой возможности они раздуют ситуацию, желая настроить всех против кого то. Чем сейчас занимается Ито. А в этом случае это звучало как то глупо. Я уверенна что студенты с академии также не довольны таким поворотом. Да кого это устроит? Я не отрицаю, что если Нохеби переедут к нам будут конфликты, которых из за тесноты просто не избежать. Но это еще не факт и призывать всех к войне с ними бред. Ито закатила глаза, отвернувшись к одноклассницам, — Ты, Мака-тян, кажется вообще не понимаешь, о чем говоришь — спокойным тоном, сказала та, будто мои слова не имеют веса. У меня аж задергалась бровь. Вот курица! Рядом сидящая Накамура повернулась ко мне с горящими от желания мести глазами, но увидев меня скривилась. — Ито-тян, не покусай никого, пока академия не приехала! Сказала я толком не подумав, но в мгновенье одноклассницы прыснули смехом и тут же прикрывали его рукой, под недобрый взгляд Ито. Я в ответ показательно закатила глаза, повторяя её и махнув хвостом, отвернулась. Смешно мне не было. После небольшого напряжения Ито всё же успокоилась под давлением большинства, которые ринулись успокаивать ее пыл на счёт Академии, в духе: «Поживем, увидем. Не ссорьтесь!», последнее адресовали и мне, но я сделала вид, что не слышала разглядывая окно, выражая своё нежелание извиняться. Просить о чем то, того кто обесценивает меня..то есть мои слова, да ни за что! Оглядев остальных, у которых тема уже сменилась на американцев, сделав нашу чужестранку селебрети, у которой берут интервью, остановилась на темноволосой Ито. Она стояла, так же в кругу, иногда включаясь в беседу, но уже не хмурая, а на удивление подваленная, коей я вижу ее впервые за год нашего знакомства.. Её, кажется, это задело. Но она меня вообще-то тоже, извиняться не буду! Сидеть дальше не хотелось, а живот сводило от пустоты, поэтому, взяв свой ланч, мы вместе с Накамурой вышли в коридор, оставляя что‑то обсуждающую компанию и до сих пор крутящегося рядом старосту. — Ты это видела? Ито ещё и обижается! — на последок выговорилась я, скрестив руки. Но после, ощущая, как ситуация начала отпускать и теперь казалась глупой: — Видимо голод берёт своё… Грубо получилось у меня, да? — выдохнув, тоном ниже спросила я, чувствуя возникшую вину. Если так подумать, Ито толком не пыталась меня обидеть, она просто вредная, ядовитая ведьма, а вот я подняла её на смех. Хотя если бы одноклассницы не были моего мнения, на смех подняли бы меня, поэтому вина здесь относительная. — А ты как думаешь? Ты её с собакой сравнила, — спокойно ответила она, после чего я неудобно отвела взгляд. — В любом случае все знают, что она своеобразный человек, она участвовала чуть ли не в каждой ссоре, так что не думаю, что кто‑то бы её всерьёз послушал, — развела руками Накамура. — И не надо теперь её жалеть, ей может даже на пользу пойдёт! — я лишь кивнула. — Ладно о ней, как продвигается твоя подготовка? Ты собиралась в студсовет на втором курсе пробиться! Готова? О том, что я готовилась к этому экзамену весь учебный год, знают только она и наша подружка Химэ. На случай, если я не пройду туда по баллам, мне бы не хотелось вызывать насмешки из‑за того, что я учила год. Всё-таки в классе я произвела впечатление умного человека, нужно его и придерживаться. — Я учила всё! Мне кажется, я единственная занималась так много с первого месяца учебы. — Подруги на то и подруги, чтобы доверять им секреты. Первые два курса средней школы я сдавала все предметы еле переходя порог баллов. Но на третьем году во мне что‑то перемкнуло, и я подалась в ботаны. Мне пришлось очень много учить, буквально вбивать знания в уже раздутую голову. В итоге в Нэкому я поступила, будучи в середине списка, даже ближе к концу. Поэтому фронт работы был ощутим ещё в начале года. — Раз ты уже всё выучила, помоги мне с химией, пожалуйста! Мне высокие баллы не нужны, хотя бы сорок набрать! — Накамура спортсменка, ей с её алиби простительно. Я, конечно же, не против лишний раз поиграть в учителя и бить линейкой за то, что мой ученик тупой, но если без шуток, когда я кого‑то учу, начинаю не объяснять, а орать. Сама такого за собой не замечала и вообще я не вспыльчивый человек, но все, кому я помогала в учёбе, всегда просили меня успокоиться. Забавно. Зная это, Накамура всё равно просит меня. Надеюсь, на кану не будет стоять наша дружба, потому что я соглашаюсь. Во дворе школы у баскетбольной площадки, мы наконец то нашли свободную скамейку и перекинув через неё ногу сели доставая обед. По всему полю разместились третьекурсники, и я заметила им очень плохо; кто-то спал, кто-то со смеху падал, а кто- то почему то бегал. Ну, наверное в выпускном году мы будем такими же. Вдруг вспомнила утреннее сообщение от Химэ — моей близкой подруги из класса 1‑2. Вчера она написала, что простыла и на пару дней сляжет дома. Я удивилась: как можно простыть при двадцати трёх градусах тепла? На мой вопрос она коротко ответила «спроси у Накамуры». Я уж подумала, они поссорились, как та сразу вышла из сети. Ну ясно — уснула. С прищуром, взглянув на Накамуру, которая заплетала хвостик, спросила про нашего больного друга. «Это был кошмар! Мы попали под ливень, всё было так…» — оказалось, вчера они с Химэ поздно ходили в кино на какую‑то драму и не успели на последний поезд. Им пришлось идти пешком тринадцать километров под дождём, без зонтиков. Два часа под ливнём — и всё из‑за романтического фильма. Интересно, по чьей же это идеи… Химэ, как всегда, мягкая и бесконечно преданная, не бросила подругу. В итоге расплатилась насморком. Из мыслей меня подкосил прилетевший с хорошей скоростью баскетбольный мяч откуда-то сверху прямо по моей голове. Я тут же схватилась за неё руками, чувствуя как подступает тошнота, в глазах на секунду поплыла картинка, раздвоив обеспокоенную Накамуру, а крики с площадки стали громче, пока меня не начало отпускать, создавая видимый обзор. Я уже больно шипела оскорбления, стреляющим взглядом оглядывая ту самую площадку, чтобы швырнуть в виноватых этот долбанный мяч. Все сидящие там встрепенулись (проснулись). Только я хотела крикнуть «Кто?!», как заметила уже подбегающих к нам двоих парней, которым вдогонку с баскетбольного поля летели нецензурные выражения в духе «они идиоты» (10x раз), попали в девушку и извиняться только на коленях последнее примерно так и было. Накамура ахнула, а в следующую секунду уже двумя руками сдерживала рвущийся наружу смех, из‑за чего я закатила глаза. — Извините, это был я, но я случайно, честно! — с отдышкой проговорил третьекурсник, к сожалению только низко склонившись. — Как можно было «случайно» так закинуть мяч, играя в баскетбол? — скрестив руки на груди, укоризненно показала на высокую сетку почти в три метра. Меня пробивало мерзкое ощущение, что это такая издёвка, потому что кроме нас и школы никого возле не было. Рядом стоящий парень, который в миг выглядел сконфуженно, потер нос. — Возможно, это из‑за меня, когда я толкнул Ичико-куна. Хотел отобрать у него мяч, поэтому он улетел, — тот, который, видимо, Ичико, совершавший сейчас поклон, зло ткнул локтем в ребро. Может, он и не врет, но я всё равно не поняла, как мяч полетел вверх и приземлился на меня. — То есть я тоже чувствую вину, извините, — потирая бок, склонился уже и он. — Ну ладно, прощаю, — поверив им я отвернулась, прикусив губу от внезапной головной боли, в конце махнув рукой. Нужно сходить в медпункт, полежать, ну и проверить на сотрясение. Парни выпрямились. Они собирались уходить, как Ичико внимательно, даже приложив палец к подбородку, будто задумался осмотрел меня. Мы с Накамурой переглянулись. — Слушай, мне кажется твоё лицо знакомым. А какая у тебя фамилия? — вдруг он склонился близко ко мне, пристально всматриваясь в моё растерянное от такой наглости лицо, будто это поможет ему вспомнить, кого там я ему напомнила. От неожиданности я растеряла все слова и мысли, — Конечно же знакомое, у неё здесь брат учился! — радостно ответила Накамура раньше, чем я успела моргнуть. Ичико довольно оглянулся на немного удивлённого друга и произнёс мою фамилию вслух, будто говоря «Слышал? Я сразу догадался!». Заметив на себе уже выжидающие взгляды, я неохотно подтверждаю. Дурацкий брат, сколько же ещё у тебя осталось знакомых в школе… — Младшая сестра Тигучи‑сана? И вообще, Ичико‑кун, как можно было, не зная наверняка, спрашивать у встречных людей вот так в лоб?! Так в себе уверен?! — Вот‑вот. — А ты посмотри, как они похожи, — полностью проигнорировал выпады в свою сторону третьекурсник, а после обратился ко мне: — Тигучи‑сан был на два года старше, но мы неплохо ладили, несмотря на возраст. Я заметил, что у него есть странная привычка: если его чем‑то задеть, он почему‑то надменно отворачивается, а после всё-таки прощает, как ты сейчас. — Привычка? Он решил, что я его сестра только из‑за дурацкой привычки? — У вас, наверное, с братом и характеры схожи. До сих пор помню, как он однажды ходил по школе в плавательных шортах. — Я тоже помню, как вместе с мамой посещала из‑за этого директора. Как стыдно! Что тогда, что сейчас. Знала бы я, что его помнят нынешние третьекурсники и каждый раз будут во мне видеть брата, я бы выбрала Фукурадани, съехав к тёте в Канто. — Мы с ним как небо и земля, Ичико‑сан, — кратко ответила я и вежливо улыбнулась, как парень, мне показалось, потерял дух. — Вот оно как… — после чего они ещё раз извинились и, прихватив брошенный недалеко мяч, вернулись на поле. — Кажется, в Нэкоме твой брат был популярен, — игриво сказала Накамура. — Не устала отбиваться от старшекурсников, а? — Ой, отстань, сама ведь знаешь! Школьный день подходил к концу: классы пустели, а учителя собирались домой или направлялись на первый этаж в учительскую из‑за начавшейся уборки. Поэтому в это время на всех трёх этажах оставшиеся студенты могли вести себя свободно — кто‑то сновал по коридорам, кто‑то оставался помогать друзьям, а кто‑то даже оставался, чтобы делать домашку. В нашем классе на дежурство остались только я, староста и ещё один парень. На самом деле нас должно было быть четверо, поэтому я, держа тряпку в руке, слушала очередную убедительную речь одноклассника о том, почему он вынужден пропустить дежурство, которая, между прочим, началась ещё двадцать минут назад. У него «тренировка», будто мы не знаем, что перед экзаменами спортзал закрывают. Но как оказалось, об этом был не в курсе наш мягкий староста. Он задумчиво кивал, искренне проникаясь проблемой, и в итоге разрешил ему пропустить дежурство, даже пожелал удачной тренировки. Мы с Сато обречённо вздохнули. — Ямамото, не пользуйся характером нашего старосты, давай помогай нам! — весело призывала я слишком довольного волейболиста; тот тут же нервно показал мне жестом «тихо», — Мака‑тян, никем… то есть ничем это я не пользуюсь… У нас скоро тренировочный матч! — Ямамото растеряно смотрел то на меня, то на прищурившегося старосту, стыдливо краснея. Я, не давая прогульщику сбежать от обязанности, кинула ему тряпку; которую тот с ловкостью поймал. — Нет у вас тренировок до каникул, мне твой сэмпай рассказывал, — староста удивленно посмотрел на краснеющего волейболиста, который пытался оправдаться, но по его лицу всем стало ясно, что это бесполезно. В итоге он молча, но грозно швырнул Ямамото швабру. Даже наш красавчик школы, блондин и фотомодель Сато, который всегда старался выглядеть безупречно, остался на дежурство. Хороший он парень. В следующую секунду, забыв о своём имидже, он расхохотался, тыча пальцем в смущённого Ямамото, о чём вскоре пожалел: тот бросился за ним с той же шваброй, угрожая прибить. На шум сбежались ребята из других классов, подначивая их и поддерживая одновременно, а я только крикнула им не трогать шкаф, со стеклянными дверцами. Во мне не возникало никакого желания их останавливать, не из за того, что мне хотелось посмотреть, а попросту потому что у меня бы это не вышло. Оттаскивать друг от друга двоих парней? Мне? Девчонке? Тут даже не про феминизм, в классе есть наш староста и такая толпа парней, что напрягаться смысла нет. Тем более они поймут когда нужно будет их разнять, если вдруг догонялки перерастут в драку, а если к ним подбегу я, думаю это будет смешно и безрезультатно. Я уже попадала в такую ситуацию и поняла, что даже криками я не сыграю роли. Поэтому я уже присоединилась к зрителям. Пару раз бедолаге прилетело по спине, но вместо извинений он только вопил бранные слова, что, похоже, ещё больше раззадоривало преследователя. Толпа была в восторге, а я в какой то момент начала болеть за Сато, у которого началась отдышка, было видео что он держится из последних сил. Когда парни перевернули две парты, а толпа зрителей росла, я поняла, что никто из них не собирается останавливаться, а галерка придаёт им какой то глупой уверенности. И вот Ямамото загнал уставшего Сато в угол, для спортсмена такая пробежка была все равно как разминка он вообще не разу не устал. Ямамото яростно сжал в руке швабру, подходя к жертве. Второкурсница чуть ли не вытянула шею, в ожидании развязки. Я прикусив губу, Сато, придурок извиняться уже точно не будет. Нужно было как‑то это заканчивать, пока блондина всерьёз не убили. Но что я сделаю? Я вспомнив про существование старосты, обернулась предъявить, почему это он, глава класса ничего не предпринимает и застыла: тот стоял темнее тени, даже не сдвинувшись с места. Просто обиделся, что за детский сад… Кажется, уже поздно, прикрывая макушку, от предстоящего удара, я зажмурилась вместе с Сато, как в следующую секунду Ямамото с размаху пробил ему.. в пресс? Фух.. — Ты больной , она же деревянная! — воскликнул Сато после очередного удара, схватившись за живот. Толпа начала гоготать на весь коридор, а кто то кричал на них, что надо было в рукопашную. Прикрыв глаза рукой, от стыда собственных эмоций, пару секунд назад я чуть не закричала от волнения. Я думала Ямамото его забьёт палкой! Боже! Какого я все таки плохого о нем мнения. Народ резко стал затихать, а после на пороге появилась учительница. — Я не поняла?! Что здесь происходит? Её гнев обрушился на всех сразу. От зрителей не осталось и следа. В наказание за поведение она приказала вымыть не только полы, но и стулья, а также стены, на которых остались грязные полосы от обуви. Я знала, как долго это займёт, и попыталась напомнить ей об этом, но она просто вышла из класса, не желая слушать, и напоследок пригрозила, что проверит. Теперь Ямамото, домывая пол, обменивался раздражёнными взглядами с Сато, который протирал парты. Староста подозрительно тихо проходился тряпкой по подоконникам, а я оттирала грязные полосы на стене у доски. — Ребята, мы тут ещё часа на два задержимся, — сказала я, показывая еле заметный результат своей работы; все вздохнули. — Как они вообще появляются? Всё же в сменке ходят, блин! Парни — Ямамото и Сато — закончив, решили помочь мне и тоже сели на корточки. Теперь я ощущала напряжение с двух сторон. — Может хватит? Вы меня сейчас испепелите! — Если бы Такетора не был дибилом, мы бы уже давно были дома, — откинул вспотевшую чёлку фотомодель. — Эй! Ты чего по имени ко мне обращаешься, спина перестала болеть? — оба уже не находили сил на громкие крики, поэтому просто перепирались; — Ну… к Маке‑тян же все обращаются по имени, — вдумчиво ответил Ямамото; наступила неловкая пауза, видимо ругаться дальше не хотелось. — Почему вам так хочется улизнуть с дежурств? — развела руками я. — Учителя на первом этаже, никто за нами не следит, обычно даже весело. Ну хорошо, может кроме сегодня. — Парни снова взялись за тряпки. — Эм… Мака‑тян, спасибо, что осталась и не свалила всю вину на нас. Мы бы тут до ночи сидели! — виновато почесал голову Такетора, улыбаясь до ушей. — Сато, давай поблагодари, я что, один виноват? — снова завёлся волейболист. — Ты сам это сказал, — ожидаемо съязвил Сато, после чего последовала минутная перепалка. — Спасибо, — шепнул мне блондин, пока Ямамото споласкивал тряпку. Вообще я не собиралась засиживаться с ними до конца наказания, так как все обязанности мы давно выполнили. Я планировала помочь со стеной и уйти домой. Но, когда ещё выдастся день принимать извинения от всяких оболтусов, я промолчу. Староста, стоявший у окна, молчал, и даже со спины было видно, какое у него недовольное лицо. Блин, он ещё обижается? — Шибаяма-кун, ты меня тоже извини, — встал Такэтора, — и спасибо, что всё-таки остался помочь! — виновато склонил голову волейболист, после чего , ранимый староста вздохнул и, повернувшись, сказал: «Хорошо, забыли». И вот мы вчетвером, как и должно было быть с самого начала, после всех прояснённых отношений, многочисленных извинений и благодарностей, дружно намывали стену, обсуждая разные темы. — Вот есть одна девушка, она красивая, весёлая и со мной обычно кокетничает, но иногда, когда я к ней подойду, она смотрит на меня как на урода! — делился со мной своей проблемой Сато, грустно размахивая тряпкой. — Думаешь, она в меня тайно влюблена? — Если она на тебя так смотрит, думаю, ты ей не нравишься. — Жестоко, Мака-тян! Подбодрила бы, не знаю! — театрально прикрыл глаза красавчик школы. Такэтора победно улыбнулся. — По тому, как ты рассказал, ничего не понятно; если хочешь, чтобы я прониклась, нужны подробности! — нахмурилась я, и вообще с чего вдруг он делится при всех личной проблемой. — Правда глаза режет? Тебе уже сказали, что не светит тебе твоя красавица, что поделаешь, если ты для неё урод, — тыкал пальцем Такэтора. И я невольно засмеялась. — Заткнись, твоё мнение мне не упёрлось. С тобой даже девушки не разговаривают, — я перевела недоумённый взгляд. — Всё так плохо, Ямамото-кун? — подключился староста, из-за чего у Такэторы надулась вена на лбу; он нервно кинул: «Отвалите», продолжая оттирать грязь. Меня в этом коллективе не считают за девушку или что? — Так, Шибаяма, а тебе какие девушки нравятся? Может, есть кто-то? — задорно спросила я, как Сато вдруг присоединился. Парень от такого вопроса стушевался, неловко отмахиваясь, его чуть не взяла дрожь. — А то молчишь-молчишь, мне вот интересно, какой у тебя вкус. — Да, мне тоже интересно, какие… цветочки у тебя на уме, — подмечая его стрижку «под горшок», сказал Сато, после чего мы втроём прыснули громким смехом, пытаясь сдержать его рукой, дабы не обидеть нежного старосту. — Ещё бы я вам сказал! — уткнулся в стену тот, пока мы не успокоились. — Главное, чтобы у неё были нерушимые принципы. Такие мне нравятся, — всё-таки высказался парень под одобрительные комментарии. — Раз ты решила у всех спросить, тогда тебе кто нравится, Мака? — с таким же задором спросил Сато, и я немного задумалась, чувствуя заинтересованные взгляды. — Никто, но мне бы хотелось видеть надёжного человека рядом. А остальное… даже не знаю, всё-таки мы не выбираем, кого нам любить, — отделалась расплывчатым ответом, как парни кивнули. — Ясно! Может, есть кто-то соответствующий? — я только хотела ответить, как меня перебивает Ямамото: — Эй, так расспрашиваешь, что мне стало казаться: не Мака-тян ли та девушка, о которой ты говорил? — Я замотала головой, изображая, что это он не обо мне, снисходительно улыбаясь. Хотя на секунду у меня проскользнула такая мысль и так же быстро улетучилась. — Нет-нет, я не о Маке рассказывал! — перевёл на меня взгляд блондин, зарываясь пальцами в свои волосы. — Я спросил из любопытства. А насчёт той девушки мне хотелось услышать женский совет, но из всех, кого я знаю, ты самая.. как бы сказать? Доступная, — как ни в чём не бывало улыбался Сато, не понимая, почему все резко на него уставились. Я так и застыла, сжимая в руке тряпку. — Доступная? — Нет, я не то имел в виду… то есть с тобой легче всего, чем с другими девушками, — растерянно пытался оправдаться парень, только сильнее добивая меня. Встав на ноги, я бросила тряпку в ведро, под недоумевающие взгляды и разочарованно посмотрела на блондина. — Я не выгораживала себя перед учителем, оставаясь на наказание потому, что мы одноклассники, а не потому что я хотела казаться удобной! — на повышенном тоне сказала я, уходя с сумкой из кабинета. Они решили всех сегодня обидеть? Небо за окном горело насыщенным розовым закатом, когда я спешно шла по коридору, сжимая пальцы в кулаки. В голове крутилась одна мысль — «доступная». Вспомнилось растерянное лицо Сато. Я понимаю, что он не имел в виду ничего развратного, но неприятно слышать, когда из всех девушек меня приравнивают к этому пустому и двусмысленному термину, который подразумевает мою «удобность». С чего он это решил? Из за того что мы чуть ли не с первого дня нашли общий язык, он решил что я со всеми такая открытая? Я вообще-то не так легко завожу новых друзей, с Сато мне было легче начать разговор, чем со многими одноклассниками в первый день учебы и помню, как тогда была очень этому рада. А он теперь называет меня доступной, придурок! Я глубоко вдохнула воздуха, потому что у меня начинало пощипывать глаза. Я может и веду себя раскрепощений обычного в какой-нибудь компании, с новыми знакомыми или на том же дежурстве, где не со всеми в дружных отношениях, но это не потому что мне так хочется внимания, а потому что лучше провести время веселее, чем тихо убираться или стоять в сторонке молча. Хоть и не всегда у меня это получается. Разве это нужно объяснять? Может быть у меня и появилось много хороших знакомых, но мой личный круг близких людей очень мал. В этот момент вспомнилось, что даже Ямамото может поговорить со мной без жуткого стеснения. Получается, другие девушки — особенные, а я так? Просто? У меня вспыхнуло болезненное раздражение от того что меня не поняли: будто всю мою сложность и уязвимость попытались свернуть в одно слово и выкинуть в мусорку. Я не люблю загоняться, особенно из‑за каких‑то случайных слов, из за которых я всем пытаюсь что то доказать; крайний раз это привело меня к тому, что я начала всерьёз учиться, но впервые за долгое время я почувствовала себя неуверенно. Фух.. Не стоит падать духом, только из за каких то слов. А вообще, сегодня наверное всемирный день неудач, о котором я не знала. Погрузившись в свои мысли, я заметила, как мимо проскользнула фигура при этом громко зевая. По какой-то причине я обернулась — и сразу замираю: наши взгляды встретились. Куроо? Второкурсник смотрел на меня так же удивленно, это продолжалось, пока я не осознала всю неловкость. — Привет. — Привет. Одновременно с ним сказала я, и чуть не стукнула себя по и без того больной голове. Будто прочувствовал это вместе со мной его губы вытянулись в легкой, немного виноватой улыбке. Он хлопнул в ладони, будто хотел остановить неловкость и развернувшись, врезался в доску объявлений, сшибая её на пол. Сегодня старшая Нэкома действительно перевернулась с ног на голову.