Всё началось той ночью

Это началось уже довольно давно: зимой. А может ещё раньше: на деревенских играх или до них. Впрочем, не так уж и важно. В памяти Сенку чётко отпечатался один момент. Той холодной ночью царство Науки окатило разочарование от невозможности создания телефона. Тогда их лидер махнул рукой — и без него они смогут одержать бескровную победу, но после засел в своей лаборатории. Хром пытался отправить его спать, и каждый раз слышал в ответ: «Хорошо, ещё десять минут. Сейчас, нужно ещё кое-что доделать. Пять минут и я десять миллиардов процентов пойду спать.» Через бесконечное количество попыток юному научнику это порядком поднадоело: — Спать захочешь — придёшь. — Сказал он, уходя на склад. Конечно, ему не нравилось такое поведение друга, но сделать ничего не мог. Сенку кивнул уходящему Хрому, который уже успел порядком покапать на нервы. Хоть вслух он своё недовольство не высказал. Так учёный остался в одиночестве на пару с тишиной. Была уже поздняя ночь, все жители деревни видели десятый сон, а Сенку всё перебирал чертежи, реактивы и свои мысли в голове. Занятый поиском «лучшего выхода из ситуации», он не заметил, как кто-то объявился на пороге лабы. — Дружочек Сенку, а ты чего тут так поздно сидишь? — Пропел нарочито удивлённый и ласковый голос. — Что тебе надо, менталист? — Он даже не поднял глаз, его голову подпирала рука, а взгляд был устремлён на какие-то бумаги — Ты же в это время обычно дрыхнешь без задних ног. — Как жестоко, Сенку-чан. Но если тебе так интересно, меня разбудил дружочек Хром, я не могу спокойно спать, когда рядом кто-то громко храпит. — Полная чушь. Да, парнишка мог иногда посапывать и ворочаться во сне, но Гену, в отличие от учёного, это редко мешало. Сенку понимал очевидный обман, и всё же не стал докапываться до правды. — А вот почему ты не спишь — это очень хороший вопрос. Сам постоянно твердишь: «Отдых тоже часть работы, чтобы продуктивность не падала нужно — хорошо спать и правильно питаться.» — Я уже собирался закругляться, ещё пять минут. — Мне кажется, это же ты говорил малышу Хрому пару часов назад. — Ответа не последовало. Ген бесшумно, с грацией кошки проскользнул вглубь лаборатории и остановился рядом с рабочим столом. Он мельком взглянул на чертежи, что так усердно рассматривал Сенку, но, естественно, ничего не понял: он даже не пытался. — Тяжёлый сегодня выдался день. Путь науки полон трудностей, но жители деревни верят, что несмотря на это он приведёт всех к победе. Даже и без телефона. — Его рука легла на плечо Сенку, что естественно не осталось не замеченным.

Парень сверкнул своими алыми глазами.

— Утешать меня вздумал? Спешу тебя огорчить — мне твоя поддержка нафиг не сдалась. — На секунду воцарилась пауза, Сенку отвернулся обратно к чертежам. — Как и этот злосчастный телефон. — Как скажешь, Сенку-чан. — Ген продолжал стоять, его рука медленно поглаживала спину учёного. Обычно Сенку не любил долгие прикосновения. Он избегал объятий Тайджу, справедливости ради, громила спокойно мог сломать ему рёбра такими обнимашами. Но парень не ненавидел тактильность совсем, просто не считал её необходимой. Сейчас ему следовало отмахнуться от назойливого болтолога, и всё же, что-то его останавливало, он просто замер под этими мягкими поглаживаниями. Сенку давно понял, что Ген не такой эгоист, каким себя выставляет. Это было очевидно, особенно если посмотреть на его отношения с Суйкой. Они довольно много времени проводили вместе: он показывал ей фокусы, учил основам, которые преподают в начальной школе. А когда узнал, что ребёнок один ходит в лес, начал навязываться с ней прикрываясь «попыткой безделья». Даже Кохаку увидя, как бережно болтолог к ней относится, стала мягче к увёртливому гаду. Что уж там говорить, сегодня, пока Сенку был в лабе он слышал, как Ген подбадривал жителей. Тогда учёный про себя отметил, что это очень похвально, боевой дух им терять никак нельзя. Но самому оказаться подверженному такой заботе он был не готов. — Зачем ты это делаешь? — Парень негромко поинтересовался. — Ты возможно не знал, но тактильный контакт является одной из базовых потребностей человека. Еще в младенчестве прикосновения матери помогают ребенку чувствовать себя в безопасности — Он говорил это мягко, слегка монотонно, как бы усыпляя. — Такая себе из тебя мать. — Решил съязвить в привычной манере учёный. — Как скажешь, дружочек Сенку. — Он провёл последний раз, а после убрал руку и зевая направился к выходу. — Не сиди долго и иди спать. Сон тебе так же важен, как и остальным. Асагири ушёл, и Сенку опять остался один. По спине пробежался холодок, он уже успел пожалеть о своей резкости. Несмотря на то, что учёный не любил долгие прикосновения, сейчас тактильный контакт вызывал только приятные эмоции и правда успокаивал. Наверное, так чувствуют себя кошки, когда их гладят. После визита незваного гостя Сенку действительно пошёл спать. На него резко вывалилась вся накопленная усталость, а веки стали слишком тяжёлыми. Он и до этого признавал, что у менталиста есть что-то особенное, что-то, что притягивает людей. Но в ту ночь шестерёнки в его голове точно начали крутиться "не в ту сторону".