Ты плохой мальчик, малыш

Минхо ставит последнюю тарелку на стол, и медленно выдыхает, стараясь успокоиться. Он очень сильно провинился, и ему искренне страшно, что будет дальше. Друзья предложили Ли сходить в клуб, и он сразу согласился. Чонин никогда ничего ему не запрещал, как и Минхо Яну, поэтому младший пожелал ему хорошо отдохнуть, лишь попросив вернуться домой до двух ночи, и хотя бы раз за вечер написать, что все хорошо. Минхо исполнил только два из трёх пунктов: хорошо отдохнул, и написал, что все хорошо около двенадцати ночи. Чонин, уверенный в своем хене, спокойно лег спать, но на утро ни парня, ни хотя бы сообщения от него, он не нашел. Ян тут же начал звонить друзьям старшего, но никто из них не отвечал. Кажется, после бессонной ночи, десять утра для них было слишком рано. Он уже был на пути к клубу, в котором накануне вечером был Минхо, как один из его дружков сам позвонил Чонину. Как знал Ян, Бан Чан самый старший и разумный в их компании. У него плохие отношения с алкоголем, из-за чего он не пьет, поэтому на всяких тусовках следит за младшими. Чонин тут же взял трубку. Чан на той стороне провода спокойно ему объяснил, что Минхо перебрал, от чего не мог нормально назвать адрес или хотя бы услышать вопросы старшего. Поэтому Бан поехал к себе, а его дом находится за городом, в четырех часах езды от того клуба. Он сказал, что сейчас Ли в туалете, обнимается с унитазом, и как только ему полегчает, Чан привезет его домой. Чонин поблагодарил его, скинул адрес СМС-кой, и поехал домой. Теперь он хотя бы знал, что Минхо в безопасности, и скоро будет дома. Чан привез его в одиннадцать вечера, передав из руки в руки. Ян готов был расцеловать Бана - настолько он был благодарен за то, что тот присмотрел за его непутевым хеном. Минхо выглядел виновато, робко смотря на него из под челки, и делал все, что ему говорил младший с такой покорностью, что Чонин тихо присвистнул. Он не стал ничего говорить про то, что произошло, решив, что сегодня уже слишком поздно, да и Ли вымотался. Поэтому они уснули как всегда, но Минхо чувствовал, что что-то будет. Он встал пораньше, приготовил блинчики, и аккуратно расставил посуду, чтобы все лежало по линеечке. По середине стола гордо стояла открытая банка сгущенки, а Ли ходил из стороны в сторону по кухне, зная, что ему влетит. К ужасу Минхо наконец со стороны коридора послышались шаркающие звуки, и в дверном проёме появился сонный и мило помятый Чонин. Его волосы были растрёпаны, а глаза щурились от яркого света. -Доброе утро - промямлил он, обнимая застывшего старшего. -Доброе - кивнул, отмирая, Ли. -Моя стряпуха уже наготовила мне поесть - мурчал Ян, потираясь щекой о шею Минхо - такая умница. Старший задрожал. На него слишком сильно действовала похвала парня. Они сели за стол. Чонин ел, хвалил кулинарные навыки Минхо, и болтал о глупостях, пока Ли ерзал на стуле от неизвестности. Вот завтрак подошёл к концу. Ян так ничего и не сказал, всего лишь поблагодарив за вкусные блинчики. Минхо рассеянно кивнул, засовывая грязную посуду в посудомойку. Он не очень понимал, что задумал младший, но послушно ждал своей участи. Когда он начал убирать со стола, и потянулся за банкой сгущенки, на его талию легли большие узкие ладони. Чонин. Вообще, Ян работает массажистом. Минхо уверен, что эта работа для него, ведь такие тонкие и чертовски длинные пальцы не должны пропадать зря. Тем более, что Чонин ими легко владеет, прямо сейчас впиваясь в мягкие бока до синяков. -Привет, малыш - тихий шепот с улыбкой. Как всегда, начинает из далека - как дела? У Минхо внезапно пересохло во рту. -Кхм...- неловко кашлянул он - нормально. -Ты правда так думаешь? - все ещё улыбаясь и покачиваясь из стороны в сторону. -Нет. -А зачем же ты тогда мне врешь? Ли молчит. Его голова опущена, а руки теребят край скатерти. Язык нервно скользит по губам, смачивая. -Нужно отвечать, когда я спрашиваю - усмехается Чонин, опаляя шею горячим дыханием. -Я...я не знаю. -Плохо, малыш - наигранно обиженно вздыхает младший - знаешь, как я волновался, когда утром от тебя ни слуха, ни духа не нашел? Как звонил всем, в законный выходной, будил, с вопросом: "вы не видели моего ужасно пьяного хёна вчера вечером?". Я уже было приехал и разнёс тот клуб, благо, Чан-хен позвонил мне раньше. Ты не просто ослушался меня. Ты ещё и Чану подкинул хлопот. Минхо слушает, пристыженно кивая на каждую фразу Чонина. Он знает, что виноват, и готов за это ответить. Но что скажет Ян? -Ты слышишь меня? -Я слышу - кивает Ли. -Как ты себя вел? - лениво спрашивает младший, отодвигая от себя его талию, заставляя упереться руками в стол, и прогнуться. -Я вел себя очень плохо - тихо отвечает Минхо, чувствуя, как кончики ушей начинают гореть. Это унизительно. Но он понимает, что заставил Чонина волноваться, и тоже унижаться, ища своего парня по всему городу. Поэтому он собирает всю свою волю в кулак, и отвечает на любые вопросы. -А что получает человек, который плохо себя вел? - даже на такое ему приходится отвечать. -Наказание - совсем тихо. -Скажи мне, кто ты? - Минхо краснеет на несколько тонов сильнее, и больше скулит, чем отвечает: -Плохой мальчик... -Верно. В следующий момент Ли вжимают щекой в стол, сдирая пижамные штаны и белье. Минхо от неожиданности вскрикивает, и старается подняться, но сильный шлепок по заднице, и заломанные руки за спиной заставляют его замереть. -Куда же ты, непослушный малыш? - шипит Ян на ухо - ты сам сказал, что ты плохой мальчик, а значит заслуживаешь наказания. Так почему же ты вырываешься? Старший мотает головой из стороны в сторону, и прислоняется лбом к деревянной поверхности. -Будешь пытаться встать - выпорю - предупреждает Чонин, для верности снова с силой шлёпая упругую ягодицу, слыша совсем тихий скулеж. Он отстраняется, неспеша обходя стол. Достает из посудомойки блюдце, и ставит его перед носом старшего. Медленно, будто не перед ним полу голый парень лежит. Облокачивается на стол локтем, берет баночку сгущенки, потихоньку, тонкими струйками выливает на блюдце. Минхо в унизительной для него позе. Даже коленно-локтевая так его не смущает. А все потому, что он такого роста, при котором Ли сгибается в идеальный ровный угол, ложась грудью на столешницу. Олицетворение выражения "нагнули". Тем более, что его зад голый, невольно слегка открытый из-за позы. От этого стыдно вдвойне. Он внимательно следит за каждым действием Чонина, и не понимает что он делает. Он ведь хочет наказать Минхо за плохое поведение, так? Тогда зачем ему сгущенка? Чонин ставит баночку в сторону, зачерпывая двумя пальцами сгущёнку. Слегка прикрыв глаза, он показушно выпустил язык, скользя им по тонким пальцам. Специально приподнял подбородок, чтобы старший видел, как дёргается его кадык, когда Ян глотает сладкую жидкость. Минхо с жадностью смотрит, его дыхание сбивается. Член начинает твердеть, а язык неконтролируемо вываливается из приоткрытого рта. Милая - по скромному мнению Чонина - привычка, что невольно всегда выдает его возбуждение. Но об этом знает только Ян. Младший снова зачерпывает сладость, поднося к губам Минхо. Ли послушно обхватил чужие пальцы, начиная посасывать. Слушается, стараясь смягчить наказание, заслужить поощрение. Язык умело обводит пальцы, облизывая. Минхо старается вобрать их в себя по костяшки, чувствуя как фаланги приятной тяжестью лежат во рту, слегка давя на корень языка. -Такой догадливый - тихо шепчет Чонин, наблюдая за такой пошлой картиной сосущего его пальцы Минхо. Ли тихо стонет, пуская вибрацию по первым фалангам, в кисть младшего. -Ты же знаешь, что твой язык очень хорош? - продолжает Ян под приглушенные хныканья старшего - ты создан для того, чтобы сосать. Не важно что - пальцы, леденцы, мой член - тебе идёт быть с чем то во рту. Ты становишься таким милым и горячим одновременно. Не переживай, ты сегодня отсосешь, но позже. Сначала я помучаю тебя, в наказание за твое поведение. Минхо готов умереть на месте от стыда. Чонин вытаскивает пальцы изо рта старшего, и обходит стол, чтобы встать сзади. Его нога скользит между стоп Ли, разводя их широко в стороны, из-за чего тот невольно тихо стонет. Ян даёт себе пару секунд, чтобы насладиться видом такого открытого и пристыженного обычно дерзкого Минхо, и прижимается грудью к его спине, чтобы прошептать на ухо: -Только посмотри, каким послушным котёнком ты становишься, когда провинился. Ты ведь знаешь об этом, не правда ли? Стоит сказать о наказании, и немного подмять тебя под себя, как ты уже не вырываешься, подставляя мне свой шикарный зад. Я слышу, как в твоей прекрасной головушке крутятся шестерёнки. Тебе ведь страшно, да? А знаешь, как было страшно мне? Мой дерзкий хён, что всегда найдет приключения на свою задницу, не вернулся с ночной вечеринки. Вот это страшно. Скажи мне, ты ведь до этого момента думал, что я выпорю тебя, как делал обычно? Минхо, чье сознание поплыло от грубых слов, в перемешку с похвалой, не сразу понял, что от него ждут ответа. Из транса его вывел ощутимый шлепок по мягкой ягодице. -Ах! Да! - взвизгивает Ли. -Грустно тебя разочаровывать, но ты ошибся - мурлычет Чонин, нажимая ладонью на поясницу старшего, заставляя прогнуться - что-то заскучал я в отпуске без работы. Не возражаешь? Выбор без выбора. Минхо мотает головой, прижимаясь горящей щекой к прохладной поверхности стола. Каждое новое действие Чонина вводит Ли в заблуждение все больше. При чем здесь массаж? В голове Минхо моргает вывеска "наказание ≠ массаж спины". Может, Ян сделает ему интенсивный массаж? Вряд ли. Но что это все таки значит? Младший отстраняется, кладя ладони на широкие плечи Ли. Сильно, но мягко сжимает пальцы, разминая. Его руки везде. Чонин массирует каждую мышцу, мнет ладонями кожу, нажимает пальцами. Опускается с каждой минутой ниже, добираясь до поясницы. Минхо на стороже. Его напрягает поведение младшего, но он медленно, очень медленно теряет бдительность. В какой то момент в голове мелькает мысль, что Чонин простил его. Простил, но решил проучить, напугав наказанием. Ли расслабился, прикрывая глаза. Он находился в напряжении полтора дня, и профессиональный массаж сейчас был очень кстати. Минхо настолько ушел в себя, наслаждаясь прикосновениями внизу поясницы, что не заметил, как одна из теплых ладоней пропала. Он так же не видел, как прямо перед его носом зачерпнули сгущенки, заводя руку назад. Опомнился Ли только тогда, когда почувствовал липкое прикосновение к колечку мышц. -Ч-чонин? - проблеял Минхо, напрягаясь всем телом. -Ну что ты, милый - Ян хищно клацнул зубами - правда думал, что я забыл? Нет, Мино, ты должен получить наказание за то, что заставил беспокоиться своего любимого младшенького. Бедра мелко задрожали, Ли тихо всхлипнул. Чонин размазывает сгущенку между его ягодиц, а Минхо позволяет это. -Что ты делаешь? - шепчет он, стараясь свести ноги. -То, что ты заслужил - отвечает Ян, раздвигая чужие бедра снова. Он толкается внутрь средним и безымянным пальцами, входя сразу до костяшки. Ли вскрикивает, стараясь податься вперёд, соскользнуть с длинных пальцев, что неприятно растягивают мышцы, но ему мешает стол, больно упирающийся в тазовые косточки. -Чонин! -Что, "Чонин?" - наконец срывается младший, резко вбиваясь пальцами в горячее нутро - я двадцать четыре года Чонин, за шесть из которых ты все ещё не понял, что со мной шутки плохи. Минхо всхлипывает, пытаясь уйти от пальцев, за что ему пару раз больно прилетает по заднице. До этого момента, Ян чаще всего просто порол старшего, когда тот ослушивался его, но в этот раз он придумал что-то новое. Хотел ли он трахнуть Ли на сгущенке, или измазать его изнутри, чтобы старший долго это все вычищал, Минхо не знает. Ясно одно - сегодня пострадает его задница. Чонин грубо толкает пальцы в Ли, пока того трясет от такого властного младшего. Его руки невольно тянутся вниз, чтобы остановить чужую выносливую кисть, но их перехватывают раньше. Ян собирает его руки в кучу, сжимая предплечья за спиной одной ладонью, пока вторая не останавливается. Сгущенка липкая, от чего чавкающие звуки громче и более пошлые, слыша которые у Минхо краснеют кончики ушей. Он правда не понимает, чего добивается Чонин, просто трахая его пальцами. Он даже не дотрагивается до простаты, хотя идеально знает ее расположение! Тут в голове Ли вспыхивает догадка, и он искренне надеется, что это не то, о чем он подумал. По тому, как старший притих, Чонин, кажется, понял, что Минхо догадался, так как он остановил движения пальцами, и склонился к чужому уху. Зубы прихватили мочку, когда он влажно прошептал: -Что, маленький, понял? - он хихикнул, пуская мурашки по всему телу старшего - долго же ты думал. Но ничего. Массаж простаты - тоже массаж, правда? Минхо похолодел. В руках Чонина прямо сейчас находится такое трепетное место, что он может сделать все, что угодно. От просто ласковых поглаживаний, что очень быстро приведут Ли к концу, до повреждения комочка нервов... "Нет, Минхо, о чем ты думаешь?!" - ругался старший сам на себя. Чонин никогда не причинит ему боль, он знает об этом. Так зачем его мозг рисует картины, до которых младший никогда в жизни не додумается? Пора прекращать себя накручивать. Ян впервые за этот вечер, тронул простату. Минхо тихо вскрикнул, подпрыгивая на месте. Его сознание (и не только сознание) плывет от одного приятного прикосновения, что же будет потом, когда Чонин начнет массировать ее? -Как думаешь, ты долго продержишься? - шепчет Ян на ухо, невесомо прикасаясь к комочку нервов, обостряя чувствительность - зная тебя, около пяти минут - максимум. Опровергнешь? Минхо всхлипнул, переминаясь с ноги на ногу. Ему так хорошо! Кончики чужих длинных пальцев, что сильно натягивают тугие мышцы, так приятно и аккуратно поглаживают простату, заставляя летать звёздочки перед глазами. Ли чувствует, как липкая вязкая субстанция медленно ползет по его бёдрам, щекоча внутреннюю часть. Он совсем слегка прогибается, жмурясь от удовольствия. Минхо влажно стонет, слегка ёрзает, и жмёт кулаки, стараясь убрать туман перед глазами. -Н-нини - хнычет он, дрожа - Нини, пожалуйста... -Молчать - и новый шлепок снова обжёг нежную кожу. Минхо закусывает губу, потому что слушать свои громкие и до стыдного высокие стоны невозможно. -Неужели мой непослушный малыш решил заглушить такие прекрасные стоны? - шипит Чонин, кусая между лопаток, прямо в футболке. Слабое место. Ли взвизгивает, пытаясь вырваться. Его грубо одергивают, вжимая щекой в стол, одновременно с этим сильнее надавливая на железу внутри. -Не смей - Ян целует в упругую ягодицу, успокаивая. У Минхо мутнеет сознание, он не может мыслить нормально. Чонин нежно обводит чувствительный комочек нервов по контуру, а Ли изнемогает от недостатка прикосновений и щекочущих чувств. Слишком приятно, слишком сводит с ума. Он чувствует, что скоро кончит. -Чон-чонин...- тихо зовёт он, покачивая бедрами, стараясь направить пальцы младшего в место, где приятнее всего - Нини... Внезапно на изнывающем члене он чувствует прикосновение. Оно произведено не с желанием помочь, а с целью остановить подступающий оргазм. -Нельзя - коротко обрывает его Ян, вытаскивая пальцы. -Нет! Нини, пожалуйста, нет! - всхлипывает Минхо, следуя за чужими пальцами, не хотя выпускать их из себя - пожалуйста...дай мне кончить...позволь, пожалуйста... -Рано, малыш - спокойно отвечает Чонин, мягко поглаживая розовую ягодицу - ты ещё не усвоил урок. Его ладонь все ещё сжимает основание члена, от чего разрядка с каждой секундой отступает все дальше. На глаза Минхо наворачиваются слезы, но он с трудом сглатывает предательский комок. Плакать под Чонином стыдно. Он видит, как младший зачерпывает сгущёнку рядом с его лицом, и не может не сглотнуть от вида тонких, длинных пальцев, измазанных в вязкой жидкости. Ян заводит руку назад, и Минхо готовиться к новому заходу, но прикосновения нет. Младший рывком задирает пижамную растянутую футболку до загривка, и легко целует чуть ниже лопатки. Ли старается повернуть голову и посмотреть, что делает Чонин, но резко замирает, когда ему на спину, чуть ниже укуса, капает что-то холодное. -Что ты?..- успевает начать Ли, но фраза обрывается тихим стоном. Младший провел липкой ладонью по чувствительной спине, смазывая ее сгущенкой. Чонин скользнул ниже, завороженно следя за блестящей дорожкой от своих пальцев. Он готов был истекать слюной от вида парня под ним. Минхо лежал грудью на столе, упираясь лбом в столешницу, и робко прижимал к себе руки. Его спина была напряжена, и Ли слегка подрагивал от холодных капель, что медленно стекали по талии и рёбрам вниз. Красивый. Ян давит двумя пальцами с разных сторон копчика, и двигается выше. Старший до хруста позвоночника выгибается, и стонет, так сладко стонет! Хочется перестать мучить, довести до оргазма, позволить кончить, и целовать, целовать, целовать... Но с этим желанием борется жажда оборвать, наказать, показать, кто здесь главный, и довести до слез, заставить умолять. Пересиливает вторая сторона, и Чонин с тихим рычанием кусает за поясницу, вылизывая языком кусочек сладковатой кожи во рту. Минхо мычит, тихо хныча, когда младший с ухмылкой, до дрожи в коленках томно, шепчет: -Сладкий - и входит уже тремя пальцами до костяшек. -Чонин! - воет Ли, чувствуя желанные прикосновения к самому чувствительному месту. Чонин слегка стучит кончиками пальцев по шершавому комочку, примеряясь и следя за вздрагивающим Минхо. Он тихо хмыкает, и ведёт языком по гладкой спине, слизывая сгущенку. Поднимается выше, касаясь губами мягкой мочки на покрасневшем ушке, и негромко спрашивает: -Готов, малыш? -Готов к...к чему? - заикается Ли, невольно прижимаясь липкой спиной к крепкой груди младшего, обтянутой футболкой. -К интенсивному массажу - хихикает Чонин, мягко целуя за ушком. Не дожидаясь ответа от замершего старшего, Ян отстраняется, и на пробу несильно давит на простату. Минхо дрожит, приподнимаясь на локтях от ощущений, но его останавливают зубы, что впиваются между лопаток, заставляя побеждённо распластаться на столешнице. -Если будет больно или слишком для тебя - похлопай по столу - предупреждает Чонин, от чего в груди у Ли растекается тепло. Несмотря на то, что он ужасно себя повел, Ян заботиться о нем, давая выбор. Минхо кивает, чувствуя язык на чувствительной спине, от чего слегка ёрзает. Чонин нажимает пальцами на комочек внутри старшего, делая лёгкие массажные движения. Ли трясет, он приподнимается на носочках, и громко хнычет. Он чувствует, как ему в бедро упирается крепкое возбуждение младшего. Кажется, ему уже больно, но Ян не обращает на себя внимания, продолжая трахать Минхо пальцами. Ли всхлипывает, ведь давление и жар усиливаются, но он ничего не может с этим сделать. Настолько приятно, что становится больно. Чонин все делает мягко, от чего удовольствие затапливает сознание. Младший давит пальцами, скользя от себя. Минхо жмурится, из него вырывается громкий плачущий звук, а ноги невольно поджимаются от удовольствия. -Неужели тебе нравится именно так? - тихо ухмыляется Чонин, и повторяет свои действия. -А!..Чонин! П-пожалуйста!..- в глазах собираются слезы, и Ли сам не знает, о чем молит. Младший наклоняется, и ведёт языком по чужой подрагивающей спине, слизывая сгущенку. Он специально громко чавкает, чтобы насладиться покрасневшими ушами Минхо, и снова давит на простату, только чуть сильнее, чем до этого. Старший вскрикивает, и старается уйти от пальцев, чуть полностью не залезая на стол. Чонин предупреждающе шлёпает по ягодице, не останавливая движения пальцами. С кончика члена Ли капает предсемя, и на полу уже образовалась небольшая лужа, за которую ему было бы стыдно, будь он в трезвом уме. Но сейчас он дрожит всем телом, и старается свести колени вместе, изнемогая от удовольствия, граничащем с болью. Чонин рывком разводит его ноги до упора, и толкает пальцы по внутренней стороне стеночек, скользя по простате. Минхо вскидывает голову, громко взвыв. Так приятно! Старший с силой вжимается лбом в столешницу, и слёзно хнычет. Он не замечает, как по его щеке течет слеза, сосредоточенный на пальцах внутри. Член пульсирует, головка тяжелеет, и Минхо всхлипывает, тихо просит: -Нини, пожалуйста... -"Пожалуйста" что? - невозмутимо спрашивает Чонин. Он сгибает пальцы, давя костяшками на небольшой комочек внутри старшего, наблюдая за его попытками соскочить с длинных пальцев. -Пожалуйста, дай мне кончить - ноет Минхо, стараясь стереть с лица слезы, но они продолжают течь безостановочным потоком. -М...- Ян делает вид, что думает, снова постукивая пальцами по простате, от чего старший подпрыгивает при каждом прикосновении - нет. Минхо разбито и беззвучно рыдает, сотрясаясь всем телом. Младший наблюдает, наслаждаясь такой хрупкой сейчас спиной Ли. Его лопатки сводятся, стараясь стать меньше, и это так красиво. -Я позволю тебе кончить только тогда, когда ты скажешь, в чем провинился - предупреждает Чонин. Минхо больше не старается скрыть слезы, открыто плача и извиваясь. Он приподнимается на носочках, выгибается, поджимает ноги, старается уползти вперёд, и мечется по поверхности стола, не зная, куда себя деть. Ян завороженно смотрит, как чужой позвоночник ходит волнами, словно змея, и не может не оставить пару засосов на липкой белоснежной спине. -Я слушаю, малыш - обращает на себя внимание младший, снова сжимая чужой член у основания. Минхо всхлипывает громко, и скулит плачуще. -Я ослушался тебя - плачет он, желая одного - наконец то кончить. -Как именно? - спокойно уточняет Чонин. -Напился...Ах! - Ян ударил по, и так покрасневшей коже. -Продолжай. -Не пришел вовремя... - Минхо хлюпает носом, чувствуя новое жгучее прикосновение к ягодице - и не предупредил тебя... -А ещё? - младший примеряется ладонью для нового удара, пока Ли громко хнычет, ёрзая на чужих пальцах. -Я доставил проблем Чану - старший взвизгивает от нового, особенно сильного удара, и снова сотрясается в рыданиях, сжимая в ладонях край стола. -Умница - коротко бросает Чонин, убирая ладонь с чужого члена. Он пару раз толкается в комочек нервов, и этого достаточно для Минхо, но тот изо всех сил держится, ведь разрешения не было. Младший целует напряжённое плечо, и довольно шепчет: -Такой послушный, догадливый мальчик. Ты можешь кончить, милый. Ли облегченно всхлипывает, и скулит так жалобно, что Чонин бы точно сошел с ума от перевозбуждения, если бы это было возможно. Ян помогает старшему продлить оргазм, пару раз пройдясь по пульсирующему органу, и опускает руку. Он аккуратно вытаскивает пальцы, и мягко гладит тонкую талию Минхо, стараясь унять чужую дрожь. Чонин что-то тихо мурчит ему на ушко, невесомо вылизывая длинную шею от сгущенки. Старший тихо плачет, полностью распластавшись на столе. -Минхо - зовёт Ян, водя ладонями вверх вниз по теплым бёдрам танцора - милый, ты слышишь меня? Ли мелко кивает, все ещё пряча лицо в ладонях. С его стороны слышен тихий всхлип, и Чонин мягко целует его за ушком, зная, что старшему это нравится. -Я уберу следы, хорошо? - спрашивает он, не дожидаясь ответа. Отстраняется назад, оглядывая разведённые ноги Минхо, и садится на колени между ними. Его взгляду представляется мокрая растраханная дырочка, и Чонин хищно облизывается. Он понимает, что старшего не хватит на второй раунд, поэтому с сожалением откладывает пункт "вылизать Минхо" на следующий раз. Его длинные пальцы обхватывают одно пышное бедро, притягивая к себе. Касается горячим языком липкой дорожки на коже, и ведёт им выше. Ли на столе всхлипывает, и тяжело дышит. Чонин прижимается губами к ровной коже, слегка посасывая. Вкусно. Сладкая жидкость смешивается с природным вкусом Минхо, и Ян может поклясться, что это то, что он может есть на завтрак, полдник, обед и ужин. Ян с тихим чмоком отстраняется от вкусного бедра, с удовлетворением рассматривая немного покрасневшую от того, что Чонин посасывал кожу, дорожку. Он с любовью целует итог своих трудов, и оборачивается к другой ноге, с усердием слизывая каплю сгущенки. -Чонин - тихо и хрипло зовёт его Минхо, от чего Ян тут же оказывается рядом. -Что такое? Чего ты хочешь, котён? - тут же спрашивает он, оставляя поцелуй в самом низу чужой шеи. -Ты говорил, что дашь мне отсосать - шепчет Ли, смущаясь своих слов. -Неужели мой малыш так хочет взять в рот? - хихикает Чонин, но сразу до конца стягивает с него футболку, поднимая аккуратно за плечи. Минхо немедленно опускается на колени, и оборачивается к Яну. В его глазах застыли слёзы, а губы стали ярко-красные от постоянных покусываний. Младший завороженно рассматривает красивое личико Ли, поглаживая пальцами его щеку. -Ты такой прекрасный - шепчет он, а Минхо отводит взгляд, вытирая засохшие слезы. Он разбит и смущён одновременно, но все равно тянет руки к ремню на чужих джинсах, нетерпеливо дёргая. Чонин хихикает, и накрывает его кисти своими. Быстро растегивает штаны, освобождая давно ноющий член, и выдыхает от облегчения. Минхо обхватывает орган перед своим носом миниатюрными ладошками, и тут же берет крупную головку в рот. Чонин тихо стонет, прикрывая глаза. Он чувствует ловкий язык, что так приятно и умело кружит по уздечке, и узкий жаркий рот, что довольно быстро вбирает в себя увесистый член. Ян смотрит из под прикрытых век на старшего. Тот дышит медленно через нос, моргает растерянно, и губы плотнее сжимает, имитируя узость. Старается. Головка упирается в глотку, и Минхо невольно сглатывает. Чонин стонет, упираясь руками в стол напротив, чтобы держать равновесие, и слегка толкается вперёд. Ли мычит, пуская вибрацию по члену, от чего младший сжимает пальцы в кулаки, и негромко шипит. Минхо глубоко вдыхает, и насаживается до конца, упираясь носом в гладкий лобок. -Ох, котенок - шепчет Ян, запуская ладонь в пушистые от пота волосы старшего - умничка, малыш...ты такой молодец... Ли отстраняется, оставляя во рту чуть меньше половины. Чонин гладит его по голове, вздыхая от приятных прикосновений. Старший лижет каплю предэякулята с красной головки, и сосет легонько, делая небольшой вакуум. -Мин-и, милый, отстранись, если не хочешь, чтобы я испачкал тебя - предупреждает Чонин, убирая руку из чужих волос, давая возможность отстраниться. Ему не нужно было много времени, чтобы покачнуться на обрыве удовольствия. Минхо берет полностью, молча отказываясь. Через секунду он чувствует теплую жидкость на языке, и закатывает глаза от удовольствия. Бедра непроизвольно напрягаются, и Ли снова кончает, но не чувствует семени на руках - сухой оргазм. Старший выпускает из губ обмякший член, и все послушно глотает. В его глазах летают звёздочки, и он не сразу понимает, что Чонин садится перед ним на колени, оклемавшись от бурного оргазма. -Милый, посмотри на меня - зовёт он тихо, не видя реакции от зажмуренного Минхо. Ян аккуратно касается его плеч, ненавязчиво потянув на себя. Ли бездушной куклой падает ему на грудь, слепо прижимаясь ближе. Чонин сажает его полностью к себе на колени, мягко обхватив танцора руками, и целует в макушку. *** -Минхо - Ян приподнимает чужую голову за подбородок, заглядывая в заплаканное лицо. Ли смотрит рассеянно, и притрагивается пальчиками к ладони на своем подбородке - привет, малыш - улыбается младший, и целует в нос. Они лежат в ванной, позволяя теплой воде смыть с себя все следы наказания. Минхо только сейчас осознает, что распластался на чужой груди, пока его ласково гладят по - уже отмытой - спине. -Нини - шепчет он, бегая глазами по лицу Чонина. -Да, малыш? Что ты хочешь? Воды? Подожди, я принес стакан, сейчас... -Нини, я люблю тебя - перебивает Минхо, и смотрит так преданно, что Ян невольно сравнивает его с бездомным котёнком, которого впервые в жизни погладили или покормили. Он умиляется, его улыбка становится шире, и Чонин наклоняется, чтобы впервый раз за утро поцеловать старшего. Поцелуй трепетный, ленивый, с языком, но не требующий продолжения. Они просто дают друг другу свою любовь через это действие, зная, что их поймут. Чонин отстраняется, чтобы ответить взаимностью, но Минхо снова тянется вперёд, и смотрит жалобно, просяще. Ян тихо хихикает, снова прижимается к его пухлым губам, и лижет мягко. Руки находят тонкую талию в воде, и тянут на себя, заставляя переместить весь вес на младшего. -Я тоже тебя люблю - все таки шепчет он в поцелуй, прикусывая нижнюю губу. Старший тихо стонет, и жмурится довольно. Они отрываются друг от друга и Минхо тут же получает мягкий поцелуй под ушком. Он вздыхает влюбленно, и кладет голову на широкую грудь, слыша немного учащенное сердцебиение Чонина. Ян гладит мягкие волосы, покачиваясь из стороны в сторону, и тихо что-то мурчит, смывая пену с лопаток Минхо. -Чонин - зовёт Ли. -Что такое, Хо-я? - немедленно отзывается младший, и вдыхает такой прекрасный запах волос Минхо. -Ты...ты больше на меня не злишься? - тихо спрашивает он, робко рисуя узоры на белоснежной коже. -Нет, малыш - Ян оставляет лёгкий поцелуй на мягкой щечке - я не могу злиться на тебя, ты же знаешь. -Тогда зачем ты сделал...все это? Ты же не злился... -А это затем - шепот Чонина меняется на до-ужаса-сексуальный, от чего у Минхо бегут мурашки по коже, и он невольно сжимается в комочек - чтобы ты знал, что меня нужно слушаться, малыш. От выделенного "малыш", Ли сглатывает, мысленно давая себе обещание всегда слушаться младшего. Как жаль, что он никогда не следует правилам.