Проект заморожен(шрб)

— Ты ведь не просто животное, правда? — прошептал Artful, глядя в черные глаза Pursuer’а. — Иногда мне кажется, что ты понимаешь больше, чем кто-либо из людей, с которыми я когда-либо встречался. Pursuer склонил голову набок, будто обдумывая слова музыканта. В его глазах мелькнуло что-то, похожее на понимание, а может быть, даже на… нежность? Это заставило сердце Artful’а пропустить удар. — Знаешь, — продолжил он, поднимаясь и подходя к окну, за которым моросил мелкий дождь, — с тех пор как я нашел тебя на острове, моя музыка изменилась. Я слышу в ней что-то новое, что-то, чего раньше не было. Pursuer последовал за ним, бесшумно ступая по деревянному полу. Он остановился рядом, слегка прижавшись к ноге Artful’а, деля с ним момент созерцания ночного города. — Иногда я думаю, что мы встретились не случайно, — голос Artful’а стал тише. — Словно ты был послан, чтобы помочь мне найти мой истинный голос. Он опустился на колени, оказавшись лицом к лицу с Pursuer’ом. Их взгляды встретились, и в этот момент что-то изменилось между ними. Барьер между человеком и загадочным существом, казалось, истончился до невидимой грани. Pursuer неожиданно поднял лапу и осторожно коснулся щеки Artful’а. Прикосновение было легким, почти невесомым, но от него по телу музыканта пробежала теплая волна. Это был жест, полный такой нежности и понимания, что Artful затаил дыхание. — Ты понимаешь меня, — произнес он с изумлением. — По-настоящему понимаешь. В ответ Pursuer издал новый звук — нечто среднее между мурлыканьем и мелодичным свистом, удивительно гармоничный и успокаивающий. Это был звук, которого Artful никогда прежде не слышал. — Что ты пытаешься сказать мне? — спросил он, завороженный. Pursuer отошел к инструменту Artful’а и выжидающе посмотрел на музыканта. Тот понял безмолвную просьбу и сел за инструмент. Пальцы коснулись струн, и мелодия, рожденная в тот момент, была настолько прекрасна и пронзительна, что у Artful’а защипало в глазах. Pursuer сидел рядом, его тело слегка покачивалось в такт музыке, а глаза были полузакрыты, словно он был погружен в транс. Когда последние ноты растворились в воздухе, он снова издал тот же мелодичный звук. — Ты… ты пытаешься петь со мной? — изумленно спросил Artful. В ответ Pursuer подошел ближе и осторожно положил голову на колени Artful’а. Этот жест доверия был настолько интимным, что музыкант почувствовал, как его сердце наполняется чем-то теплым и светлым. — Ты изменил мою жизнь, — прошептал он, осторожно гладя белую голову Pursuer’а. — И, кажется, я… привязался к тебе сильнее, чем мог представить. Они сидели так долго, в тишине, нарушаемой только потрескиванием дров в камине и шумом дождя за окном. Artful понял, что связь, образовавшаяся между ним и этим загадочным существом, выходит за рамки простой дружбы или привязанности. В ней было что-то глубже, что-то похожее на ту связь, которую люди называют любовью — пусть и необычной, непохожей на все, что он когда-либо испытывал. — Завтра важный день, — наконец произнес Artful, когда часы пробили полночь. — Но сейчас я не боюсь. С тобой рядом я чувствую, что могу выразить в музыке все, что таится в моем сердце. Pursuer поднял голову и посмотрел на него с таким пониманием, что сомнений не оставалось — он чувствовал то же самое.