There we must to be.

      МакГонагалл всё ещё выражала явный скептицизм, потому что её лицо ни капли не изменилось. Единственное, что добавилось к некоторой суровости и неверию в слова Кэм и Адри – плотно сжатые губы. Но декан Гриффиндора всё-таки спросила, понимая, что эти девушки не уйдут: — Как?       Адрианна переглянулась с Кэм и сжала её руку чуть сильнее. Это было своеобразным знаком, которым брюнетка попыталась сказать подруге, чтобы та не боялась, и что сейчас самое время показать все её проколы. В то же время девушка кинула предупреждающий взгляд, чтобы та не говорила то, что точно может полностью изменить ход истории.       Глубоко вздохнув, Адрианна всё-таки отпустила руку беловолосой. Она медленно сняла мантию, после чего – пиджак. Девушка осталась только в одной рубашке. Брюнетка закатала правый рукав, и показала татуировку в виде веточки на запястье, небольшую по её собственной размерной сетке, сантиметров 10 в длину. Расстегнула верхнюю пуговицу рубашки и отогнула воротник в сторону. Стала видна часть большой татуировке с изображением летящей звезды на ключицах, переходящая на шею.       Кэм проследив за действиями подруги, также сняла мантию и, закатав рукав пиджака, показала время и дату на электронных часах – «13:23 воскресенье, 21 сентября 2025 год» — Это сложно объяснить... Ну, мы предпологаем, как это произошло, но не понимаем точно. Мы, это, заклинание пробовали... А оно тудой.. То есть не тудой... Ну и вроде бы ничего. И потом бац! Мы здесь! — быстро затараторила объяснения Ствайн, видя непонимание в глазах профессора. — В жизни больше не пойду на лекции профессора Спраут! — воскликнула Когтевранка садясь за ближайшую парту и доставая телефон. — Вот, вроде, Мандрагоровый спас был четвёртого, а я до сих пор не просмотрела все сообщения... — тихо бормоча себе под нос, девушка открыла почту, принявшись просматривать открытки.       Адрианна в шоке, чуть ли не с открытым ртом смотрела на Кэм, пока она говорила. Судя по речи подруги, она явно переживала при разговоре с волшебницей. Но Адрианна не могла её в этом винить – более того, китаянка разделяла чувства подруги, просто, возможно, ей самой было проще контролировать свои эмоции и не давать им взять верх над разумом. Когда Кэмерин уселась за парту, просматривая открытки – и что она надеется там, интересно, увидеть, если здесь просто напросто ещё не ловит интернет? Не важно! Адрианна вновь перевела взгляд на женщину, всё это время молчавшую. Судя по лицу профессора, она начинала больше верить в историю этих двух девушек, что так внезапно ворвались в её кабинет, когда она хотела подготовиться к одному из завтрашних уроков. — В наше время, мы проходим по одному из предметов магию времени. У нас было домашнее задание, связанное именно с этим. Нам нужно было перенести лягушку на неделю назад и обратно, но когда мы пытались сделать это, у нас ничего не получилось, зато, на следующее утро мы проснулись уже в вашем времени. Мы думаем, что именно заклинание на это повлияло. – более спокойно и структурированно объяснила Адрианна, чтобы декан Гриффиндора точно всё поняла. – Я понимаю, что этого Вам, профессор, может быть недостаточно, поэтому я могу доказать иначе.       Адрианна выжидательно посмотрела на женщину, чтобы понять, что она скажет. Она лишь молча кивнула в ответ, сложив руки на груди. От внимания китаянки не ускользнуло, что это закрытая позиция, но сейчас её это не волновало.       Хотелось бросить в лицо Минерве то, что в этом году Альбуса Дамблдора не станет от руки одного из Пожирателей. Хотелось рассказать, что на него будет несколько покушений, и все они будут от одного и того же человека, хотелось рассказать, что следующий год тоже будет очень тяжёлым для всех, кто будет находиться в Хогвартсе, но Адрианна знала, что не может так сделать. Это поломает историю, и будущее точно изменится. Весомо изменится. Ведь, знай профессора всё это, они не смогут просто сидеть и бездействовать. — Мы не можем назвать Вам факты из будущего, ведь от этого зависит наша жизнь. Вы помните последние Соревнования Трёх Волшебников? – после вдоха спросила Адрианна. Не дожидаясь ответа, Рианна продолжила: – В тот год под личиной одного из профессоров был Пожиратель Смерти – Барти Крауч Младший.       Ад внимательно уставилась на волшебницу, наблюдая за ее лицом и ища любые признаки понимания ситуации, ведь девушка не могла этого знать, если не училась в Хогвартсе в то время. А она не училась.       Минерва, в свою очередь посмотрела на двух этих девушек по-новому – задумчиво и будто оценивая их. Она пыталась вспомнить, видела ли этих студенток ранее. Хотя бы в прошлом году, в начале которого об этой ситуации с преподавателем ходили сплетни среди учеников. На вид Минерве вспомнить девушек не удалось, поэтому она решила попытаться на слух. — Как, говорите, Ваши фамилии, мисс? — Сноу. – Адрианна указала на себя. – И Ствайн. – кивнула в сторону Кэмерин.       Мда, этих фамилий точно не было среди учеников. Нет, была одна Сноу, но она только поступила на 1 курс, да и училась она на Гриффиндоре, поэтому Минерва лично знала ту девушку.       Минерве ничего не оставалось, кроме как поверить в доводы и аргументы Когтевранок. Она пожевала немного губами, прежде, чем начать говорить. МакГонагалл нужно было немного времени, чтобы обдумать сложившуюся ситуацию и подобрать слова. — На данный момент я ничем Вам, девушки, помочь не могу, к сожалению. – несмотря на общую строгость тона декана, Рианна уловила в нём и нотки сочувствия.       Девушек такой ответ явно не устраивал. Но не то, чтобы у них был выбор. Голова Адрианны сама собой опустилась, а глаза устремились в пол под своими ногами, а со стороны Ствайн послышалось недовольное ворчание. — Но я подумаю, что мы можем сделать. – поспешила успокоить девочек профессор. – Но пока что Вам придется остаться в школе и ходить на уроки здесь. — Будем очень признательны Вам, профессор. — кивнула Кэм, отрываясь от сообщения, в котором перечислялось 562 варианта приготовления, заготовки и посадки мандрагоры, которые прислала ей Астра. – подруга из их времени, студентка Пуффендуя. — Ад, смотри, 562 способа убить свою нервную систему. Хочешь опробовать? — беловласка протянула телефон подруге. Повезло, что все сообщения были загружены и с просмотром проблем не было. Хотя, даже в современном Хогвартсе были проблемы с выходом в Сеть. Каждый раз приходилось включать впн. Поэтому совы никогда не выходили из обихода. — Интересно, как там Помимо?       Помимо... Так звали сову Кэмерин. Фантазия на имена у девушки, безусловно, была странной. Чего только стоили две жабы по имени Морган и Артон, черепа Леонтий и Растрапхиза, ну и, разумеется, виноград по имени Иннокентий, который Когтевранка выращивала в застеклённой оранжерее на крыше Когтевранской башни. Сову подарили маленькой Кэмми в девять лет. Тогда девочка считала Хогвартс лишь выдумкой, сказкой, которую мама рассказывала ей на ночь. Естественно она не понимала, зачем ей нужна сова? И ещё больше недоумевала когда мама говорила что эта сова ей ещё пригодится. А отец лишь улыбался. —Что? – резко обернулась на подругу брюнетка. – а почему мне не... То есть, не сейчас. – осеклась Адрианна. Девушке нужно было сконцентрироваться на разговоре с профессором. Ведь это только казалось, что вопрос с их проживанием решен, но на деле же он порождал новые задачи. Чего только стоит их комната. – Да, по меркам этого времени мы больше подходим на 6 курс, недели на пятый, профессор. В наше время магические науки ушли вперёд, поэтому у нас объёмнее программа. Думаю, на пятом нам делать нечего.       Рианна на пару с Кэмерин рассказала ту легенду, что они придумали для остальных учеников про Шармбатон. Девушка также поведала, что их надо бы либо переселить, либо быстро отремонтировать комнату. И ещё рассказала, что у них нет никаких вещей, кроме учебников, что уже стояли на полке, когда Когтевранки появились здесь. Удивительно, что учебники были, но вот чернил, перьев и пергаментов в комнате не обнаружилось, но этому Адрианна решила не искать объяснение. Какой смысл?       Закончив беседу и обсудив всё животрепещущие вопросы, Адрианна с Кэмерин вышли из кабинета МакГонагалл. Пусть они и не были официально зачислены в школу, но в списки учеников шестого курса Когтевран их временно внесут, а этого сейчас было достаточно. Они, словно шпионы под прикрытием, будут находиться в Хогвартсе прошлого, притворяясь здесь «своими».       За дверью кабинета их ждал Малфой. Он сменил свою позицию. Когда девушки заходили в кабинет МакГонагалл, он стоял у противоположной стены, чуть в стороне от кабинета, но теперь девушки обнаружили его за дверью. Он вальяжно прислонился к стене, оперев одну ногу на неё, а руки скрестил на груди. Лицо аристократа Адрианне сразу не понравилось – странная ухмылка была на его губах. Даже тем, кто не знаком с ним, понятно, что такое выражение лица не предвещает ничего хорошего. Он явно подслушивал и совсем не стыдится этого.       Но Адрианна решила не реагировать на такие редкие изменения в нём и надеялась, что и Кэм не станет – а она может. Но неизвестно, что именно услышал Малфой. Не стоит давать ему лишнюю информацию. Вместо того, чтобы начать оправдываться, Адрианна приобняла Кэмерин за плечи – почти невесомо – будто ничего не случилось и ей просто захотелось тактильного контакта и проговорила, обращаясь к блондину: — Мы закончили. Можем идти в класс.       Малфой лишь молча усмехнулся на эти слова девушки. Он вальяжно, даже слегка лениво оторвался от стены и, обогнав их, пошел впереди, ведя девушек обратно. Но долго он не стал молчать. Не оборачиваясь на Когтевранок, он ядовито спросил: — И что, сложно учиться в Шармбатоне?       Последнее слово Малфой выделил ещё сильнее, отчего стало ясно: он знает, что эти две девушки не перевелись в Хогвартс из французской женской школы. Но идти надо было до последнего – пока к стенке не прижмёт. — Не то, чтобы. – сухо ответила Адрианна. — Программа там посложнее! – живо поддакнула Кэмми. Адри усмехнулась, слегка повернув голову к подруге. Либо та не поняла, что Малфой что-то понял, либо поддерживает невысказанную идею подруги. В любом случае, Адри отправила Кэм благодарный взгляд. – Адри мне с домашкой время от времени помогала, чтобы я не отставала по учебе. Преподователи у вас какие-то скучные ещё! У нас они хотя бы предлогают двери везде понатыкать для быстрого пробуждения! — с энтузиазмом говорила Кэм, хотя, наверное, Драко вовсе не слушал Когтевранку. — А еще кофе-марафон профессора Крина! Вот как можно учится в НАСТОЛЬКО скучной школе?!       Здесь Слизеринец удивился словам Ствайн, но виду не подал, а просто продолжил шествовать впереди с холодной миной на лице. «У нас-то скучная учёба? Чего только стоят приключения этого чертового Поттера и его дружков!» — думал он. — У вас вообще что-нибудь происходит? – задала свой вопрос белобрысому Кэм. — Что вы изучаете? Разве программа не должна быть везде одинаковой? — он решил проигнорировать Кэм, которой это явно не понравилось и она с трудом переборя желание уткнуться в телефон, стала считать плитку на полу. Плитка раз. Плитка два. Плитка три... — Как грубо.. – неодобрительно прошептала Адрианна. От неё не укрылось то, как Малфой демонстративно делает вид, что одной из них тут вообще нет, будто девушка является ничем большим, чем просто пустое место. – А разве в Российской, Африканской или Японской школе магии колдуют при помощи палочек? Разве там одинаковое количество лет обучения и дисциплины, да и в целом вся система? – вопросом на вопрос ответила Адрианна. Отвечать напрямую не хотелось. Сноу знала, что не содержится и начнет хвастаться, что они уже спокойно могут учиться на шестом курсе, то есть со студентами на год старше по возрасту, и даже, как показал урок Зельеварения, знают какую-то часть из того, что здешний шестой курс только изучает. — Складно говорите. Но вы не из Шармбатона или любой другой школы. Видимо, Малфой решил пойти напрямую. Скорее всего, Слизеринец понял, что эти две девушки весьма осторожны в своих словах, хотя и выглядят беспечными на первый взгляд и быстро включаются в разговор. Даже Так они не позволяют себе каких-то ошибок. Драко не был уверен, из-за чего они так осторожны и что случится, если они просто всем расскажут, кто они и откуда, но, вообще-то, ему плевать. Факт есть факт – это их слабое место.       Когда брюнетка услышала эти слова, она сжала плечо Кэм сильнее. На этот раз не для того, чтобы та что-то поняла из её жеста, а, скорее, неосознанно. Обычно в непонятных для неё ситуациях, Рианна сжимала руку в кулак, в тут просто в её ладони оказалось плечо подруги. Вот засранец! Значит, Адрианна была права, когда решила, что он подслушивал разговор в кабинете МакГонагалл под дверью, потому что просто услышать диалог он ну никак не мог, каким бы хорошим у него не был слух. Что стены, что дверь кабинета женщины, были достаточно толстыми, чтобы не пропускать звук в виде разборчивой речи. Видимо, Адрианне надо было лишний раз позаботиться об их секрете и кинуть на дверь Оглохни. Что ж, теперь уже, в любом случае, поздно. На какое-то время Адрианна замолчала, пытаясь придумать, что сказать или сделать в ответ.       Плитка 168. Плитка 169... Кэмерин внимательно слушала разговор, думала о чем-то своём и считала плитки. «Интересно, а если сфоткать кого-нибудь здесь и сказать, что теперь его душа внутри смартфона?» — мелькнула мысль в голове Кэм. Но эта мысль покинула её стремительно быстро, сразу после того, как девушка врезалась во внезапно открывшуюся дверь. «Завхоз» — гласила табличка на ней. Плитка двести сорок.. Беловласка сбилась и моментально схватилась за нос. Это уже было рефлексом, из-за слабых сосудов у Кэмерин часто тела кровь из носа. В детстве, лет так в 5-7, это было частым явлением. Причем, не обязательо из-за удара. Это невероятно бесило Когтевранку. — Да, хорошо. Ты прав, мы из будущего. Но если ты кому-то расскажешь, поверь, тебе лучше не знать, что я с тобой сделаю. – в голосе китаянки явно прослеживалась угроза. Хоть она и была с виду всегда спокойна и собрана, но это спокойствие вмиг улетучивалась, если близким девушки или ей самой грозила опасность или беда.       Малфой фыркнул. Видимо, её слова не произвели на него никакого впечатления. Наоборот кажется, он даже больше расслабился, пытаясь таким образом показать, что какие-то угрозы от незнакомой девушки ему вовсе не страшны и даже кажутся смешными. Действительно, ну что она может ему сделать? Она ведь всего лишь девочка! — Да что ты можешь мне сделать? – с высока спросил Драко таким тоном, который явно не подразумевал никакого ответа от Сноу. — Если потребуется, я пойду к вашему директору школы и расскажу всё, что мне известно о твоей семье и о твоём задании. Да-да, я знаю многое, Драко Малфой, так что лучше не зли меня и не рыпайся. – сквозь зубы ответила Адрианна.       Вернее было бы сказать о том, что способов несколько, да и что будут лишь попытки убить директора, но Рианна посчитала, что даже такие маленькие детали могут сильно повлиять на историю. Как минимум, потому что Альбус Дамблдор – величайший волшебник этого времени, и если Драко будет знать, что его способ, а точнее, способы, не сработают, он придумет что-то другое. И неизвестно, как это обернется. Хотя, конечно, если она скажет Альбусу обо всём, что знает о Второй Магической Войне, это так или иначе изменит жизни Кэм и её собственную, но китаянка уверена – изменения будут не такими сильными и весомыми.       Малфой на секунду замер, подняв ногу, от шока даже не доделав шаг. Он медленно развернулся с перекошенным лицом, ещё более бледным, чем обычно. Сноу не была уверена, от страха или гнева у него такое выражение лица, но всё-таки почему-то оно вызвало у неё улыбку и даже тихое хихиканье в плечо Ствайн, которая явно этого не заметила, занятая ощупыванием своего лица – но Адри была слишком поглощена своим маленьким триумфом над Малфоем, чтобы спросить, что случилось. — Да ты... – начал было Малфой, но тут и его, и Сноу отвлёк громкий голос Кэм. Удостоверившись, что кровь из носа не идёт, блондинка приготовилась высказывать гневную тираду. — А можно поаккуратнее? Тут, вообще-то, люди ходят! — возмутилась она и хотела было продолжить, однако взгляд остановился на каком-то старике и его кошке.