Нет, я больше, чем человек

Удивительное дело – вспомнить молодость и проспать до середины дня, потому что всю ночь где-то пропадала и тусовалась. Пуская слюни в подушку и пытаясь выпутаться из объятий складок импровизированной подушки, она подвигалась из стороны в сторону, незначительно меняя позу. Желая снова вернутся в царство Морфея, она повернула голову в сторону комнаты. Вот бы открыть глаза, а она снова в общежитии НИИ в свой выходной, а за тысячи километров уже открыли мастерскую дед и папа, ожидающих отпуска своей дочери, чтобы снова встретиться со своим отпрыском и в очередной раз погордиться тем, какая же Женька успешная. Вот бы оказаться там, а не в месте, где она уже неделю подряд занимается убийством недолюдей, убивающих народ. …Но дальше спать ей помешали звуки удара о металл. Резко открыв глаза, она увидела объёмную фигуру, что-то делающую посреди гаража, а рядом с полками, где лежали какие-то мелкие запчасти, стоял кто-то поменьше, но подлиннее. Застланные пеленой глаза ослепила вспышка. «Да блять, нельзя подождать что ли?»- пробурчала Женька, явно не радовавшаяся посетителям своей конуры. - Да уже скоро вечер на дворе, а ты все дрыхнешь. Ник, бери эти коробки, освобождай место. Если тяжело, можешь Ваньку попросить, он поможет – громогласно скомандовал Олег, поднимая сварочную маску с лица. - Ничего, донесу. Спасибо большое, что разрешили взять, будет чем заняться и помочь вам – тихий голос Никиты был похож на шепот ребенка, невероятно удивляющемуся подарку. — Вот и будешь нашим информатором на случай, если телек нам отрубят. Ну, или пока я не разберусь с ящиком. Черт его знает, почему он не работает, вроде в рюкзаке были нормальные платы. «Какой рюкзак?» - удивилась Женька, вспоминая багаж Ивана. Там не было никаких плат. Или же… Она села на кровати и наконец-то сфокусировалась на окружающем мире. Они серьезно залезли в вещи покойника? Почему она вечера не убрала все куда-нибуть подальше? Ладно, сама виновата, иначе бы Евгения никогда бы не притронулась к ним. - Никит, выйди на пару минут. Хочу с племяшкой поговорить. Парень кивнул и проскакал своими длинными, как у лани, ногами рядом с хозяйкой. - Жень, тебя вообще ничего разбудить не могло. Как уснула в одежде, так тебя ни дрель пробудить не смогла, ни молоток, ни трехэтажный мат. Она посмотрела на дядю. - Ты почему растряс рюкзак Лехи? - Потому что ему это уже не понадобится. Евгения удивленно посмотрела на Олега. «Как он догадался?» Будто бы прочитав ее мысли он ответил: - Он навряд ли бы оставил рюкзак и ушел. Вывод напрашивается только один – ему либо пришлось уйти, либо же ему помогли уйти. Утром я его не видел. Значит, исход один. Правду говорит. Удивительная способность семейства Жени – будто чувствовать людей, залезать в самую душу и вытаскивать самое сокровенное при помощи логики. Жестко, но правдиво. - И что там было? - Микросхемы, какие-то провода. Нашел в стеллаже какой-то раздолбанный телек. Можно к тебе поставить, чтобы не тащить из Валеркиной комнаты. Четкость и расчётливость. Время нынче такое, что от любой ситуации нужно брать все, несмотря на эмоции и чувства. Пора бы это уже принять, дальше легче будет жить. Сочувствовать надо еще живым, а не мертвецам, они-то уже в лучшем мире, где есть хоть какая-то прохлада. Олег перебирал пальцами какие-то гайки, пытаясь найти тему для разговора. Родственники давно не виделись, но продолжать отвлеченный разговор не про нынешнюю жизнь никто из них не мог. - Мужа то ты нашла? - Нет, когда мне? Работы было море, а кушать на что-то надо. Ну, хоть во время разгрузок можно было стащить что-то, и так на списание бы пошло. - Пора бы тебе уже. Чай, не молодеешь. - Я девушка в самом рассвете сил, получится – найду. - Девушка? Ты прости меня, конечно, но ты девушкой была, в лучшем случае, лет 5 назад, а то и все 10. Ты же понимаешь, что у нас ты никого не найдешь? — Значит, не надо. Судьба видимо, такая. Ты же тоже одиноким ходишь, так что, очень забавно от тебя слышать. - Про судьбу не говори. Знаешь нашу тайну? Женька заинтересовано посмотрела на дядьку. Все же, сплетни про ее род ходили разные, зачастую становясь местными легендам и страшилками. Ну, и, конечно, это всегда лелеяло эго Евгении, напрямую относящейся к большинству историй про проклятую и загадочную цыганскую семью. Правда, окружающие про не знали про то, что именно она была потомком этих пугалок у костра, да и не верила Женя в эти легенды. В конце концов, она была ученой, а не простой девчонкой из неблагополучного района, хотя, приехавшие в столицу ее товарищи по национальности старались обходить третьей дорогой, видимо, из солидарности. - Давным-давно, - томным голосом рассказчика начал рассказывать страшную историю Олег, - когда твой прадед еще был юнцом, хотели женить его на завидной красавице. Понимаешь, это еще во время войны было, так что, старались сделать все по-быстрому, а потом перекочевать в место потише. Твой прадед так сильно не хотел под венец, что сбежал к партизанам, под предлогом, что хочет будущий дом защитить. Силком притащили, а на следующее утро от него и след простыл. Евгения хихикнула. Он, скорее, был ближе к Гоблину, нежели к человеку, рассказывающему «страшную историю семьи». - И вот, когда твой предок вернулся с войны, его как будто подменили. Семьи невестки больше в городе не было, а «женишок» начал причитать, что пора отказываться от прошлого, пришло новое время. Ну, понимаешь, человек войну пережил, и не такое бывает, так и остался прикованным к земле. Ему уже и своя родня говорит, что пора невестку себе искать, а тот с женщинами почти не общается, все сидит и мастерит что-то, как будто работа его женой стала. Подумали родственники, да сами ему искать начали, род его продолжить же надо, да и возраст уже такой, что мало кто возьмет даже с приданным. - И тогда нашли мою бабушку? - Да, женщину с детьми, от которой ушел муж. Некрасива, скверна характером, так еще и с выводком, кому такая нужна? Решили с ней, свадьбу сыграли тихую, считай, что просто их в доме запрели и приказали жить вместе. Родилось у нее еще двое мальчуганов, да и померла она быстро, говорят, что от тоски с таким мужиком, который только по утрам на пару часов с ней заговаривает. А тот, после ее смерти, будто расцвел, детьми заниматься начал, все как будто наладилось. Но вот, своим детишкам тоже уже пора невесток искать, а тут сваха представляешь, что говорит? - Ну и что же? – с ухмылкой спросила девушка, поглядывая на Олега. - Что на них проклятие, и только отказавшись от своего рода можно его победить. Нужно отречься от своего прошлого, своей крови, унизить свою принадлежность и как невестка уйти из семьи. Старший сын поверил, и, разругавшись с отцом, уехал в другую деревню. Никто не знает, что с ним произошло, как он там жил, будто умер. А младший ходил, сватался, отец ему искал, а все как один – нет, не выдам, и причины, одна абсурднее другой, хотя рукастый, и дома строил, и все что душе угодно находил, кудесник, руки золотые, с таким не то, что в шалаше будешь жить, он тебе дворец из говна и палки сваяет. Нашли ему какую-то девчонку, так же тихо сыграли свадьбу, говорят, она порченная была, да и за душой ничего. Жили они, правда, душа в душу, но дети не получались. Начали искать, в чем проблема, даже к медикам ходили, те разводили руками и говорили, что у них какая-то там несовместимость и детей никогда не будет. Посоветовали им колдунью какую-то, в отчаянии пошли к ней, а она говорит: «Обида на вас большая, женская, жестокая. Поругали вы честь чужую, вам отвечать. Будете вы нести это как страшный крест, ни один амулет или заговор не поможет, пока не простят вас. Девочки все умирать будут, а мальчики будут передавать это проклятье, пока мир еще помнит». Что-то она тогда сделала, то ли заговорила, то ли травы какие-то дала от сглаза, но вот что точно знаю, так это то, что скоро после этого мальчуганы у них родились, а бабушка скончалась во вторых родах. Рождение потомков у таких умельцев все поселение праздновало, будто и забыли, кто из чрева их выпустил. Ты же знаешь, семьи у нашей породы обычно большие, а тут даже медики в шоке были, всего лишь двое.» Женька вытащила из-под кровати пачку сигарет, взяв одну в рот и повернув пачку к рассказчику. Тот, не раздумывая, взял сигарету, поджог, и сделал поэтический вдох. - И вот, пацаны уже выросли: богатыри, на все руки мастера. Все, что из металла им под силу. Начали искать старшему невестку, одна ему уже приглянулась, да только отдавать за такого завидного жениха не хотели, о проклятии были уже наслышаны. Но, сердцу не прикажешь, пришлось на пузо платье выбирать, чтобы позор скрыть. Как узнали, что девочка будет, ее обе семьи на руках носили, думали, что все, закончилось проклятье, простили нас. Но твой дед был непреклонен, говорил, что не девочка это, а мальчик, иначе и быть не могло. Как настало время разродиться, пригласили лучших повитух, и даже те не смогли что-то сделать. Вызвали даже скорую, и хорошо, что вызвали – врачи потом сказали, что, если бы еще потянули, дочурка бы умерла. Мать спасти не получилось, решили, что надо спасти дитя от проклятья – и золото вешали, и камни прикладывали, и даже богу молились. А дед пришел и решил, чтобы избежать проклятия, надо притвориться, что мальчик у них, а от рода отречься всей семьей. Так и встали они на перепутье двух миров, по крови – дети солнца и дорог, а по жизни - обычные люди с девчонкой-сорванцом, выглядящей как мальчик. - Поэтому меня Женькой назвали? Ты то сам в это веришь? Олег потушил сигарету о столешницу, наблюдая за тем, как дым растворяется где-то под потолком. - Раньше не верил. Но сейчас и в черта лысого уверуешь, и почитать больше Отца будешь. Евгения наконец-то встала с кровати, решив сделать «утренние дела» уже вечером. Народ чем-то шебуршал в своих комнатах. Самое главное – не было того запаха, который сопровождает очередного умершего от рук Гостя. После того, как она закончила, настало время обхода посетителей. Конечно же, надо проверить первым делом Раду, оправилась ли она после той новости о ее семье? Она сидела вместе с детьми и двумя другими соседями – Никитой и Ринатом, отвлекавшие детей от уставшей матери, присевшую на пару минут отдохнуть. - Привет, ты как? - Все в порядке, насколько это возможно в это время. Собираю вещи, чтобы было с чем приходить домой. Ты же не против? - Нет, конечно. Все что мое – твое. Все равно рано или поздно все вернется. - Мне… Очень хотелось бы отблагодарить тебя за приют. Если бы не ты, так бы и пропала, а внуки никогда больше бы не увидели свою бабушку. Мать встала с кровати, подойдя к Женьке, обойдя ошалевших от новой информации о соседке с детьми. Она сняла со своей шеи золотую цепочку с кулоном из белого камня, отливающее голубым перламутром и надела на хозяйку дома. - Лунный камень. Ты всегда была созданием ночи, так что держи как оберег кусочек луны. Может, лунный свет будет защищать тебя в вылазках. И вот еще… Рада снова пошарилась в карманах, незаметных в складках юбки.  Оттуда она вытащила ключ, по всей видимости, от ее входной двери. - Ты всегда желанный гость в моем доме. Приходи когда хочешь, для тебя всегда мои двери открыты. Евгения застыла изумлении посмотрела на подругу, которая с нежной улыбкой смотрела на хозяйку дома. - Что-то не так, Женя? - Ты…ты… - Женька не могла подобрать слова - Да, я многим тебе обязана, не стоит удивляться. К тому же тебе не придется стоять на пороге или, не дай Бог, ломать мне дверь. - Ты бабушка?! - Да, недавно старшая родила второго. Они в другой город уехали с мужем, вот, переживаю за них, как они там справляются. Но им точно помогают, люди там добрые. Евгения удивилась, что ее подруга Рада уже стала бабушкой. В таком-то возрасте? - Так… Ты собираешься вернуться домой? Не боишься? - Со мной пойдут Ринат и Ник, они пообещали навести порядок. Тяжело, конечно, но делать нечего. Одна ты не сможешь спасти всех, а мы уже что-то да смыслим. - Рада, не стоит. Я просто буду тебе отправлять уже проверенных людей, чтобы к вам не пришли Гости. Никому дверь не открывай, хорошо? – вцепилась руками и глазами Женя. - За меня можешь не волноваться. Ты себя береги, все же, ты на улицу выходишь. - И когда вы пойдете? - Сегодня вечером, как стемнеет, – ответил Ринат, - постараемся как можем дом благоустроить. Думаем, что может устроить приют для таких же несчастных, как и все здесь. Да, в тесноте, но не в обиде. Будем жить и помогать друг другу, чем сможем. Он опустил голову, видимо, задумавшись о чем-то. - Я тоже тебе хочу чем-то отплатить. - И чем же ты мне заплатишь? У тебя кроме ботвы ничего за душой нет. – съязвила Евгения. — Вот, держи. Может, попрошу тебя что-нибуть из моего дома принести. Еда же не бесконечна, авось, что-то взойдет. Ринат протянул покрытый грязью ключ. Девушка взяла его и покрутила в руках, оценивая такую необычную плату. - Никит, а у тебя что-то есть? - Раз все отдают ключи, то держи. У меня мало полезного, а что было, скорее всего уже сгорело, но, по всей видимости, мне он уже не понадобится. Может, он подойдет еще к какому-нибуть замку, дом был не мой, я так, приглядывал. «Что ж, видимо, это теперь что-то вроде валюты. Как забавно выходит, даже во время апокалипсиса люди платят за проживание.» Женя вышла из комнаты, и ушла на кухню дождаться ухода своих соседей. «Юля, Иван и дядя Олег. Неплохая компания, а на дядьку можно спокойно оставить дом. А дополнительное убежище рядом не помешает, хоть какая-то гарантия адекватных людей рядом.»