Нет, я больше, чем человек

Женя смотрела в потолок вспоминая бурную ночь побегушек от всякой швали на улице. Сердце снова согревалось веселыми впечатлениями от собственной находчивости, а моральное состояние снова стабилизировалось. Не было больше сожалений о собственной бесполезности и никчемности. Только очередные размышления и ожидания следующей ночи, чтобы снова чувствовать каменистую дорогу, ковырять руками очередной замок и сваливать от дураков, работающих в КЧС. Потянувшись и сделав небольшую разминку, Женька пошла в душ, чтобы смыть вчерашнюю грязь от пребывания в придорожной пыли. Как же хорошо размять свои мышцы и снова почувствовать себя лет на 10 моложе, когда из всех проблем – успеть до закрытия магазина и урвать там последние бутылки горючего, чтобы продолжить дальше веселится у кого-нибуть дома, и ранним утром возвращаться в общежитие горланя песни и ржать на всю округу. На пороге в душевую ее встретила Юля, осуждающе смотревшая на Женю. - Ты ведь снова выходила на улицу? - Да, а что? - Ты ведь понимаешь, как это может быть для тебя опасно? - Да, но ничего сверхсложного я не делала. Так, по округе прошлась и притащила в дом парочку твоих вещей. Думаю, ты уже увидела в холодильнике знакомые склянки банки, да? - Увидела. Очень кстати, что ты смогла вытащить из сейфа морфий и в целом его вскрыла. Моя вина, что я не сказала тебе код. - Так почему «очень кстати»? - Потому что с такими темпами ты себя добьешь. - Не преувеличивай. Меня даже пару раз машина сбивала, как видишь, вполне себе нормально живу. Юля вздохнула. Стало ясно, что Евгения никогда не будет следовать указаниям врача-недоучки, именуемой фармацевтом. Что ж, ее выбор потом мучится от последствий. Юлия отошла в сторону, выпустив наконец-то Женю из ванны. Та, вытирая волосы полотенцем отправилась на кухню, где уже сидели Олег и Иван. - Что ты говоришь? Взрыв ночью был? – по всей видимости, продолжал ранее начатый диалог дядька. - Да. Очень громкий, думаю, из-за эхо было слышно, как гранату какую-то. Как думаете, это новый метод борьбы с Гостями? - Пхах, ну ты, конечно, интересный парень. Или ты про то страшилище? - Да, Тимофей рассказывал, что он может человека убить одним ударом. С одной стороны, звучит как какой-то бред, не бывает такого. Этот маньяк же не медведь, не тигр, не животное какое-то. С другой – вполне логично, что его могли попытаться прикончить гранатой, на войне все средства хороши. - Вань, ну ты совсем зеленый. Кто будет тратить ц-е-л-у-ю гранату на какого-то психа, ищущего одиноких людей? Ну переубивает он десяток-другой, это же проблема людей, а не государства. Их недостаток, что мертвецы себе компанию не нашли. В людях проблема, в людях. Никто не видит, что от этой жары может и канализация полететь, и дома гореть начнут. Тогда уже никакие Гости страшны не будут, если у тебя крыши над головой нет. Мужчина налил из своей фляги какую-то бесцветную жидкость в два стопарика. Чокнувшись, они залпом выпили содержимое. Несмотря на свой стаж имения вредных привычек, Олег поморщился и громко выдохнул. В свою очередь, Иван сидел с невозмутимым лицом что до, что после выпивки. Собеседники совсем не замечали стоящую Женьку в проходе, развесившую уши на их разговор. - А что Ник и Даня говорили? Эта мафия в желтых костюмчиках творит что хочет, никто им не указ. Хочешь забрать кого-то? Заберут, если дверь ненадежная. Думают, что Гости завелись? Ну так вместе с жильцами можно поджечь, все равно убивать потом. Как засыпал, слышал, кто-то под окнами говорит, смотрю: эти двое стоят, перетирают что-то между собой. Говорят, что к кому-то сразу военных отправили, а силы КЧС распределены неравномерно, видите ли, мало кто хочет в это… как его там… в дыру короче. А мы что, не люди что ли? Нас спасать не надо? - Говорят про вас всякое, не спорю. Смущает, что нет никакой управы на этих спасателей – поддержал мнение своего начальника Иван. — Вот и я о чем. Хоть сам за вилы берись и решай все. Ироды. Олег наконец-то посмотрел в проход, кто стояла с сигаретой Женька. - О, проснулась раньше обычного. Будь другом, там в гостиной лежит парочка бутылок под диваном. Принесешь? - Да без проблем, для тебя хоть Луну с неба. В гостиной на диване лежал Тим, окруженный пустыми бутылками из-под выпивки, когда-то заботливо принесенной Женей из продуктового. Он крепко спал и громко храпел, что даже стены порой сотрясались, а в руке, свисающей с дивана, находился дорогущий коньяк, оставленный «на потом». - Тим, ну ты и мудак. И выгнать уже хочется, а вроде и друзья старые. Ладно, пусть дрыхнет, нам всем сейчас тяжело. Каждый справляется как может. Закрыв дверь в комнату, где лежал Тим, она стала думать, где еще есть добавка для милой беседы на кухне. Воровато осмотревшись, она отодвинула старый ковер и приподняла пару досок, скрывающие проход в погреб. Нырнув туда, она вытащила пару бутылок спиртного, подняла их обратно на белый свет, а затем сама подтянулась вслед. Живот от такой нагрузки напомнил о том, что совсем недавно в него залетела пуля. - Женя, не переусердствуй тут. Ты же себя совсем не жалеешь – шепотом сказала Надя, вышедшая из комнаты и держащей в руках куртку. - Почему шепотом разговариваешь? - Сын только что уснул. Совсем ему плохо от жары этой. Только на полчасика просыпается, чуть-чуть его покормлю и опять спать ложится. Страшно мне за него, совсем сил у малого нет. Кроме него у меня же совсем никого, родственников у меня уже не осталось. Так и жили вместе, только он да я. - Ну, теперь у вас есть я. В обиду не дам, кто рыпнется -на куски порву. — Вот и я о чем. Как мы жить будем если тебя вдруг не станет? Хоть сразу в гроб ложиться да помирать. - Ой, не говори мне тут. Помнишь Раду? - Да, помню. А что с ней? - С ней все в порядке, решили мы с ней в ее доме приют открыть для людей вроде нас. Если захочешь – можешь к ней уйти с сыном, авось, оживет. Там детишки есть другие, повеселее будет. - Так она жива? Я уж думала… Понимаешь, Лешкина дверь помечена была, в глазок увидела. Сначала надумала всякого, а он, представляешь, из квартиры вышел. Интересно, как он там? - Боюсь тебя расстроить… - присела на край отверстия в полу Женька и сделала небольшую паузу, - нет больше с нами Лешки. Ленки тоже больше нет, но, вроде как, детей смог вывести муж куда-то. Про бабу Нюру ничего не слышала. Знаю только что мой дядька жив, Рада и Тимоха. - Ужас какой… - прикрыла рот одной рукой Надька, - и это все из-за Солнца? - Нет, не из-за него. - А из-за чего? - Люди. Все из-за людей. Излучение не так страшно, как те, кому дана власть над нами. КЧС так и не объяснил внятно, как нам жить дальше, ни что делать. Выживают только те, кто не боится экспериментировать и уходить к тем, которым уже не страшно что-то потерять. Например, ко мне. - И когда же все это закончится? - Боюсь, что не скоро. Очень нескоро. Надька опустила голову. Такие новости очень тяжело осознавать и принимать. Женя поднялась с полу и протянула руку за курткой. Без лишних слов швея отдала свою работу. - Спасибо. Не грусти так, я что-нибуть придумаю. Будем жить как есть, ничего уже не исправишь. Женька с бутылками вернулась на кухню, оставив размышляющую Надьку позади. Мужчины дальше разговаривали на отвлеченные темы, не замечая, как девушка поставила бутылки на стол. - Знаешь, Юлька же тоже в своем роде швея. Только ткани у нее человеческие. Целая наука сшивать, представляете? Чтобы все соединилось воедино. Олег заметно погрустнел и открыл новопринесённую бутылку. - Что-то не так? - Да, я про Ольку. Думал, невероятная женщина, рыба моей мечты… - Вроде вы друг другу понравились. Что-то пошло не так? Она замужем? - Она сидевшая. Домовладелица отправилась обратно в свое логово. Остаток дня она готовилась к очередной вылазке, снаряжая себя импровизированными дымовыми гранатами и готовя смеси для «хлопушек». «А ведь и правда нужно придумать план. Что ж, попробую хотя бы связь между домами сделать, а то через людей общаться несколько… Проблематично.»