Нет, я больше, чем человек

После разбора вещей всегда спится особенно крепко. От наплыва воспоминаний, острых ощущений и переизбытка эмоций мозг вырубается практически моментально, а пробуждение становится просто невыносимым от сказочных снов перенапряженного сознания. К слову, снился Женьке какой-то бред про очередную вылазку со всеми своими соседями, когда-либо побывавшими в ее доме и тем страшилой-Гостем, который тоже был ее напарником. Протирая глаза от увиденного то ли сна, то ли кошмара, она уставилась в потолок. Однажды она точно узнает, почему только половина крыши чердака была застлана досками со стороны гаража, но это будет явно не сегодня. Тело ныло от напряжения, а рана на животе раздиралась от ощущения чесотки. «Надо проработать четкий план следующей вылазки. Не просто так мне по городу слоняться?» Женька взяла свернутую в рулон карту и присмотрелась к свободным местам на стенах гаража. Поняв, что места особо-то и нет, девушка решила выйти в основное жилое помещение, чтобы повесить плакат там. Заодно и все остальные жители будут знать, где ее искать, а может, даже предлагать места, где можно поживится. Чуть не споткнувшись на последней ступеньке, она вышла в коридор дома. Было относительно тихо, даже разговоров на кухне не было слышно. «Да это шанс сделать все без лишнего внимания» Поискав в полках канцелярские кнопки и обнаружив их, наткнувшись пальцами прямиком в иглы, она стала прикреплять карту к стене в коридоре. Намаявшись с размещением и едва сдерживая трехэтажный мат на весь дом, она наконец-то присобачила ее относительно ровно, настолько, насколько это могла позволить кривая стена дома. «Надо пометить уже посещенные места и придумать метки для будущих вылазок. Уверена, эта парочка…» - Ой, а что это ты тут делаешь? – выглянула из-под двери Василиса. «Уверена, что эта парочка продолжит дальше вылезать на улицу и драконить все, до чего дотянется» - Да так, карту вешаю. Надо же как-то предупреждать домочадцев куда я пошла. - А нам можно сделать? - А вам то зачем? - Нам грустно сидеть на одном месте. А так, хоть чем-то занимаемся, даже пользу принести можем. - И навыки отрабатывать надо! – выскочила еще одна голова в дверной проем. - Ладно, тогда вот вам задание: в вашей комнате лежат иголки, карандаши и бумага. Сделайте флажки и выберите цвета. Как закончите, постучитесь ко мне в гараж. - Есть капитан! – в один голос ответили близнецы и юркнули обратно за дверь. «Они меня еще успеют достать. Надеюсь, жесткое воспитание дяди Олега быстро выдернет им шило из жоп» В том же ящике, где были канцелярские кнопки, лежала ручка, которой Женя помечала места. Вот аптечный пункт, откуда она притащила Юлю, в небольшой промзоне была мастерская Олега и Ивана, в этом доме живет Рада… Разметив карту и магазины, которая она успела увидеть по пути, она отошла, чтобы оценить свою работу. «Да уж, художник из меня паршивый. Ну хоть понятно, где я уже была» - Что, карту сделала? И уже в куче мест побывала? Из комнаты вышел Олег, который принялся рассматривать карту. Внезапно он положил голову на макушку Женьки потрепал ее по голове. - Эй, чего на тебя такое нашло? Ты обычно редко теплые чувства к семье показываешь. - А семьи то уже и нет. Время такое, надо успеть все сделать до того, как тебя кто-нибуть прикончит. - А ты в могилу собрался? - Кто знает, что будет дальше? Надо жить настоящим. Законов больше нет, хотя не… Есть один. - И какой же? – ожидая новую интересную историю от Олега поинтересовалась Женя. - Природы. Ничего, что было создано человеком, больше не работает. Теперь как на охоте – сделай все, чтобы самому не стать добычей. Олег пошел на кухню, заваривать похмельный кофе. За ним унылой громадой прошел Иван, лишь украдкой посмотревший на Женю. - Женя, Женя, мы сделали! Ты будешь красной, а мы будем серебристыми! Двойняшки протянули флажки, сделанные из нитки, иголки и бумаги, покрашенной карандашами. Женька забрала у них метки: - Идите на кухню. Там дядя Олег вам расскажет про некоторые тонкости воровства, заодно и накормит. Парочка радостно понеслась на кухню, разыскивая дядьку, который обучит их новым навыкам, но, кажется, он этого не оценил. Выйдя в проем между кухней и коридором, Олег пробурчал: — Это что за спиногрызы? - А, эти? Это Вася и… Вася. Один Василий, вторая Василиса. - Я уже понял, что не два крокодила. Ты их откуда вытащила? - Мелочь решила обнести соседку свою. Я их увидела, когда они уже 20 минут дверь пытались взломать. - А родители их где? - Судя по всему, они как-то жили сами. По крайней мере, они согласились пойти к незнакомой тете за жрачку и выпивку. Ты на них сильно не жужжи: эти проныры нам еще помочь смогут. - И как эти два малолетних дебила могут нам помочь? - У них энергии хоть жопой жуй. Они с легкостью марафон по всему поселку пробегут за считанные минуты. - А если подохнут? - Маловероятно. Они быстры как вода в унитазе, если им и будет грозить опасность, то они свалят так быстро, что даже не успеешь оглянуться. Олег скептически посмотрел на близнецов. Те, в свою очередь, одарили мужчину щенячьим взглядом, молящим рассказать им что-нибуть полезное для их будущих проделок. - И что мне с ними делать? - Расскажи им, как жить надо в наше время. Про замки и тайники расскажи. Будут хорошо себя вести, дай им в гараже пострелять. - Серьезно, школоте? - Мне напомнить, во сколько лет я начала учится? Дядя Олег хмыкнул. Железобетонный аргумент. - Ну что, детвора, буду вас учить, как не подохнуть – сказал мужчина и указал на дверь комнаты, которая когда-то была Женькиной. Ребята с радостью побежали вперед своего нового учителя, чуть не врезавшись в закрытую дверь. Евгения хихикнула. Все же, молодая кровь всегда удивляла старшее поколение. Кстати, о молодняке… Надо проверить Надьку и ее сына и хоть чем-то снабдить их перед походом в новое убежище. Зайдя в гостиную, она увидела идиллическую картину: сын Надьки сидел на коленках у Ивана в то время, как Юля обрабатывала содранную коленку мальчика. Она аккуратно дула на ранку, чтобы зеленка по краям не так сильно щипала кожу. - Ты стал воином. Даже не хныкнул. Молодец, — пытался выдавить из себя заботливый голос Иван. Женя улыбнулась. Юля и Иван выглядели со стороны как заботливые родители, пытающиеся хоть как-то украсить жизнь сына швеи в этот сложный период. Девушка решила им не мешать, так что аккуратно закрыла дверь. Надо было найти настоящую мать паренька, чтобы рассказать ей о своих планах. Подойдя к двери комнаты, где ютились Надька и ее ребенок, Евгения внезапно остановилась. Прислушавшись к шороху по ту сторону входа, она услышала тихие всхлипывания и пару коротких фраз: - Пожалуйста, не надо. Я не хочу. Секундная пауза. Может, она просто разговаривает во сне? «Так, погодите, а где Тим?» - Прекрати! – голос Нади сорвался на крик. Не раздумывая, Женька распахнула в дверь и ворвалась в комнату. Рядом с разложенным диваном, служившим кроватью для небольшого семейства, лежала Надька. Над женщиной склонилась грузная фигура Тимохи, который явно что-то пытался сделать в районе своего пивного пуза. Проорав что-то невнятное, он со злостью схватил плачущую Надю за полурасстёгнутую блузку. - Если не прекратишь орать, будет еще хуже. Евгения не стала дожидаться следующих действий уже бывшего друга. Не найдя подручных средств, чтобы отогнать Тима, она с размаху ударила кулаком по его лысеющей голове. - Блять, ты что творишь? Алкашка в голову ударила или ты решил, что в моем доме можешь творить все что захочешь? Мужчина ослабил хватку, от чего Надя грохнулась на пол. Она, не прекращая рыдать, попыталась хоть как-то застегнуть свою рубашку, чтобы спрятать обнаженную грудь. — Это даже не твой дом. Ты вообще кто здесь? Свалила на кучу лет, а сейчас решила порядки свои тут устраивать? Женька, не дожидаясь продолжения околесицы, которую нес ее сосед, ударила его в лицо. Тот отшатнулся и чуть не было споткнулся об лежащую на полу Надю. - Ты ахуела? Сначала говоришь, что друзья, а потом… Ты вообще не имеешь права ко мне прикасаться, блядина цыганская! Твое призвание свиноматкой работать и пасть свою закрытой держать, разве так сложно? Кто знает, сколько тобой успело в столице попользоваться, а я ведь знаю, там экзотику любят, особенно бесплатно. Женя оторопела. Как тот тихий парень, которого она знала, мог такое сказать? Тот же самый человек, который тихим голосом спрашивал у нее, как познакомится с девушками, сейчас обвиняет ее в черт знает чем. Нет, это же просто шутка, он сейчас протрезвеет и пожалеет о своих словах, да? Тим попытался встать в подобие боевой стойки, но его ноге помешала все еще лежащая на полу Надя. Недолго думая, он пнул ее ногой в живот с такой силой, что та подвинулась на пару сантиметров и тихо застонала, но теперь не от унижений, а от боли. Тимоха встал уверено, готовясь получить очередной удар от старой подруги. «Он сука не пьяный. Что ж, теперь мне уже все равно, сколько лет мы с тобой общались, паскуда» В жилах Евгении закипела кровь, а глаза наполнились яростью. Перед ней хоть и был человек, но девушка уже так не считала. Это уже было чудовище, похуже всяких Гостей и прочих тварей. Он перестал быть человеком. По крайней мере, для нее. С воплями она накинулась на Тима. Завязалась драка. Рассвирепевшая хозяйка дома лупила своего бывшего друга везде, куда могла только дотянутся. По всей видимости, ее соперник не ожидал того, что его оппонентка помимо того, что нападёт на него с такой агрессией, так еще и окажется несколько сильнее, нежели мужчина с пивным пузом, лысеющей сальной головой и физической подготовкой на уровне плинтуса. Единственное, что ему оставалось, так это прикрывать свою голову толстыми руками, чтобы хоть как-то смягчить удары. Надя отползла к дальней стене истошно крича от ужаса. Округлившимися глазами она смотрела на то, как с животной яростью Женя лупит ее старого знакомого. В паре мест на голове у Тима начала проступать кровь, то ли от разодранных костяшек на руках Женьки, то ли от полученных травм от града ударов. Евгения не собиралась останавливаться. Размахнувшись ногой, она ударила по коленям своего оппонента. Тот полетел в сторону шкафа, стоящего на против разложенного дивана. Не было понятно, прыгнул ли он сам, не удержавшись на ногах от силы удара или же Женька переусердствовала и лупанула так, что смогла снести тушу Тимохи в ближайшую мебель. - Я же пошутил, ты что, шуток не понимаешь? – попытался хоть как-то остановить драку Тим, осознавший, что у него нет шансов против вскипевшей Женьки. … Но озверевшая домовладелица не слушала его слова, продолжая лупить мужчину, как какую-то подушку. В ее глазах не осталось ничего, кроме звериной ярости и ненависти к некогда близкому человеку. Она словно пыталась кулаками стереть его ото всюду – из дома, из своей жизни, из воспоминаний, уничтожить его личность, будто бы его и не существовало никогда. Со стороны коридора послышались шаги. Дядя Олег с шоком наблюдал за тем, как его племянница пытается разорвать в клочья своего соседа. Она была похожа на огромную собаку, дерущей плоть зашедшего на ее территорию человека. Позади него стоял Иван, мешающий своей массивной спиной остальным домочадцам узнать о происходящем в комнате. - Вань, запри Юлю и детей в комнате. Я попробую ее оттащить, а то у нас тут труп будет. Иван кивком согласился со своим начальником и волоком затолкнул пару подростков и мальчика в комнату, где он ранее сидел с Юлей. Олег кинулся оттаскивать Женьку, лупящую Тима, безвольно лежащего прислонившись к шкафу. - Успокойся, тише, тише, моя девочка, все хорошо. Сейчас сядем, поговорим, чайку попьем. Ты же конфеты принесла, помнишь? – ласковым голосом начал отвлекать дядька. Олег прижал Женю к себе и начал оттаскивать ее от избитого мужчины. Девушка продолжала размахивать руками и рычать на своего противника. - Все хорошо, все в порядке. Пойдешь, ночью погуляешь, продышишься, голову в порядок приведешь, а там само уже все решится. Тим медленно поднялся, подпирая плечом шкаф. Он тяжело дышал, а его рука превратилась в сине-фиолетовое распухшее месиво. На теле тоже виднелись синяки, раскрывшиеся словно только проснувшиеся фиалки. Из носа в рот текла тонкая струйка крови, которую Тимоха размазал по щеке. Женька продолжала вопить нечеловеческим голосом, но силы уже начали ее покидать. Олег смог вытащить племянницу в коридор, где она то ли от жары, то ли после выплеска адреналина, начала обмякать в сильных руках своего дяди. Тот перехватил ее подмышками и начал нашептывать что-то: - Помнишь, как ты залезла на шкаф в детстве? Вот ору-то было, думали, ты упадешь и разобьешь себе что-нибуть. Тогда праздник был, вроде чей-то день рождения… Тим шаткой походкой подошел к дверному проему комнаты, держась за изувеченную руку. Он посмотрел на Женю, которая пыталась привести свое дыхание в порядок. Тимофей отпустил больную руку. Женька посмотрела ему в глаза с открытым ртом, вбирая максимальное количество горячего воздуха. - Ну вот, мирись, мирись, мирись, и больше не дер – не успел закончить фразу Олег, как увидел летящую руку в сторону Жени. Тим с размаху врезал девушке по челюсти. Голова Евгении опустилась, а на пол начала течь кровь. Механик в шоке ослабил хватку, которой держал свою племянницу.  Женя вырвалась из «объятий» своего дядюшки. Сплюнув кровавый сгусток, она с криком снова понеслась лупить своего соперника: - Пизда тебе, крыса! Я тебя сейчас в порошок сотру и продам наркоманам! Ты, сука, пожалеешь, что вообще вспомнил мой адрес, гандона кусок! Удар исподтишка словно придал сил хозяйке дома. В Тима летело все, что попадалось под руку: какие-то палки, доски, стеклянные бутылки, вдребезги разбивающиеся о стену и прочий хлам. Тимоха пятился все ближе к входной двери, подальше от летящих в него осколков стекла и прочего мусора. Олег непонимающе смотрел на мужчину и Евгению. Было непонятно, что его удивляло больше: слетевшая с катушек племянница, которая по какой-то неведомой причине решила, видимо, прикончить своего старого знакомого или же Тимофей, решивший, что идея побить родную кровинушку Олега была хорошей. «Надо действовать. Иначе один из них точно отправится здороваться с Богом» Мысль о решении конфликта пришла с очередным шагом Тима в сторону входной двери. «Да, его же можно припугнуть! Может ситуация на улице ему быстро объяснит, что драться с Женькой – плохая идея?» Протискиваясь через дерущуюся пару, дядя Жени подошел к входной двери, попутно чуть не получив очередной бутылкой, летевшей в Тимоху. Протянув руку к ручке замка и прокрутив ее несколько раз, он вжался в стену, ожидая дальнейших действий. К ироничному везению, у Женьки закончились предметы, которые можно было швырнуть в своего соперника, так что в дело снова пошли старые добрые кулаки, измазанные в крови. Пара четких ударов, и Тим вжался во входную дверь. Все пошло по плану механика. Евгения, недолго думая, ударила в живот своего бывшего друга. Входная дверь под весом мужчины открылась, и Тимофей шлепнулся спиной на крыльцо. На улице ослепительно ярко светило солнце, причем так, что глаза моментально начинали слезиться от переизбытка света. Не было слышно ни щебетания птиц, ни стрекота насекомых. Идеальная тишина, нарушенная шлепком тела незадачливого соседа. Пахнуло жаром, как обычно бывает, когда достаешь свежеприготовленную пищу из печи, только пахло не ароматным хлебом или чем-то подобным, а горелым пластиком, деревом и перепеченным мясом. Олег встал между двумя борцами и быстро захлопнул дверь. - Что ты, твою мать, делаешь? – продолжала кричать Женя. - Твою шкуру спасаю. Что произошло? Может хоть кто-нибуть в этом доме объяснить, почему ты пошла мутузить Тимку? - Я… могу… Дядя Олег и Евгения обернулись в сторону тихого всхлипывавшего голоса. Позади них стояла Надька, собравшая руками остатки блузы в районе груди. - Стой, погоди, это то, о чем я думаю? – с некоторой опаской спросил Олег? Женька отвернулась от подруги и посмотрела на входную дверь. Оттуда послышался пропитый голос бывшего соседа: - Женя, ты же несерьезно, да? Ты же меня решила спасти, а сейчас что случилось? Хочешь оставить меня умирать на улице за такую мелкую провинность? Голос его был жалким и дрожащим, но речь была заполнена гордыней и самодовольства. Надька горько разрыдалась, вытирая разорванными краями блузы свои слезы. - Дядь, он больше не человек. - Ты думаешь, что он Гость? - Хуже. Намного хуже. По ту сторону двери послышался скрежет ногтей о металлическую дверь: - Женя, тут очень, очень жарко. Может, ты передумаешь? Евгения стояла, опустив голову. Механик посмотрел на нее: - Может, и правда пустить? Ты уверена, что он заслужил это? В ответ ему было лишь молчание. Женя отвернулась от двери, и направилась в сторону своей бывшей спальни. - Эй, ты куда? – крикнул ей вслед Олег. Со стороны улицы послышались тихие стоны Тима, продолжающего скрестись ногтями о металлическую дверь. По прошествию нескольких минут, хозяин автомастерской понял, что скулеж бывшего соседа начинает переходить в вопли. В этот же момент Женька вернулась в коридор, держа в руках рубашку цвета хаки. - На, надень. Это не твоя кофточка, но всяко лучше, чем то, что сейчас на тебе. Надя дрожащими руками взяла внезапный презент, испуганными глазами смотря на хозяйку дома, покрытую кровью в некоторых местах. - Жень, я тут что подумал… Это твое окончательное решение? - Да – холодно ответила домовладелица. - Надежда, тогда скажите Ивану, чтобы он спустил всех в подвал. Он в комнате напротив. Надя кивнула, и побежала в указанном направлении. Женька исподлобья посмотрела на Олега и отправилась открывать проход в погреб. Когда все были в сборе, оставшиеся жители дома по очереди начали спускаться вниз. Замыкающей была Евгения, успевшая услышать редкие крики горящего заживо Тима, благо, все было заглушено слоем земли и тусклой лампочкой, плохо освещавшей затхлое помещение. - Тут был свет? - Да, сам когда-то делал – ответил Олег, - Смотрю, лампочка все та же. Последняя задвинутая доска, служившая крышкой погреба, окончательно отделила оставшихся в живых людей от истошно вопящего от ожогов Тима, чьи крики завязли в солнечных лучах. Его воспаленный от болевых ощущений мозг так и не смог осознать, что никто не придет его спасти, а те, кто однажды протянул ему руку помощи, стали его же палачами.