Минуты в раю

      Леонардо уже минут тридцать не мог заснуть. Было слишком тихо. Он открыл глаза, глядя в потолок, улавливая взглядом пыль, что подсвечивалась лунным светом из окна, частично забитое досками. Так что и свет был полосками, да и пропадал время от времени из-за плотных плывущих туч.       Ложится спать всегда было тяжело, а в последние года уж совсем. Столько всего случилось неприятного. Это мягко говоря. Последние дни было на улицах достаточно тихо, еда доставалась слишком просто, врагов стало меньше в три раза, а подозрительная активность мутагена была сконцентрирована в одном месте. Лео прекрасно понимал: с дня на день случится что-то кульминационное и страшное.       В моменте он ощущает боль в ноге, ссыкнув и дёрнув бедром. Он приподнимает одеяло. Боль была фантомная. Части ноги у него нет уже как год, но перед сном, когда его тело физически расслабляется, по всему телу гуляет боль. И даже в конечности, в которой нет.       Лео садится, поставив одну ногу на скрипучий пол, бедро второй засовывает в протез, закрепив, берёт с тумбочки маску и завязывает, поправив.       Так и сидит, глядя между досок в окно. Это помогало ему отвлечься от хронических болей и излишних мыслей. В душе была тяжесть от осознания предстоящих событий, от пережитых бед. Внезапно послышался храп из какой-то комнаты сверху. Даже завидовал товарищам, что могли настолько хорошо спать.       Благо одиночество продлилось не долго. В дверь глухо постучали, а потом, без полученного ответа, она приоткрылась.       Лидер поворачивает голову в её сторону, и уже видит виднеющийся силуэт Рафаэля, который уже прикрывал за собой дверь.       В лунном свете и без всех тех слоёв одежды, которые им пришлось носить сейчас из-за природных катаклизмов.       Помимо борьбы за свободную землю, были активированы многие вулканы тихоокеанского вулканического огненного кольца. Именно "были активированы", ведь массивные атаки Кренгов к этому привели. По крайней мере их научно-технический штаб пришёл именно к этому выводу. И из-за масштабных одновременно извержений небо покрылось плотными тучами. Стало холодно, уже пошли новости о рисках потерять огромное количество урожая.       Рафаэль был только в накидке и с поясом. Все их тела были покрыты огромным количеством шрамов. А также некоторые потеряли части тел. У Лео — нога, у Рафа — глаз, у Донни — некоторые пальцы рук. Только Майки, как всегда, повезло — целенький. Но и все их товарищи тоже пострадали, если выжили.       — Спишь?       — А похоже?       Темперамент сухо усмехнулся, заметно устало, подходит и тяжело садится рядом, отчего кровать только больше провалилась.       Леонардо осматривает его беглым взглядом, затем опускает, поджимая собственные потрёпанные ладони большими пальцами.       — Нога опять болит?       — Ага. А как твой глаз?       — Отсутствует пока что.       Мечник усмехнулся негромко, взглянув в сторону брата. Заметив его руку на кровати между ними, недолго думает и кладёт свою поверх чужой, слегка сжав. Видимо из-за этого Рафаэль ощущает облегчение, ведь слышимо выдыхает.       — Я пиздец как заебался, — на новом выдохе уже говорит он.       — Да. Я тоже.       — Мы уже столько лет пытаемся хоть что-то изменить, но такое чувство, с каждым разом всё становится только хуже. И что всё, что мы делаем — неправильно. И приводит к худшим последствиям. Это раздражает пиздец как, — не услышав в ответ, Рафаэль встаёт с кровати, чтобы побродить во время всплеска негодования. — И сейчас такой переломный момент, когда сейчас нужны все наши силы, а нас сколько? Даже не так. Сколько тех, кто способен действительно сражаться? Да на пальцах Донниных рук пересчитать можно будто бы. А у этих просто конвейер. Да и Шреддера мы давно не видели, чёрт знает, что он готовит. Вдруг его накачали мутагеном, чтобы сделать непобедимым монстром? А тот, кто мог победить обычного Шреддера уже мёртв как два года, — он трёт переносицу и обернулся на лидера, вскинув рукой. — Почему ты так уверен, что твой план сработает? Всё держится на таком тонком льду. — Подождав пару секунд, спрашивает: — Чего молчишь?       — Раф, давай оставим это уже на завтра, — глядя вниз отвечает Лео спустя паузу, пока водил протезом по полу. — Я тоже устал. Сейчас нет смысла что-то решать.       Саеносец моментально смягчается, опустив руки по швам. Он вновь опускается на кровать рядом и берёт чужую руку в свою, скрестив пальцы.       — Ладно.       Стоило им замолчать, как снаружи застучал дождь. Они оба взглянули в сторону окна.       — Опять дождь... — больше разочарованно комментирует Раф, дёрнув бровной дугой.       — Опять дождь, — тоже комментирует и заодно соглашается с собеседником. В его же голосе было облегчение. Даже почти радость.       — Ты будто рад, — Рафаэль не смог этого не заметить.       — Я в дождь лучше сплю.       — Пф, — усмехнулся бунтарь, отведя взгляд. Леонардо к нему сразу же обернулся.       — Что? Что ты смеёшься?       — Тебе почти двадцать пять лет, а ведёшь себя как эмо-подросток. Лол.       — Да ну тебя, придурок, — со сдержанным смущением отвернулся Нардо. — Сам с плюшевым мишкой спишь иногда.       — Ничего подобного. Я сплю просто великолепно.       — Да? — лидер поворачивается к нему телом. — Тогда что ты тут делаешь?       Холерик хлопает глазами. Точнее, глазом. Затем отводит взгляд, надув губы кратко.       — Просто прогуливался по базе перед сном и услышал скрип у тебя.       — Не ври, — фыркнул на него старший. — Ты просто захотел внимания.       — Тебе кажется, — бунтарь ложится на спину, закинув обе руки за голову и закрыв глаза.       Леонардо оглянулся на него и тоже ложится рядом, стуча по пластрону пальцам. Они бы так и лежали в тишине, но саеносец касается его бедра своим, притеревшись слегка, так что они переглянулись.       — Если я умру, то будешь ныть?       — Раф, — закатывает мечник глаза, отвернув попутно голову. — Ты не умрёшь раньше остальных.       — Ох, какого благородного ты обо мне мнения.       — А если я умру, что будешь делать?       Не слыша ответ, Лео повернул голову обратно, наблюдая за Рафаэлем, смотрящего в потолок. Он терпеливо ждёт, пока тот наконец глубоко вздыхает и наконец что-то говорит:       — Не знаю.       — Обнадеживает.       — А что ты хочешь услышать?       — Какую-то эмоциональную окраску.       — По-моему очевидно, что ничего позитивного я испытывать не буду. Или ты реально думаешь, что я хотя бы на минуту обрадуюсь?       — Нет. К чему ты заводишь такие разговоры?       — Да ты молчаливый в последнее время. Вот и проверяю, не растерял ли ты возможность говорить.       — Я просто устал за последние дни. Хотелось как-то помедитировать и... Не знаю. Просто найти внутреннюю гармонию.       — Где ты её постоянно теряешь?       — Не в этом суть. Просто иногда себя тяжело услышать, а это помогает наладить контакт с самим собой.       — Не душни, я понял.       Они снова замолкают. Наконец тишина не давит на уши так сильно, так как её перебивает чужое тихое дыхание рядом. Да и дождь приятно барабанит за окном, отчего нахождение в комнате внезапно стало комфортным, а не давящим.       Лео даже думал, что заснёт, однако оппонент рядом переворачивается на бок, придержая голову на руке и глядя на него. Лидер взглянул в ответ, затем тянет руку, придержал лицо того в ладони, а большим пальцем погладив его сшитую зону на маске, что прятала глаз. Рафаэль слегка притирается к его ладони, ощутимо расслабившись.       — Надолго ты ко мне зашёл вообще?       — А что? Мешаю?       — Нет. Просто по-хорошему надо спать.       — Так засыпай.       — Не могу я спать наискосок.       — Перетащить тебя, инвалид?       — Ой, сам-то себя видел? Своим одним глазом, — усмехнулся Лео, да и Раф тоже. Они вместе переползли к твёрдым подушкам. Так и легли.       Но опять не на долго спокойно они легли. Когда Леонардо хотел снять протез с ноги, бунтарь успел его взять за руку и скрестить пальцы. Мечник взглянул на мутанта рядом, прилёг обратно.       Вместо вербального ответа он получает физический. Раф целует его в губы достаточно поверхностно, как бы проверяя согласие. Не ощутив сопротивление от оппонента, прижимается сильнее, причмокнув и приподнявшись на локте. А как отстранились, совсем недалеко, они переглянулись.       — Ты за сегодня вообще не устал?       — Ты слишком мало меня гоняешь на вылазки.       — Ты нужен мне тут.       — Да? — с усмешкой прикасается своим мягким носом партнёрского саеносец, легонько трётся, пока не ощущает тепло на их коже. — Просто чтобы смотреть на меня? Любоваться?       — Нет, дел на базе достаточно.       — По-моему тебе просто нравится меня поджидать в лифте, — холерик немного румянится с самодовольной улыбкой. Особенно когда собеседник тоже покраснел и отвернул голову.       — Ты сам мне намекал, я просто сделал, что ты захотел.       — Не надо перекидывать ответственность. Это ты меня прижал к стене.       — Замолчи, мне нужна была разгрузка.       — А сейчас она тебе случайно не нужна? Ну более... Глубокая.       Переглянувшись, лидер переводит взгляд к стене.       — Уже поздно, нужно спать...       — Так ты хочешь? — Раф решает не терять время и сразу начинает гладить его по бедру, заводя на внутреннюю часть.       — Ну, Раф, не вынуждай мне тебе отказывать.       — Реально не хочешь? — темперамент доводит пальцы до промежности и прикасается к торчащему хвостику, отчего Леонардо сразу вздрогнул.       — Раф. Ты меня не слышишь?       — Я не слышу прямого отказа. То, что сейчас поздно, уже пофиг. Какая разница, мы оба особо не высыпаемся, ты сам знаешь.       Рафаэль массирует его промежность пальцами через тонкие чёрные шорты, ощущая губки. В целом, он не долго старался, чтобы из этого мягкого кармашка стала появляться головка члена. Но убирает руку, ставит туда своё колено и начинает водить, слегка нависая сверху, пока Лео держал его за руки и сжимал, вздрагивая.       — Хватит... — шепчет он совсем негромко, не поднимая взгляда.       — Ты сам притираешься ко мне сейчас.       — Сейчас не время для такого... — конечно он ещё пытался брыкаться, но его таз действительно сам уже двигался, чтобы унять очень быстро появившееся возбуждение. Он сам сгибает ногу и трётся бедром о промежность партнёра, что слегка дрогнул телом, однако почти сразу расслабляется и не сопротивляется.       — Мы быстро...       — Потому что ты скорострел, — из-за того, что Лео уже стал сам тереться о чужое тело, к нему бедро Рафа перестало так прижиматься. Поэтому через минутку он уже почти не ощущал движений его ноги. Только чужого таза о его бедро, оставляя влажный след через такие же шорты.       — З-заткнись...       — Ты первый начал, — лидер присаживается, одной рукой взял его виляющий хвостик в пальцы, второй рукой ныряет под ткань и проникает кончиками пальцев меж губок кармашка, чтобы помочь чужому члену выскочить полностью. Темперамент вздрагивает несколько раз, сжимая ноги, как позволяла поза, а пока сжимает плечи оппонента, сдерживая звуки. — Ладно, пару минут. И пойдёшь к себе. Понял?       — А-ага... Мх... Возьми у меня из кармана накидки...       Мечник щупает в накидке упаковку презервативов и смазки, искренне удивившись. Но совсем кратко, он сразу смазал пальцы смазкой и нырнул к основанию хвостика, проникнув в дырочку, начав растягивать и мять хвостик, сдерживая его виляния.       Они сменили позу наконец, Рафаэль прилёг на спину, расставив ноги, Нардо присел между них, надел презерватив, обмазав в смазке и подстроился, придерживая колени партнёра. Войдя в него неспешно и до конца, Лео томно выдыхает, помяв бицепс бёдер оппонента.       — Даже без прелюдий? — Рафаэль тычет ему в живот пальцем, подманивая.       — Зачем ещё больше растягивать процесс? Да и в чём смысл, я уже как бы...       — Ну, Лео, бля.       Старший взглянул на того, молчаливо осматривая партнёра, что так старательно пытался передать во взгляде своё желание. Мечник вздыхает, склоняется к нему, приподняв ему маску на лоб, и целует в зашитый шрам на веке.       — Я в шоке с тебя иногда, — Леонардо спускается поцелуями к его губам, поцеловав и проведя языком, ощутив мягкую влагу в ответ.       Целуясь с языком максимально медленно, чтобы избежать лишних звуков, Лео ощущает, как Раф его сжимает внутри сильнее, явно неосознанно. А потом, отстранившись, они переглядываются, Раф тоже стягивает с него маску на шею висеть, прихватывает за неё и тянет к себе вновь для поцелуя. Лидер закрывает глаза, прижимаясь в ответ, а пока начал первые лёгкие толчки, а как отстранились, холерик сдержанно заводит голову назад, ощущая долгожданное ощущение заполненности, которое почти забыл от всех этих дел.       Лео, поймав настроение, целует его шею, что как раз открылась ему. Он щекотно ведёт языком, оставляя следом влажные поцелуи и горячо вздыхая туда же. Шея Рафаэля уже была нагретая от этого, да и толчки стали резче и глубже. Саеносец сжимает его локти, сжимая губы и рвано выдыхая ртом.       — Перевернуть тебя? — наконец спрашивает лидер, партнёр через паузу кивает несколько раз, дрогнув телом.       Леонардо останавливается, выходит, помогает ему лечь на живот, ставит на колени перед собой и, приподняв хвостик с массированием пальца, снова входит, сразу приступил к толчкам.       Раф, спрятавшись в подушке лицом, позволяет себе издать хоть что-то, пока его действительно переполняют приятные ощущения только от осознания процесса, и тем более от прямого наслаждения. Леонардо склоняется к нему, придерживая за живот и легонько кусая шею и плечи, чтобы заглушать своё сбитое горячее дыхание. Звук дождя был громче, чем они вдвоём.       — Раф... — шепчет лидер темпераменту под ухо, прикоснувшись губами к шее и поцеловав, пока оппонент обернулся, и влажно целуются. Отстранившись, Леонардо подтирает ему подбородок и целует в уголок губ. — Когда мы в последний раз этим занимались?..       — Не помню уже... — прилёг Раф щекой на подушку, пока у него из горла неосознанно доносился скулёж. — Очень давно... Может... Может полгода назад...       — Мм... — Лео полуприкрыл глаза, придержав саеносца за таз и входя резче, выпрямился. — Я скучал по тебе...       — Хах... Разнежился?.. — ухмыльнулся Раф, оглянувшись на того через плечо. Он неконтролируемо тихо стонет, прикусив подушку, затем обнимает подушку, уткнувшись по итогу всем лицом, сдерживая стоны. — Я тоже... — бубнит он, виляя хвостиком активно.       Нардо склоняется к нему снова, проведя по боковым пластинам кончиками пальцев, уловив дрожь под ними, целует снова в шею.       А как понимает, что они оба уже близки к кульминации, Лео ускоряется и берёт орган партнёра, начав также быстро водить, отчего тот тут же выгибается и прячется в подушке, но даже так были слышны его низкие стоны. И вот, как тот начал кончать и сжиматься внутри, Лео тоже изливается, прижавшись как можно плотнее, сжав бедро Рафа второй рукой, возможно до синяка.       Слабость приходит на них двоих почти одновременно, и лидер хотел выйти, однако Рафаэль его придерживает за руку, не дав выйти.       — Подожди, Лео... Побудь во мне ещё немного...       Леонардо не двигается, бунтарь ещё вздрагивает в послеоргазменном экстазе. Но через пару минуток мечник тратит силы, чтобы всё убрать и выкинуть, а также одеться им в шорты. Леонардо ложится рядом с Рафом, что уже перелёг на спину и отдыхал, и развязывает маску, откладывая на тумбочку. Брат повторяет за ним, скинув маску со лба.       — Где ты нашёл сейчас смазку с презервативами?       — Ну... На вылазках при поиске медикаментов я и такое находил. Много причём и... Ну у них многих сроки подступали, а выкидывать было тупо, так что... — его голос становится тише, —...я их продавал...       — Ты что?! — резко сел Леонардо, нахмурившись и говоря громким шёпотом. — Ты с ума сошёл?!       — А что добру пропадать?       — Это просто немыслимо, — прилёг лидер обратно, надув ноздри. И после снова приподнимается, толкнув того в плечо. — Так вот откуда у тебя были деньги на обмен!       — Видишь, пригодилось. Из-за чужого секса мы смогли получить хорошее Утромское оружие.       — Кошмар, — Лео успокоился и спокойно вновь лёг. А через пару минут снова говорит: — Ты не пойдёшь к себе?       — Уже выгоняешь?       — Нет. Просто спрашиваю, пока ты не заснул.       — Да даже если я у тебя засну, то какая разница? Никто ничего не увидит.       — Ну, не знаю, Раф... — Леонардо отворачивает голову к окну, сумев отвлечься на звуки дождя на несколько секунд, пока холерик не берёт его за пальцы, ощутив как они легонько сжались, словно не ожидав касания.       — Даже если я выйду утром от тебя, то никто не придаст этому никого значения. Мало ли зачем я загляну к тебе с утра? Да и никто так рано не поднимается, как ты и я, — задира тянет его руку к себе ближе, вынудив и обернуться.       — Сейчас и так напряжение между всеми нами появилось в связи с последними событиями. Все друг друга во всём подозревают. Я же не просто так ввёл открытые совещания, чтобы никто не подумал, что кто-то что-то скрывает. А наши такие... Встречи могут вызвать вопросы.       — Ты слишком утрируешь, — темперамент притягивает того к себе и обнимает за плечи, кулаком слегка постучав по чужому пластрону. — По такой логике нам и разговаривать нельзя друг с другом без кого-то третьего лица. Так что перестань.       — Я просто не хочу потерять доверие тех, кто ещё способен доверять. Нам или мне, — мечник ложится Рафу на плечо, оглаживая чужие накануне зажившие костяшки. — И если стабильность внутри команды требует жертву в виде наших личных встреч, ты знаешь, что я эту жертву принесу.       — Я в курсе, — со сдержанный раздражением комментирует Раф, отвернув голову, но сжал плечи рукой в объятиях сильнее. — Просто хотя бы пообещай, что когда эта хрень закончится или хотя бы упростится, мы будем видеться так чаще.       — Обещаю, — с неожиданной лёгкостью в голосе отвечает Лео, взглянув на собеседника.       Они вместе глядя друг на друга молча, пока Лео не решает слегка потереться носом о чужую щёку. Достаточно мягко, расторопно и по-животному любовно, чтобы холерик достаточно расслабился и полуприкрыл глаз.       — Помочь тебе снять протез?       — Буду благодарен.       Рафаэль переполз к его ногам, отсоединив от бедра железку, негромко ставит на скрипящий холодный пол. Хозяин комнаты уже прилёг на спину, потянувшись. Задиру берут за плечо и укладывают рядом, укрыв вместе с собой.       — Ты ж сказал-       — Спи, — перебил собеседника лидер, уткнувшись ему в шею, где ещё немного горели остатки его поцелуев и укусов.       Темперамент взглянул на лидера, что уже закрыл глаза и обнял его, чтобы заснуть, так что присоединился ко сну, приложив щёку ко лбу.

***

      Леонардо стоял в лифте, что снова остановился на очередном этаже. Ему нужно в минусовые этажи, так что пришлось ждать, пока все выйдут на своём. Он опёрся на стену спиной, взглядывая со скуки на мигающий номер этажа. Тройка. Он заметил, что будто бы она пропадает слишком на долго, словно экран просто выключается. Но его отвлекли. А именно то, что все вышли и, когда дверь почти закрылась, Раф успел проскочить. Они сегодня ещё не виделись, так что молча друг другу кивнули, задира тоже встал у стены, заметив, что они едут на нужный ему нижний этаж.       Но стоило им преодолеть цокольный, как цифра пропала окончально, а потом вообще свет мигнул. Лифт остановился. Они молча снова переглянулись.       — Он сломался?       — Не ебу, — Раф подходит потыкать на кнопки, но ничего не происходит. А когда нажал на кнопку вызова, то ничего не произошло.       — Там сейчас никого нет.       — С чего ты взял?       — Я сам только вышел от Донни, они сейчас вышли в лаборатории, чтобы с мутагеном поработать.       — Зашибись, — задира трёт шею, глядя в потолок. — Это, получается, мы тут застряли?       — Пока что да. Судя по всему, мы находимся между этажами, так что открывать дверь самим не вариант, — Раф оглянулся, когда уже встал к двери, но после отшагнул с невозмутимым видом.       — Да я не собирался, — задира привстал к стене, отвернув голову.       Лео тоже привстал к стенке, помяв в руках ткань накидки. Они молчали минут пять, пока Рафаэль не рушит тишину, не считая гудения где-то снаружи и редкого скрипа металла на полу:       — Даже говорить не будем?       — Ты хочешь что-то обсудить? Вроде, вчера на собрании я всё понятно объяснил.       — Да я не про задачи.       — А про что тогда?       Лидер повернул к собеседнику голову, который глядел в пол и подтаптывал носком, не поворачивал голову к нему. Одежда, особенно накидка сверху, скрывала почти все его движения.       — Как спится?       — Ну, не всегда сразу получается заснуть и просыпаюсь довольно рано. Не получается насладится сном. А у тебя?       — Ну примерно также, — задира сделал шаг ближе, но голову так и не повернул. — Мы давно лично не пересекались.       — Ага. Последний раз месяц назад, вроде бы.       — И что мы делали?       — Раф, ты сам прекрасно помнишь, я уверен, — со сдержанным смущением хмуро взглянул мечник на собеседника.       — Не особо, — лидер скрестил руки на груди, схмурившись пуще. — Не напомнишь? — а саеносец слышимо ухмылялся.       — Здесь? Ты смеёшься?       Задира покопался рукой в поясе, нашёл маленький железный шарик, прицелился и попал по боку камеры, отвернув её от них к стене. Хотя у неё даже красный огонёк не горел, нежели раньше.       — Раф.       — Что? Я ж ничего не сказал, — мечник подступил к нему, оперевшись плечом на стену рядом. — Просто попросил мне напомнить, — Рафаэль уже посмотрел на того, поиграв бровями.       — Ты просто невыносим...       Лидер тяжело вздыхает, почти смиренно, после чего, прихватив запястья собеседника, встаёт напротив и прижимает их к стене, резво втянув во влажный поцелуй. Ему сразу охотно отвечают, даже попытавшись перехватить инициативу, но Лео напористо ставит его руки по бокам от головы, прижавшись губами и почти лишив воздуха. Это сразу заставило Рафа поплыть от поцелуя, который по ощущениям набирал всё больше горячих оборотов.       Леонардо ведёт пальцами выше: с запястья меж чужих пальцев, скрестив тем самым и сжав. Холерик скрещивает в ответ. А как старший отстранился, он не дал ему и момент, чтобы хоть что-то сказать, сам снова прижимается влажными губами к чужим, вновь проникнув языком. Нардо полуприкрыл глаза, причмокнув в ответ. Они и правда очень давно не уединялись. Но стоило уже прекращать. Поэтому снова отстраняется, приложив ладонь к лицу партнёра.       — Всё, Раф.       — Да ну, — задира опустил его руку со своей лица, тянясь снова ближе. — Давай ещё немного?       — Нельзя. Мы и так не должны были этого делать.       — Забей, ещё пару минут ничего не изменят, — саеносец придерживает его щёки в ладонях, сосредоточив на себе. — Мне тебя умолять?       — Нет, — Лео глядит на визави в ответ, после встаёт ближе, прошептав прямо в губы перед третьим поцелуем: — Но это последний раз.       Прижавшись вновь друг к другу, Лео ведёт руки ему под накидку на спину, чтобы на щупать чужой хвостик, что очень активно вилял. И начал его легонько мять кончиками пальцев, отчего Рафаэль вздрогнул, выгнувшись, ещё и неосознанно опустил брови, шумно вздыхая носом. Мечник ведёт от хвостика руками по боковым пластинам, задрав часть одежды тем самым, а после просто отстраняется, подтерев оппоненту слюни с подбородка.       — Всё.       — А-ага, кхм... — задира прокашлялся, отвернув румяное лицо.       Мечник отступил, взглянув на отвёрнутую камеру, затем встал к стене. Они молча ожидаются помощи и наконец съезжают на нужный им этаж, разойдясь, как ни в чём не бывало.