Уникальная ночь

Встретившись с Кроули в одном из городских кафе якобы невзначай, Азирафель заказал себе десерт и чашечку чая, сугубо для того, чтобы не выделяться среди остальных посетителей. В 2007 году это не представляло затруднений: в общественных кафетериях никто никого не знал и никто ни на кого не обращал внимания. Покончив с десертом и перекинувшись со своим визави парой нейтральных фраз, ангел перешёл к делу. — Среди наших ходят слухи, — сказал он, заговорщицки понизив голос, — что у вас, я имею в виду — Внизу — что-то затевается? Не то чтобы из ряда вон выходящее, но, возможно, менее рутинное, чем обычно… — Хм, не слышал пока ничего подобного, — вполголоса ответил демон, слегка наклонившись к нему поближе и опираясь локтем о столик. — Но я попробую выяснить. Не мог же кто-то узнать, что он собирается вмешаться в строительство новой трассы М-25 вокруг Лондона! Он и сам пока не представлял, как это сделать, и абсолютно ни с кем не делился своей идеей. — Среди обитателей небес распространили директиву, что в ближайшее время всем будет запрещено появляться на Земле. Говорят, запрет продлится семь дней, а может, и более. — Главное, чтобы не сорок, — мрачно поёжился Кроули, которому пришла на ум длительность Великого потопа. Азирафелю очень хотелось попросить Кроули, чтобы был осторожен в своих расспросах, но он не хотел оскорблять его предположением, что тот недооценивает опасность.

***

Когда они встретились в следующий раз дней через десять, на этот раз в парке, Кроули подтвердил: — Действительно, грядёт некая особая ночь, и каждый из наших на это время ищет себе какой-нибудь дальний угол или забытую щель в лабиринтах Ада, такое местечко, куда можно было бы забиться в решающий момент, чтобы не попасться под гнев Главного. Узнал случайно, что удалиться в некие укрытия собираются даже Князья Ада. Но это будет лишь одна ночь, а не целая неделя. — Наши или не знают этого, или решили перестраховаться, расширив сроки запрета, — заметил Азирафель задумчиво. — Правда, никто до конца не понимает, что им грозит, — продолжил рассказывать Кроули, — но странно было бы с их стороны оставаться в убеждении, что пронесёт. Я понял только, что никто из них не ищет подобное место здесь. Думаю, то, что должно произойти, именно на Земле и произойдёт. Азирафель сосредоточенно хмурился и выглядел как человек, который обдумывает сложную задачу. — Следует понимать, — наконец медленно произнёс он, — что ни одного ангела и ни одного демона в ту ночь не будет на Земле? Кроули захотелось угадать, что ангел задумал, проследить последовательность его размышлений. — Ну, я бы не гарантировал, что ни одного, — ответил он. — Похоже, где-то планируется некий тайный ритуал, правда, не знаю, где именно. И вероятно, именно Главный… — Я понял, — мягко остановил его Азирафель. У Кроули в животе внезапно резко потеплело от этого тона. Захотелось распластаться по земле змеем, расслабиться и разнежиться, будто в согревающих лучах солнца. Несмотря на максимально возможную вежливость, в этом голосе таилась настоящая твердость, но она не давила, а скорее представлялась надёжной опорой. Демон и ранее уже ловил себя на том, что не просто одобряет, когда ангел проявляет инициативу и берёт лидерство на себя. В этих ситуациях Кроули охватывало чувство, подобное… Возбуждению, наверное. Впрочем, Кроули не меньше этого любил, когда ангел покладисто уступал ему. А также — когда азартно оппонировал. Непостижимо. — Значит, — всё так же задумчиво сказал Азирафель, не глядя на Кроули, — ни ангелов, ни демонов, у которых возникла бы потребность неожиданно посетить мой книжный магазин, здесь не будет?.. И он вопросительно взглянул на демона, без тени юмора, очень серьёзно. Тот наконец-то вернул своё внимание к размышлениям Азирафеля и вдруг поняв, развернулся к нему, сверкнул глазами из-за очков и с восторгом хохотнул: — П-ха! Так ты задумал… Ты хочешь сказать… — Тс-с-с, — предупреждающе взглянул на него ангел, но Кроули заметил тень довольной улыбки, пробежавшую по его лицу. — Ты что, планируешь незаметно сбежать с Небес на это время? — понизив голос до едва слышного шепота, восхищённо спросил Кроули. — Только не думай, — неожиданно сменив тон, спесиво произнес Азирафель, — что я так просто открою тебе свои планы, презренный демон. — Но, отведя взгляд, тут же с удовольствием и с тонкой иронией улыбнулся будто бы сам себе. Кроули полюбовался, как эта отчасти смущенная улыбка играет на губах ангела, потом немного поразмыслил и, кажется проник в его замысел. — Как ты считаешь, — спросил он, решившись, — если один человек, абсолютно никакого отношения не имеющий к ангелам или демонам, и при этом совершенно незнакомый владельцу книжного магазина, совершит попытку посетить означенный книжный примерно в это время… Что его ждёт? Несмотря на то, что ответ был сравнительно предсказуем, Кроули затаил дыхание. — Я думаю, — степенно и важно начал Азирафель, — что ему ничто не сможет воспрепятствовать. Ведь владелец будет охвачен желанием… скрыть своё присутствие ото всех остальных и ничем не выдать своей ангельской сущности — ни малейшим чудом, ни даже шорохом перьев.

***

Дождавшись глубокой ночи, когда очень кстати моросящий ноябрьский дождь загнал редких припозднившихся пешеходов в бар, Кроули, спрятав отросшие до плеч волосы под капюшон просторного чёрного дождевика, тронул дверь тёмного и безмолвного книжного. Бентли он оставил за несколько кварталов отсюда, поэтому без плаща он бы уже довольно сильно промок. Дверь от его осторожного толчка открылась беззвучно, колокольчик для посетителей, обычно висевший над дверью, не звякнул. Он вошёл и затворил дверь, а увидев торчащий изнутри ключ, замкнул её на замок. Всё погрузилось в кромешную темноту, лишь опущенные шторы были слегка подсвечены уличным освещением с внешней стороны. Кроули остановился у входа, чтобы не нашуметь в потёмках, сунул тёмные очки в карман, сбросил мокрый плащ прямо на пол и хотел уже тихонько позвать Азирафеля. Но, прежде чем сделать это, он должен был убедиться, что его здесь не ждут какие-нибудь неожиданные враги, куда менее к нему расположенные, чем упомянутый враг. Передвигаться, почти ничего не видя, было чревато, но обернуться змеем — значило использовать чудо. А рисковать и привлекать к себе постороннее внимание не входило в его планы. Поэтому он просто постарался угадать направление к лестнице и вскоре, ничего не сбив по пути и не свернув себе шею, с облегчением ухватился за перила. Поднявшись на второй этаж, Кроули увидел Азирафеля, вернее, его тёмно-тёмно-серый силуэт на фоне плотных штор, которые за неимением лучшего эпитета можно было назвать светло-серыми. Азирафель ждал его в той комнате, в которой с давних пор размещалась широкая кровать. Он повернулся к гостю и испустил вздох облегчения. — Я вижу, этот смелый незнакомец пренебрёг риском и поднялся сюда, — с тёплой улыбкой в голосе произнёс он. У Кроули по спине пробежали мурашки. В почти полной темноте этот голос оказал на него едва ли не магическое влияние, одним своим существованием одновременно и дразня, и обещая, и умиротворённо лаская, и повергая в трепет. Демон тоже медленно выдохнул, чтобы прийти в себя, и, в свою очередь используя свой самый искушающий тембр, вкрадчиво спросил: — Вы же знаете, сударь, что принято думать здесь, на Земле, когда гостя встречают именно в такой комнате? — Разумеется, — чуть помедлив, ответил Азирафель. — Я, конечно, не ожидал ничьего прихода, — чуть быстрее добавил он, — но раз уж вы здесь, мой дорогой, я даже рассчитываю, что этот знак, естественно, совершенно случайный с моей стороны, не останется незамеченным. — Ты здесь один? — на всякий случай тихо спросил Кроули, услышав такие привычно-лицемерные речи, которые, впрочем, давно не могли никого из них двоих обмануть, а наоборот, дарили ощущение особого, очень личного взаимопонимания. — Да, всё спокойно и безопасно, — успокаивающе ответил ангел. — Я позаботился о том, чтобы проверить всю округу, и убедился, что эта ночь действительно будет уединенной здесь. — Тогда я… — Кроули неожиданно для себя поперхнулся и кашлянул. — Я тоже думаю, что мы… — подхватил Азирафель и не смог продолжить. Кроули шагнул к нему и протянул руку, но остановил её на полпути, оставил на весу, не посмел дотронуться. Он даже сейчас не мог переступить опасную для них обоих в любую другую ночь границу. Но его пальцы вдруг встретили протянутую в ответ ладонь, ощутили тепло кожи ангела. Их пальцы начали чуткий и неритмичный танец взаимных касаний и непредсказуемых поглаживаний. Азирафель шумно выдохнул и прошептал: — Невероятно… Кроули, не в силах пережить восхитительную музыку, идущую по его нервам от этих прикосновений, положил вторую руку на сплетение их ладоней и, едва дыша от благоговения, выдохнул: — И у тебя тоже? — Да. Азирафель в свою очередь сжал своей второй рукой их сцепленные руки, как бы успокаивая, останавливая и давая передышку. Кроули озабоченно нахмурился, бережно сжал руку ангела между своих ладоней и почувствовал ответное пожатие. — Только знай, мы должны будем забыть, всё, что сегодня случится, — сказал он. — Ты видишь моё лицо? — Нет, мой дорогой. Слишком темно. Иногда я вижу блеск твоих глаз, но не вижу их оттенка. — Пусть так и остаётся. Если рассмотришь меня, не давай мне знать. Запомни, к тебе приходил какой-то таинственный джентльмен, которого ты не знаешь, и никому, слышишь, никому, даже тому, кому ты всегда доверяешь, ты не должен ни намёком дать понять, что между вами было. Даже если будет очень хотеться и покажется, что можно рискнуть. — Я знаю. Я понял тебя. Я согласен. К тому же, мне кажется, нам обоим будет легче, если мы будем вести себя так, как будто ничего не происходило. Обещаю, что никто, без единого исключения, не получит от меня ни малейшего намёка. — Маленький мужественный ангел, — прошептал Кроули, поднял его ладони к своему лицу и поцеловал костяшки. А потом крепко прижался к ним губами и замер. И почувствовал прикосновение губ к своей макушке. — Смелый и пылкий незнакомец, — тая, сбивчиво ответил ему Азирафель. И заговорил умоляющим тоном: — У нас так мало времени. Вспомни своё прозвище. Сегодня мне хочется верить, что ты не разучился искушать. Кроули, оставаясь со склонённой головой, метнул на него горячий взгляд снизу вверх и посвятил своё внимание тому, чтобы разжать своими руками руки Азирафеля, отделить его мизинец, украшенный кольцом, а потом медленно втянул этот мизинец в свой рот. Хотя он действовал не спеша, Азирафель всё равно ахнул от неожиданности. Кроули снова взглянул вверх, стараясь рассмотреть, не было ли это слишком. Азирафель, заметив азартную искру, блеснувшую в глазах демона, издал жалобный стон, но руку не отобрал. Тогда Кроули сжал его руку крепче и, не выпуская изо рта, пробежался по фалангам пальца ловким юрким языком, сообщая ангелу о готовности демонстрировать своё искусство. — О бо… К… — задохнулся ангел, чуть не потеряв разум и осторожность и судорожно сжимая свою свободную руку поверх его запястья. Кроули выпустил его мизинец изо рта, чтобы строго, но нежно прошипеть: — Тише, ангел. Держи себя в руках. — Я не знал, что это будет так… сильно, — пожаловался Азирафель. — Столько ощущений. У меня всё это впервые. Но я постараюсь. Я смогу, мой дорогой. — Я тоже не знал, — еле слышно признался Кроули. — У меня тоже впервые. Ты постарайся, но можешь останавливать меня в любой момент. Азирафель кивнул, мягко высвободил свои руки и положил их на щёки Кроули, как будто захотел рассмотреть его повнимательнее. — Впервые? — эхом спросил он. На этот раз кивнул Кроули. Пусть это не считается крутым среди людей, пусть, вероятно, нетипично для демона его специализации, пусть он потеряет сколько-то очков в глазах ангела, но они не в том месте, не в той ситуации, когда уместно врать и приукрашивать. Только вот у Кроули на глаза навернулись слёзы, то ли от стыда, что был вынужден признаться, то ли наоборот, от облегчения, что позволил себе быть собой. Он и сам не понял. Ангел отодвинул со щёк Кроули пряди волос, которые попали под пальцы. Эти пряди были такими рыжими при дневном свете, что казалось, оставались рыжими даже на ощупь. При этом погладив Кроули по щекам, он потом слегка притянул его к себе и невесомо поцеловал в губы. А после деликатно отстранился, выпустил его голову, давая обоим несколько долгих мгновений, чтобы прочувствовать это новое нечто и осознать его. В следующий раз уже Кроули подался вперёд, чтобы поцеловать. Встретив губы Азирафеля, он старался целовать нежно, едва касаясь, не спеша, оставляя между поцелуями воздух, не напирая, чтобы их не утянуло в пугающий водоворот, где они теряют самообладание и рассудок. Но чувствуя ответный энтузиазм в движениях губ Азирафеля, демон едва держался на грани страсти. Кроули уже был очень сильно возбуждён, у него крепко встал ещё с момента, когда он дерзнул облизывать ангелу палец, потому что он представил, что стоит на коленях и облизывает ангелу кое-что посущественее. Ну, невозможно было удержаться от аналогии. А сейчас Азирафель придвинулся к нему, прижался всем телом и позволил почувствовать своё напряжённое до предела естество. Одновременно с этим ангел углубил поцелуй и обнял своего милого демона, своего прекрасного незнакомца. И хорошо, что обнял. Кроули совершенно поплыл. Он упоённо продолжал целоваться, не в силах осознать, пережить, вместить в себя это счастье, и он не мог бы остановиться сейчас, разве что если бы его оттащили. Он лишь судорожно вцепился пальцами в одежду Азирафеля, иначе, возможно, ноги подвели бы его и он начал бы сползать на пол, увлекая за собой ангела. Наконец они стали замедляться и оторвались друг от друга на минутку, чтобы перевести дух. Азирафель взял Кроули под локти, а тот снова прильнул, обняв его и склоняя голову на его плечо. — Ну же, — прошептал Азирафель, — давай. Он и сам не до конца понимал, чего просит, просто хотел испытать что-нибудь ещё. — Чего ты хотел бы, ангел? — пробормотал Кроули. — Ты когда-нибудь доводил свое тело до разрядки? Пробовал что-то в одиночестве? — робко спросил Азирафель. Сейчас, в темноте, когда взгляды стали невозможны, говорить о чем-то интимном было на удивление легче. — Да. Бывало. — Кроули ещё в незапамятные времена заметил, что его невинные встречи с ангелом приносят намного больше удовольствия, если приложить усилие, чтобы наделить себя человеческим полом и соответствующими органами. А после подобных встреч он обнаружил интересный способ помочь себе сбросить накопившееся в чреслах томное напряжение. — Тогда сделай то же самое для меня, — несмело предложил ангел. Кроули, продолжая его обнимать, опустил руку, чтобы нащупать член Азирафеля. В ладонь ему неудобно упёрлась его головка, обтянутая тканью брюк, и из-за этого не получилось обхватить ствол рукой. Но Азирафель от прикосновения вздрогнул и зашипел сквозь зубы. — Что? — взволнованно спросил Кроули. — Хорошо-о-о, — невнятно простонал Азирафель, подаваясь бёдрами вперёд, чтобы не терять ощущения контакта. — Нам, наверное, стоит раздеться? — хрипло шепнул Кроули, поражаясь, что такие слова дались ему сравнительно легко. Стойкое убеждение Кроули, что тело Азирафеля принадлежит ангелу, и только ангелу, невероятно быстро таяло в лучах этой его благосклонности и податливости. — Конечно. Но только не забудь, что нельзя для этого использовать чудо, — с мягкой улыбкой в голосе ответил Азирафель. — Я помню, ангел. Думаю, мы справимся. И не с таким справлялись, — слегка усмехнулся Кроули, уже стаскивая с Азирафеля пиджак. Некоторые предметы одежды снялись легко, с некоторыми пришлось немного повозиться, потому что они стремились нежно помочь друг другу. Но когда они оба разделись, то снова немного оробели. Правда, Азирафель не дал затянуться неловкости, взял демона за руку и повлёк к постели. Они откинули покрывала с одеялами и улеглись лицом друг к другу, поглаживая один другого по рукам и по плечам. Кроули ожидал, что ангел направит его руку вниз, когда будет готов, но Азирафель произнёс: — Если мы собираемся зайти так далеко… Ох! Это труднее произнести, чем я планировал. Будет лучше, если мы… Если ты… — Что угодно, ангел, — заверил Кроули, стараясь сдержать лишний пыл, и его сердце сжалось от нежности куда сильнее, чем он пожал плечо ангела, чтобы ободрить его. — Мне нужно… Я бы хотел… Если ты согласишься… Тебе лучше привязать меня. — И пока демон не задохнулся от возмущения, он быстро и просительно добавил: — Если нас всё-таки застанут… Понимаешь, мне будет проще дать объяснения. Согласно моей легенде, я вовсе не соглашался на подобное сближение с незнакомцем, но не смог без чуда дать ему отпор и освободиться, потому что я вроде как не хотел выдавать свою вылазку в книжный, совершённую вопреки запрету. А тебе… Наверное, ты сможешь преподнести всё это как успешное искушение. А? — Ангел… — совершенно обескураженный, Кроули не мог найти слов. Возможно, ему следовало возражать, но идея не только звучала очень разумно, но и невероятно приятно растревожила его воображение. — Ты против? — заискивающе спросил Азирафель. — Я… я… — Кроули судорожно вздохнул. — Конечно же, это очень умно. И звучит это очень горячо, не скрою, — вполголоса выпалил он, — но я бы хотел, чтобы тебе понравилась наша встреча. Боюсь, это не то, что… Не то, о чём ты мечтал. — Мой дорогой, — теперь Азирафель сжал его предплечье успокаивающе. — Поверь, я мечтал о многом. И об этом тоже. — Хорошо, — смирился Кроули и привстал. — Только чем мне это сделать? — Я обо всём позаботился. Тебе нужно только застегнуть на моих запястьях вот это. — Он поднялся, извлёк и вложил в руки Кроули кожаные браслеты, от которых тянулись верёвки куда-то под края перины. — М-м-м, — не сдержавшись, простонал демон, представив, что выполнил просьбу. — Это слишком… — Тебе не обязательно это делать, мой дорогой, — произнёс ангел уступчиво. — Нет, — подавленно признался Кроули. — Это слишком возбуждает меня. — О, меня тоже. Пожалуйста, сделай это. Азирафель положил руки на грудь демону, чтобы тому не пришлось нащупывать их в темноте. — Ты уверен? — все же переспросил Кроули. — Не заставляй меня умолять. Разве что, только если тебе это нравится… — Кроули услышал в его голосе обольстительную улыбку. Тогда он выполнил просьбу и застегнул ремешки на запястьях ангела. Азирафель оказался лежащим под ним на спине, и его вздыбленный член требовал внимания. — Тебе удобно? — спросил демон. — Как у себя дома на кровати, — ответил ему Азирафель, издав лёгкий смешок. Кроули пересел верхом поудобнее, бережно зажав ноги ангела между своими, и занялся им, лаская сначала пальцами, а потом и ртом. Вздохи и стоны Азирафеля держали его в таком состоянии, что он и сам, казалось, готов был кончить первым. Тело ангела крупно подрагивало, он подавался навстречу и всем своим видом просил ещё. Но не успел Кроули разойтись как следует, как ангел приглушённо замычал, давя собственный крик, затрясся всем телом и бурно кончил. После этого Кроули осторожно лёг на него, чтобы подождать, пока успокоится их дыхание и его возбуждение. — Скажи, если тебе станет неудобно, — прошептал он. Едва ангел обрёл способность говорить, он ответил: — Если бы ты немного перелёг, я бы смог обнять тебя ногами. Хотя бы так, раз руками не могу. Ужасно хочется выразить тебе всю благодарность, которая меня распирает. — Кроули начал приподниматься. — Но ещё больше хочется сделать тебе то же самое. Не откладывая, прямо сейчас. — И я должен?.. — неуверенно уточнил демон. Азирафель ответил немного раздражённо: — Да, тебе следует забраться выше, сесть мне на грудь и позволить, чтобы я отсосал тебе, если ты хотел это услышать, несносный ты… Кроули прикрыл ему рот рукой, прерывая поток неосмотрительных ругательств, и поспешил исполнить его пожелание, пока ангел не назвал его демоном, пока не начал в сердцах поминать чего похуже. Но как только Кроули ощутил влажные губы ангела, обхватившие головку его члена, то неожиданно для себя взорвался оргазмом. Он даже в такой момент не допустил, чтобы его член погрузился глубже, ведь он заранее боялся причинить малейший дискомфорт. Поэтому его выгнуло в спине и яркие звёздные вспышки ослепили его под закрытыми веками. Непонятно, как он только смог не закричать. Он сполз обратно, распластался на Азирафеле, лишь прошептав: «Можно так?» и утонул в блаженной неге, чувствуя, что ангел разделяет его состояние. — Отдохни, — прошептал ему Азирафель, перед этим повернув голову в сторону и выпустив его семя изо рта прямо на простыни. Он легко поцеловал лежащего на нём демона в ухо, которое оказалось ближе всего к его губам. — А когда снова захочешь, сможешь взять меня. — Уже захотел, — слабо пошевелился на нём Кроули. — Только у нас, мне кажется, комплектация сегодня для этого не самая подходящая друг другу, — пробубнил он Азирафелю в плечо, наслаждаясь ощущением его обнажённой кожи у своих губ. — Ничего, я покажу тебе, где взять смазку, и ты сможешь подготовить меня пальцами немного. Если, конечно, у тебя есть такое желание. — Спрашиваешь, — глухо проворчал Кроули, не планируя оживать ещё по крайней мере несколько минут. Азирафель поцеловал его в волосы около уха и дал полежать полностью расслабленно, сколько ему захочется. — Мне это кажется? — через некоторое время пробурчал Кроули, безуспешно притворяясь недовольным. Он почувствовал эрекцию Азирафеля, набирающую силу. — Нет, тебе не кажется, — самодовольно констатировал ангел. — Твоё тело несказанно приятное. К тому же я неосмотрительно подумал, что ты можешь вскоре войти в меня. И это будет, наверное, ещё приятнее. Для нас обоих, я полагаю. — Лучше проверить, я так думаю, — заулыбался демон, чувствуя, что его естество наливается новой силой от таких нескромных разговоров. Говорить о чём-то запретном, интимном становилось всё легче с каждой фразой. — Только вот, наоборот, это я мог бы насадиться на тебя, если хочешь. — Это искушение тоже велико. Но, думаю, мы и это успеем попробовать, — пообещал Азирафель. — Давай начнём с моего варианта, если не возражаешь. Протяни правую руку вон туда, там должно лежать всё необходимое. Кроули нащупал подготовленное ангелом средство и умастил руку. Поглаживая и целуя Азирафеля, он проник в него пальцем. К его удивлению, судя по довольным вздохам, ангелу понравилось. Демон постепенно подготовил его, и его член не без усилия, но ко взаимному удовольствию вошёл внутрь. Сначала Кроули двигался осторожно, чутко прислушиваясь ко всем проявлениям ангела. Происходящее переживалось ярко и неимоверно горячо даже в этом неспешном ритме. Кроули пришло в голову, что ангел подарил ему полную свободу действий. Прямо сейчас Кроули мог бы воплотить абсолютно любую свою фантазию, сделать с этим телом, распалённым и полностью доступным, все, что подскажет ему воображение. Он аж зашёлся от жара, что прокатился по его телу от этих мыслей. Но конечно же, он будет пробовать только то, что понравится его ангелу тоже. То, как Азирафель вдохновенно отдавался, как выглядел особенно доверившимся с этими связанными руками, грозило сорвать Кроули тормоза, потеряться в ощущениях, и всё же он держался, он хотел быть заботливым. Но Азирафель стал сначала просить, а потом и чуть не со слезами умолять его ускориться, усилить воздействие, поддаться страсти, обещал остановить его даже при едва заметном неудобстве. В конце концов Кроули не смог противостоять такому бессовестному искушению и дал себе волю, задвигался сильнее и уверенней. Азирафель пришёл в совершенный экстаз и подавался бёдрами навстречу, как будто ему всё было мало. Кроули испытал иррациональное чувство, будто он играет финальные победные аккорды симфонии, и одновременно с этим ощутил себя несомым каким-то вселенским потоком, гораздо более великим и сильным, чем они оба. Он коротко простонал и был охвачен восхитительным долгим и мощным оргазмом. Это было не просто новым опытом, не просто познанием тел друг друга. Это оказалось удивительным способом единения и взаимным счастьем дарить себя друг другу. А ведь у них было ещё больше половины ночи впереди. И у них были ещё идеи, как доставить друг другу различные удовольствия, от простых до изысканных.

***

Перед самым рассветом, когда они поднялись и оделись, готовясь к очередному в их бесконечной жизни расставанию, огорчительному, но, к счастью, временному, Азирафель сказал, что им следует помнить, что это было свидание совершенно незнакомых друг другу людей, которые никогда больше не встретятся. — Я никогда не забуду, — ответил Кроули проникновенно, крепче обнимая ангела. — Я тоже, — ответил тот, с чувством сжимая демона в ласковых объятиях. Кроули сбежал вниз по лестнице, подхватил с пола свой плащ, нащупал в кармане тёмные очки и вышел на улицу под косые лучи встающего солнца. По дороге к Бентли он с улыбкой вспомнил, как по завершении утех Азирафель повернул ладонь, взялся за верёвку, которая удерживала его браслет, и особым образом дёрнул за одну из прядей этой верёвки. Веревка отскочила от браслета, и рука ангела оказалась свободна. «И ты всё это время спокойно мог освободиться?» — изумился Кроули. Ангел улыбаясь кивнул. «И не сказал мне?» Азирафель покачал головой и ответил: «И испортить тебе удовольствие? Не говоря уж о моём». Кроули эта ситуация между ними неумолимо напоминала схожую, произошедшую где-то не здесь, и только сейчас он вспомнил где. «Вот видишь, я способен на кое-какие фокусы в постели», — добавил этот удивительный ангел.

***

Ангел и демон и впредь виделись с обычной периодичностью. Когда прошло три четверти года, примерно в конце лета, но в столь же ненастную ночь, Кроули был вызван на срочную встречу Снизу и ему вручили большую корзину с существом, которое должно будет положить конец человечеству. Кроули счёл, что это следует немедленно обсудить с ангелом.