Казино для бедных.

" 12. 01. 2020. (Черный Союз Народов, г. NKor/Н, партия Национал-большевиков.) На дворе пусто. По всюду в мире объявили пандемию, но в нашей стране не как будто бы не существует. Люди ходят на работу, в магазины. Все школы открыты и работают уже больше десяти лет. Не знаю, закрываются они или нет, ведь в них всегда видно как проходят уроки и учитель что-то объясняет ученикам. А ведь когда-то они являлись главными зданиями управления разных группировок и жертвами бомб. Пришел домой я со школы недавно. Минут 10 назад. Приготовил братьям и сестрам еду, поел и доделал то, что задали на дом. Нам немного задают, ведь учусь я не в партийной, а в обычной школе. У меня есть ремня для того, чтобы рассказать то, что происходило с нашей страной за эти четыре года. Я всё полностью помню. Я там был и ходил туда. Не знаю, есть в Черном Союзе Народов люди, которые этого не видели? Скорее всего нет или их ничтожно мало. По пальцам пересчитать можно. Сейчас уже вечер. Солнца я так и не увидел за всё это время. Только снег и облака. Это красиво. Но может быть солнце от нас скрывают? Быть такого не может. По телевизору оно есть. На улице нет. Просто снег и холод. Сколько может длиться этот снег знают лишь синоптики и несколько моих соседей по комнате. Они в партийной школе учились и биологию глубже знают, просто устают часто и не могут найти время, чтобы всё рассказать. Я у них живу уже 5 лет. Больше жить не где. Они меня впустили и в благодарность за это, я начал чинить провода. Не каждый электрик это может, но я могу. Учусь на "хорошо", правда, мне кажется, что мою работу никто не видит. Жаль. В столице много таких детей как я. Мы уже даже в комнаты не помещаемся, на полу спим. Кроватей не хватает, матрасов тоже. Сам я сижу за столом, но даже не в самой партии. В подвале место нашлось. В подвале я буду писать эту историю." Конец записи. Мальчик отложил дневник и решил посмотреть, что происходит снаружи. Он открыл дверь и та, со скрипом также закрылась. Темно. Холодно. И темно и холодно. Весь первый этаж партии Национал-большевиков, где он жил был освещен единственной люстрой, большая часть лампочек которой давно перегорела и не менялась ни кем на протяжении долгого времени. Черный потолок был похож на ночное небо и если бы люстра была целой, то всё равно не поменял бы свой мрачный цвет на серый или хотя бы на тёмно-серый. Багровые стены выглядели так, словно были сделаны из многочисленных кусков плоти, которые были склеены льдом. Шкафы и колонны, которые выглядели как смесь 19 и 20 веков, казались бледными и призрачными. Массивные черные двери не были заметны в принципе. Под, сделанный из железа, выкрашенный в цвет шахматной доски, напоминал всем партийцам о том, чем является их работа и что они делают уже более века. Маленький партийный житель чувствовал себя раздавленным этой атмосферой и просто шёл вперёд к лестнице, сделанной из стали. Поднимаясь по ледяным ступеням, он был рад тому, что покидает подвал. Ночью прятаться ему не нужно.