Хаотичное сердце

***

      Я посмотрела в окно и увидела пляж. Честно, я не знала, что это за место, но внутри сразу сжалось, будто я должна была понять, а не понимала. Если бы знала, сказала бы вслух. Но я только сильнее вжалась в сиденье, чувствуя, как по коже бегут мурашки. Анника заглушила мотор. Тишина стала почти осязаемой, её нарушал лишь гул прибоя. Я сжала кулаки. Мне кажется… нам сюда нельзя было. И именно в этот момент из багажника снова донёсся стук. На этот раз — громче. Он явно хотел наружу.       Анника вытянула ключ из замка зажигания и медленно обернулась ко мне. Улыбка у неё была слишком спокойной для ситуации, будто она заранее знала, что всё пойдёт именно так.       — Ну что, Кас? Откроем подарочек? — протянула она, подмигнув.       Я выдохнула сквозь зубы, стараясь отпустить весь разговор, который был до этого в машине, но в уголках губ тоже заиграла улыбка. Слишком уж всё это было похоже на игру, хоть и с мрачными ставками.       — А вдруг он опять начнёт ныть? — я приподняла бровь. — Я не готова слушать драму уровня «вы жестокие, как вы могли».       Анника фыркнула и хлопнула меня по плечу.       — Ты его явно недооцениваешь. Он будет не ныть, а орать. Вон, слышишь? — очередной удар по багажнику прозвучал так, что кузов дрогнул.       Я не сдержала смешок.       — Ладно. Но если он решит опять свалить в героя, я лично закрою крышку.       — Договорились. — Анника дернула подбородком в сторону багажника. — Идём?       Мы вышли из машины. Влажный морской воздух ударил в лицо, соль осела на губах. Волны шумели, будто аплодировали предстоящему зрелищу. Я вздохнула, окончательно отпуская этот осадок. Кай снова забарабанил изнутри, громче, злее. Анника театрально вздохнула и, словно специально тянула время, провела пальцем по крышке багажника.       — Как думаешь, он там успел обидеться на нас?       Я ухмыльнулась.       — На тебя — точно. На меня… ну, может, но это я должна обижаться на него, а не он.       Я прищурилась, оглядываясь на безлюдный пляж. Воздух здесь был другим — будто плотнее, чужой.       — Злой Кай выглядит куда интереснее, — повторила я, ухмыльнувшись. — Хотя, если честно, злой Кай в багажнике — вообще произведение искусства.       Изнутри раздалось хриплое:       — Я вас слышу, между прочим!       Анника прыснула и, наконец, вставила ключ в замок.       — А мы на это и рассчитывали, братик.       Щёлк — крышка приподнялась, и Кай распрямился насколько позволяли наручники. Волосы растрёпаны, глаза сверкают. Настолько разъярённый и при этом до нелепости похожий на нас, что я едва не рассмеялась.       — Вы обе — ненормальные, — выплюнул он, но в уголке губ мелькнуло что-то подозрительно похожее на улыбку.       — Мы знаем, — синхронно сказали мы с Анникой.       Я театрально присела перед ним на корточки, наклоняя голову набок.       — Ну что, выпустим тебя? Или ещё полежишь для порядка?       Кай сощурился.       — Если вы думаете, что я забуду, когда я впервые решился и потом мне свернули голову, а очнулся я в багажнике, то зря.       Я тихо хмыкнула и качнула головой.       — Первое — ты сам напросился. Второе — считай, у тебя теперь есть история получше, чем «как я облажался около школе».       Анника скрестила руки на груди, с самым наглым видом глядя на него сверху вниз.       — Вообще-то, братик, это был комплимент. Не каждый переживает мой удар. Так что… гордись.       Кай прищурился, но в глазах у него вспыхнула искра — смесь злости и того самого дерзкого веселья, которое мы знали слишком хорошо.       — Ага, горжусь, — процедил он. — Особенно тем, что мои любимые сёстры решили сделать из меня контрабанду.       Я не удержалась и прыснула.       — Ну, признай, звучит стильно. С нами ты хотя бы не выглядишь скучно.       Он закатил глаза, но губы дёрнулись в усмешке. А я встала с карточек, становясь в полный рост.       — Вы обе вместе в одно время — кошмар.       Я хитро прищурилась, чувствуя, как уголки губ снова предательски дёргаются вверх.       — Спасибо, это лучшее признание за сегодня.       Анника рассмеялась и наклонилась чуть ближе, словно доверительным шёпотом:       — И, что самое забавное, ты нас любишь.       Кай фыркнул, громко, нарочито, и, упершись ладонями о край багажника, резко поднялся. Металл заскрипел, кузов жалобно дрогнул и вот он уже стоит рядом с нами, распрямляясь во весь рост. Он дёрнулся, посмотрел по сторонам и… резко замер. Его взгляд стал настороженным, будто он почуял что-то в воздухе.       — Серьёзно, Анника? — его голос понизился. — Ты привезла нас сюда?       Я моргнула.       — А что не так? Пляж как пляж.       — Кас, — протянула Анника с ленивой ухмылкой, не сводя взгляда с Кая. — Иногда лучше не знать всех правил, чтобы чувствовать себя свободнее.       — Каких ещё правил? — я нахмурилась.       — Таких, которые мы нарушаем с Никки, просто стоя тут, — процедил Кай и мотнул головой в сторону линии деревьев, уходящей в туман. — Договоры, пакты… но тебе-то что. Ты ведь не вампир.       У меня по спине пробежал холодок, хотя я старательно сохранила насмешливую гримасу.       — Вы двое опять что-то скрываете. Но знаешь, Кай… мне начинает нравиться, что именно.       Анника засмеялась и щёлкнула замок на его наручниках, давая ему выбраться наружу.       — Ну, братик, держись. Ла-Пуш не любит гостей. Тебе повезло, Кас, поэтому я и привезла нас сюда. Они не посмеют нас тронуть пока с нами ты.       Я в удивлении подняла бровь.       — Потому что волчата любят ведьм? — я получала два удивленных взгляда. — Что вы смотрите на меня так? — я пожала плечами. — Я просто почувствовала эту всю их ауру и поняла, что здесь живут оборотни. Все просто.       Я закатила глаза, заметив, как оба уставились на меня, будто я только что изобрела новый язык.       — Серьёзно, ребят? Вы забываете, что я ведьма. Оборотни, вампиры и какие-то договоры между ними — это не шок-контент, а мой будний вторник.       Анника усмехнулась.       — Вот за это я тебя и люблю, Кас. Без лишних истерик и пафоса. Но да. Волки слишком любят ведьм, потому что многие из них служат природе.       Кай тихо хмыкнул, но в его голосе сквозило раздражение.       — «Любят» — слишком громкое слово. Они скорее видят в ведьмах проводников. Инструмент. А инструментом легко пользоваться, пока он под рукой.       Я приподняла бровь, глядя на него с едва заметной ухмылкой.       — Спасибо за романтичное сравнение, Кай. Прямо чувствуешь себя драгоценным молотком в чьей-то коллекции.       Анника засмеялась, качнув головой.       — Не слушай его, Кас. Он просто не любит, когда кто-то кроме него умеет управлять энергией. Знаешь, его всегда бесило, что твои трюки иногда работают лучше, чем его грубая сила.       Кай метнул в неё взгляд, полный угрозы, но ничего не ответил. Я же повернулась к океану. Что-то шевельнулось в его глубине — ощущение, что за нами наблюдают.       — В любом случае, — тихо произнесла я, чувствуя, как кожа покрывается мурашками, — Они уже знают, что мы здесь       Я сжала кулаки, пытаясь сосредоточиться на том странном шевелении в глубине — оно словно отзывалось вибрацией в воздухе. И в следующую секунду Кай резко вскинул голову, глаза блеснули.       — Они двинулись, — бросил он, уже напрягшись, как хищник перед прыжком.       Анника, напротив, выглядела почти расслабленной, она любит погони или игры, не зря же у неё пара ищейка.       — Ну вот и проверим, — протянула она. — Насколько быстро они бегают.       Я не успела спросить, кого именно она имела в виду, как из леса раздался треск — быстрые, тяжёлые шаги, и тени метнулись между деревьями.       Кай рванул первым, словно его ноги и правда были созданы для того, чтобы рвать землю. Анника скользнула за ним, лёгкая и быстрая, будто туман сам подталкивал её. Я осталась на месте лишь миг, но понимала: если останусь позади, это может стоить слишком дорого. Да, я ведьма, но они уже почувствовали, что здесь вампиры. Они не будут разбираться. Так ещё от меня пахнет так же.       Я сосредоточилась на дыхании, чувствуя, как воздух вокруг густеет и звенит, словно наполненный током. Сначала это был просто гул, далёкий, расплывчатый, но чем глубже я погружалась, тем отчётливее он становился. Будто тысячи невидимых нитей связывали меня с этим местом: с землёй под ногами, влажным воздухом, шумом океана и теми сердцами, что бились где-то рядом, скрытые в темноте.       И вот — один пульс. Не человеческий. Громкий, напористый, рваный, будто в груди билось сердце дикого зверя. Я почувствовала его мощь, сырую, необузданную силу, и, не раздумывая, потянулась к ней.       Она ударила во мне, как волна. Тело мгновенно отозвалось, кровь побежала быстрее, дыхание стало глубоким, ноги налились силой. Мир вокруг изменился: звуки стали резче, отчётливее, каждое движение в лесу отзывалось во мне, словно это я сама касалась веток и земли. Запахи ударили в нос, различимые до мелочей — соль на коже, металл, исходящий от Кая, и хищный холод Анники. Я побежала вперед. Ветер ударил в лицо, но я держалась рядом с ними, рядом с Анникой и Каем. Не отставала.       Моя магия всегда была хаосом. Не той разрушительной бурей, которая стирает всё с лица земли, а скорее текучестью, невозможностью загнать её в рамки. Сейчас понимаю, что она такая, только потому что это только половина. А что будет, когда защита спадет и у меня будет вся магия хаоса?       Обычные ведьмы читают заклинания, как строки в книге. Я же словно врываюсь между букв, вижу сами смыслы, могу переписать их на ходу и создать совершенно новое. Для меня чужая энергия не запрет, а вызов. Чей-то пульс, чей-то зов природы или даже хищная сила вампира, всё это я могу на миг взять в себя, позволить хаосу связать несовместимое. Могу себе позволить себе то, что не могут позволить себе другие ведьмы. Тогда почему я должна отказывать себе в удовольствии?       — Ну надо же, — успел фыркнуть Кай, заметив меня сбоку. — Ведьма решила играть в зверя.       — Не завидуй, брат. — раздалось уже с другого боку от меня, на моем лице появилась довольная ухмылка. — Дай ей снова почувствовать это. — добавила Анника, и в её голосе скользнула довольная усмешка. Она выглядела так, будто происходящее только подогревало её азарт. Не зря же её пара это ищейка.       Кай скривился, но не стал спорить. Его глаза сверкнули в полутьме, и он резко ускорился, прорезая туман, словно нож. Он всегда проверял меня на прочность — даже в такие моменты, когда на пятки буквально дышат хищники.       Я хмыкнула и тоже прибавила шаг. Чужой пульс внутри меня бился всё сильнее, сливаясь с моим, и я поймала себя на мысли, что не хочу останавливаться. Это было… правильно. Опасно, но правильно.       Анника смеялась тихо, почти беззвучно, её голос растворялся в ветвях, но я слышала каждое слово.       — Ты чувствуешь их, Кас? Они близко.       Я резко выдохнула. В воздухе отчётливо витали запахи чужих тел — горячие, дикие, слишком сильные, чтобы быть человеческими. Лес жил этим дыханием, и я чувствовала его вместе с ними.       — Чувствую, — призналась я, и в собственном голосе прозвенел тот самый хриплый оттенок, от которого по коже побежали мурашки. — И это не пугает.       Кай бросил на меня короткий взгляд, в котором смешались раздражение и что-то вроде признания.       — Вот поэтому ты всегда вляпываешься в дерьмо. Ты не убегаешь от хаоса, ты сама ему навстречу идёшь.       — Если бы я не шла к хаосу на встречу, меня бы здесь не было, — отрезала я, даже не сбившись с дыхания.       Анника довольно усмехнулась, её глаза блеснули, и она легко шагнула в сторону, почти скользнув по земле, будто заранее чувствовала, откуда появится удар. В тот же миг справа из чащи вылетела тёмная тень, рыкнула, ломая ветви.       Тень метнулась слишком быстро, но я уже чувствовала её ещё до того, как волк вырвался из кустов. Запах дикости и крови ударил в нос, а в груди отозвался тот самый чужой пульс, с которым я бежала всё это время.       Я выдохнула — коротко, резко, словно сбрасывала с себя лишний вес. Слова сами всплыли в сознании, простые, старые, но в моём рту они звучали иначе, будто оживали прямо сейчас.              — Expulso..       Заклинание рвануло наружу не как стройный луч, а как всплеск, как удар сырой энергии, которую я успела поймать на лету и выплеснуть вперёд. Воздух вокруг волка дрогнул, словно его подхватил шквал, и тяжёлое тело с силой откинуло в сторону. Он рухнул в темноту, с хрустом ломая ветви.       Я услышала, как волк с глухим стоном грохнулся в кусты, и лес на мгновение стих, словно сам затаил дыхание. Но тишина держалась недолго, где-то позади раздалось новое рычание, и сразу несколько пар лап ударили по земле, приближаясь.       Я дернулась вперёд, даже не давая себе времени обернуться. Сердце колотилось так, что казалось, его слышит весь лес. Позади треск веток сливался с глухим топотом лап, и я знала, теперь их больше, и они идут прямо за нами.       — Быстрее! — рыкнул Кай, его голос прорезал темноту так же резко, как сталь. Он не смотрел назад, просто знал, что времени почти нет.       Анника поравнялась со мной, её шаги были такими лёгкими, будто она не касалась земли. В её глазах горел азарт, как в хищника, которому нравится сама погоня.       — Чувствуешь это, Кас? — выкрикнула она. — Они дышат нам в затылок, а ты всё равно держишь темп, даже откинула одного.       Я стиснула зубы, чувствуя, как в груди отзывается каждый удар — мой, чужой, волчий, смешанный в один сумасшедший ритм. Воздух был густой, как перед грозой, и я будто ловила токами каждое движение за спиной.       — Я не собираюсь падать последней, — выдохнула я, и голос сорвался на хрип, но в нём было больше упрямства, чем страха.       Кай оглянулся мельком, глаза блеснули в темноте, и я впервые уловила в его лице уважение быстрое, мимолётное, но настоящее, которое я могла получить раньше. Ветки впереди разошлись, открывая просвет. Холодный ветер ударил в лицо свежий, резкий, пахнущий камнем и металлом. Чужая территория.       Сзади раздался рык низкий, угрожающий. Я слышала, как лапы приближаются, как земля дрожит от их веса. Волки уже почти накрывали нас.       Анника рассмеялась — звонко, дико, её смех был как вызов самой охоте. Она прыгнула вперёд, в последний рывок, и я, не думая, вложила остатки чужой силы в ноги.       Граница встретила нас резким холодом, словно шаг за грань, где воздух другой, плотнее, тянущий вниз. Мир на миг качнулся, но я всё же вырвалась вместе с ними на сторону вампиров.       Позади, прямо у кромки леса, врезались тени — волки остановились резко, рык оборвался глухим эхом. Они не перешли. Ну, конечно, перешли бы эти волчата на сторону вампиров. Они в отличии от нас, уважают договор.       Я всё ещё чувствовала, как внутри бьётся чужой пульс, как будто сердце волков застряло в моей груди и не хотело отпускать. Я вытерла лоб ладонью, скорее по привычке, чем из-за пота и подняла глаза.       На границе, стоял волчонок, хотя может быть не волчонок. Огромный, чёрный, как сама ночь, волк. И смотрел прямо на меня. Что волк нашёл свою мамочку?       Глаза светились жёлтым, слишком умные для зверя, слишком цепкие. Он не рычал, не шевелился, просто сверлил меня взглядом, будто пытался вытащить из меня что-то, о чём я сама не знала.       — Ну вот, за нами бежал вожак стаи. И кажется он признал в тебе свою. — бросила Анника, будто это была просто констатация факта. — Скорее из-за того, что ты приняла их энергию, а не потому что ведьма. Хотя, я не знаю точно. — видя, как он отступил от нас. И мы двинулись вдоль границы.             Я дёрнула уголком губ, пытаясь превратить собственный укол в животе в насмешку.       — Прекрасно. Осталось только принести ошейник и миску с мясом, — буркнула я, но усмешка появилась на моем лице.       Кай метнул на меня взгляд, быстрый, колкий.              — Не льсти себе так, Кэс. А то ещё подумаешь, что ты волчок. От них кстати неприятно пахнет. Так что тебе придется забыть о нашей компании.       — Я всё ещё обижена на тебя, Кай! Так что… — я резко скрестила руки на груди, приподняла подбородок и прибавила шагу. — Я не разговариваю с тобой больше.       Он ухмыльнулся и догнал меня.       — Вот беда. Теперь мне придётся наслаждаться тишиной.       — Ты не выдержишь и минуты без моих фраз, — отрезала я, сжимая губы так, чтобы скрыть собственную ухмылку.       Анника хмыкнула, явно развеселённая этим обменом колкостями. А мы не заметив этого, дальше продолжили этим заниматься.       — Тишина, — протянул Кай, будто смакуя слово. — С ней всё просто. А вот ты — ходячий шум.       — Зато живой, — парировала я. — В отличие от тебя, ходячего занудства.       Он усмехнулся уголком губ.       — Ого. А это сейчас оскорбление или комплимент?       — Как повезёт, — пожала я плечами, не сбавляя шаг. — Если хочешь, можешь считать, что комплимент.       Кай фыркнул.       — Ладно, тогда запишу в копилку. Ты редко щедрая.       — Это не щедрость, а благотворительность, — огрызнулась я. — Считай, что я просто решила приютить твоё эго.       Анника за нашими спинами засмеялась тихо, как будто слушала радио.       — Господи, да вы как дети. Один ноет, вторая язвит. И оба думают, что выиграли спор.       Я и Кай одновременно обернулись к ней и хором выдали.       — Заткнись.       Анника вскинула руки, будто сдавалась, но в её усмешке не было и намёка на покорность.       — Вот оно, семейное единство, — протянула она, и её голос капнул сарказмом. — Одно слово — и вы уже заодно.       Я закатила глаза, собираясь сказать что-то ещё, но прервал звук телефона. Я вытащила его из кармана. На экране мигало имя: Изи. Анника сразу в любопытстве уставилась в мой телефон. Кай подался ближе, успев мельком заметить имя на экране.       — Белла? — в голосе прозвучала смесь узнавания и сарказма. — Твоя любимица.       — Она хотя бы не ноет каждые пять минут, как ты. — отрезала я и подняла телефон. — Алло?       — Кас! Звоню спросить, осталась ли ты ещё жива в компании Никки.       — Жива, здорова и даже без укусов, — отозвалась я, скосив взгляд на Аннику.       Белла знает об существование вампиров, пришлось ей рассказать, когда та увидела Аннику, ну.. Не в хорошем состоянии так сказать.       — Это временно, — донёсся в трубке смех Беллы. — Ладно, я ещё звоню не по этому поводу. Ты просто не представляешь что произошло на биологии!       — Если ты скажешь, что лягушка сбежала со стола и теперь живёт своей лучшей жизнью — я не удивлюсь, — пробормотала я, обходя очередной корень на тропе.       — Нет, не угадала. Я расскажу все дома. Жду Аннику тоже. Я знаю, что она у себя в голове запланировала девичник. Папа будет не против.       Со стороны Кая послышался стон.              — Его тоже можете взять с собой. Так уж и быть, — добавила Белла, и в её голосе явно слышалась улыбка.       Я непроизвольно фыркнула и покосилась на Кая. Он стоял с таким видом, будто Белла только что приговорила его к казни.       — Не-не-не, без меня, — отмахнулся он, подняв руки. — Я не собираюсь сидеть с вами и обсуждать парней из школы или, не дай бог, красить ногти.       — Зато представь, как забавно будет наблюдать за твоим мучением, — тихо хмыкнула Анника, и её глаза сверкнули.       — Из, — сказала я в трубку, стараясь не рассмеяться, — он не согласен. Даже если мы притащим его силой, то он будет ныть всю ночь.       — Пусть ноет, — отрезала Белла, явно наслаждаясь ситуацией. — Мне кажется, это будет даже веселее.       Кай прищурился, услышав её, благодаря своему супер слуху.       — Она мне уже не нравится, — мрачно заключил он. — Даже не видел, а уже не нравится.       — Зато ты ей понравишься, — поддразнила я и вернула телефон к уху. — Ладно, Из, мы скоро будем. Готовь свою «пыточную программу» фильмов.       — Уже готова! — радостно откликнулась она. — Жду вас.       Звонок оборвался. Я спрятала телефон и с трудом сдержала улыбку: реакция Кая стоила целого вечера. И Анника, которая стоит рядом и ухмыляется, видимо что-то снова задумала.       

***

      Уже был вечер, когда мы выкатились к обочине, колёса хрустнули по гравию, и мотор стих. Кай с таким видом распрямился на заднем сиденье, будто последние десять минут его пытали. Анника, наоборот, сияла довольством и специально не торопилась выключить фары, словно хотела, чтобы Белла, которая стояла на улице ждала нас, видела его «казнённую» физиономию.       — Ну давай, выходи, мученик, — поддела я, распахнув дверь.              Кай мрачно глянул на меня, но выбрался следом, хлопнув дверью так, что Анника прыснула со смехом. Белла стояла на крыльце, обняв себя руками от прохладного воздуха, и в её улыбке было что-то слишком уж довольное. Она махнула нам, а потом прищурилась, переводя взгляд с меня на Аннику и, наконец, на Кая.       — Так… вот он, — протянула она, в голосе мелькнула явная насмешка.       — Не называй меня "вот он", — буркнул Кай, запихивая руки в карманы.       — Ладно, "тот самый нытик", — без капли стыда поправила Белла.       Я не удержалась и прыснула, прикрыв рот ладонью. Анника уже не пыталась сдержаться и рассмеялась в голос. Кай закатил глаза, но промолчал, и мы все втроём поднялись по ступенькам к крыльцу. Белла отступила, распахивая дверь:       — Ну, заходите. Только предупреждаю: у меня уже готов список фильмов. И никто не сбежит.       — Я жертва, — мрачно сообщил Кай, проходя внутрь первым.              — Добро пожаловать в клуб сплетниц, братец, — протянула Анника, всё ещё с лёгкой усмешкой в голосе.       Кай даже не повернул головы, только глухо пробормотал.       — Отлично. Моя жизнь официально закончилась на этом моменте, — протянул он с таким видом, будто шёл под конвоем.       — Ой, хватит, — я толкнула его локтем в спину, закрывая за нами дверь. — Ты выживешь.       — Сомневаюсь, — Кай оглядел гостиную так, будто искал аварийный выход. — Меня втянули в ад.       Анника прошла мимо и со смехом бросила:       — Не переживай, братик. В аду хотя бы фильмы получше.       Белла прыснула и захлопнула дверь, качая головой.       — Вы реально как дети. Может, мне стоило попкорн сделать заранее?       — Лучше, сразу побольше, потому что спорить с Каем придётся долго.       Он смерил меня тяжёлым взглядом.       — Я вообще-то не собираюсь смотреть ваши сопливые фильмы.       — Ага, — подхватила Анника, подмигнув Белле. — Кай решил, что у него есть право голоса.              Я не удержалась и рассмеялась, а Белла театрально всплеснула руками.       — Вам двоим повезло, что папа ещё на смене и вернется он поздно. Особенно тебе, нытик.       Кай шумно выдохнул, будто ему только что вынесли смертный приговор, и направился к лестнице.       — Отлично, я рад, что мне повезло. Ещё и наверх тащиться. Может, вы сразу камеру пыток покажете?       — Не волнуйся, — отозвалась я, шагая следом и делая вид, что подталкиваю его в спину. — Там уже всё готово: подушки, одеяла, и твой персональный ад.       Анника обогнала нас и легко взбежала по ступенькам, бросив через плечо:       — Я лично выберу для тебя место. В самом центре. Чтобы не сбежал.              — Супер, — буркнул Кай. — Так я ещё и главный экспонат в вашем музее издевательств.       — Расслабься. Максимум, что тебя ждёт — это пара розовых подушек и мелодрама на три часа.       Я прыснула, представляя его лицо, и едва не споткнулась о ступеньку.       Кай мгновенно ухватился за это, скосив на меня взгляд:       — Отлично, хоть кто-то тут падает с грацией мешка картошки.       — Ха-ха, — фыркнула я, отмахиваясь. — Ты просто ревнуешь, что я даже падаю эффектнее, чем ты живёшь.       Анника уже стояла наверху, скрестив руки на груди и с выражением королевы бала.       — Давайте быстрее, а то Белла обещала девичник, а не марафон жалоб Кая.       — Сомневаюсь, что одно без другого возможно, — подхватила Белла, обгоняя меня и толкая дверь в свою комнату.       Комната встретила мягким светом и хаосом подушек, одеял и стопкой DVD-дисков на столике.       — Добро пожаловать в моё логово, — торжественно заявила Белла. — Здесь нет спасения.       Кай остановился на пороге, будто перед пропастью, и сухо выдал:       — Если я умру от скуки, знайте: это на вашей совести.       Мы расселись, как будто заранее распределили роли. Белла устроилась у изножья кровати, вооружившись пультом и подушками, словно настоящая хозяйка вечера и по совместительству судья на будущих "разборках". Анника оккупировала правый край, откинувшись с видом королевы, которая наблюдает за балом. Я села рядом с ней, удобно устроив ноги на подушки. А Кай по понятным причинам оказался в центре всей этой мягкой ловушки. Он сидел с видом обречённого, будто мы притащили его не на девичник, а на казнь. И Белла перед началом просмотром решила рассказать то что произошло у неё на биологии.       — Ладно, прежде чем мы начнём пытку фильмами, я обязана поделиться. Вы просто не представляете, что сегодня произошло на биологии.       Я приподняла бровь.       — Удиви нас, Из.       — Короче. — Белла закатила глаза. — На биологии было свободно два место, рядом с Майком и Эдвардом, ну я выбрала сесть рядом с Эдвардом. И когда я подошла к нему ближе, он весь сжался, держал нос, будто я пахну как мусорный бак в жару. А я просто сижу такая: "Окей, спасибо за тёплый приём, а ты мне понравился".       Я затупила в моменте и смотрела в одну точку, но потом почесала затылок, настороженно сказала.       — Я забыла тогда тебе кое-что сказать, Из... Эти Каллены все вампиры. И Эдвард поэтому закрывал свой нос, потому что его соблазнял запах твоей крови.       Белла уставилась на меня так, будто я только что сообщила ей, что завтра конец света.       — Прекрасно, — протянула она, вцепившись пальцами в подушку. — Я реально могла стать чьим-то… фастфудом.       Кай хмыкнул, облокотившись локтем о колено.       — Ты бы не стала его фастфудом. Каллены вегетарианцы. Они питаются не человеческой кровью, как мы с Анникой, а животной. И это делает их слабее. Никогда не понимал этого. — пожал плечами Кай.       Белла заметно выдохнула, но Кай вдруг прищурился, явно зацепленный мыслью, и повернул к ней голову.       — Но вот что мне интересно… — его голос стал ниже, тише. — Почему ты не боишься нас? Ты ведь понимаешь, что для нас ты — живая еда?       Он чуть наклонился вперёд, взгляд стал цепким, почти изучающим.       — Ладно, Аннику в сторону. Она тебя бережёт. Но если бы захотел я… — он едва заметно скривил губы. — Убить тебя было бы проще простого.       Кай специально выдержал паузу, чтобы его слова повисли в воздухе тяжелее, чем надо. Белла чуть попятилась, крепче прижимая подушку к груди, а в комнате стало ощутимо тише. Я прищурилась, скрестив руки на груди. Кай склонил голову, будто собирался усмехнуться, но я уже подняла ладонь. Щёлчок пальцев и в тот же миг прямо у него перед лицом вспыхнуло розовое облако. Сотни крошечных блёсток, искрящихся и переливающихся, прилипли к его волосам, ресницам, щекам.       Кай замер, моргнул пару раз и его обычно мрачное выражение лица превратилось в карикатурное. Он теперь сиял, как ходячая открытка ко Дню святого Валентина. Анника тут же закашлялась от смеха, прикрыв рот рукой, видя что его лицо все розовое и блестящее.       Белла тоже уже не выдержала, сперва хрипло фыркнула, а потом согнулась пополам от смеха, уткнувшись лбом в подушку.       — Боже, Кай, — выдохнула она сквозь смешки. — Ты выглядишь так, будто тебя обняла сама Барби.       Я гордо скрестила руки на груди, любуясь своим «шедевром».       — Ну вот, теперь хоть гармонируешь с атмосферой вечера. Девичник же.       Кай медленно провёл пальцами по щеке, на которых тут же остался розовый блеск. Его ноздри возмущённо раздулись, но чем больше он пытался сохранить серьёзность, тем сильнее раздавался смех Анники и Беллы.       — Скажи спасибо, что я тебя люблю, ведьмочка, — процедил он сквозь зубы, — иначе твоя магия сейчас бы пригодилась тебе для побега.       — Ха! — я вскинула подбородок. — С моим талантом я ещё и убегала бы красиво, оставляя за собой блестящий след.       Анника уже едва дышала от смеха, вытирая уголки глаз.       — Кай, смирись. Ты больше похож на праздничный шарик, чем на грозного вампира.       Кай тяжело выдохнул и уставился на нас снизу вверх, будто решал, кого убить первым, но очередная искра скатилась с его ресницы, и момент снова был испорчен хохотом.       Кай резко поднялся с кровати, блёстки осыпались с его волос прямо на подушки, и Белла издала какой-то задушенный визг, хватаясь за живот.       — Всё, хватит, — прорычал он, но, учитывая его сияющее лицо, это звучало не угрожающе, а скорее как комичная попытка. — Я иду смывать это безобразие.       Он направился к двери, но Анника успела вскинуть руку, преграждая путь.       — Нет-нет, милый братец, — её глаза искрились весельем. — Никто не лишит нас шоу. Сначала нужно сделать хотя бы одну фотографию.       — Даже не думайте, — отрезал Кай, щурясь.       Кай отшатнулся назад, но прямо в меня и в следующую секунду я уже вцепилась в его запястья. Он рванулся, но Анника со смехом подхватила вторую руку, и в итоге он потерял равновесие. Мы все трое грохнулись на ковёр с таким шумом, что наверняка слышно было даже соседям.       — Предатели! — взревел Кай, пытаясь освободиться, но я успела усесться прямо на него, уперев колени по бокам, чтобы он не дёрнулся.       — О, идеальное место, — заметила Анника, откинув волосы назад и вытирая слёзы от смеха. — Кас, держи его крепко, он любит вырываться.       Я склонилась чуть ближе, ухмыляясь прямо ему в лицо.       — Спокойно, братец. Расслабься. Это всё ради искусства.       — Ради убийства моей репутации, — огрызнулся он, дёрнув плечом. Но я только сильнее вжала его в пол.       И тут Белла, сияя глазами, как будто выиграла лотерею, вывалила из косметички всю свою косметику.       — Девочки, а что если… — она сделала драматическую паузу, подняв помаду. — Мы сделаем ему макияж?       Я вскинула бровь и с самым сладким голосом произнесла:       — Белла, это лучшее предложение, что я слышала за весь вечер. Но надо будет сначала сделать фото и..       — Даже не смейте! — рявкнул Кай, выгибаясь подо мной, но я ухмыльнулась ещё шире.       — Считай это моей маленькой местью, — прошептала я, прижимая его сильнее, чтобы он не дёрнулся. — За всё твое нытьё, за твое предательство, за то что выбрал не меня и за то, что решил пугать Беллу.       Кай распахнул глаза, в которых на миг мелькнуло нечто опасное, но тут же сменилось чистым возмущением. Анника прыснула, почти упав рядом на ковёр.       — О да, продолжай, сестрёнка. Этот список причин звучит как официальный приговор.       — Именно, — я торжественно кивнула, удерживая его, пока Белла уже открывала тушь. — Приговор: пожизненное сияние с макияжем.       Белла покраснела от смеха, но всё равно склонилась к нему с видом злодея в финале сериала.       — Не двигайся, мистер "я-великий-вампир-нытик". Сейчас мы сделаем из тебя конфетку. Любой парень, будет от тебя без ума.       Кай зашипел, выгибаясь, но мои руки намертво вжимали его плечи в пол.       — Любой парень?! — он едва не захлебнулся возмущением. — Белла, ты вообще слышишь себя?       — Ещё как, — невозмутимо ответила она, раскручивая тушь. — Расслабься, Кай, тебе пойдёт. У тебя ресницы длиннее, чем у половины девушек в школе.       Анника хлопнула в ладоши, подхватывая её игру:       — А если добавить блеск для губ… мм, ты вообще станешь мечтой! Представь: Кай Паркер — новый тренд! Или уже Кая Паркер?       Кай застонал так, будто его пронзили колом, и ударил затылком по полу.       — Я вас всех убью. Медленно. Очень медленно.       — Ты говоришь это каждый раз, но смотри всё ещё живём и смеёмся над тобой. Только теперь с нами Белла. — усмехалась прямо в ему лицо Анника.       Она села рядом и стала красить ему ресницы. Белла села с другой стороны, решила нарисовать ему стрелки. Ну прям конфетка у нас получается. Весь блестит, будто вышел на солнце, так ещё и с макияжем.. Ммм... На расхват.              Кай рывком дёрнулся, но я навалилась на него всем весом, не давая ни шанса выскользнуть.       — Сидеть! — шикнула я, будто на щенка. — Иначе Белла нарисует тебе не стрелки, а полноценные кошачьи глаза.       — Лучше сразу похороните меня, — простонал он, моргая так часто, что Анника едва не ткнула кисточкой ему в висок.       — Перестань, — фыркнула она, придерживая его лицо. — У тебя идеальная база, я бы за такие ресницы убила.       Белла в это время с дьявольской сосредоточенностью выводила стрелку.       — Ох, Кэсси, смотри! Он реально как будто готов к фотосессии для журнала.       Я прыснула от смеха.       — Настоящий вампир-блестяшка. Конфетка на расхват.       Белла откинулась назад и гордо подняла кисточку, будто только что закончила шедевр. Анника театрально вздохнула и ловко подкрасила его губы блеском, придавая им влажный сияющий эффект.       — Ну всё, — торжественно объявила она, закрывая тюбик. — Наш проект «Кай: конфетка мечты» завершён.       Я, наконец, позволила себе встать с него и чуть отойти, чтобы оценить результат. И… о, Боже.       Кай выглядел так, словно его насильно пригласили на конкурс красоты. Его кожа сверкала розовыми блёстками, ресницы подчёркнуты тушью и казались ещё гуще, глаза с аккуратными стрелками, прямо кошачьи, губы влажно переливались сладким блеском. При этом его убийственный взгляд никуда не делся, так что вся эта нежность на лице сочеталась с мрачным, почти яростным выражением. Получался какой-то дьявольский контраст: роковая красотка в теле вампира-мужчины.       Анника захлопала ладонями:       — О, да! Ты просто идеальная обложка журнала. «Вампиры XXI века: будь ярким, будь собой!»       Белла прыснула, прикрывая рот рукой:       — Я даже не знаю, страшно ли мне или слишком смешно.       Я ухмыльнулась, доставая телефон.       Кай распахнул глаза, и тушь предательски блеснула на ресницах.       — Даже не думай! Никто не переживёт, если эта фотка увидит свет. Особенно вы.       — Уже поздно, — пропела я, направляя телефон, чтобы было видно всех. — Улыбочку, братец.       Я вскинула телефон, готовясь поймать очередную «злую рожицу», но вдруг Кай резко перестал дёргаться. Он глубоко вздохнул, поднял подбородок, чуть прищурил глаза и... выдал такой профессиональный взгляд, что у меня палец сам нажал на кнопку.       — Воу.. — выдохнула я, глядя на экран. — Это что вообще было?       — Ого, — Белла округлила глаза. — Он... он реально умеет!       Анника застыла с открытым ртом, потом резко хлопнула ладонью по колену:       — Да он модель, мать его!       Кай хмыкнул, теперь уже совершенно осознанно меняя позы. То облокотится на локоть, наклоняя голову, то чуть прикусит губу, то бросит такой взгляд исподлобья, что блёстки на лице только подчёркивали эффект.       — Да ладно вам, — ухмыльнулся он, уже сам не сдерживаясь и посмеиваясь. — Если уж меня нарядили как конфетку, то почему бы не устроить полноценное шоу?       Я с Анникой и Беллой взорвались хохотом, каждая наперебой командуя:       — Теперь в пол-оборота!       — Улыбочку, «вампир-блестяшка»!       — Во-о, идеально, держи так!       Он так вошёл во вкус, что фотосессия превратилась в настоящий цирк: Кай то драматично прикладывал руку к сердцу, то театрально вздыхал, то строил «кошачьи глазки» лучше любой девушки. В конце концов он рухнул обратно на подушки, весь блестящий и с подведёнными глазами, но с широкой ухмылкой.       — Ладно, ладно, девочки, — поднял он руки. — Я официально признаю поражение. Но теперь очередь за вами. Я сам выберу свою жертву.       Мы с Беллой и Анникой переглянулись, мгновенно притихнув.       — Жертву? — переспросила Белла, дернув бровью и с подозрением покосившись на его ухмылку.       Кай медленно вытер с губ остатки блеска, отчего они засияли ещё ярче, и оскалился:       — Ну что, мои милые стилисты… кто готов испытать на себе мою креативность?       Я тут же прижала телефон к груди и отступила к стене.       — Только не меня! Я заслужила иммунитет за то, что удерживала тебя!       — Иммунитет? — он приподнял бровь. — Кэсси, это звучит как вызов.       Анника фыркнула, закинула ногу на ногу и театрально вздохнула:       — Пусть лучше будет жертвой Из. Новичкам всегда достаётся.       — Эй! — возмутилась Белла, но тут же прикусила губу, потому что Кай перевёл на неё хищный взгляд.       Он неторопливо поднялся, всё ещё сияющий, словно рождественская игрушка, и сделал пару шагов вперёд.       — Белла, милая… ты первая осмелилась подвести мне стрелки. Думаю, будет справедливо, если именно ты станешь моей моделью.       Белла тут же замотала головой и метнулась к другой стороне кровати.       — Нет!       — Поздно, — протянул Кай, чуть склонив голову. — Шоу должно продолжаться.       Я плюхнулась обратно на кровать, подтянула к себе подушку и с самым невинным видом объявила:       — Всё, я в зрителях. Пусть теперь этот цирк идёт без моего участия.       Анника с довольной улыбкой устроилась рядом, закинув ногу на ногу, словно в театре на первом ряду.       — Согласна. Пора насладиться шоу. Пусть Белла почувствует себя звездой вечера.       Белла, бегавшая по комнате в панике, замерла и метнула на нас взгляд, полный предательства.       — Вы серьёзно?! Вы меня просто сдали!       — Не просто сдали, — поправила я, пряча смешок. — Мы дали тебе главную роль. Радуйся.       — Да-да, — добавила Анника, хлопая ладонями, будто оператор на съёмочной площадке и взяла фотоаппарат, снимая видео. — Встречайте: Белла Свон и её побег от модели сумасшедшего вампира в блёстках!       Белла замерла на полуслове, Кай тоже остановился и они оба уставились на Аннику, которая с самым серьёзным видом подняла в руках мой фотоаппарат. Стоп.. Мой фотоаппарат?       — Стоп! Из! Откуда в твоей комнате мой фотоаппарат?!       Белла растерянно моргнула, словно только сейчас заметила, что Анника взяла вещь с тумбы, которой быть тут вообще не должно. Она опустила взгляд на фотоаппарат, потом снова на меня, и начала лепетать:       — Я… я не знаю! Честно! Я сама в шоке!       Анника медленно повернула объектив на неё, ухмыляясь:       — Ну вот, дамы и господа, интрига вечера. Белла Свон и тайна пропавшего фотоаппарата.       Белла всё ещё лепетала оправдания, но я уловила быстрый взгляд, который она кинула в сторону Кая. Он, конечно же, поймал его и едва заметно ухмыльнулся. В следующую секунду они оба будто синхронно сделали шаг друг к другу и обменялись ещё одним молчаливым "соглашением". У меня внутри что-то подозрительно екнуло.       — Эй, вы чего там переглядываетесь? — нахмурилась я, но мои слова утонули в дружном повороте их голов в мою сторону.       Кай медленно расправил плечи, в его блестящих ресницах отразился озорной огонёк:       — Ну что, Белла, пора вернуть должок?       Белла прикусила губу, но улыбка выдала её с головой:       — Думаю, да. Кас, готовься стать следующей звездой вечера.       Я попятилась к изголовью кровати, чувствуя, как сердце начинает колотиться.       — Нет, нет, нет! Даже не думайте!       Анника прыснула от смеха, продолжила снимать.       — Ооо, шикарный поворот сюжета! Девочки и мальчики, встречайте: Кэсси Кэроу — жертва макияжа века!       Кай сделал шаг вперёд, Белла синхронно двинулась за ним, оба с выражением хищников, которые загнали добычу в угол. Я судорожно схватила подушку и выставила её перед собой, как щит.       — Даже не думайте! — предупредила я, пятясь к изголовью.       Кай ухмыльнулся так, что у меня по спине пробежали мурашки. В его руках опаснее всего была не сила, а блестящая тушь, которую он успел ухватить с тумбы.       — О, нет, Кэс, — протянул он с хищной нежностью. — Теперь моя очередь творить искусство.       Белла сделала пару шагов за ним и виновато пожала плечами.       — Извини, Кас.. я бы ещё сделала тебе аккуратный мейк, но… боюсь, Кай у нас главный визажист вечера.       — "Главный визажист"?! — я взвыла. — Да он же психопат с кисточкой!       Анника уже не могла сдержать хохот, снимая каждую секунду.       — Добро пожаловать на премьеру: «Кэсси Кэроу и пытка макияжем от Каи Паркер»!       Я рванулась в сторону, но Кай в два шага перехватил меня, легко опрокинул обратно на кровать и навалился сверху, держа кисточку перед моим лицом.       — Не дёргайся, ведьмочка. Или хочешь стрелки на всё веко?       — Я тебе глаза выцарапаю! — прошипела я, но он только рассмеялся и одним движением мазнул кисточкой по щеке, оставив жирную чёрную полоску.       — О, смотри, Из! У неё новый стиль — «боевой тигр». — рассмеялась прямо в камеру Анника.       Белла закатила глаза, но не удержалась от смеха.       — Кай, ты хоть попробуй ровно!       — Ровно? — он склонился ближе, его ресницы ещё блестели от туши. — Нет, Белла, ровно — это слишком скучно. А я художник. Я так чувствую.       И, не дожидаясь, снова ткнул кисточкой в мой лоб, рисуя что-то похожее на кривую молнию.       — Я что похожа на Гарри Поттера?!       Кай откинулся назад, с гордостью любуясь своим «шедевром».       — Гарри Поттера? — он вскинул брови и ухмыльнулся. — Да ну, Поттер рядом с тобой отдыхает. Ты скорее… ведьма, пережившая косметическую катастрофу.       Анника едва держала камеру ровно, так тряслось у неё всё от смеха.       — О да, шикарный кадр! Кас, ты официально новая икона магического стиля!       Я попыталась дернуться, но Кай намертво прижал мои запястья к кровати.       — Не двигайся, иначе выйдет ещё хуже, — предупредил он, а потом схватил помаду. — Так… теперь добавим немного яркости.       — Даже не смей! — завизжала я, но он уже размашисто провёл ею мимо губ, оставив огромный кривой след, больше похожий на клоунскую улыбку.       — Вот, идеально, — с абсолютно серьёзным видом заявил он. — «Кэсси — королева хаоса».       Белла прыснула, прикрывая рот рукой:       — Господи, да она теперь больше похожа на Джокера, чем на тигра.       — Отлично! — оживился Кай. — Джокер-тигр! Абсолютно новый уровень искусства.       Я закатила глаза, но смех уже душил меня изнутри.       — Клянусь, Паркер, я наложу на тебя такое заклинание, что будешь блестеть до конца своих дней!       Кай склонился ещё ближе, почти касаясь моим носом, и прошептал:       — Тогда придётся сиять нам обоим.       Я впилась в него злым взглядом, но Кай, конечно же, не дрогнул. Он с торжественным видом поднял кисточку и, не отрываясь от моих глаз, нарисовал посреди лба огромную кривую звезду.       — Видите? — прошептал он с довольной ухмылкой. — Теперь ведьмочка сияет не хуже меня.       Анника уже хрипела от смеха за камерой:       — Ох, боже… Кас, у тебя на лице будто взорвался фейерверк!       — Ага, и попал исключительно в меня! — огрызнулась я, чувствуя, как на щеке расползается очередная жирная чёрная клякса.       Белла, прикрывая рот руками, умоляюще посмотрела на Кая:       — Может… ну… хотя бы ровный контур? Ты превращаешь её в… в…       — В шедевр, — самодовольно закончил он и размашисто добавил пару полосок по моим скулам. — Называется «косметический апокалипсис».       — Я серьёзно, Паркер, — процедила я, извиваясь под ним. — Если отпустишь меня сейчас, я, может быть, ещё подумаю, не проклинать тебя.       — А если не отпущу? — в его глазах сверкнула явная насмешка.       — Тогда клянусь, ты до конца недели будешь чихать блёстками!       Он на миг замер, потом театрально вскинул руки и громко произнёс:       — О, нет! Это будет ужасный конец для великого художника!       Анника закашлялась от смеха, а Белла уже просто сползала на пол, уткнувшись в подушку, чтобы не захлебнуться в хохоте. Я только приготовилась, чтоб произнести заклинание, как мне закрыли рукой рот! Ну я ему устрою после этого!       — Тише, ведьмочка, — прошептал он, склонившись так близко, что я чувствовала на коже его холодное дыхание. — Твоя магия здесь не спасёт.       Я бешено задергалась под ним, издавая возмущённые звуки в ладонь, но он только плотнее прижал её, ухмыляясь.       — Вот и отлично, — довольно сказал Кай. — Теперь у меня есть чистый холст без заклинательных угроз.       — О, нет-нет-нет, — захлебнулась от смеха Анника, снимая каждую секунду. — Ты реально решил её рот закрыть? Она тебя прибьёт, когда выберется!       Белла, катаясь на полу, выдавила:       — Кас, у тебя вид… о, Боже… будто ты хочешь его проклясть и съесть одновременно!       Я зарычала прямо в его ладонь, глаза метали молнии, а он, наслаждаясь моментом, с самым серьёзным видом вывел на моём подбородке ещё одну жирную линию, похожую на усики.       — Та-дааа! — объявил он. — Встречайте: Кэсси Кэроу, новая и единственная звезда цирка уродов!       В этот момент Кай убрал руку, я скинула его (благодаря его помощи) в другую сторону и мгновенно выскочила, словно пружина, и рванула к зеркалу. Сердце ухнуло в пятки. На меня смотрело существо, будто сбежавшее с дешёвого Хэллоуинского балагана: полосы туши, кривые «усики», огромная красная кривая ухмылка и звезда посреди лба.       — Ох… мой… бог… — прошептала я, хватаясь за голову. — Я похожа на… на…       — На икону стиля, — невозмутимо подсказал Кай, гордо скрестив руки на груди, лежа на кровати.       — На жертву косметической войны, — уронила Белла, всё ещё катаясь по полу.       Я медленно выдохнула, оторвав взгляд от зеркала. Внутри всё кипело, но злость уже перемешивалась с истеричным смехом. Сколько ни пыталась я выглядеть грозно — с этими "усиками" и звездой на лбу мне это не удавалось. Анника, едва отдышавшись от смеха, щёлкнула фотоаппаратом и вскинула его, как трофей:       — Всё, я решила! Новая фотосессия: дуэт. Кэсси и Кай — шедевр хаоса в лицах.       — Что?! — я обернулась, но её сияющая ухмылка уже говорила, что спорить бесполезно.       — Великолепная идея, — поддержал Кай, с самым серьёзным видом садясь рядом и облокачиваясь на спинку кровати. — Должно же моё искусство быть запечатлено на века.       — Искусство?! — возмущённо дернулась я, но потом, глубоко вздохнув, прищурилась и процедила. — Ладно. Но только ради того, чтобы потом все видели, ЧТО ты со мной сотворил.       Анника радостно хлопнула в ладоши, а Белла уже настраивала свет настольной лампой.       — Супер, — сказала я, садясь рядом с Каем и скрестив руки на груди, изображая смертельную обиду. — Давай, снимайте. Но запомните: я это делаю исключительно из жалости к вам, чтобы было над чем ржать на старости лет.       Кай повернулся ко мне, слишком довольный.       — Ну что, ведьмочка, теперь мы — соавторы?       — Соавторы катастрофы, — огрызнулась я, отодвигаясь на пару сантиметров, но слишком поздно: он уже положил локоть на моё плечо, устроившись так, будто это его законное место.       — Звучит гордо, — хмыкнул он, глядя прямо на меня. В его глазах играли искры, и я почувствовала, как губы сами тянутся в улыбку, хотя должна была держать обиженное выражение.       Анника громко щёлкнула фотоаппаратом.       — Отлично! Держите так, будто вы дуэт, только что сбежавший с обложки самого странного журнала мод.       Белла прыснула:       — «Журнал мод для тех, у кого руки растут не из того места», — уточнила она, подстраивая лампу.       Я закатила глаза, но, к собственному удивлению, не сдвинулась с места. Кай же, заметив это, чуть склонил голову ближе.       — Смотри-ка, — прошептал он, и я ощутила холодок от его дыхания. — Ты даже не сбегаешь.       — Ещё секунда и я сбегу, — ответила я сквозь зубы.       — Не ври, — ухмыльнулся он, и снова щёлкнула вспышка.       Анника, всё ещё смеясь, щёлкнула парой последних кадров и захлопнула фотоаппарат. Белла, вытирая слёзы смеха, сложила телефон в карман.       — Всё, шоу закрыто, — выдохнула она. — Умываться и марш в постель. Фильм точно мимо нас — Чарли вот-вот вернётся.       Я шумно вздохнула, вставая и стряхивая с себя невидимую пыль.       — Великолепно. Даже кино не посмотрим, а я теперь похожа на… смесь клоуна, тигра, Хэллоуинской поделки и Джокера.       Кай, лениво потянувшись на кровати, довольно оскалился:       — Художественная смесь. Авторская.       Я пригрозила ему пальцем, но пошла к ванной. Белла плелась следом, всё ещё фыркая.       — И да, Кас, — вдруг вспомнила она, — пожалуйста, ради всего святого… больше не называй его..       — Нет, заткнись, Белла! Я быстрее отмоюсь от художества Кая, чем от этого.       Белла всё равно не послушала и прыснула:       — …Чапли.       Я в ужасе схватилась за голову:       — Я тебя убью. Клянусь, Белла, сотру память и тебе, и всему Форксу, если это прозвище приживётся!       Анника, едва отдышавшись от смеха, заглянула из комнаты в коридор:       — Слишком поздно, Кас. Это уже легенда. Представь: строгий шериф Чапли Сван.       — Звучит, как мультяшный персонаж, — поддакнул Кай, явно наслаждаясь моей мукой. — Ему только усы пририсовать и шляпу ковбоя.       — Всё! — рявкнула я, указывая на них всех. — Никто. Никогда. Не произносит это слово снова!       Я отвернулась от них и направилась к двери из комнаты.       — Не забудь смыть свой макияж роковой девицы, Кая! Вдруг ещё Ча-а-апли подумает, что ты гей или решил пол свой сменять! — бросила я через плечо.       Белла прыснула так громко, что едва не упала со стула, Анника захлопала ладонями, а Кай замер у кровати, прищурившись, будто я только что подписала себе смертный приговор.       — Ты это сейчас специально? — его голос был тихим, но с таким фальшиво-угрожающим оттенком, что Белла захохотала ещё сильнее.       Я обернулась и ухмыльнулась:       — А что? Звучит правдоподобно. Представь: строгий шериф Чапли ловит блестящего Кая Паркер — местную роковую диву.       — О, Господи, — Анника уткнулась в подушку, не выдержав. — Я это реально сниму, и никто меня не остановит.       Кай подошёл ближе, в упор посмотрел на меня с приподнятой бровью.       — Знаешь, ведьмочка, — протянул он, — после такого я даже не стану смывать макияж. Пойду навстречу Чарли прямо в этом образе.       Я фыркнула:       — Идеально. Двое сумасшедших в одном доме. Осталось только устроить фотосессию «Чапли и его блестящая рок-звезда».       Белла зажала рот ладонью, умирая от смеха:       — Кас, умоляю, перестань! Если ты ещё раз скажешь «Чапли», я реально задохнусь!       Я расплылась в самой невинной улыбке, хотя в глазах у меня плясали черти.       — Ну хорошо, Из, раз тебе так тяжело… я больше не буду.       — Спасибо, — простонала она, оттирая слёзы со щёк.       Я сделала паузу, выдержав пару секунд тишины, а потом торжественно выдала:       — Господин Ча-а-апли Сван, гордость Форкса!       Белла захлебнулась, уронив голову прямо на подушку, и стала молотить по ней кулаком, чтобы хоть как-то выплеснуть смех. Анника уже каталась по полу с телефоном в руках, уже снимая на него каждую секунду.       — Всё, это бесценно! Кас, у тебя реально талант доводить людей до истерики.       Кай, в отличие от них, даже не улыбнулся — он лишь медленно кивнул, всё ещё в своём блестящем макияже.       — Ведьмочка, — сказал он тихо, с опасной усмешкой. — Ты нарываешься.       — Я? — я распахнула глаза с самым ангельским видом. — Всего лишь дарю радость людям.       — Радость? — он хищно склонил голову. — Тогда моя очередь подарить её тебе.       Анника приподнялась и прошептала только.       — Кас, тебя лучше бежать..       Я мгновенно напряглась и отступила на шаг, но Кай тут же двинулся вперёд, как хищник, загоняющий добычу в угол.       — Вот только попробуй! — я подняла руку, будто собиралась щёлкнуть пальцами и произнести заклинание. — Клянусь, превратишься в новогоднюю ёлку раньше, чем коснёшься меня.       — Ёлка? — он ухмыльнулся шире, приближаясь. — Отлично. Я всегда мечтал сверкать.       Белла сдавленно всхлипнула от смеха:       — Господи, я сейчас реально задохнусь…       — Держись, Из, — бросила я, пятясь к двери. — Если что, расскажи Чапли, что я сражалась до конца.       — Ты специально его так называешь! — Белла завизжала, зарывшись обратно в подушку.       И пока её хохот гремел на весь дом, Кай резко рванул ко мне, а я, успев только вскрикнуть, бросилась бежать к лестнице.       Я слетела с последних ступенек, но, едва коснувшись пола, почувствовала, как мир перевернулся. В следующее мгновение я оказалась на плече Кая, как мешок с картошкой.       — Эй! — возмущённо завизжала я, колотя кулаками по его спине. — Сними меня немедленно, Паркер!       — Даже не мечтай, ведьмочка, — его голос был чересчур довольным. — Ты сама напросилась.       — Я тебе что, охотничий трофей?! — я забрыкалась сильнее, но он лишь уверенно зашагал по коридору.       Анника, держась за стенку, буквально каталась от смеха, снимая всё на камеру:       — О, это лучшее шоу в моей жизни! «Бегство великой ведьмы», финал — позорное пленение.       Белла еле отдышалась и поднялась, но вид Кая с его блестящим макияжем и мной на плече окончательно её добил — она согнулась пополам от хохота.       — Куда ты меня тащишь?! — взвыла я.       — В ванну, — безжалостно сообщил он. — Мыть моё творение. Ну и заодно тебя.       — Нет! — я отчаянно дёрнулась. — Я лучше так спать пойду, чем позволю тебе меня мыть!       — Поздно, — ухмыльнулся он, толкнув ногой дверь ванной. — Сегодня вечером ванна принадлежит нам.       — Нам?!— я чуть не захлебнулась воздухом и заорала так, что, наверное, соседи подпрыгнули. — Ты больной! Псих! Старый пердун! Маньяк с кисточкой!       Кай захохотал и, не обращая ни малейшего внимания на мои вопли, аккуратно поставил меня на кафель, но не отпустил — вцепился в запястья, будто боялся, что я испарюсь.       — Расслабься, ведьмочка, — его улыбка была до ужаса самодовольной. — Я всего лишь хочу посмотреть, как моя "роковая муза" будет смывать моё искусство.       — Муза?! — я едва не вывернулась из его рук. — Да я тебя сама сейчас кисточкой прибью!       Анника тут же сунула камеру в дверной проём:       — О да-а-а, это лучше любого сериала. Продолжайте, я снимаю каждую секунду!       Белла, прижав ладонь к лицу, еле держалась, чтобы не упасть от смеха:       — Кас, только не вздумай утопить его в ванне, Чарли не поверит в "несчастный случай".       Я рванулась в сторону раковины, но Кай успел перехватить и с издевательским видом взял мыло, поднеся его прямо к моему лицу.       — Ну что, ведьмочка, готова стать чистым холстом?       — Клянусь, Паркер, если ты хоть каплю этого на меня выдавишь, ты сам завтра будешь блестеть до конца дней, как диско-шар!       Кай довольно прищурился, глядя на меня, как на пойманного зверька. Я уже почти готова была снова заорать, но вдруг выдохнула и уронила руки.       — Всё, ладно, хорошо, сдаюсь, — пробормотала я, закатив глаза. — Делай, что хочешь. Только не трогай волосы.       Анника за камерой чуть не подпрыгнула:       — Вот это поворот! Великая Кэсси сдалась!       — Замолчи, — рыкнула я, но осталась стоять смирно, пока Кай аккуратно, слишком аккуратно, будто издевается, начал смывать с моего лица свои "шедевры".       Он водил влажной ладонью по моему лицу почти бережно, слишком внимательно, как будто рисовал заново, только теперь прозрачными мазками. Я недоверчиво щурилась, ожидая подвоха каждую секунду.       — Ты специально делаешь это так нежно, да? Чтобы потом сказать, что я растрогалась? — проворчала я.       — А разве нет? — его уголки губ дрогнули. — Смотри, ведьмочка, даже художник умеет стирать свои картины.       — Это не картины, а издевательство, — буркнула я, но уже чувствовала, как тушь и карандаш исчезают, оставляя кожу свежей и чистой.       Белла хихикнула:       — Кай, если ты ещё пару минут так продолжишь, Кас реально решит, что у вас свидание.       Я тут же фыркнула и отстранилась:       — Всё, хватит. Умыл, молодец. А то ещё поверю, что ты заботливый.       Кай выпрямился, вытирая руки полотенцем, и с абсолютно довольным видом произнёс:       — Лицо спасено. Можешь благодарить.       Я скрестила руки на груди, глядя на него подозрительно долго, а потом вдруг ухмыльнулась.       — Знаешь, ты прав. Надо поблагодарить. — Я рывком схватила мыло и прижала прямо к его щеке, размазав густую пену по блестящему своему "шедевру".       — Эй! — он не успел увернуться, только отшатнулся с ошалелым видом.       Анника согнулась пополам, визжа:       — О, Боже! Теперь это реально справедливо!       Я отступила на шаг, победно усмехнувшись:       — Вот теперь всё честно.       Кай медленно стер пену со щеки, всё ещё глядя на меня исподлобья. Взгляд у него был такой, что я поняла: секунды у меня на побег сочтены.       — Ведьмочка… — протянул он угрожающе мягко. — Ты это зря.       Я пискнула, как перепуганный воробей, и в следующее же мгновение выскочила из ванной, распахнув дверь так, что она едва не ударила Беллу.       — Ай! — возмутилась она, но я, уже несущаяся по коридору, лишь крикнула:       — Он бешеный! Спасайтесь!       Позади раздался грохот воды и довольное рычание Кая:       — Никуда не уйдёшь, Кэсси!       Анника хохотала так, что даже телефон едва не выронила:       — Господи, он реально теперь сам себя отмывает! Это лучше любого фильма!       Я остановилась только у лестницы, вцепившись в перила и тяжело дыша, но ухмылка так и рвалась наружу.       — Пусть теперь сам умывается, — пробормотала я, отбрасывая волосы назад. — Художник, блять..       И, конечно же, из ванной донёсся его голос:       — Я всё слышал, ведьмочка!       Белла кое-как вытерла слёзы, отдышавшись, и выдала сквозь смешки:       — Честно… я думала, ночёвка будет скучной. Но это лучше любого фильма.       Анника, всё ещё дрожа от смеха, ткнула в экран.       — У меня часа материала! Я это нарежу и мы будем пересматривать до смерти.       Я устало сползла на нижнюю ступеньку лестницы, уткнувшись лбом в колени.       — Отлично. Вот так и войду в историю: Кэсси Кэроу, клоун в исполнении Кая Паркера.       Из ванной хлопнула дверь, и донеслось его нарочито бодрое:       — Готовься, ведьмочка. Это только начало.       Я закатила глаза, но внутри уже расползалось тепло. Чёрт с ним, может, и правда — лучше любой дурацкой комедии.       — Всё, — выдохнула я, поднимаясь. — Спать. Иначе завтра на уроках мы с Беллой будем выглядеть так, будто и правда снимали всю ночь сериал ужасов.       Анника, всё ещё ухмыляясь, оторвалась от телефона и фыркнула:       — А я вот думаю… чего это только вы с Беллой должны страдать? Давайте-ка завтра мы с Каем тоже идём в школу.       Я застыла, уставившись на неё так, будто Анника только что предложила воскресить динозавров.       — Ты серьёзно? — выдохнула я. — Вы и школа?       Белла внезапно оживилась, глаза загорелись:       — А почему нет? Это было бы… круто! Мы бы сидели вместе, можно было бы хотя бы посмеяться над одноклассниками.       Я невольно улыбнулась: мысль о том, что завтра рядом будут не только Каллены, но и свои, правда, грела.       И тут из ванной донёсся голос Кая, явно переполненный возмущением:       — Нет уж! Даже не начинайте. Я ни за что не сяду за парту.       Он появился в дверях, волосы ещё влажные, футболка прилипла к плечам. Скривился, как будто его только что оскорбили.       — Я слишком хорош для этих ваших школьных будней, — протянул он с драматическим видом. — Уроки, звонки, домашка… спасибо, обойдусь.       Анника хитро прищурилась:       — Боишься, что учительница математики тебя поставит в угол?       — Я не боюсь, — огрызнулся он. — Я просто уважаю себя слишком сильно, чтобы сидеть среди подростков и делать вид, что мне интересно слушать про дроби.       Белла прыснула от смеха:       — А мне бы было забавно — видеть Кая за школьной партой.       Я кивнула, усмехнувшись:       — Да, представь: Паркер в роли прилежного ученика. Это же бесценно.       Кай закатил глаза и махнул рукой:       — Забудьте. Хотите мучиться — мучайтесь сами. Но меня в эти игры не впутывайте.              Он отвернулся от нас. И мы втроем переглянусь. Мало ли что не хочет этот нытик. Но мы уже придумали, что будет нас ждать ближайшее года два.