Туда, куда приходит солнце.

Нам Гю вскакивает как ошпаренный. Снова мучают кошмары. До сих пор кажется, что по рукам алой струей течёт кровь. Становится тошно, слезы скапливаются у уголков глаз. Хочется смыть этот ужас. Он встает с постели и бежит в уборную. По крайней мере, ему так кажется. На самом деле парень плетется на ватных ногах, опираясь трясущимися руками о стену. Нам Гю включает воду. Но умыть руки не удается. Из-за слез дышать становится всё тяжелее. Единственное, что удаётся сделать — это со всей силы ударить по грязному зеркалу. Через считанные секунды стекло разлетается по уборной. Большие куски больно впиваются в запястье. Становится легче. Парень неосознанно хватается за самое большое стеклышко, и с каждой новой раной Нам Гю вгоняет его всё глубже. С рук на футболку текут реки ярко-красной жидкости. Вещь полностью испорчена, но мужчине сейчас уж точно не до неё. После последнего разреза ноги подкашиваются, и Нам Гю больно ударяется об дверь, тихонько опускаясь по ней. Парень не слышит открывающуюся входную дверь. Он погружен в свои мысли, по щекам всё также текут слезы. — Нам Су, my bro? — вопрос Су Бона эхом проносится по квартире. Ответа нет. Танос подходит к уборной. Стучится. Ответа нет. — Нам Гю, это не смешно! Я слышу, что ты там, открой! — с волнением произносит репер. Белым носком он наступает на что-то мокрое. Парень хотел начать возмущаться, но застыл в немом шоке. Ткань начала впитывать красную жидкость. Рывком он открывает дверь и падает на колени возле Нам Гю, пытаясь привести его в чувства. Тихонько бьет по щекам. Ох, его бедный Нам Гю, всегда такой упрямый, никогда не просящий у других помощи, чуть не убил себя в этом чертовом сортире! — Су, э-это не то чт… — успевает сказать он, но его затыкают. Хриплый голос до ужаса дрожит. — Замолчи, ничего не говори, — прокричал Су Бон попутно ища бинты. Найдя медицинскую принадлежность, репер берёт израненную руку товарища. На Гю глухо стонет. Аккуратно достает стекло и заматывает окровавленную конечность. Су Бон берёт парня на руки, подмечая его легкость. Прийдя в комнату, перекладывает на кровать. Танос решил, что переодеть парня будет отличной идеей. Укутав Нам Гю в теплое одеяло и нежно целуя того в лоб, Су Бон идет убирать весь тот хаос, что устроил парень. Утро парня начинается не с кофе. Голова гудит, а руки адски болят. Нам Гю шмыгает носом, рассматривая окровавленную повязку на руке. — Нам Гю, — голос Су Бона был хриплым и уставшим, — что я вчера увидел, my bro? Не дождавшись ответа, репер сел рядом с парнем. — Что было бы, если я не пришёл? — спросил Танос, стараясь не сорваться на крик. После минуты молчания Нам Гю произнёс: — Мне приснился сон, где я… убиваю всех, кто мне дорог… — голос парня предательски дрогнул, — там был ты, Сэ Ми, Мин су. Прости… Прости, что заставил тебя волно… — не успел сказать Нам Гю, как губы Су Бона накрыли его. Поцелуй был нежный, желанный. Оторвавшись друг от друга, парень резко обнял Таноса, уткнувшись носом в его шею. — Мы вместе, и это главное, — сказал Су Бон, целуя младшего в макушку.