отражение

чат мелькает перед глазами. серёжа смотрит мыльно, невнимательно, явно незаинтересованно: сейчас у него совсем другие дела. никто, кроме него самого, не возьмёт бокал (по разводам очевидно, помыли его не очень хорошо) и не ударится хорошенько о него горлышком бутылки, прежде чем наконец вылить из неё часть содержимого. какое-то дорогое вино? что за повод? нет, совсем дешёвое пиво, а повод правда есть – забыться. жизнь пошла по пизде ещё лет с пятнадцати, когда он в полной мере осознал бессмысленность бытия. кругом жестокость, люди, сующие свой нос туда, куда не просят, деньги, деньги, деньги. жить на что-то надо. потом надоело. потом ебнулся – захотелось популярности, и что теперь? теперь вокруг ещё и ноль искренности, а он доедает своё на социальном дне. – что... что, блять? что вы пишете? – непонятно. как всегда, спасают донатеры, приносящие весть от челяди царю; не факт, правда, что он услышит и их через ебануто громкую музыку в наушниках, не факт, что захочет отвечать: факт лишь в том, что он в абсолютно будничной манере, в каком бы состоянии не был, ответит «спасибо за донат». вежливый, сука. опять на донате вопрос про него. про человека, ставшего причиной сегодняшней попойки, становившегося, по правде, причиной многих попоек, но сегодняшняя ещё не успела сбежать из памяти, поэтому берёт серёжа только её. отвечать не хочется по нескольким причинам: во-первых, рана ещё не зажила; во-вторых, он только этого и ждёт; в-третьих – какая, блять, вообще разница рандомному человеку в интернете до его неудавшихся отношений? и плевать, что спрашивали его про демку. про демку или уже вышедший трек? он ничего не путает? глоток пива. противное, но эффект нужный даёт: тело, как и мозги, ватные, а в голове не происходит ничего, кроме секундных реакций на внешние раздражители. конечно, в голове пусто почти всегда, до звона в ушах и дискомфорта по всему телу, но такая пустота нравилась ему гораздо больше. потому что нежная, пушистая, потому что голове правда не о чем думать, а не твёрдая из-за того, что любые мысли заблокированы воизбежание хуй пойми чего! треки в наушниках рассыпаются на отдельные слова, донаты растворяются в похуизме, а в чате вырисовывается чёткое «послушай». никто не гонит спать, никто не видит, в каком он состоянии; возможно, всё из-за того, что происходит подобное слишком часто, и у людей просто пропало какое-либо к нему сострадание. ну и в пизду! не очень то и хочется казаться для своей конченной аудитории слабым и уязвимым. ему даже к маме в таком обличии сложно выйти. из рук не выпускает сигареты. правильно говорят некоторые – все справляются со стрессом по-разному. кто-то рыдает днями, кто-то выбирается с друзьями... у серёжи нет желания плакать и нет друзей, которые вытащили бы его из дома. всё, что у него есть – желание, и оно вполне чёткое, но для того, кто сейчас активно надрачивает ему сообщения, желание это явно на каком-то очень непонятном языке. все справляются со стрессом по-разному. кто-то разрушает себя прямо на стримах, а кто-то, отчаянно жаждя внимания явно не общественного, записывает очередную демку, выпускает новый трек, спамит тревожными рофлами, выводит на эмоции двусмысленными постами и действиями. видеть себя на месте таинственного «манекена», куклы для различных ситуаций, акумову хотелось только тогда, когда всё только начиналось, когда казалось, что они друг друга нашли. разные, но похожие. как называют таких, соулмейты? киров «манекен» превратился в навязчивый серёжин образ. девушка с больной головой, постоянно убегающая и имеющая проблемы с зависимостями, появилась так внезапно, что поверить в её существование в действительности просто невозможно. придурок, использует красивые метафоры, суёт сбивающие слова на другом языке – и всё, готово! обычный человек, увидев это, решит лишь, что серёжа – шизофреник, выдумывающий лишь то, что нравится, что выгодно; но какая ему вообще выгода от доёбов? – ладно... окей, я сейчас включу. – ломается, сдаётся в очень удачный момент. толпа внизу почти разорвала его, всё никак не получая желаемое, не получая эмоций, что им просто необходимы для спокойного существования. вот идиоты! ещё и чужого мнения им не хватает для построения собственного настолько, что они готовы вслушиваться в слова прилично пьяного человека. базово. курсед не выделился в этот раз ничем, как не выделяется уже полгода. глупостью было создавать что-то в духе «тестовых» треков, выпускать их как демки в телеге и запускать такой резонанс в сообществе, словно наконец-то вышел новый альбом. разумеется, понятно, для чего он это делает, и это злило, блять, лишь сильнее! – это какой-то его новой... осуждаю, посвящено... ага, ну ясно. потеряли пацанчика. – последняя на сегодня цитата из чата только из-за того, что перед ебалом теперь ещё и плывёт. пиздец, ему явно хватит.

***

акума обычно легко переживает расставания: отлёживание дивана и игры восстанавливают его менее, чем за неделю; но обычно – это не когда человек доёбывает раз в два дня самыми извращёнными способами, так и не решившись отстать за полгода более, чем на неделю. кир – визуализация самой нездоровой одержимости, спроецированной на человека, который толком ничего из себя не представляет. странно? ещё бы, клялся ведь, что убежит и никогда не вернётся. убегал, к слову, первый, подальше от депрессивного, бесперспективного человека. а потом обратно. стрим закончен. серёжа разряжен, пьян, очень хочет спать, но все хотелки сметаются разом промелькнувшим в последнюю секунду работы компьютера сообщением. uoiuyieqiu выйди на5 мин акумов не скучает. в голове осталось множество воспоминаний, по квартире лежат подарки, но он всё равно не скучает. тысяча демок, всратые сообщения, приглашения в играх... всё это ощущается не как знаки внимания, а как бремя, которое он вынужден бесконечно тащить с собой. акумов не скучает, но такое поведение никак не осуждает. он слушает демки, читает сообщения, не удаляет из друзей в стиме. ничего не чувствует, но пытается завязать шнурки слабыми руками, чтобы выйти на улицу. пять минут, разумеется, превратятся в целую ночь, утро после которой будет слышать одно и то же обещание раз за разом: «я обязательно пошлю его нахуй». расписание соблюдается каждую встречу. сначала – спокойный сон, чаще – в обнимку; утром – игра в заботу; под обед – вспоминание старых обид, которое не приводит ни к чему, кроме ссоры. попыток помириться нет. кир просто уходит с тяжёлым вздохом, а уже через несколько дней вновь лезет, словно надеясь, что после стольких поражений наконец победит, при этом действуя абсолютно так же. серёже силы на объяснения тратить не хочется, никакой он не учитель, а курседов рано или поздно поймёт всё сам и наконец отстанет. акумов не скучает, нет, уже давным-давно уяснили, но охотно падает в чужие объятия. руки ответно не тянет, холодно, но стоять и вжиматься лицом тоже вполне неплохо. – к тебе? – ко мне. кир нежный. аккуратный. не лезет, когда говорят не лезть, ложится спать отдельно и не донимает даже утром, как обычно делал. громкий, шумный, изначально прикрывался заботой, словно щитом; видимо, в голове что-то действительно поменялось, но явно не так, как серёжа ожидал. видимо, влияние на его активность оказала зима. «стрима сегодня не буде))0» – акумов награждает преданных наблюдателей за его алкоголизмом посылом нахуй; кто знает, обида ли это на заевший стереотип, вмиг переставший работать? кир ушёл раньше, чем нужно, даже не поругавшись перед этим. просто улыбнулся, спизданул что-то в духе «рад был увидеться», пожал руку и испарился, оставив с полным непониманием и давящей тяжестью на душе. это обязательно пройдёт, исчезнет всего через пару часов бесцельного проёбывания времени! исчезло. стримы, донаты, вопросы; серёжа, изредка выныривающий из никотиновой комы, понимает, что ему больше нечего слушать, обсуждать или читать. кир игнорирует его существование уже дней двадцать, не отправив за всё это время ни одного сообщения, не закинув ни одного рофла и не родив на свет ни одной демки. неужели решил отстать наконец? ну и отлично, одной проблемой меньше! про старого друга спрашивать почти перестали, но голова не перестала подкидывать разные вещи, плотно с ним связанные. пингвинчика уже не хочется подкладывать под голову во время сна, его любимая газировка насильно заталкивает в водопад воспоминаний, а блядский киефси, работающий по ночам, вынуждает сидеть до утра голодным. нет, акумов определённо точно не скучает: слишком уж ему в голову въелся весь тот пиздец, что происходил между ними вплоть до этого момента. неделя задротства, две; неужели это то, что ощущал кир? невыносимо скучно, дико одиноко, хотя раньше унылая жизнь более чем устраивала. изобилие негативных эмоций сковывает, толкает на покупку алкоголя, обещает, что всё обязательно пройдет, но серёжа ведь не дурак. он умнее и лучше всех, кто погряз в этом, поэтому наивно считает, что запачкает одну лишь обувь. на стримах вылезает его вдумчивая, депрессивная натура. серёжа рассуждает под какую-то лёгкую игру, попивает вино из кружки, плавится, но думать не перестаёт. в чате нет тех, кто волновался бы о его взаимоотношениях с курседом, хотя, наверное, эти люди вполне могли бы подтолкнуть его к каким-нибудь действиям. он не скучает по их ссорам. не скучает по всему тому навязчивому вниманию. скучает по тому, как они стояли на улице и обнимались; скучает по тёплым ночам и утрам, хоть они и были проспонсированы чужой ложью; скучает по всей той энергии, которой его невольно заряжали. по киру, проще говоря. стрим завершает досрочно. он почти трезв, думает чётко, делает ещё чётче. пальцами по клавиатуре быстро, с замиранием сердца на кнопку отправить – и ожидание. whoawhoam приедь нет, он не маленькая девочка, чтобы сворачивать диалог, он будет сидеть и смотреть, как сменяются стадии принятия, будет смотреть, как кир появляется в сети, как что-то печатает, затихает, выходит, вновь печатает, явно ведомый сомнениями, и наконец отправляет. uoiuyieqiu зачем whoawhoam ) uoiuyieqiu я думал те противно не ? whoawhoam противно нах выливать в общество приедь uoiuyieqiu сушинки хош whoawhoam просто приедь uoiuyieqiu через полчяса приехал. стоял уставший на пороге, капал на пол снегом, стоял и смотрел, не решаясь сделать более ничего; отдавал инициативу тому, кто изначально всё это затеял, словно боясь испортить идеальную картину. впрочем, любая зажатость со стороны курседова испаряется после первого же серёжиного объятия: он обхватывает шею, прижимается всем телом, и ловит прикосновения ответные с такой небывалой радостью, словно его наконец пробудили от долгого, очень депрессивного сна. тепло и приятно, так, как не бывает даже в кровати с ортопедическим матрасом после горячей ванны. влип он конкретно, просто так не вылезет, но нужно ли это ему теперь? объятия крепче. тела ближе. правильно. хорошо.