По следам прошлого

Новый месяц — новый новичок — очередной праздник, на который Клер не собиралась приходить. Ей до жути не нравилось это место, не нравились люди, которые здесь находились, она ненавидела себя. Те, кто отправлял подростков в это место, — звери. Людьми их назвать было нельзя. Какова их цель — запереть тридцать парней с единственной девушкой в четырёх стенах? Клер прибыла в Глэйд полгода назад. Некоторые парни смотрели на неё, как звери на добычу, отчего девушка чувствовала себя неловко. Она выбрала профессию повара: помогала Фраю с готовкой в авралы, иногда подменяла его, чтобы дать отдохнуть. Её никогда не тянуло в лабиринт, как многих новичков, — её бросало в дрожь уже при виде этих стен. Почти каждую ночь она вскакивала от жуткого рёва гриверов. Подслушивая разговоры бегунов, она нарисовала в голове образ: паукообразная металлическая тварь с хвостом, как у скорпиона. За эти полгода в лабиринте погибло трое парней: двое не успели вернуться, а третий наткнулся на эту штуку и уже не смог спастись. Ньют, с которым они часто общались во время ужина, рассказывал о той жуткой атмосфере, и тогда Клер убеждалась всё сильнее: ей никогда не стать бегуном. Одной из причин было то, что она трусиха. Боялась всего и всех. Так что ей было гораздо лучше сидеть в Глэйте и не высовываться. Иногда ей снились странные сны. Её друг Чак предполагал, что это могли быть обрывки прошлой жизни. Возможно, её мозг сильнее зациклен на прошлом и поэтому старается вспомнить что-то важное. Вообще, Чак был очень смышлёным мальчиком. Она считала, что ему не больше тринадцати, а он настаивал, что ей всего шестнадцать. Так что она от него ненамного старше. Из снов она чётко запомнила женщину. Та была светлой, словно ангел, и твердила лишь одно: «W.I.C.K.E.D. — это хорошо!» И всё. Ничего важнее. Но вот слова другой девушки цепляли её. Лица та почти не удавалось разглядеть — тёмные волосы, на плечах, кажется, белый халат. «Надеюсь, ты сдохнешь там». Клер никак не могла понять, что же она сделала, чтобы ей желали смерти. А может, и сделала — просто не помнила. — Клер, ты идёшь? — спросил Фрайпан, дёрнув её за плечо. — Там новичок прибыл. — Да что я там не видела? Каждый месяц один и тот же придурок, который рванёт к лабиринту. Я лучше доготовлю. — Ну, как хочешь, — парень улыбнулся и побежал к лифту. Фрай был отличным парнем и хорошим другом, она поняла это за всё время их работы. Таких, как он, можно было пересчитать по пальцам одной руки. Оторвавшись от чистки картошки, Клер услышала возгласы парней — они, как обычно, смеялись над перепуганным новичком. А тот, как она и предполагала, нёсся к воротам. Смех усилился, когда он шлёпнулся. Тут Клер не удержалась и расхохоталась сама. В свой первый день она просидела в лифте почти до вечера. Почти каждый час к ней подходили парни, спрашивая, не решилась ли она наконец выбраться. Алби просидел с ней дольше всех, заговаривая зубы — это она поняла сразу, потом Галли. Он показался Клер слишком грубым, но, увидев её испуганный взгляд, сдался и расслабился, начав рассказывать глупые истории со «стройки»: как кто-то прибил палец к доске, как однажды они ремонтировали вышку, Галли ненадолго отлучился, а когда вернулся, по Глэйду пронёсся грохот — парни что-то не поделили и свалились вниз, зацепив доски и инструменты. К счастью, отделались ушибами и выговором от Галли. Клер расслабилась и уже была готова выйти, но тут снова столпились парни, начав смеяться и кидать в её сторону пошлые шутки. Девушка снова вжалась в стенки лифта. К тому времени вернулись бегуны и разогнали их. Минхо и Бен поначалу посмеялись, что им прислали девчонку, но потом стали расспрашивать, помнит ли она что-нибудь. — Клер… Меня зовут Клер, это всё, что я помню. Бегуны помогли ей подняться, и только тогда она разглядела это место. Тогда оно показалось ей раем, но не сейчас. Сегодня она мечтала лишь о том, чтобы выбраться отсюда и сбежать куда подальше. Фрай вернулся через десять минут, всё ещё навеселе. — Видела? — вспомнив, как тот шлёпнулся, Клер улыбнулась и кивнула. — Алби посадил его в яму, чтобы пришёл в себя. Придёшь на праздник? — Нет, ты же знаешь, что я ненавижу туда ходить, — улыбка исчезла, и она снова принялась за овощи. — Хочешь, посиди с нами? Я лично прослежу, чтобы никто не приставал. — Я подумаю. После обеда Клер и Чак прогуливались по Глэйду. Он тоже пытался уговорить её пойти на праздник, мотивируя это тем, что ему будет одиноко. Чак не знал, почему она не любит эти сборища, и надеялся, что никогда не узнает. — Ну пожалуйста, Клер, всего один разочек. Посидим немного и пойдём спать. Чак был ей как брат — не родной по крови, но она всегда была рядом, когда ему было страшно или нужна помощь. — Эй, Чак! — окликнул его Ньют. — Привет, Клер. — Привет, — кивнула она. — Чак, тебя искал Алби, новичку, наверное, нужна помощь с гамаком. — Понял. А где они? — Вон, — Клер указала на вышку, где стояли вожак и новичок. — Может, я погуляю пока, а ты поможешь новичку? — предложила она. — Да чего ты убегаешь? Он же не кусается, — сказал мальчик. — Наверное. — Не обнадёживаешь, — вздохнула девушка. — Эй, Алби! — крикнул Чак. — Привет, ребят, как жизнь? — спустившись, Алби представил их. — Чак и Клер помогут тебе с гамаком и ответят на вопросы. Встретимся вечером. — Ты девушка? — удивлённо спросил брюнет. — Сегодня днём была ею, — нахмурилась Клер. — Сейчас даже не знаю. — Нет, я в том смысле… Ты единственная девушка среди стольких парней. — К сожалению, да, — закатила глаза. Чак притащил вещи, которые прислали с парнем, и гамак. Клер не нравилось спать в них — они были жутко неудобные, да ещё и с её неуклюжестью она постоянно падала. — У нас у всех одинаковая история, — говорил мальчик, затягивая верёвки. — Просыпаемся в лифте, Алби вводит в курс дела, и вот мы здесь. Не парься, ты справляешься лучше, чем я. Я наложил в штаны несколько раз, пока Клер не успокоила меня, я даже ночевал с ней пару дней… Мальчик обернулся и заметил, что новенький уходит в сторону лабиринта. Чак, тихо ругнувшись, побежал за ним. Клер, закатив глаза, последовала. — Чувак, куда ты собрался? — Я просто посмотреть, — ответил он, продолжая идти. — Смотри сколько хочешь, но туда лучше не ходить. — Почему? Что там? — Не знаю… Но так говорят… Нам нельзя выходить. На поляну выбежали двое парней из тех самых стен. — Привет, Чак, Клер! — улыбнулся блондин. Его друг лишь махнул рукой девушке. — Новенький, да? Поздравляю с повышением! — Спасибо, Бен. Парни убежали, но темноволосый ещё несколько раз обернулся, оглядывая новичка. — Ты же сказал, что никому нельзя заходить туда, — возмутился парень. — Он сказал — нам нельзя. Им можно. Они — бегуны, они больше всех знают о лабиринте. — Что? О чём? — Что? — переспросил Чак, переглянувшись с подругой. — Ты сказала «лабиринт»? — Я сказала? — Да, — кивнул парень. Слушать их новенький не стал и продолжил путь к воротам. — Салага, тебе же сказали, что туда нельзя! — возмутилась Клер, хватая его за кофту. Он взглянул на неё и вроде остановился, но, как только она отпустила, снова пошёл к воротам. — Что ты делаешь? — Я только посмотрю. — Я же сказал — нельзя! — говорил мальчик, останавливая его за руку. — Запрещено! Особенно сейчас! Это опасно! — Хорошо, я не пойду туда, — сказал он и всё равно медленно приблизился к воротам. Длинный, мрачный коридор, поросший сырым мхом и гниющим плющом, манил его своим зловещим спокойствием. Но внезапно этот мир был грубо разорван: какой-то парень, выпихиваясь из тесной кабины лифта, оттолкнул его. — Галли! — возмутилась Клер. — Пора нам прекращать так встречаться, — проговорил шатен, но новичок оттолкнул его, подскакивая на ноги. — Все! Тихо-тихо! — на крики сбежались глэйдеры. — Спокойно! Расслабься! — Да что с вами такое?! — Успокойся, хорошо! — сказал Ньют. Клер с Чаком отошли в сторону, чтобы он ненароком не накинулся на них. — Не хорошо! Почему вы не говорите, что там?! — продолжал кричать шанк. — Чтобы уберечь тебя, — спокойно ответил Алби. — Вы не можете держать меня здесь! — Но я не могу отпустить тебя! — Почему?! — прокричал брюнет. В ответ раздался оглушительный грохот. Обернувшись, он почувствовал ледяной ветер из-за стен лабиринта. — Что за хрень? С оглушительным скрежетом и грохотом, словно разрывая сам воздух, ворота начали сходиться. Парень застыл на месте, и шок на его лице сменился леденящим душу ужасом. — В следующий раз я дам тебе свалить, — проговорил шатен и, нахмурившись, ушёл. Новенький продолжал смотреть на только что закрывшиеся ворота. — Добро пожаловать в Глэйд, — улыбнулся Алби, слегка хлопнув брюнета по плечу. Парни стали расходиться, возвращаясь к работе. — Чудила, мы же сказали — нельзя, че сложно послушать? — нахмурилась девушка. Вечер подкрался незаметно. Клер помогала Фраю с праздничным ужином. Ничего особенного — к овощному рагу прилагалось пойло Галли. Многие глэйдеры каждый месяц им довольствовались. Никто даже не знал, как его делают, точнее, из чего. Галли молчал и никому не рассказывал. Клер замечала взгляд новенького, и это её раздражало. «Неужели ещё один кретин, который фантазирует всякую пошлятину?» — передёрнуло её. — Так, ты идёшь? — спросил Фрай, собирая поднос. — Я посижу немного с Чаком и пойду спать. — Хорошо. Если что, сразу зови, и никуда не ходи. — Да знаю я, — покачала головой Клер. Фрайпан всегда общался с ней как с младшей сестрой, и ей нравились эти отношения: безобидные подколы, братская опека, дружеская помощь — всё в меру. Как только стемнело, глэйдеры собрались у костра. Почти все разошлись по своим компаниям, и лишь Клер с Чаком сидели поодаль. Новичок устроился на поваленном бревне. Он сидел задумчиво, уставившись в темноту, пытаясь вспомнить хоть что-то из прошлой жизни. Хотя бы имя. Но ничего. Ни единого обрывка. Из раздумий его вывел Ньют, подсевший рядом. — Насыщенный был день? — Шанк кивнул. — На, взбодрись слегка… Блондин протянул банку с янтарной жидкостью, которую потягивала половина Глэйда. Новичок сделал большой глоток. Странное пойло обожгло горло, и он тут же выплюнул его, начав кашлять. Ньют рассмеялся. — Боже… Что это такое? — Эм… Сам не знаю, — пожал плечами садовник. — Это рецепт Галли. Секрет фирмы. — Всё равно он кретин. — Сегодня он спас тебе жизнь. Поверь, лабиринт — опасное место. Брюнет обернулся и встретился взглядом с Клер. Та едва улыбнулась, кивая на слова маленького друга. — Почему она почти ни с кем не разговаривает? — спросил парень, кивнув в сторону одинокой фигуры. Её силуэт казался хрупким на фоне сурового Глэйда, а взгляд, устремлённый в пустоту, выдавал глубокую отстранённость. — Всё началось, когда она только прибыла, — ответил Ньют, понизив голос. — Сначала все думали, что она просто стеснительная. Но потом стало ясно — она никому не доверяет. И, как оказалось, не зря. Парень мрачно вздохнул, переведя взгляд на группу бегунов у костра. — Гойл… Этот ублюдок решил, что может позволить себе больше, чем просто разговоры. Он приставал к ней с самого начала — «случайные» прикосновения, намёки, похабные шутки. Она игнорировала, но он не унимался. Брюнет нахмурился, чувствуя, как в груди закипает гнев. — И что, никто не остановил его? — Кто-то пытался, но Гойл был одним из старших, — вздохнул парень. — Один вечером, во время праздника по поводу новичка, он затащил её в лес. — Что?! — брюнет аж подскочил. — Он хотел…? — Да. Но Клер оказалась не из тех, кто сдаётся без боя. В его глазах мелькнуло что-то между восхищением и ужасом. — Она разбила ему голову камнем. На месте. Тишина повисла между ними, тяжёлая и гнетущая. — И её наказали. Алби сказал, что она нарушила главное правило: «Не причинять вред другому глэйдеру». Большинство проголосовало за изгнание, но он «сжалился» — бросил её в яму на месяц. — Это же безумие! Она защищалась! — Здесь не ищут справедливости, — холодно ответил собеседник. — Здесь выживают. А Клер теперь знает, что помощи ждать неоткуда. Раньше мы были хорошими друзьями, а сейчас нас и знакомыми-то не назовёшь. И потому она старается не говорить ни с кем, кроме Чака. Он единственный, кто заботился и заботится о ней. Конечно, мы пытаемся как-то заговорить с ней, но чаще всего она уходит. Я вообще был поражён, что она разговаривала с тобой. Его взгляд снова скользнул к одинокой фигуре у дальнего дерева. Чак ушёл к костру посмотреть, как Галли борется с другими парнями, а Клер осталась сидеть одна. Почувствовав на себе чей-то взгляд, она обернулась и, встретившись глазами с новичком, заметно напряглась, отвернулась, а затем и вовсе ушла к компании Фрая. Он понял, что напугал её. В голове не укладывалась история Ньюта. Девушка казалась такой хрупкой — таких, как она, нужно защищать и оберегать. — Слушай, мы ведь тут застряли? — брюнет повернулся к другу. — На время, — кивнул тот, хотя, казалось, уже и сам не был уверен, что они когда-нибудь отсюда выберутся. — Но! Видишь тех парней? Парень снова обернулся. — Это бегуны, а тот парень посередине — Минхо. Он смотритель бегунов. Каждое утро эти двери открываются, и они бегут в лабиринт. Записывают, запоминают его, пытаются найти выход. — Давно они его ищут? — Три года… — И что, за это время вы ничего не нашли? — хмыкнул брюнет. — Легче сказать, чем сделать. Слушай, — Ньют поднял палец к небу. Послышался грохот, но не такой, как вечером, — тише. — Это лабиринт меняется. И так каждую ночь. — Как это возможно? — Спроси у тех, кто поместил нас сюда, если встретишь, — усмехнулся Ньют. — Знаешь, на самом деле бегуны — единственные, кто действительно знает, что там. Они выносливые и самые быстрые, это очень важно, потому что если не успеешь вернуться до закрытия ворот, останешься там на всю ночь. И выжить в лабиринте не удалось никому. — И что там происходит? — Мы называем их гриверы, — нахмурился блондин. — Конечно, те, кто их видел, не выжили, чтобы рассказать. Но они там. Шанк задумчиво смотрел на ворота. Что же там, за ними, и что за твари там обитают? Ньют хлопнул ладонью по земле. — Ну что, на сегодня довольно расспросов и грустных историй. Слушай, сегодня ты почётный гость… — О… Не нужно… — Нет-нет, идём, я покажу, где что… — Ньют поднялся, тяня за собой шанка, хоть тот и отнекивался. — Вставай! Клер, сидя в компании Фрайпана, наблюдала за Чаком, чтобы его никто не обидел, но также поглядывала и на новичка. Он показался ей странным. Чудик, одним словом. Она видела, как он с Ньютом направляется в их сторону. Садовник что-то весело рассказывал, указывая на группы людей. — Вон там у нас строители, у них золотые руки, только не слишком сообразительны. Это Уинстон, — Ньют ткнул пальцем в сторону парня, стоявшего неподалёку, — смотритель мясников. А это медбратья, Клинт и Джефф, большую часть времени они перевязывают мясников. А это Фрайпан и Клер, наши великолепные повара. — Я хочу стать бегуном, — заявил парень. Ньют лишь хмыкнул. — Ты слышал, что я сказал? Здесь никто не хочет быть бегуном. И к тому же тебя должны выбрать. — Кем меня должны выбрать? Ответа он не услышал — в него влетел парень, которого Галли вытолкнул из круга. — А? Что ты сказал? Хочешь проверить себя? — Новичок! Новичок! Новичок! — кричали глэйдеры, подбадривая брюнета. Галли подозвал его, а парни не унимались. — И куда его вечно несёт? — спросила Клер, выпрямив спину. — Я же говорю — «чудила». — Да ладно, пойдём посмотрим, — Фрай потянул подругу за собой, вставая поближе к кругу. — Ладно, правила просты: я выталкиваю тебя из круга. Продержись хотя бы пять секунд, — глэйдеры рассмеялись. — Готов? Парень не успел кивнуть, как Галли накинулся на него, толкая в сторону. Другие подхватили и толкнули обратно. Шатен снова оттолкнул шанка, и тот упал. — Ну что, продолжим, салага? — усмехнулся Галли. — Я тебе не салага! — Тебе не нравится? Как же тогда тебя называть? Сопляк? — парни засмеялись громче. — Что скажете, парни и дама? Он похож на сопляка? Брюнет разбежался и бросился на Галли. Со стороны это выглядело как танец, и было ещё смешнее. Шатен снова толкнул новичка на землю. — Знаешь что? Я остановлюсь на «сопляке». — Знаешь что? Я остановлюсь на «сопляке», — проговорил шанк, поднимаясь. Новичок снова побежал на Галли, но на этот раз смог оттолкнуть шатена, и тот рухнул. Глэйдеры удивлённо загалдели. Шанк поднялся на ноги и, довольный собой, глянул на парней, а затем на Клер. Девушка закатила глаза. Её этим не удивить — почти каждый новенький пытался завладеть её вниманием, и он не исключение. — Неплохо для новичка! — крикнул кто-то из толпы. Но раздражённый Галли пнул его под ноги, и парень рухнул, ударившись головой. Кажется, каждый почувствовал эту боль. — Здесь я ему посочувствую, — покачала головой девушка. Её друг хмыкнул в ответ. Новичок медленно оторвал голову от земли и тихо что-то проговорил. Затем подскочил на ноги и крикнул громче: — Томас! Эй! Томас! Я вспомнил своё имя! Я Томас! Глэйдеры стали поздравлять его. Галли медленно подошёл к Томасу, протягивая руку. Даже Клер, усмехнувшись, пожала её. Парень, будто смутившись, легонько ответил на рукопожатие. — Молодец… Томас… Внезапно раздался дикий рёв из-за стен лабиринта — на этот раз громче, чем обычно. — Что это было? — Это, друг мой, был гривер, — ответил Галли, переглянувшись с шанком. — Не бойся, здесь безопасно. Эти стены не преодолеть. — Ну ладно, ложимся спать… Идём… Спокойной ночи! — Алби разгонял парней по спальным местам. Некоторые ещё раз поздравили Томаса, слегка хлопая по плечу. Чак последовал за девушкой к своему гамаку, а вскоре к ним присоединился Томас. Утром Клер почему-то не обратила внимания, что новичок будет спать рядом. Она аккуратно улеглась и прикрыла глаза. — Мне очень жаль, — Клер открыла глаза и чуть вскрикнула, увидев перед собой Тома. — Извини-извини! Я ничего тебе не сделаю, клянусь! — Что тебе нужно? — Ньют рассказал мне про тот случай с Гойлом… Мне правда очень жаль. — он нахмурился. В его тёмных глазах читалось искреннее сожаление. — Ньюту нужно рот заклеить, — вздохнула она. — Уже всё нормально, прошло почти полгода, я забыла. — Начни снова общаться с парнями. Не со всеми, конечно… Но те, с кем ты тогда общалась, явно по тебе скучают. — Думаю, тебе не стоит лезть не в своё дело. Иди спать, чудик. Парень удивлённо приподнял брови. Клер накрылась одеялом и отвернулась. Том покачал головой, но всё же вернулся в свой гамак.