Зарисовки

Сенку, как обычно, до позна сидел в лаборатории, "прогресс не ждёт", так сказать. Но было одно "но", а именно временной промежуток, в который учёный и пытался достичь прогресса, что являлся ночью. Да, час ночи – не самое позднее время, но основная масса населения деревушки Ишигами уже спит. Царство науки погружено в сон, только его "царь" никак не ляжет. Только ли царь? Красноглазый что-то чертил, наверняка схемы каких-то новых устройств, которые выведут человечество на новый уровень. Хотя, скорее приблизят к старому, который был до окаменения. Глаза потихонечку смыкались, мешки под ними стали обычным делом, в последние дни. Зевая, учёный хлебал какой-то отвар из трав, для повышения адреналина, хоть и понимал, что оно не поможет. Усталые руки, покрытые мозолями, еле удерживали грифель. Линии были всё более неровными, даже линейка не спасала. Стёрка расходовалась слишком быстро, а лучше не становилось. Это бесило. По-настоящему бесило. Сенку скорчил недовольное лицо и сжал зубы, но это не помогло. Если бы не слабость в теле – учёный давно бы уже разломил напополам несчастный грифель. В районе спины потеплело. Ослабевшие руки и пальцы, были взяты тёплыми, нежными ладонями. Поставив на чертёж линейку, было проведено несколько линий. Почти готово... Эти нежные, тёплые руки, этот человек, стоявший сзади, чуть ли не обнимая, такой мягкий... Хотелось прямо сейчас наконец-то расслабиться и лечь, на чужую тёплую грудь, погружаясь в царство Морфея. Но нельзя, не сейчас. – Ген, я… – Тянет учёный, зная, что никто другой не сделал бы подобного, и лишь наглый менталист, способен так вторгаться в чужое пространство. Свой же зевок, прерывает речь. – Сенку-чан, я знаю, что ты. Никакой другой идиот не станет каждую ночь сидеть в лаборатории. – Голос был нежен, с нотками беспокойства, но твёрд как вольфрам. – Я уже долго жду тебя, ты обещал, сегодня не сидеть до утра. – Спокойно говорил парень, помогая доделывать чертёж. Сенку лишь недовольно вздохнул. Он помнил, прекрасно помнил и понимал, что ещё одна бессонная ночь и его надо будет откачивать, но как же прогресс... Зевая, гений хотел что-то ответить, но не нашёлся со словами. Такое тёплое, уже почти родное тело отстранилось, стало прохладно и будто тоскливо. Но почему? – Я спать, Сенку-чан, пожалуйста, не забудь отдохнуть!~ – Как всегда, игриво, в своей манере, сказал Ген. Но в этот раз его голос был чуть грустным, даже беспокойным. – Спокойной ночи! Люблю тебя. – Сказал менталист и замер в дверях, понимая, что он только что сморозил. Столько надежды было в его мыслях,. Надежды на то, что сонный учёный не услышит или пропустит мимо ушей, заветную фразу. Тело покрыло мурашками, а спину холодным потом. – Ага, я уже заканчиваю с этим. Ночки, Ген, я тоже тебя люблю. – Сонно пробубнил Сенку, но тут щёки загорелись алым, а грифель выпал из руки. Учёный сидел в оцепенении, переваривая всё, что сейчас произошло. С менталистом та же история. Наш гетерохромный друг стоял, не в силах что-либо сказать. Улыбка сама полезла выше, к покрасневшим щекам. Сенку же пытался "обновить страницу", но в ушах всё ещё звучала фраза "Люблю тебя", пока рот открывался и закрывался без звука, как-будто он рыба, которую выкинуло на берег. – Ты идёшь спать сейчас. – Донёсся твёрдый, но всё ещё смущённый тон менталиста. Учёный лишь кивнул, хоть и знал, что на него не смотрят, и тихо повторил. – Я иду спать сейчас. –