Неловкая пауза

      Лето больше не вернётся. Вот каким замечательным прогнозом погоды решил осчастливить всех конец августа! До осени осталось чуть больше недели, а за окном уже вовсю барабанил проливной дождь, затапливая улицы, завывал ветер, кое-где сваливая неугодные только ему деревья прямо на асфальт или близстоящие автомобили… Ужасная картина открывалась сотрудникам офиса. Хорошо, что они добрались до места работы без проблем!       Хиномото сосредоточенно набирал текст на клавиатуре, видимо, для очередного отчёта перед Америкой. Звук дождя всегда успокаивал его и настраивал на выполнение любых поручений. Япония чувствовал, что сегодня, возможно, закончит раньше обычного, если, конечно, дурацкое рвение остаться в офисе подольше не возьмёт над ним верх.       Англия мирно потягивал горячий чай, сидя за неприметным столиком в столовой. Рядом на узорчатом блюдце расположился клубничный чизкейк, наполовину съеденный. Хоть основное время обеденного перерыва подошло к концу, никому не запрещалось доедать свои порции. Добро не должно пропадать, да и атмосфера как-то получше становилась, когда основная часть сотрудников покинула это место, вернувшись к тяжкому труду.       Россия тоже думал, что какой-нибудь напиток должен согреть нутро надолго. Поэтому он сидел и уминал блины за обе щёки, запивая горячим чёрным чаем. А почему не водкой или другим алкоголем? Ну так сегодня же не пятница, а вторник. Хорошо, такого человека с подобным вопросом не оказалось рядом — Россия за столом совершенно один, и всё у него прекрасно, кроме заметно пустеющей тарелки. Это печально. Скоро пора на выход.       Непогода разыгралась не на шутку, но работу из-за неё никто не отменит. С тяжкой мыслью о продолжении корпеть над бумажками Россия вышел в коридор к лифту и нажал кнопку для вызова кабины. Карабкаться по лестнице на бог знает какой этаж прямо после еды вредно, а эскалатора, к сожалению, в офисе не наблюдалось, оставалось только смиренно ждать подъёмник, который ой как любил останавливаться на каждом этаже, пока ехал до нужного.       — Как неожиданно… Сегодня я еду в прекрасной компании, — за спиной прозвучал знакомый голос, заставивший Россию заметно вздрогнуть от внезапно прерванной тишины.       — Угу, да, лучше и представить нельзя, — процедил Россия, не удостоив собеседника взглядом.       — Ну-у, не надо так грубо, — максимально страдальческим голосом протянул Англия, — мы же с тобой нечасто встречаемся, тем более не ездим в одном лифте.       Россия в ответ промолчал. Заветные двери наконец открылись перед ними, и он прошёл в дальний угол кабины, заблаговременно ткнув на нужную цифру. Англия зашёл следом, нажал на свой этаж и на закрытие дверей. Лифт тронулся. Чудо-механизм доехал до пятого этажа с остановкой на третьем, и вот теперь снова открыл двери, за которыми ни единой души не оказалось. Россия, отвернувшийся к зеркалу, разглядывал своё отражение и думал, что за дебилы вызывают лифт, а потом убегают… Англия, скрестив руки на груди, наблюдал за табло, чтобы случайно не выйти на ином этаже. Седьмой, девятый, одиннадцатый… Всё выше и выше, и вот уже тринадцатый сменился четырнадцатым, и… Кабина резко остановилась, также внезапно потух свет.       — Приехали, — иронично подметил Россия, доставая смартфон из брючного кармана.       Немного привыкшие к темноте глаза снова заболели от яркости сенсорного экрана, но фонарик включить надо было.       — Поосторожнее, Россия, не свети мне в лицо, — пожаловался Англия, зажмурив глаза.       — Пытаюсь найти кнопку вызова диспетчера, — как ни в чём не бывало ответил Россия.       — И она явно не в моей стороне, и ты это прекрасно знаешь!       Россия усмехнулся, про себя отметив, что в некоторые неловкие моменты, например, как сейчас, Англия выглядит довольно мило и даже забавно.       Связь с оператором установилась с попытки третьей. Статный мужской голос из динамика сообщил, что причина остановки лифта кроется в повреждении линии электропередач вследствие непогоды. Примерное время ожидания устранения неполадок — час-полтора.       — Ммм, блеск. Весь офис сидит без электричества, но остальным повезло гораздо больше, чем мне, — эта ситуация показалась России одновременно комичной и раздражающей до ужаса. Ему не впервой застревать в лифтах, но почему именно с Англией?!       — А я думаю, тебе повезло. Когда мы ещё вот так наедине вдвоём останемся?       Россия уж было хотел ляпнуть: «Надеюсь, никогда!», но кто знает, что может последовать за столь дерзким ответом в абсолютно замкнутом пространстве?! И тяжело вздохнул:       — Не знаю…       Англия одобрительно кивнул.       — Отключи фонарик, он нам ничем не поможет, только заряд зря потратишь.       Россия послушался, как ни крути, батарея рано или поздно разрядится, и телефон отключится, и всё опять погрузится во тьму. Лучше сидеть в потёмках с заряженным аккумулятором, чем с нулевым.       Развлечений в лифте нет, а занять себя на этот час или полтора надо. Если России становилось скучно, он обычно вставал со своего места и мерил территорию около стола шагами. В кабине лифта особо не походишь, хоть она и предназначена везти человек десять от одного до другого угла шага два или же пять нужно ступить. Остаётся маяться, что ли?!       — Подойти ко мне, — что-то среднее между приказом и вежливой просьбой прозвучало из уст Англии.       — Зачем? Я и так рядом стою. А может, я чего-то не знаю о нашем величественном англичанине?! — хоть лица России и не было видно, но стоило догадаться, что сейчас на нём красуется хитренькая улыбочка. — Ты боишься темноты?       — Нет, — ответ твёрд, будто сталь. — Просто нравится держать объекты в зоне досягаемости.       — Прямо как того плюшевого мишку, с которым ты раньше расстаться не мог?! — Россия приблизился примерно на расстоянии вытянутой руки.       — Не помню, что бы я рассказывал тебе такое в прошлом.       — Мне Франция рассказывал.       — Франция?.. — ухватив Россию за запястье, Англия быстро прижал его к груди и наклонившись предположительно к уху, прошептал: — Не стоит верить всему, что он говорит!       Россия малость пребывал в шоке от этой внезапной близости, однако дыхание Англии было согревающим, как и сильная, вздымающаяся вверх-вниз грудь. Обманчивое ощущение безопасности накрыло Россию с головой, не предупредив дальнейшие действия с английской стороны.       Через какие-то две минуты он странным образом очутился у Англии на коленях. Чужие руки обвиваются вокруг стройного тела словно змеи, требовательные пальцы оглаживают кадык, стараясь забраться под воротник, жадные губы через поцелуй в щёку всё-таки находят себе пару. Не успев опомниться, Россия чувствует, что Англия развернул его спиной к себе. Что-то задумал… И России любопытно, что конкретно, поэтому он спокойно отдаёт своё тело в иностранное пользование.       В кромешной тьме ловкие английские пальцы довольно быстро поддевают край водолазки России и, проникнув под неё, нежно поглаживают тёплое тело коллеги.       — Что ты вытворяешь?! — вспыхнул Россия, стараясь отвести от себя чужие руки. Вот это уже нарушение границ. Ладно, Россия дозволил Англии все предыдущие воздействия, но теперь любопытство отошло на второй план.       — Ну… Неизвестно, сколько нам тут ещё осталось сидеть, а заняться чем-то надо, — протянул Англия, продолжая свои непозволительные действия. — Тебе ведь понравился поцелуй, тогда почему сейчас ты настроен против?!       Несмотря на внешнюю холодность и суровый характер, часто приписываемый России, кожа у него была тёплой и нежной, как и подобает любому живому человеку.       — Тц, хватит меня лапать своими ледяными руками! — цыкнул Россия.       — А я думал, ты давно привык к морозам, — пальцы Англии, изучившие каждый сантиметр на спине России, переместились к стройной талии. — И вообще, я погреться желаю.       — Ради бога, грейся, но под своей одеждой, а не моей! — Россия предпринял ещё одну попытку поймать настойчивые руки.       — А если я не хочу? — в голосе Англии так и ощущалась игривость.       — Захоти! — Россия снова старался отстраниться.       — Не понимаю, ты всё от холода вздрагиваешь или от чего-то другого?       — Тц, конечно, от холода! От чего ещё-то? Ах! — Россия дёрнулся сильнее. — Англия, прекрати!       — М? Но я ничего не делаю…       — Делаешь!       Англия подумал-подумал и, кажется, в его светлую голову пришла занимательная мысль. Нет, она никогда не приходила к нему раньше… Из-за ненадобности, наверное. А тут в застрявшем лифте, между этажами скука смертная! Если Англии хочется развлекаться, то развлекаться надо по полной программе, пусть даже потом Россия убьёт его за содеянное.       — Хах, ну надо же! Никогда бы не догадался, что мой неприступный ледяной принц может бояться щекотки.       — Не произноси это слово!       — Просто убедился в своём предположении. Хотя до сегодняшнего дня думал, что настолько глупая слабость должна обходить великую державу стороной.       Не имея характера, Россия, скорее всего, бы обиделся на данное заявление. Правда, чувство стыда им овладело, но ненадолго. И в первый раз он порадовался, что в лифте не видно ни зги — эмоции на лице можно только угадать, а вот разглядеть — нет.       — Хмпф, ладно, сейчас моя очередь, — довольно произнёс Россия, ослабив петлю британского галстука и аккуратно сняв его с шеи. — Он тебе не понадобится, а мне — да.       — Что ты собираешься делать?!       — Что-то приятное! Ведь неизвестно, сколько нам тут ещё сидеть, а занять себя чем-нибудь надо, не так ли? — Россия почти один в один повторил фразу, которую Англия сам недавно говорил ему. Хорошая у восточного коллеги память — не придерёшься! Только бы мурашки перестали покрывать тело…       — Дай сюда руки.       Англия подчинился. Вскоре его запястья были надёжно затянуты собственным галстуком. Посетовав, что в лифтах нет крючков, Россия смирился. Держать связанные руки над головой — необязательный элемент, но тогда Англия больше походил на преступника в наручниках.       — Наличие хотя бы тусклого света придало бы своеобразную атмосферу. Эх, ладно, и так сойдёт.       Медленно расстёгивая пуговицы на рубашке, вдыхая аромат новенького одеколона, Россия осторожно прикусил мочку уха, оставил два засоса на ключицах. Англии делалось приятно с каждой секундой, а когда случайное (или нет?) прикосновение шершавых губ добралось сначала до одного соска, а затем до другого, ему так захотелось продолжения наслаждения, только в ином месте — между ног. Россия тоже это чувствовал, но лифт жалко. Мало, что он застрял, испачкать ещё хотят. Впрочем, всё равно придёт время для его мытья, а тут и повод как раз нарисовался.       — Прежде чем я удовлетворю тебя, Англия, хочу кое-что только для себя прояснить.       С этими словами Россия легонько пробежался пальцами по чужой талии, вызывая сдавленный смешок и желание куда-нибудь сбежать. Кажется, от ласковых прикосновений тело становится чувствительнее. Англия читал об этом в одной книге, подаренной Индией, но никогда не заострял внимание на данной информации. А зря.       — Сегодня, Англия, у нас с тобой день открытий, не находишь?! — Россия ещё немного поигрался с рёбрами коллеги. — Я бы тоже никогда не подумал, что сам Англия может обладать столь очаровательной слабостью.       — Просто только идиоту придёт в голову мысль узнать о ней.       — Да?! Тогда мы оба идиоты! А любой другой сотрудник офиса — самый умный человек, который уж точно не занимался такими глупостями.       — Нет, все они боятся нас, и следовательно, уважают! С боязнью всё понятно, а вот уважаемые обществом люди должны носить на себе маску невозмутимости, неприступности, непокорности или проще — быть идеалом в глазах других, быть самим совершенством.       Пока Англия рассуждал и философствовал, Россия меж тем вспомнил о незаконченном деле и, нащупав горячую плоть, начал старательно скользить рукой вдоль ствола вверх-вниз.       Нежданно-негаданно кабина озарилась ярким светом, лифт продолжил движение на верхние этажи.       — Чёрт, ну мог бы ещё задержаться, — с осуждением высказался Россия, будто механизм мог его услышать.       — М-да, весь кайф обломал, — обиженно произнёс Англия, ожидая, пока Россия соизволит развязать галстук и вернуть на законное место.       Изначально время в замкнутом пространстве длилось медленно-медленно, а сейчас, когда лифт наконец поехал, кажется, всё произошло слишком быстро. Такое бывает. Но в данный момент этих двоих мучило другое — электричество дали, а значит, они скоро сядут за компьютеры, работать с документами, чего, если честно, не хотелось. А один из самых странных случаев в жизни, возможно, сохранится в памяти, а может, и мгновенно забудется. Однако лифту разрешено хранить в себе разные секреты, он машина, он уж точно никому ничего не разболтает.