Три года мертв

      Черноволосый парень стоял, оперевшись на байк, куря сигарету. Его темные глаза смотрели в пространство перед собой. Он смотрел и не видел ничего. Ветер трепал одежду и волосы, а он проваливался в воспоминания. Он помнил это место. Здесь, когда-то, они с ребятами устроили шумную тусовку. Все были так молоды и счастливы. Не думали, что будет там, в будущем. А сейчас он снова здесь. И больше не будет того времени и улыбок, потому что… - Долго нам еще ждать, Шин? … Потому что Сано Шиничиро мертв уже как три года. Он посмотрел на говорившую. Девушка сидела на заднем месте его байка. Брюнетка с разноцветными глазами — серым и карим, словно воплощение пасмурного неба и жжёной карамели. Ее внешность могла свести с ума даже монаха: большая мягкая грудь, тонкая талия, плавно перетекающая в округлые бедра и длинные ноги, обтянутые массивными черными сапогами на толстой подошве.       О, Шин уже представлял, как, когда это все закончится, снимет эти сапоги, стянет с нее толстовку, ловя губами стоны от того, что случайно задел вставшие соски. Он же знал, что девушка не носит лифчиков. Как проведет рукой по крепким икрам и широким бедрам и, наконец, снимет эти мешающие джоггеры, добравшись до самого сокровенного, чтобы девушка извивалась и срывала голос от криков и стонов в его руках.       Посасывая конфетку, она внимательно смотрела на Сано. В приоткрытом ротике скользнул язычок, оставив мокрый след на пухлых губах. Не долго думая, парень схватил девушку за волосы и притянул к себе, облизывая место, где он только что был, не сводя взгляда с её глаз. Она смотрела пристально, не моргая.       - Сладкая, - сказал брюнет, оторвавшись.       Девушка хмыкнула, отстранившись:       - Ну еще бы, это же конфета! – и метнула в него взгляд. – Только я тебе не дам.       - А мне и не надо, я потом свою возьму, - ухмыльнулся парень.       От этой фразы на щеках брюнетки появился милый румянец, делая ее образ более невинным и привлекательным.       - Так когда уже все начнется? – повторила она свой вопрос.       - А ты что-то слышишь, Юу? – ответил Шин вопросом на вопрос.       - Неа! – воскликнула она и перекатила конфету во рту, хрустнув ей.       Парень все еще помнит, как очнулся посреди улицы несколько недель назад. Не понимая, что происходит, он ломанулся домой; последнее, что он помнил - испуганное лицо друга Майки. А потом он услышал по радио голос диктора, говорившего про концерт, который «состоится уже завтра…в 2006 году». И парня накрыли воспоминания. Не его. А других Шиничиро Сано. Мультивселенная, блять. Кто-то умудрился сломать время и Шин был катализатором. Но не только он. Был еще парадокс. Где-то еще девушка, где-то уже жена Шина – Накамуро Юкино. Ну или просто Юу. Она и являлась этим парадоксом во всех мирах.       И когда парень вспомнил это, стал носом рыть землю в поисках любимой. По пути шокировав друзей своим «воскрешением». А потом он нашел ее. Свой парадокс. Она тоже искала его. Ночь встречи была очень бурная - полная страсти и молчания. Им не нужны были слова, чтобы понимать друг друга. Шин умер, тогда, три года назад. Юу же будто просто соткалась в этом новом для нее мире. Лишь для него.       Но парня нестерпимо бесило, что у каждого Шина есть своя Юу. Он хотел ее единолично. Всю, целиком. Чтобы только он видел ее закатывающиеся от страсти глаза, или слезы, которые срываются с длинных ресниц, когда она умоляет взять ее. Только Шин мог видеть ее распухшие губы, когда она с причмокиванием выпускала из ротика его член. Только он мог слизывать кровь с ее рук, когда она убивала очередного дегенерата своими тонкими пальчиками. И как Шин долго хохотал, когда понял, что он единственный из всех своих проекций, кто знал секрет Юу – она была профессиональным киллером в другой жизни.       Её умение убивать очаровывало и пугало одновременно. Всегда вооруженная острым ножом, Юу выполняла задания с идеальной точностью, оставляя раны, похожие на срезы хирурга. Её техника была отточена до уровня мастерства, недоступного большинству профессиональных убийц.       Несмотря на это, Юу умела скрывать свою истинную сущность. Внешне она выглядела обыкновенной девушкой: красивой, привлекательной, доброй. Редко кто мог предположить, что за внешней мягкостью прячется опытный убийца, обладающий безграничной жестокостью и способностью убить с первой попытки лишь одним взмахом ножа.       Неожиданно парень чихнул.       - Будь здоров, - сказала девушка и затем хмыкнула. - Видимо, там вон вспоминают, - и качнула головой в сторону, где должны были собраться Тосва и Поднебесье для разборок.       Его братья готовились на смерть вцепиться в глотки друг друга, а Шин сидел здесь, спокойно курил и даже не собирался ввязываться в конфликт. Ему все равно - он мертв три года.       Изана стал угрозой его наследию, угрозой для Майки, а этого Шин не мог стерпеть. О, нет, он не стал бы убивать парня. Юу сделала бы это для него…       - О, кажется начинается! – воскликнула девушка, выбросив фантик от конфеты, который до этого вертела в руках.       С неба пошел снег. В ушной рации послышался голос Ваки:       - Мы на подходе.       - Хорошо, - ответил Шин. – Включаем постоянное транслирование.       Сказав это, парень нажал кнопку на устройстве и надел шлем, полностью скрыв лицо. Юу последовала его примеру.       - Это пиздецки неудобно, - послышалось в рации ворчание девушки.       - А ты как хотела? – хмыкнул Сано. – Зато мы будем слышать друг друга.       - Да да, - устало вздохнула брюнетка.       Сев за руль байка, парень завел мотор. Девушка устроилась позади, прижавшись как можно теснее. Оставалось пара мгновений до того момента, как они вступят в игру.

***

      И вот оно. Два пацана на байке. Кисаки и Ханма. Мотор взревел, шины заскрипели по мокрому асфальту, и они рванули вперед.       - Че за нахуй? – крикнул Кисаки, увидев две фигуры на мотоцикле, закутанные во всё тёмное и в шлемах, скрывавших лица. Очевидно, что те преследовали их.       Ханма крикнул, даже не оборачиваясь:       - Похуй, оторвемся.       Зря он так думал. Шин водил байк, пока эти под стол пешком ходили. И не с ним им тягаться.       Первые хлопья снега полетели в лицо, ограничивая видимость и делая дорогу скользкой. Ветер продувал куртки, заставляя ежиться от холода. Адреналин бил по венам, обостряя каждое ощущение. Байки набирали максимальную скорость, шины визжали, зацепляясь за поверхность асфальта. Металлический рокот моторов отдавался в ушах, ветер хлестал по коже.       - О, Шини, ты посмотри, за нами Кенчик и Такемичи! – раздался радостный вопль по наушнику.       - Если ты не заметила, я за рулем и не могу посмотреть, - ответил парень.       - Ты посмотри, как он вымахал. Еба ему татуха идет и косичка эта. А ты его задницу видел?       - Родная, и где же ты видела его задницу, стесняюсь спросить? – хмыкнул Сано.       - А места знать надо, Шини, - протянула девушка. И парень мог поклясться, показала язык. – Как думаешь, он согласиться на тройничок? Ты входишь в мою задницу, он в киску, ммм…       - И почему именно так? – серьезно, брюнет уже ничему не удивлялся с Юу. – И вообще, тебя не смущает, что я это слышу?       - А я, по-твоему, сама с собой беседы веду? - засмеялась девушка. – В том и прикол, Шини, что ты это слышишь.       Тут сквозь шипение рации раздался голос Вакасы:       - А вас не смущает, что Я это слышу?       - Мм, нет! – радостно ответила Юу. – Как там дела у вас, кстати? – спросила девушка, убирая игривость из голоса и настроившись на деловой лад.       - Нормально. Всех разогнали. Нехуй этим малолеткам жизнь себе гадить. Тело Изаны скинули в реку, как и договаривались. Менты приехали. Ходят, вынюхивают, но не думаю, что свяжут с нами. А если и так, то доказательств нет, - ответил Вака.       - Хорошо, - односложно произнес Шин.       - Ладно, бывайте. Отключаюсь, - сказал Ивамура и замолчал.       Они гнали так еще какое-то время. Пока впереди не показалась железная дорога.       - А мы успеем? – с сомнением протянула девушка, смотря на приближающийся поезд. Кисаки со своим прихвостнем еще могли пролететь, но вот они…       - Ты сомневаешься во мне? – спросил Шин.       И Юу ответила быстрее, чем дослушала вопрос:       - Никогда.

***

      Как девушка и предсказывала: Кисаки и Ханма успели проскочить прямо перед поездом, только вот не совсем удачно. Байк заскользил на только что выпавшем снеге и они упали. Но продолжать убегать не торопились, думая, что оторвались. Вот только это была очередная ошибка.       Набрав максимальную скорость, Шин и Юу подпрыгнул, перелетев между вагонами и оставив позади остановившихся Дракена и Такемичи. Кровь шумела в ушах от адреналина. Но оно того стоило. Кисаки и Ханма, не ожидая такого сумасшествия, не успели вскочить на байк и дать по газам. Мышеловка захлопнулась. Шин перекрыл пути отступления и спрыгнул с мотоцикла, направляясь к гопникам. Юу, не отставая, скинула шлем и пошла за ним.       - Вы кто вообще? – крикнул Кисаки, отступая. В его планы это не входило. Совершенно.       - Мы? – воскликнула девушка, будто действительно удивившись, и хлопнула в ладоши. – Я Юу, а это Шин.       Будто парням это что-то могло сказать.       - Ханма, разберись, - отдал приказ Тэтта и ринулся в бегство, надеясь затеряться среди узких переулков.       Юу же ничего не нужно было и говорить. Она помчалась за ним, крикнув лишь:       - Я скоро!              Шин проводил любимую взглядом и развернулся к своему противнику.       - Я бы на твоем месте шел за ней, - с ухмылкой произнес парень, будто чувствуя себя уже победителем.       Сано хмыкнул и снял шлем, повесив на байк. Засунув руки в карманы, он пошел в сторону Ханмы, остановившись в нескольких метрах от него.       - И почему же я должен идти за ней? – спросил Шин, уже предполагая ответ.       - Ты же ее ебырь, а у Кисаки есть пушка. Намек улавливаешь? – издеваясь, протянул Шунджи. – Ты не победишь. Меня называют Жнецом, а тебя я вижу в первый раз. Хотя… ебло знакомое.       - Может уже хорош пиздеть и начнем? А то так до нового пришествия простоим, - спросил Шин, уже устав от диалога. У него было минут пятнадцать пока шли маневровые работы поезда. И парень бы очень не хотел, чтобы Такемичи и Дракен были рядом во время разборок.       В эту же секунду его противник бросился в бой, взмахнув кулаком. Сано не стал даже уклоняться. Жесткая подошва впечаталась в лицо Ханмы быстрее, чем тот смог достать до брюнета. Шуджи упал. Вся его левая часть лица моментально онемела, из носа потекла кровь.       - Че за нахуй?! – воскликнул он, сплюнув кровь поднявшись.       - Что такое? – поинтересовался спокойно Шин.       - Это прием Майки, откуда ты…       Шиничиро не стал его дослушивать. Резким ударом ноги он отправил парня в полёт, и тот врезался спиной в стену, рухнув на пол. Из носа и рта шла кровь, смешиваясь с грязью на асфальте.       Парень попытался подняться, но Шин резко пнул его по ребрам, заставив согнуться пополам. Каждое следующее движение сопровождалось глухим звуком удара ботинка по телу, болью и сдавленным стоном. И как Майки мог проиграть этому еблану?       - Кто ты, блять, такой? – хрипло прошипел парень, пытаясь закрыться от ударов, но получая лишь новые.       Шин остановился на секунду, чтобы ответить: - Кто, спрашиваешь? – он выдохнул облачко пара, начинало холодать. – Восставший из мертвых – Шиничиро Сано, старший брат Майки.       Брюнет понял по всё более округляющимся янтарным глазам Ханмы, что тот осознал, о ком идёт речь.       - Это невозможно! – крикнул парень. – Ты должен быть мертв!       - Ты идиот? – спросил Шин и ударил ногой, по рукам, что прикрывали голову. Раздался отвратительный хруст. Противник заорал. – Я же сказал, что оживший мертвец.       Одним сильным движением он нанес сокрушительный удар ногой прямо в лицо парня, отчего тот с размаху впечатался затылком в стену. Послышался еще один хруст, но на этот раз Шин был удовлетворен: кости лицевого отдела черепа прогнулись от его удара, оставив кровавый отпечаток. Лицо жертвы мгновенно залилось кровью, из искореженного носа не переставая хлестала багровая жидкость, обильно стекая по губам и подбородку, капая на одежду. Парень потерял сознание, рухнув на пол, где остался лежать недвижимым, без признаков жизни. Дело было сделано       Шин достал сигарету, прикурил и глубоко затянулся. Пора было искать Юу.

***

      Тэтта Кисаки стремительно бежал по подворотням, петляя между серыми стенами домов, будто мышь, спасающаяся от кота. Сердце гулко бухало в груди, ноги от усталости дрожали, но инстинкт самосохранения не давал остановиться. Пот градом стекал по лицу, легкие сжигал недостаток кислорода, каждый вдох давался с мучительными усилиями.       Как так? Почему план провалился? Сперва этот чертов Такемичи, потом эта странная парочка.       Он остановился в одной из подворотней. Преследователей не было слышно. Стоило перевести дыхание. Шанс еще быть. Начать все заново. И тогда Хината точно…       — Бах, — услышал он возле уха женский голос и почувствовал боль в спине, будто его проткнули насквозь. Мир качнулся, он рухнул на землю, хватая ртом воздух. Умрет… умрет… умрет…       Сквозь мутную пелену боли он увидел над собой девушку — ту самую Юу. Она стояла, слегка наклонившись, и смотрела на него с мягкой улыбкой. Но в её взгляде не было теплоты — напротив, в глубине разноцветных глаз плескалась опасная глубина, словно он заглянул в бездну. И она ему ответила...       У неё не было оружия в руках, но это и не требовалось. Достаточно было одного лёгкого прикосновения пальца, направляющего жажду убийства, чтобы парень почувствовал первобытный ужас.       — Странный ты, — тихо произнесла она. — Прятаться в тенях от убийцы — занятно, но неэффективно.       - Че? – прохрипел парень, сумев подняться на дрожащих ногах. Ему нужно было бежать.       Девушка улыбнулась, заложив руки за спину и наклонив голову в бок. Будто ждала чего-то. Похуй! Это совершенно не важно сейчас!       - Пошла нахуй от меня! – крикнул Кисаки, направив на брюнетку пистолет.       - О, ты, наконец, достал его! – радостно воскликнула она. – Знаешь, а тебя заказали. Хочешь знать, сколько?       - Что? – переспросил парень, морщась от боли.       Девушка весело расхохоталась:       - Один охуенный секс с Шиничиро Сано! Гордись!       Шиничиро Сано? Брат Майки? Но он мертв! Ебанутая! Эта баба просто ебнутая!       - Пошла нахуй! Сделай хоть еще шаг и я убью тебя!       — Убьёшь? — голос девушки приобрёл оттенок потустороннего спокойствия. — Ну что ж, попробуй.       Тэтта нажал на курок, но ничего не произошло. Даже звука не было. Он посмотрел вниз и увидел на асфальте свои отсечённые кисти рук. Затем последовала адская боль. Закричав, он рухнул на землю, корчась и хватая ртом воздух. «Нет-нет-нет!» — твердил он про себя. «Это сон. Дурной сон.»       Юу смотрела на корчащееся тело парня, держа в руке окровавленный нож. Всё было слишком просто. Такого примитивного и жалкого результата она никак не ожидала от человека, который смог испоганить столько жизней. Ничтожество...       Наклонившись, она взяла Кисаки за волосы и резко потянула его голову вверх, заглядывая в остеклевшие глаза.       - Знаешь, в чем ты просчитался? – спросила она пустым голосом. – Ты превознес Майки, думал, что он сильнейший. Но это было совсем не так. Вы все просто глупцы… А теперь ты — лишь пыль под ногами. Никто не вспомнит о тебе, кроме как об очередном трупе.

***

      Она вышла к нему, держа в руках нож, который был в крови, как и её руки. Также несколько красных пятен украшали лицо.       — О, ты закончил? — спокойно спросила девушка, пряча оружие.       Парень смотрел на неё, зачарованный обликом. Красивая, с румянцем на щеках, окровавленными пальцами и глазами, сверкавшими нездоровым, потусторонним блеском. Юу притягивала взор, как магическая ебаная чёрная дыра.       Соскочив с мотоцикла, он в несколько шагов подошел, прижав к стене. Их губы встретились в страстном поцелуе, полные желания. Языки переплетались и играли, касаясь друг друга снаружи. Во рту скапливалась слюна, вытекая, формировала тонкую нить, которая медленно тянулась между их лицами, прежде чем оборваться и капнуть на подбородок. Губы распухли и начали саднить от укусов, но им это нравилось. Страсть бурлила, подстёгивая желание ещё сильнее. Оторвавшись, Шин слизнул капли крови на щеке девушки, заставив Юу застонать. Глаза застелила пелена похоти. Губы парня растянулись в игривой усмешке.       Юу в ответ улыбнулась, прикусив нижнюю губу. Она провела ногтями по его шее, оставляя розовую полоску раздражения, что лишь возбудило его ещё сильнее.       - Поехали? – шепнул парень       - Да-а, - простонала девушка, будто парень предлагал не уехать с места преступления, а потрахаться.       Но что им мешает заняться этим после?       По ночным улицам города с ревом гнал мотоцикл, увозя двоих.

***

      Кисаки очнулся в больнице. Без рук, без языка. Эта девчонка продумала все. Он смотрит на замотанные в бинты культяшки, торчащие из рукавов больничной рубахи. Теперь он калека. Просто ебаный калека.       «Срез ровный», - говорили врачи.       «Работал профессионал», - говорили они.       "Нечеловеческая сила", - поебать.       Кисаки было похуй. Абсолютно. Он был пуст, безжизненен, ничтожен… Он стал бояться всего, каждого шороха. А особенно тени. О, он ждал что ОНА придет и закончит свое дело. Каждую ночь он просыпался от ужаса, крича. Он отталкивал врачей, не имея возможности объяснить, что там, во тьме, на него смотрят глаза: серый и карий. Но, кажется, медицинские работники просто думают, что он сошел с ума.       Его снова накачали успокоительным, когда он увидел ЕЕ.       - Привет, - протянуло чудовище с женским лицом. – Как поживаешь?       Кисаки оцепенел. Перед ним на кровати сидела Юу. Белое платье на бретельках подчёркивало её молочную кожу, розовый румянец на щеках придавал ей нежность, а пухлые алые губы и разноцветные глаза, светившиеся мягкостью, притягивали взгляд.       - Ах, да, прости, ты же не можешь говорить, - нежно сказала девушка, погладив его по голове. – Ну, что ж, пойдем.       Юу потянула его за замотанную в бинты культяпку. И Кисаки почему-то пошел. Почему? Почему-почему-почему… За что?!       Девушка подвела его к открытому окну. Пятый этаж. Она положила руку на его спину, поглаживая.       - Ты знаешь, Такемичи стал левой рукой Майки, - прошептала девушка, не глядя на него.       Тэтта дернулся от боли. Не от физической, к ней он давно привык, от душевной. Как этот недоносок...       - Никто не вспоминает о тебе. Майки все еще номер один. А Хина… Она говорит, что ты самый ничтожный человек, что она знает.       Хватит-хватит-хватит! Из глаз потекли слезы. Не правда! Это ложь!       Кисаки хотел оттолкнуть девушку, уйти, сделать хоть что-то. Но она отступила сама и посмотрела с жалостью.       - Мне жаль, - тихо сказал она и развернулась, направляясь к двери. И лишь на мгновение остановилась, - Такемичи сделал ей предложение, Хина согласилась.       Хлопнула дверь. Девушка ушла. Кисаки остался один. Он смотрел на небо. Это был рассвет. Красиво. Когда он в последний раз смотрел на рассвет?       Шаг. И пропасть.

***

      Юу стояла за дверью палаты, когда услышала стук тела об асфальт. Подняв уголки губ в намеке на улыбку, она пошла на улицу. Людей так легко сломать.       Выйдя из больницы, девушка увидела на земле тело, под которым собиралась лужа крови. Рядом бегали врачи. Стояли зеваки. Сегодня с пятого этажа сиганул молодой парень. Какая трагедия. Какая жалость. Как его будет не хватать. Юу удовлетворенно улыбнулась.       Выйдя за ворота губы брюнетки растянулись в еще более широкой улыбке. Там, оперевшись на байк, стоял черноволосый парень, куря сигарету. Его темные глаза были устремлены на Юу. И, наконец, она видела свое отражение в них.