Сердце вожака

Спустя год       — Может, Луна ошиблась?       — Что за мысли, Чимин-а? — Чонгук округлил глаза и в шоке посмотрел на друга. — Вы же не отходите друг от друга, вашей любви все завидуют в стае, а вожак смотрит на тебя, как на самое дорогое в его жизни. Что ты такое говоришь?       — Как тогда объяснить то, что я до сих пор не беременный? — Чимин поднял влажные глаза и тихо всхлипнул. — Я ведь обожаю детей, Гук-и, но я устал. Мне так хочется нашего с Юнги щеночка, но у нас не выходит.       — Прошёл всего год, это не такой и большой срок.       Чонгук вздохнул — этот разговор повторялся на протяжении последних семи месяцев. Юнги с Чимином съехались сразу после свадьбы и ходили настолько счастливые, что могли бы освещать стаю вместо солнца. Но буквально через месяц омега прибежал к нему и стал жаловаться на то, что до сих пор не беременный. Чонгук повздыхал, но друга успокоил, и вот с тех пор, стоило ему узнать, что у того началась течка, как он матерился и лез в погреб за вином, дабы подготовиться к приходу Чимина.       — А у тебя нет случайно вяленого мяса?       — Есть, — с подозрением посмотрев на омегу, Чонгук достал мясо и поставил перед ним, — но ты ведь не ел его никогда.       — Да что-то захотелось, нервное, видимо, — тот запихнул кусок мяса в рот и блаженно простонал. — А варенья нет? Помнишь, ты тогда малиновое мне давал?       — А ты уверен, что ты не беременный? — поставив банку на стол, Чонгук с отвращением смотрел на то, как Чимин поливал мясо сладостью и удовлетворённо урчал, пока жевал эту смесь.       — Уверен, у меня буквально на днях течка закончилась, ты же знаешь.       — Да, но…       Договорить ему не дала неожиданно распахнувшаяся дверь и двое альф, которые вошли в дом, о чём-то переговариваясь между собой. Принюхавшись, они резко замолчали и посмотрели на омег. И если Тэхён смотрел с привычной нежностью во взгляде, то во взгляде Юнги плескалось непонимание.       — Сердце моё, мне кажется, или ты ешь вяленое мясо?       — Ага, и заедает его вареньем, — подойдя к своему мужу, Чонгук прижался к широкой груди.       — Да отстаньте вы от меня! — нахмурившись, Чимин переводил взгляд с парочки на вожака и обратно. — Мне просто захотелось!       — Ну всё-всё, не злись, — поцеловав его в пухлую щёчку, Юнги прокашлялся и выразительно посмотрел на Тэхёна. — Ты или я?       — Ты, у твоего мужа рука явно легче.       — Ладно, — вожак усмехнулся. — В общем, две недели назад мне доложили, что на нашей границе что-то разнюхивают волки из соседней стаи. Я отправил к ним несколько альф, но они так и не вернулись, — он напрягся. — А сегодня мне вновь сказали о том, что они продолжают изучать нашу границу, вот только уже со стороны озера. Мы с Тэхёном и ещё парой альф завтра пойдём к ним, это нельзя так оставлять.       — Нет, — прозвучало два голоса одновременно.       — Вы с ума сошли? Отправьте кого-нибудь, самим-то зачем идти? — Чонгук негодовал.       — А если с вами что-то случится? — подхватил Чимин. — Юнги-я, ты вожак! Ты не можешь оставить стаю!       — Это ненадолго, — присев рядом, альфа взял маленькую ладошку в свою, — а пока всеми делами стаи займётся Намджун.       — Настолько ненадолго, что ты себе заместителя назначил?! — Чонгук выгнул бровь. — Тэхён, если ты пойдёшь — домой можешь не возвращаться, я всё сказал!       Громко хлопнув дверью, омега вышел из дома, оставляя после себя отдающий кислым феромон.       — А я говорил, — Ким покачал головой. — Пойду за ним.       — Вожак, я против! — ох, Юнги знал, что муж называл его так лишь тогда, когда был чем-то сильно недоволен. — Альфы так и не вернулись оттуда, а вы не придумали ничего умнее, чем пойти самим?! Нет и ещё раз нет!       — Сердечко моё, — опустившись на колени, он уложил голову на колени омеги, руками обвивая тонкую талию, — маленький мой, я должен вернуть их домой.       — А если, — Чимин резко выдохнул, — некого возвращать? Что тогда?       — Месть.       — Ох, Юнги, — украдкой вытерев увлажнившиеся глаза, он вплёл пальцы в густые волосы, — ты всё равно пойдёшь, да?       — Да, прости меня, — поймав маленькую ладошку, альфа прижался к ней губами. — Обещаю, я вернусь к тебе, чтобы ни произошло. Только жди меня, хорошо?       — Столько лет ждал, — Чимин горько усмехнулся, — куда уж я денусь.       — Я безумно люблю тебя, ты моё сердце, — поднявшись, Юнги втянул омегу в поцелуй, чувствуя солёную влагу на любимых губах. — Не лей слёзы, со мной всё будет в порядке.       — Я буду молить Луну об этом, — устроившись в родных объятиях, он уже начинал понимать, что грядёт тяжёлый период для них.

• ────── ✾ ────── •

      Прошёл месяц, как альфы оставили их, уйдя ранним утром в лес. С тех пор они не выходили на связь, а вся стая старалась вести обычную жизнь. Намджун справлялся с возложенными на него обязанностями, но Сокджин, его омега, рассказал Чимину, что каждую ночь он уходил на границу в надежде встретить альф, ведь для него они были близкими друзьями, из-за чего переживания съедали его.       Чонгук старался держаться хотя бы ради друга, ведь Чимин практически не вылезал из постели, что до сих пор хранила в себе отголосок запаха его альфы. Он даже порывался увезти его в город, но омега категорически отказался, сказав, что обещал дождаться Юнги. Ким старался проводить с ним как можно больше времени и поддерживать, но стоило ему вернуться домой, как феромоны мужа окутывали, заставляя самого выть от тоски по любимому.       Чимин отвратительно себя чувствовал последнее время и списывал всё на отсутствие альфы рядом, пока не свалился в обморок прямо во время урока. Когда он очнулся, то рядом были Чонгук и лекарь, который ярко улыбался, хоть и брови его хмурились.       — Что со мной случилось?       — Мин-и, ты беременный, — омега держал ладошку друга в своей, изучая его реакцию.       — Чего? — Чимин хлопал глазами, пока вторая рука инстинктивно оказалась на животе. — Как это беременный? У меня месяц ничего не было! Я не изменял Юнги!       — Тихо-тихо, — подойдя ближе, Сокджин ласково улыбнулся, — у тебя срок чуть больше месяца, успокойся.       — А почему тогда я узнал об этом только сейчас?       — Ну, ты мог прийти ко мне раньше, — тот покачал головой. — Плохое самочувствие уже не первый день, так?       — Да, но я думал, что это из-за Юнги, — опустив глаза, омега всхлипнул, сжав руку Чонгука сильнее. — А как я без него, хён?       — Это проблема, — тяжело вздохнув, Сокджин задумался. — Твой организм в норме по всем показателям, и беременность проходит хорошо, вот только твоё состояние мне не нравится. Щенку не хватает присутствия отца, как и твоей омеге — альфы. Поэтому ты и чувствуешь себя так.       — И что делать? — Чонгук смотрел на друга, что словно сжался на кушетке, тихо роняя слёзы.       — Вы их не чувствуете?       — Чувствуем, но чем нам это поможет? — он с непониманием взглянул на лекаря. — Мы же не можем их позвать.       — Ну, вообще-то, можете.       — Как? — словно очнувшись, Чимин резко сел и уставился на омег.       — Сегодня полнолуние. Идите к ночи в лес и сосредоточьтесь. Отпустите все свои мысли. В вашем сознании должен быть лишь ваш альфа, — вздохнув, Сокджин улыбнулся, — а затем вам нужно позвать его. Не голосом. Заставьте омегу внутри говорить, пусть она обратится к волку вашего альфы.       — Они услышат? — внутри Чонгука загорелась надежда.       — Услышат. Вы истинные, всё должно получиться, а теперь идите по домам и отдохните. Общение с внутренним волком всегда отнимает много сил, а у вас их и так практически нет, — он покачал головой. — Оба исхудали, смотреть страшно. Тебе так вообще есть за двоих надо! Я этих альф тряпкой отлуплю, когда они вернутся! И не посмотрю, что Юнги вожак!       — В очередь, хён, — Чонгук усмехнулся и, поднявшись, помог Чимину встать. — Мы пойдём. Спасибо тебе за помощь.       — Да не за что, только прошу, оденьтесь теплее, а то застудите всё себе!       — Конечно.       Обнявшись на прощание, омеги вышли из дома Кимов. Дойдя с Чонгуком до их с альфой дома, Чимин отправил того к себе, сразу поднимаясь в спальню и падая на кровать. Уткнувшись в подушку Юнги, он разревелся. Ему безумно хотелось в объятия мужа, чтобы тот его пожалел и погладил, как умеет делать лишь он. Беременность — эта мысль пульсировала в его голове, принося одновременно радость и страх. Омега боялся, что вожак не вернётся. Что не увидит их долгожданного ребёнка.       Он не заметил, как уснул. Открыв глаза, Чимин понял, что уже поздний вечер, а он так и не подготовился к походу в лес. Поэтому, вскочив с кровати, омега полез в шкаф, ища самую тёплую шубку, которую альфа подарил ему прошлой зимой. Юнги любил, когда его муж был в тепле и уюте, сытый и довольный, поэтому делал всё для этого.       Вздохнув, Чимин вытер вновь увлажнившиеся глаза и тут же услышал стук в дверь. Сбежав по лестнице, он открыл дверь и увидел Чонгука, что стоял с воодушевлённым лицом:       — Готов?       — Да, — накинув меха, Чимин вышел за дверь, обращая свой взгляд к луне. — Думаешь, получится?       — Очень на это надеюсь, — Гук грустно улыбнулся. — Мне слишком тяжело без него. Не представляю, каково тебе.       — Я думал сегодня, а что, если они не вернутся? Что, если Юнги так и не увидит нашего щенка?       — Ох, Мин-и, — остановившись, Чонгук взял омегу за руки, — не думай о таком. Мы ведь их чувствуем, значит, они живы и с ними всё в порядке. Если хён сказал, что мы сможем их позвать — значит, у нас получится.       — Ты прав, — Чимин выдавил улыбку, — я что-то совсем расклеился без него. Идём, пока совсем темно не стало.       Зайдя в лес, омеги устроились на поляне, в небольшом отдалении друг от друга. Усевшись, Чимин поднял лицо к луне и закрыл глаза, представляя Юнги. Высокий мужчина с широкими плечами. Длинные волосы опускались на плечи, а чёрные глаза смотрели с нежностью и любовью. Он вздохнул, стараясь не отвлекаться на грустные мысли, и обратился к внутренней омеге с просьбой позвать их любимого волка. Воспроизводил в голове картинки, как они бегали в обличии зверей по поляне, играясь с хвостами друг друга. Как альфа заботился о них в течку. Как прекрасно обволакивал и успокаивал родным запахом.       Неожиданно раздался тихий звук в его голове, будто кто-то внутри скулил. Стоило ему распахнуть глаза, как к нему пришло осознание: «омега». Волк тихонько выл, моля свою пару вернуться к нему, и Чимин уже хотел обратно погрузиться в воспоминания, как вдруг ему стало тепло. Приятный огонь словно разливался по венам, согревая печальное сердце. И в этот момент он знал: Юнги услышал его.       Развернувшись, Чимин увидел Чонгука, что стоял с блаженным лицом, ярко улыбаясь.       — Тепло?       — Ага, — подойдя ближе, он взял Чимина за руку, — словно сердце согрели.       — Они нас услышали, — счастливо улыбнувшись, омега потянул друга в сторону домов. — Пойдём, а то замёрзнем здесь, и никакое тепло не спасёт от гнева Сокджина.       — Как думаешь, скоро они вернутся?       — От нас до соседней стаи два дня в обличии волков, так что, думаю, в течение недели они будут здесь.       — Ох, я сначала его поцелую, а потом отлуплю! — Чонгук воинственно нахмурился.       — Да ты повиснешь на нём на ближайшие дни, я тебя не знаю, что ли? — Чимин рассмеялся.       — Это не помешает мне его отлупить, — закатив глаза, омега улыбнулся. — Иди домой и хорошенько отдохни, договорились?       — И ты, Гук-и, а то тоже ведь извёлся, я ведь вижу.       Заключив друга в тёплые объятия, Чимин отстранился и зашёл в дом, сразу скидывая с себя шубу. Добравшись до спальни, он надел рубашку альфы и, поплотнее завернувшись в неё, утонул в мягкости их кровати, надеясь, что скоро его муж будет рядом.       Разбудил его крик с улицы. Еле разлепив опухшие глаза, омега сел на постели и нахмурился: «Что могло произойти за одну ночь?» Поднявшись, Чимин подошёл к окну и увидел множество оборотней, что суетились на улице: омеги накрывали большой стол, пока альфы таскали стулья на площадь, а дети бегали у них под ногами, радостно смеясь.       — Праздник, что ли, какой-то?       Спустившись вниз, он наспех накинул тёплые тапки, шубу и выбежал из дома. На пути к площади омега встретил Чонгука, что бежал к нему в таком же виде.       — Гук-и, что произошло?       — Они возвращаются, — тот запыхался, волосы развевались на холодном ветру, а щёки покраснели. — Чимин-а, возвращаются!       Схватившись за руки, они побежали на площадь, слыша громкие возгласы с приветствиями. Добежав до толпы, омеги резко остановились — им не пройти. Все будто с ума посходили от радости. Переглянувшись, друзья пытались придумать, как им пробраться, ведь их могли просто не заметить и случайно причинить вред. Мысль о беременности просияла в голове красным цветом, и Чимин совершенно поник: ему точно нельзя лезть туда.       Но неожиданно раздался громкий рык, пуская мурашки по его телу и вынуждая резко вскинуть голову. Толпа перед ним разошлась, открывая путь к вожаку, что продолжал рычать, заставляя стаю пригибать головы и отходить. «Живой», — первое, что пронеслось в его голове, а затем Чимин сорвался с места, краем глаза замечая Чонгука, что бежал наравне с ним.       Врезавшись в сильное тело, он тут же обмяк в родных руках, прижимаясь к шее мужа и рыдая в голос. Альфа прижимал его к себе, окутывая своим феромоном и выцеловывая нежную кожу. Заставив себя оторваться, Чимин посмотрел в любимые глаза и прижался к холодным губам, отпуская от себя все переживания и страхи. Его альфа живой и он рядом, это главное.       — Сердце моё, прости меня, — Юнги оставлял поцелуи по всему лицу омеги, — я задержался. Умоляю, прости.       — Я больше не отпущу тебя, слышишь? Поеду с тобой куда угодно, но не отпущу, — он всхлипывал, грозно стуча маленьким кулачком по широкой груди.       — Договорились, — наклонившись, альфа прижался носом к метке и вдруг замер, недоумённо смотря на Чимина. — Сердечко?..       — Я беременный. У нас будет ребёнок, милый.       — Когда ты узнал? — феромоны сгустились, заставляя всех вокруг начать отступать.       — Пару дней назад, ему уже больше месяца, — Чимин счастливо улыбнулся, видя растерянность в чёрных глазах. — У меня течка была, после которой я сидел и объедался мясом с вареньем, помнишь?       — Помню.       — Ну вот, тогда я уже был беременный.       — То есть я бросил своего омегу в таком положении? — уголки его губ опустились вниз, а брови нахмурились. — Я должен вымаливать твоё прощение, любовь моя.       — Тц, — положив ладони на холодные щёки, Чимин заглянул вожаку в уставшие глаза, — когда ты спал в последний раз?       — Позавчера, — Юнги широко зевнул, вновь сжимая мягкого омегу в своих руках, — как только мы с Тэ почувствовали ваш зов — помчались домой. Бежали без остановки, вот и вымотались немного.       — Тогда слушай меня внимательно: я не обижаюсь на тебя и ничего вымаливать тебе не нужно. Давай сейчас просто пойдём домой и устроимся в нашей кровати, м?       — Мгм.       Подняв Чимина на руки, альфа недовольно фыркнул от внешнего вида мужа и, прижав его ближе, отправился в сторону их дома.

• ────── ✾ ────── •

      Ворвавшись в спальню, Тэхён уложил Чонгука на кровать, тут же накрывая любимое тело собой. Он выцеловывал медовую шею, порыкивая из-за отсутствия собственного запаха на ней. Руками альфа сжимал всё, до чего мог добраться, раздевая омегу и скидывая одежду с себя. Прижавшись к искусанным губам, он ворвался в податливый рот языком, вылизывая изнутри.       — Я так скучал по тебе.       Чонгук шептал признания словно в бреду. Руки его мужа были везде. Он сжимал бёдра, играл с сосками, оглаживал бока и впалый живот. Из широкой груди вырывалось рычание, а удлинившиеся клыки аккуратно прикусывали кожу.       — Ты сильно похудел, — опустившись ниже, Тэхён облизывал гладкий лобок. — Прости меня, я очень виноват перед тобой.       Поднявшись, альфа закинул длинные ноги на свою талию и, придерживая член у основания, медленно вошёл во влажное колечко мышц, шипя от узости. Тэхён хотел дать омеге время привыкнуть, но Чонгук притянул его к себе и надавил пятками на ягодицы, вынуждая начать двигаться.       Громкие шлепки сливались со стонами и рычанием, заполняя небольшую комнату. Альфа двигал бёдрами без устали, любуясь своим мужем. Ведь посмотреть было на что: глаза прикрыты, покрасневшие губы распахнуты в удовольствии, а мокрая грудь вздымалась, пока капли пота на ней блестели в лучах солнца. Чонгук был великолепен.       Почувствовав тепло внизу живота, Тэхён сжал тонкую талию ладонями и перешёл на быстрые короткие толчки. Наклонившись, он прижался к любимым губам, впитывая стоны омеги. Крупная головка проезжалась по набухшей простате, и стоило альфе притронуться к его члену, как Чонгук выгнулся в спине и кончил, расцарапывая широкие плечи и притягивая мужа к себе.       Рыкнув от силы, с которой сжимались ребристые стенки, он толкнулся и замер, изливаясь в омегу и запечатывая покрасневшую дырочку узлом.       — Ты посадил меня на узел?       — Я давно хочу щенков, — Тэхён поменял их местами, укладывая Чонгука на себя. — Почему бы нам не попробовать, м?       — Чтобы ты снова вот так свалил, а я остался один? — тот недовольно фыркнул. — Нет уж, спасибо.       — Я клянусь тебе, что больше никуда от тебя не уйду.       — Точно-точно? — Чонгук сощурился, стараясь не дать довольной улыбке расползтись по лицу.       — Точно-точно, — прижавшись к опухшим губам, альфа целовал мужа со всей нежностью, даря молчаливое обещание: никогда его не покидать. — Я люблю тебя, мой хороший.       — И я тебя люблю, наглый альфа.

• ────── ✾ ────── •

Спустя год       Чимин сидел у крыльца дома, покачивая на руках маленького альфочку. Их с вожаком сын рос прекрасным ребёнком, чему они оба не могли нарадоваться. Внешностью он пошёл в папочку, зато характером в отца, чему, признаться честно, омега был безумно рад. Ведь Соён был спокойным щенком: крепко спал, практически не капризничал и хорошо развивался.       Улыбнувшись, он посмотрел вдаль, ожидая прихода мужа. Юнги старался проводить с ними как можно больше времени, часть обязанностей распределив между Тэхёном и Намджуном. Альфа не страшился заботы о ребёнке, помогая Чимину во всём, но постоянно ворча, что ещё одни роды не переживёт и им стоит остановиться на одном щенке.       Омега тихонько рассмеялся, вспомнив, как вожак рвал горло, рыча на всю округу, пока он корчился от боли. Несколько альф держали его, не пуская в палату к Чимину. Но ведь Юнги не просто так считался вожаком. Стоило измученному голосу мужа позвать его, как он взревел и, оттолкнув всех, кинулся к нему, опадая на колени возле кушетки. Так и держал его потную ладошку в своей, распространяя успокаивающий феромон и целуя влажный лоб.       Правда, после Чимин боялся, что муж охладеет к нему, но спустя пару месяцев, когда Сокджин разрешил, Юнги любил его всю ночь, доказывая и показывая, что нет никого прекрасней для него в этом мире.       Воспоминания прервал громкий крик:       — Чимин! Спасай! — Тэхён ворвался во двор и спрятался за омегу, схватив его за плечи. — У тебя ребёнок, он не тронет!       — Что?       — Я убью тебя! — следом за Тэхёном во двор ворвался его муж, держа в руках кухонное полотенце. — Я отрежу твои яйца, клянусь те… — не договорив, он согнулся пополам, хватаясь за живот.       — Чонгук! — альфа кинулся к нему, подхватил на руки и посадил возле Чимина на скамейку, опускаясь рядом. — Что такое?       — Грёбаный токсикоз! Всё из-за тебя!       — А ну цыц, — омега строго посмотрел на парочку, — у меня вообще-то ребёнок на руках спит.       — Прости, — шёпотом в один голос.       — Что у вас опять? — он закатил глаза, с улыбкой поправляя тонкое одеяльце. — Ну?       — Недоволен, что беременный от меня, — Тэхён поник, — а я бы и рад забрать себе все его недомогания, но как? Я и так стараюсь, исполняю все желания и нахожусь постоянно рядом, помогая во всём.       — Ох, милый, — встрепенувшись, Чонгук развернул мужа к себе, — прости. Это гормоны играют с моим настроением. Я ведь люблю тебя и очень рад носить нашего ребёнка, — он всхлипнул. — Ты только не уходи от меня-я-я-я…       — О, Луна, помоги мне, — подняв глаза к небу, Чимин усмехнулся: эти концерты видела вся стая стабильно раз в две недели, и все лишь надеялись, что скоро Чонгук успокоится.       — Опять? — подойдя к мужу, Юнги забрал сына из его рук и, наклонившись, прижался к любимым пухлым губам в поцелуе. — Что на этот раз? — он перевёл взгляд на Тэхёна, что прижимал омегу к себе, пока тот рыдал ему в плечо, чуть ли не сидя на коленях альфы.       — Токсикоз. Как же я рад, что Соён-и спит так же крепко, как ты, — Чимин рассмеялся и повернулся к друзьям. — Пойдёмте ужинать, хватит реветь.       — А мяско вяленое есть? — Чонгук смотрел на него влажными от слёз глазами.       — Есть, и варенье тоже есть, идём уже.