Парные Знаки

Спустя год вернувшись с обучения и не чуть не поменявшись Вэй Сянь продолжила жить своей обычной жизнью: есть суп Шицзе, избегать вместе с шиди наказания тёти Цзян и тренироваться со своими шисюнами. Сегодня Вэй Сянь и её боевые братья, включая Цзян Чэна стреляли по воздушным змеям и она как всегда вышла победителем в этом небольшом соревновании. Из далека можно было заметить наблюдающую за ними Шицзе вместе с Цзинь Чжу и Инь Чжу. Вэй Ин и Цзян Чэн не заметили то как к ним подошла Мадам Цзян: — А-Чэн, Вэй Сянь. — позвала она их и все тут же обернулись. — Матушка? — вопросительно спросил Цзян Ваньинь, его мама на публике была крайне строгой, но сейчас она выглядела удивительно мягкой что вызывало вопросы не только у Цзян Чэна но и Вэй Сянь. Мадам Цзян позвала их за собой на завтрак в главном зале. Через пару минут мадам Цзян прояснила обстоятельства: — Орден Цишань Вэнь разослал другим орденам письмо с приглашением на обучение в Цишане до состязания лучников. В письме упоминалось, что желающие посетить обучение могут уже начать собираться так как обучение начнется после завтра. — после того как Юй Цзыюань закончила Вэй Сянь и Цзян Чэн переглянулись. Орден Цишань Вэнь ранее славившийся жестоким нравом в последние пару лет всеми силами пытается вернуть и улучшить свою ранее испортившуюся репутацию. Никому за пределами ордена не было известно, что взбрело в мозги Вэнь Жоханя в этот раз, однако это не изменяет того факта что Цишань от имени главы вернул все забранные ими угодья для ночных охот, сменил образ правления, а малые ордена находившиеся под их насильственной властью крайне незаметно для всех вышли из под неё без каких либо последствий. Орден Вэнь уже больше пяти лет тихо и мирно возвращает себе репутацию праведного ордена, строго карая тех адептов Вэнь кто пытается это испортить. Орден Цзян был ордену Вэнь таким же соседом как и Гусу Лань, но у них не было правил на сплетни как в Гусу, так что различные истории и слухи по поводу изменений ордена Вэнь в Юньмэне ходили как куртизанка по богатым мужьям. Юй Цзыюань и Цзян Фэнмянь из этих слухов больше придерживались лишь к двум доводам: первое — это то что в главу Вэнь вселился какой-то праведный дух, и второе более логичное и как считают супруги, более правдивое. Это то, что предначертанный главы Вэнь уже давно родился на свет и достигла или достиг возраста бракосочетания, ибо все главы орденов и приближённые к ним знают, что существование предначертанного поддерживает ментальное состояние партнёра на духовном уровне. А глава Вэнь после второго неудачного брака и смерти супруги впал в духовное забвение, а если его предначертанный на тот момент ещё даже не родился, то очевидно и поддерживать его ментальное состояние было некому. Чета Цзян в серьёз надеялась, что если уж предначертанный или предначертанная Вэнь Жоханя уже есть на этом свете и если он его или её всё же найдет то все беды с головой Верховного Заклинателя потихоньку исчезнут. Чета Цзян не знает какой у Вэнь Жоханя знак судьбы ибо тот его постоянно прячет либо за прической, либо за заклятьем. Им не захотелось задаваться вопросом почему, ибо ответ был очевиден, только вот кто в здравом уме решит подделать метку судьбы наплевав на собственного предначертанного было не ясно, но и такие психи всегда найдутся... Вэй Сянь с интересом обдумывала приглашение Ордена Цишань Вэнь и доев последние очищенное шицзе семя лотоса та посмотрев на Цзян Фэнмяня сказала: — Дядя Цзян я хочу поехать! — её голос звучал как всегда радостно однако не смотря на это глава Цзян нахмурился: — А-Ин ты уверена? Я могу понять твой интерес однако это же Цишань... — Отец я тоже хочу посмотреть какое там обучение! — подхватив радостный настрой своей Шицзе сказал Цзян Чэн. Цзян Яньли лишь тихо ухмыльнулась, а Юй Цзыюань покачала головой. В результате Цзян Фэнмянь проиграл этот спор. К следующему дню глава Цзян нашёл ещё восемнадцать желающих посетить обучение. Сама Вэй Сянь больше интересовалась как будет это разнится с обучением в Гусу, Цзян Яньли переживая что еда в Цишане может не чем не отличаться от травы Гусу Лань ибо они соседи, поэтому запихала в пазуху каждого очень много всего съестного и все двадцать подростков ели уволокшив съестную ношу направились в Цишань.