Древний закон

                    — Кампай!       Юкимура Хинако пригубила сок, наслаждаясь свежим вкусом фруктов. Остальные девушки пили сакэ.       — Ну что ж, вот и закончился ещё один рабочий день. — Ино потянулась, выгибая спину. — У кого какие планы?       — Завтра возвращается Саске, так что мы проведём время вместе.       Хинако буквально видела, как в глазах Сакуры зажглись сердечки.       — А как же его семья? — спросила она. — Он у них появится или сразу к тебе?       — Все в порядке, — отмахнулась Сакура. — Он отдохнет в родительском доме, а вечер все равно проведет со мной. Я подожду.       — Оо, — проворковала Ино, подаваясь вперед. — Останется ли он на ночь? Наша малышка Сакура совсем взрослая.       — Заткнись Ино-свинина! Нечего лезть в чужую постель. Сама – то с Саем по ночам явно не светлячков ловишь.       Наблюдая за переругиваниями подруг – соперниц Хинако не могла не спросить.       — А как семья Саске-кун относится к вашим отношениям?       — А? О чем ты?       — Ну так сейчас кланы стараются поднять рождаемость. Вроде каждый шиноби, достигший возраста деторождения должен вступить в брак.       — А, ты об этом, — Сакура поболтала бутылочкой с сакэ, разливая остатки. — На самом деле Фугаку–сан намекал на брак и думаю, что Саске тоже скоро заведет об этом речь. В прошлый раз я делала вид, что ничего не поняла. Но не думаю, что удалось кого-то обмануть.       — Я бы тоже на это не рассчитывала, — фыркнула Ино. — Тебе просто дали небольшую отсрочку. Клан Учиха потерял 15 бойцов в этой войне, а это немало. Теперь нужно восстанавливать численность.       — Ты не хочешь выходить замуж?       Хинако училась в одном классе с Саске и Сакурой и помнила, как последняя сохла по мальчику. С возрастом это не сильно изменилось, только Сакура стала чуть более сдержанной в чувствах. Прежняя Сакура ни за что не оттягивала бы момент свадьбы и всеми руками и ногами вцепилась в такое «счастье». Сама Юкимура Саске счастьем не считала, но у всех свои вкусы. Нельзя отрицать, что тот объективно красив. Впрочем, как и все Учиха, что ей доводилось видеть. Будто специально выведенная порода людей, Учиха имели благородную внешность, которой не мог похвастаться даже клан Хьюга. Среди гражданских даже ходила байка, что у них в прародителях был настоящий карасу-тэнгу, отсюда и черный цвет волос и глаз.       — Хочу. Только не уверена, что хочу иметь дело с последствиями, — расплывчато ответила Харуно, залпом выпивая о-тёку.       — Сакура имеет ввиду, если она выйдет замуж за Саске, придется соблюдать определенные клановые традиции. Например, родить ребеночка поскорее. А для этого нужно уйти с работы или как минимум сократить смены. Клан Учиха – патриархальный. Редко кто позволяет женщинам работать, особенно после замужества.       — Именно, — стукнула кулаком по столу Харуно. — Я многого добилась! Работала день и ночь, а тут нужно все бросить. Как я могу? Цунадэ – сама нуждается во мне. У меня куча исследований! Как я все это брошу?       — Да ладно, мы все знаем, что в конечном счете ты откажешься от этого. Все ради Саске–кууун…       Ино слегка насмешливо протянула имя. Сакура сверкнула взглядом.       — А сама – то! Разве тебе не нужно родить ребенка, как главе клана? Может уже пора подумать об этом?       — А ты не лезь мне в штаны. Захочу и сделаю Саю предложение. Вот хоть завтра!       — Ха! Хотела бы я на это посмотреть!       Хинако улыбнулась, допивая свой сок.       — А ты! – Набросилась на Юкимуру слегка охмелевшая Сакура. — Не думай, что в безопасности!       – А я тут при чем? Меня в это не втягивайте.       — Закон о повышении рождаемости коснется всех так или иначе. Тебе тоже нужно будет внести свой вклад.       — Ээ, нет, — отмахнулась Хинако. — В первую очередь это касается клановых. Вот кому дети нужны. Передача генов, способностей, фирменных бзиков и все такое. Мне передавать нечего, я почти гражданская. Кому я нужна там?       — Ну не скажи, — неожиданно поддержала Сакуру Ино. – Чакра – то у тебя есть и запас вполне приличный. Этого достаточно, чтобы тобой заинтересовались, как потенциальным партнером. Иногда клановые ищут невесту на стороне.       — Именно! Я слышала от Цунадэ – шишоу, что у клановых сейчас все желания насчет партнеров одобряются старейшинами. Нет отказов. Женитесь на ком хотите, главное, чтобы были дети. А не женитесь сами – заставим. Особенно это касается сильнейших шиноби. Вот уж у кого нет выбора. А! Только поняла, что Какаши – сэнсэю тоже предстоит свадьба!       Как ни странно, но Хинако не разу не доводилось встречаться с сэнсэем команды номер семь. Не ее уровень. После академии она сразу стала медиком, а поскольку была средненьким, ей не доверяли лечить серьезные травмы на грани жизни и смерти. А шиноби уровня Хатаке Какаши только такие и получали.       И слава Ками! Она вполне довольна своими менее сложными пациентами, без сильных заскоков. Вообще, чем выше ранг у шиноби и чем дольше он провел на поле боя, тем больше разных странностей у них появляется.       Чувствуя, что разговор сворачивает в ту тему, на которую ей не хотелось говорить, Хинако решила закругляться.       — Ладно, подружки. Вы веселитесь, а я домой, пока вы меня не выдали замуж. Удачи с Саске, а у меня завтра смена на пол дня, так что я спать.       — Всегда ты так, — пробурчала Сакура. — Убегаешь одной из первых.       — Ладно, иди, — махнула рукой Ино. — Эту пьянь я до дома доведу. Только имей ввиду, что я серьезно. Как бы тебе не хотелось думать, что пронесет, а риск есть всегда.       Хинако только отмахнулась, выходя из бара и идя по слабо освещенной улице. Это было не то, о чем ей хотелось думать. Повысить количество бойцов за счет детей идея неплохая. Если начать сейчас, то через двенадцать лет будет большой прирост населения. Этот закон был ожидаем, после всех потерь на войне. Технически, Хинако понимала, что если ей прикажут родить ребенка, она не может ослушаться приказа. Коноха – военная деревня, здесь соблюдается иерархия. Плюс своя система в кланах. Потенциально она могла попасть под риск. Только процент был очень слабенький.       Она была средненьким медиком, без особых способностей в бою, почти гражданской. Почти не имела знакомых из клана и ей не доводилось вертеться в кругах высокопоставленных шиноби. Кто из них вообще знал о ее существовании. Родителей или связей нет. Она явно не будет чьим – то первым или вторым выбором.       Не то, чтобы ей этого хотелось.       Юкимура открыла дверь в свою квартирку, находящуюся в небольшом жилом комплексе. Квартира была выдана ей Конохой и каждый месяц полагалось платить арендную плату. И это было лучшее, что можно позволить себе на зарплату второсортного ирьенина.       Хинако довольно вздохнула, продевая ноги в мягкие тапочки.       Бросив сумку у двери, она прошла через небольшую гостиную на кухню, включая свет. Несмотря на тесноту пространства здесь было достаточно уютно и Юкимура не на что бы не променяла свою квартиру. Ее жизнь была проста и налажена, несмотря на небольшое одиночество. И ее это вполне устраивало.       Помыв руки, Юкимура решила сначала приготовить ужин, а затем по – быстрому принять душ. Раскатав готовое тесто, она нарезала его елочкой и сложив на него томат, сыр и кусочки ветчины, замотала и отправила в духовку. Вздохнув, потянулась, наслаждаясь прохладным ветерком из открытого окна и услышала шум с подоконника. Вздрогнув от неожиданности, потянулась за кунаем, но облегченно выдохнула, увидев, что это всего лишь ворон, севший на подоконник.       — Ну и напугал ты меня, дружок, — пробормотала девушка. — Как ты здесь оказался?       Ворон молча смотрел на нее черными глазами бусинками.       — Ладно, ладно. Не смотри так. — Она вздохнула, потирая лоб. Затем улыбнулась. — Знаешь, что… Вот, держи.       Хинако взяла со стола кусочек ветчины, который не поместился в ее импровизированный рулет и протянула ворону.       — Не знаю, едят ли птицы мясо, но вот… Только не клюнь меня.       Аккуратно положив мясо на подоконник, она отступила. Ворон все время пристально наблюдал за ней. Затем подцепил ветчину клювом и проглотил.       — О, так ты ешь это, — девушка улыбнулась. — Подожди секунду.       Достав из холодильника еще ветчины, она разрезала ту на маленькие кусочки и положила на блюдце.       — Еды у меня не так много, но этим могу поделиться.       Снова поставив подношение на подоконник, она улыбаясь, наблюдала за тем, как птица ест.       — Слышала, что вороны умные птицы. Видимо, это действительно так. Ты еще и красавчик. — Хинако почувствовала воодушевление. — Могу я погладить тебя.       Медленно, боясь, что птицы клюнет, она погладила головку ворона указательным пальцем. Тот спокойно наблюдал за ней, закрыв глаза на время поглаживания.       Хинако рассмеялась.       — Ты действительно очень милый. Прилетай как-нибудь еще, угощу тебя чем-нибудь вкусненьким. Жаль, что вы не едите сладкое. Это то, что я больше всего люблю готовить. Это самое вкусное, что есть в мире. Или едите?       Юкимура задумчиво нахмурилась, постукивая пальцем по подбородку.       — Нужно узнать об этом.       Ворон каркнул.       — Ах, больше у меня нет ничего. Но, если подождешь немного, рулет будет готов и я дам тебе ветчины оттуда. Не буду закрывать окно, я в душ.       А затем пробормотала себе под нос.       — Насколько странно, что я отчитываюсь перед вороном.       Взяв за края майки, она потянула ее вверх, но обернувшись, замерла. Птица, все еще сидела на подоконнике, наблюдая за ней.       — Ладно, это странно. Хоть ты и птица, но я не буду перед тобой раздеваться, — пробурчала она, одергивая майку и направляясь в ванную.       Оказавшись под теплыми струями воды, она, наконец почувствовала облегчение, будто вода смывала весь стресс за день.       Быстро ополоснувшись и чувствуя, как ее клонит в сон, Хинако надела трусики и майку, доходящую ей до середины бедра. Она специально покупала ее в мужском отделе, потому что спать так было гораздо удобнее. Одеваясь, она услышала трель духовки– значит еда готова.       Первое, что она заметила войдя в кухню - гостиную, это ворон, спокойно восседающий на подоконнике. Птица чистила перья, но с приходом девушки, оторвалась от этого занятия и перевела на ту черные глазки -бусинки.       Хинако почему – то почувствовала себя некомфортно в едва прикрывающей бедра майке. Закатив глаза от собственной стеснительности, она достала из духовки горячий рулет и повернулась к гостю.       — Видимо, ты с ночевкой, Карасу–тян. Устраивайся удобнее, но на многое не рассчитывай. А пока здесь, побудешь моим собеседником.        Хинако выложила на блюдце ветчину и отставила в сторонку.       — Еще пару минут и дам тебе. А потом кушать и спать.       Она подошла к окну и выглянула наружу, позволяя ночному ветерку себя обдувать. Ворон настороженно отошел на пару шагов. Юкимура улыбнулась ему.       — Не бойся, я не стану причинять тебе вред.       Ночная Коноха была тихой и мирной. Хинако действительно любила эти мгновения, когда деревня засыпала. Сидеть на подоконнике с чашечкой чая и смотреть на ночные тени, когда весь мир казался далеким. И желательно, чтобы ее не прерывали срочные вызовы в госпиталь.       В голове всплыл недавний разговор.       — Ха. В такое время радуешься, что ничем не примечательна. Ино и Сакура только шум наводить и горазды. Клановые все немного с приветом, но уж невест выбирать будут явно из благородных. Таким, как я не о чем волноваться, верно?       Ворон лишь склонил голову на бок.       — Ну и ладно. На, ешь.       Хинако потянулась и зевнула, прикрыв рот рукой. Длинные волосы защекотали поясницу под задравшейся майкой.       Наскоро съев кусочек пирога, она запила его стаканом воды и бросила посуду в раковину.       — Так, я спать, а ты, — указательный палец вытянулся в сторону ворона. — Либо лети по своим делам, либо не мешай мне.       Упав на кровать, она застонала, разбрасывая конечности. Затем свернувший в тугой калачик и заведя будильник, провалилась в сон.