m&h (milk and honey)

минхо становился полнее во время своих течек. это не было связано с тем, что он много ел или что-то вроде того. скорее наоборот, у него совсем не было на это времени, когда его тело было охвачено жаром и возбуждением. просто его гормональный фон постоянно сбивался, из-за чего он не мог принимать даже подавители без того, чтобы набрать потом лишних пару килограммов. это смущало. возможно. очень сильно смущало. каждый раз, когда ладони джисона скользили по его бокам, мяли плюшевые бедра и мягкий животик, минхо хотелось заплакать и заскулить от смущения и стыда. он ненавидел свой организм за это, даже если после течек, проходивших раз в несколько месяцев, все приходило в норму. его вес становился нормальным. сначала он думал, что это будет чем-то, что отпугнет джисона. в самом начале их отношений. но в итоге вышло так, что джисон был просто без ума от его тела, хотя он любил его в любом состоянии. просто нежный запах тёплого молока, исходивший от минхо каждый раз, его мягкость и податливость в эти периоды делали его еще более уязвимым в глазах джисона. и он был так влюблен в это. однако то, что джисону нравилось его тело, не заставляло его перестать стесняться его. несмотря на ощущение жара на коже, минхо надевал на себя безразмерные толстовки джисона, чтобы немного прикрыть свой живот, прикрывался одеялом и делал все, чтобы стать маленьким и незаметным. но выходило плохо: джисон всё же знал его достаточно хорошо, чтобы каждый раз находить слабые места минхо и заставлять его ощущать себя достаточно комфортно рядом с собой. минхо крепко сжал зубы и почти задержал дыхание, пытаясь втиснуться в свои любимые джинсы, которые ещё совсем недавно идеально подходили ему по размеру. он был так раздражён прямо сейчас. его течка должна была вот-вот начаться, так что на весах уже прибавилось несколько лишних килограммов, а джисон начал лапать его живот чаще. минхо стоял прямо перед зеркалом, зацепив зубами край футболки. он неотрывно смотрел на собственное отражение: округлившийся животик, объемные бока и полные бёдра, которые никак не умещались в джинсы. он отчаянно-устало застонал и опустился на заваленную вещами джисона кровать прямо за собой. это было просто невыносимо. прибавить ко всему этому скачущее из крайности в крайность настроение, и минхо можно считать одним большим оголившимся нервом. маленькой бомбой, которую уже поставили на обратный отсчёт. сегодня у них с джисоном была спланирована встреча с их друзьями, но минхо, если честно, совсем не хотелось никуда идти. всем, о чём он думал, была тёплая постель, горячий чай и обнимающий его поперек живота джисон. — детка, ты готов? — хан открыл дверь, входя в спальню. вслед за ним вбежал ббама, весело виляя хвостом. минхо мягко улыбнулся, а потом вспомнил, что он, вообще-то, прямо сейчас сидит на кровати и держит в зубах край своей футболки. взглянул на джисона и чуть не заскулил, потому что тот, как обычно, был без какого-либо верха. — я не хочу никуда идти, — застонал он. встретился глазами с пристальным взглядом джисона и фыркнул. — видишь, да? я похож на пудинг. джисон вскинул бровь. — мне нравится пудинг, — он пожал плечами и приблизился к минхо, который сразу же обхватил край толстовки, оборонительно оттягивая его вниз. — что такое? — я знаю, что ты собираешься делать. — и что же я собираюсь делать? — трогать меня. джисон замер, а затем тяжело застонал, вскидывая голову. — серьёзно? почему ты говоришь так, будто это — плохо? — джисон трет щеки руками. минхо что-то тихо фыркает, но у джисона не получается расслышать. — что? — потому что я выгляжу противно, — шипит минхо, неловко поджимая губы и вновь переводя свой взгляд на отражение. джисон замирает. даже запах минхо, обычно такой приятно легкий, тяжелеет. хан делает один глубокий вдох, позволяя аромату молока наполнить его легкие, а затем приближается к минхо. — но это ведь совсем не так, — мягко произносит он после недолгой паузы. — ты выглядишь хорошо. мило. и еще мягко. и мне действительно нравится это. — дело не в том, что это не нравится тебе, — качает головой минхо, когда джисон присаживается на колени прямо перед ним. — а в том, что я чувствую себя очень... очень неловким и неуклюжим, а ещё тяжёлым, когда я такой. я даже джинсы надеть не могу, — он опускает взгляд к своим плотно обтянутым тканью бёдрам. — видишь, да? это выглядит ужасно. джисон смотрит туда, куда направлен взгляд минхо, и облизывает губы. о нет, это не ужасно. его детка не может выглядеть ужасно, когда её полные бедра так сексуально обхвачены тесными джинсами. это выглядит хорошо. для джисона уж точно. он мягко накрывает его колени ладонями, медленно выводя круги на них большими пальцами. минхо смущенно дергается, но не уходит от прикосновений даже когда по комнате начинает растекаться нежный запах мёда. очень тёплый и родной. буквально согревающий. минхо безумно любил их сочетание. молоко и мёд. минхо и джисон. что-то очень правильное и подходящее друг другу. он был готов позволить джисону часами тереться, вылизывать и кусать его шею, смешивая их запахи, чтобы носить на себе сочетание мёда и молока как можно дольше. по той же причине он часто смешивал их вещи на полках. и он не был уверен, знает ли об этом джисон, но каждый раз сходил с ума, когда брал с полки хана собственное худи, насквозь пропитанное их смешавшимся запахом. — детка, — пальцы джисона осторожно поднимаются выше по бедру, сразу спускаясь обратно вниз. — ты ведь знаешь, что это всего лишь пару недель раз в несколько месяцев. только во время течек, когда твое тело просто не может не меняться. оно готовится быть оплодотворенным и оно готовится понести щенков, — он нежно сжимает его колено и заводит пальцы прямо за него, поглаживая чувствительную кожу. — это индивидуальные изменения, которые присутствуют у всех. у кого-то это тяга к сладкому, у тебя — твоя очаровательная полнота, в которой нет совершенно ничего плохого. минхо тяжело выдыхает и немного ерзает на месте, со всех сторон охваченный густым запахом мёда. запахом джисона. его самого родного человека. возможно, это немного неловко. слышать от джисона о щенках и... прочих вещах напрямую. это смущало.  минхо слегка прикусывает губу. — кроме того, — продолжает джисон, скользя крупными ладонями вверх по его бедрам. его взгляд заметно темнеет. — это действительно очень горячо, знаешь? когда ты набираешь вес, твои бёдра и задница... — он шумно выдыхает, словно отгоняя мысль, и наконец поднимает глаза на минхо. — ты очарователен, детка. и твое тело выглядит великолепно для меня, сколько бы килограммов ты ни набрал. минхо дёргается, когда его животик сводит приятным спазмом от слов джисона. он плотно сжимает коленки и вспыхивает, потому что его бельё мгновенно пропитывается порцией сладкой, тошнотворно сладкой смазки. он издает жалкое пищание, стоит его глазам — совершенно случайно — встретиться с потемневшим взглядом джисона.  — прекрати, — шипит минхо. — мы опоздаем, если ты продолжишь это... — продолжу что? — спрашивает джисон, облизывая губы. реакция минхо была просто очаровательна. минхо ничего не отвечает, лишь поджимая губки. джисон выжидающе смотрит на него всего несколько секунд, а затем вздыхает, поднимаясь с колен. минхо почти успевает расслабиться и подумать, что сейчас джисон скажет ему собираться, но этого не происходит. он только вновь нависает над ним, глядя на минхо сверху вниз.  горячая ладонь ложится на розовую от смущения щёку, и джисон наклоняется, чтобы крепко поцеловать минхо в губы. ли вздрагивает, хватаясь за его предплечья, но на поцелуй отвечает. нежно и мягко, совсем не поспевая за настойчивым темпом джисона. очень покорно. он сводит бёдра, ощущая, как внизу его живота расплывается приятное тепло. слегка сжимает зубки на чужой нижней губе, намекая джисону притормозить, но тот в ответ только замедляется, подставляясь под небольшой укус. минхо недовольно мычит, шлёпая ладонью по обнажённой груди. джисон смеётся прямо в поцелуй и отстраняется.  минхо облизывается, стирая языком с губ чужую слюну. его щёки и кончики ушей отчаянно пылают, а взгляд плывет.  всего лишь от одного поцелуя. — всё ещё нет? — джисон ведёт большим пальцем по горячей коже, скользя глазами по очаровательному личику минхо напротив. — ты такой милый. и очень податливый. минхо глупо утыкается порозовевшим кончиком носа в горячую ладонь на его щеке.  — я не хочу никуда идти, — бубнит он, ластясь к нежному прикосновению. — но это будет неправильно. нас ждут. — ты пахнешь так, словно у тебя вот-вот наступит течка, — он нежно уводит ладонь, чтобы провести по мягким волосам минхо и слегка их зачесать. — и выглядишь соответствующе. куда ты хочешь, чтобы мы пошли, пока ты в таком состоянии? минхо неуверенно прикусывает губу и безвольно льнет к прикосновению. ему хочется остаться дома. с джисоном. изначально хотелось. они могли бы включить фильм и обниматься всю ночь напролет, разговаривать друг с другом или просто вместе заснуть. минхо хочется любой близости с ханом. сегодня и прямо сейчас.  — предупреди чан-хёна, — он поднимает поплывший взгляд на джисона и, господи, если бы джисон мог, он бы спустил прямо в штаны в ту же секунду.

...

джисон всегда получал какое-то особенно извращённое удовольствие от того, что минхо был абсолютно несамостоятельным и беспомощным под ним. он обожал раздевать его, когда руки минхо тряслись настолько сильно, что не могли подцепить край его собственной футболки, или когда он был настолько возбуждён, что даже не думал о том, чтобы стянуть с себя одежду. это было просто очаровательно. киска минхо была розовой и мокрой, трусики — пропитаны влагой насквозь, хоть выжимай. джисон проводит языком прямо по ткани, ощущая неуловимый привкус молока. прикрывает глаза от удовольствия, обхватывает пальцами резинку, чтобы спустить их с чужой шикарной задницы и уткнуться носом между полных ягодиц. минхо всхлипывает. джисон отлично знает, как довести своего мальчика до слез и потерянного скулежа. он знает, как с ним обращаться лучше всего, чтобы доставить ему удовольствие. за этот год он успел выучить многое о минхо, его теле и предпочтениях, которые идеально сходились с тем, чего от него хотел джисон. из горла хана вырывается тихий рык, когда минхо осторожно виляет ягодицами. ли покорно замирает на месте, выгибая спинку и только больше открываясь для своего альфы. ему хочется быть хорошим. послушным. на кровати уже было обустроено его маленькое гнездо, которое минхо сделал всего пару дней назад и которое никто не планировал убирать до самого окончания его течки. подушки, тёплые пледы, пара собственных толстовок минхо и множество вещей джисона — всё это было свалено в аккуратную кучу на кровати так, чтобы для хана и минхо тоже осталось место. джисон находил это очень милым — потребность минхо быть в полной безопасности рядом со своим альфой. его потребность заранее готовить место, где его должны оплодотворить и взять. где джисон должен сделать это. джисон грубо обхватывает его ягодицы, скользя языком от задницы к самой киске, чтобы слизать обильно текущую смазку с неё и подрагивающих бёдер. у него кружится голова от чертовски сладкого запаха минхо, щёки краснеют, а член стремительно наливается кровью. он так блядски сильно хочет его взять. минхо хнычет, наслаждаясь ощущениями языка его альфы на своей киске. между его бёдер уже был беспорядок из слюны и сладкой смазки, которую хан не успевал слизывать. мокрые звуки унизительно резали слух. минхо стонал и выгибался, извиваясь на чужом языке. внизу живота неприятно потянуло, и он недовольно заскулил. джисон последний раз скользнул языком между пухлых половых губ, отнимая собственное лицо от задницы минхо, чтобы наконец взглянуть на него. — малышка? — хрипло зовёт джисон. минхо утыкается носиком в одну из многочисленных подушек и вновь скулит. — живот... — приглушенно мяучет он. — мне больно... джисон понимающе кивает, и минхо вздрагивает, стоит крупной ладони накрыть его мягкий животик. хан нежно целует его в спину, а затем мягко, но в то же время с нажимом гладит под пупком. по спине минхо бежит дрожь, киска сжимается от удовольствия. джисон нежно улыбается и вновь припадает к половым губам, прикрывая глаза. его рука остаётся массировать пухлый живот, который то и дело подрагивает, стоит джисону прикоснуться к чувствительному клитору. минхо приятно. очень. он подается навстречу прикосновениям и крепче прижимается к губам джисона. его стоны совсем тихие, но высокие, чем-то напоминают кошачье мяуканье. джисона ведёт. он активнее двигает языком, заставляя минхо выгибаться в спинке и вздрагивать. с его губ срывается тихое и полное недовольства рычание, когда ли случайно дергает ногой. мешает. хан резко обхватывает его лодыжку, прикрывая глаза и крепче вжимаясь лицом между его ягодиц. минхо всхлипывает и пытается отстраниться, когда чувствует, что джисон обнажает зубы прямо напротив его промежности, и взвизгивает, потому что альфа в ту же секунду притягивает его обратно. — джисон-и, — жалобно тянет минхо, но в следующую же секунду захлебывается стоном, потому что хан резко шлёпает его по пышной ягодице и оттягивает её в сторону, широко проводя языком от киски выше — прямо к заднице минхо. минхо зажмуривает глаза, когда джисон настойчиво вылизывает его между ягодиц, а затем отстраняется, тяжело дыша. его взгляд стеклянный и затуманенный от запаха минхо, на языке всё ещё чувствуется вкус его смазки. такой сладкий. состояние минхо не лучше. всё его тело дрожит, животик приятно тянет, взгляд расфокусирован и смотрит в пустоту. ему хочется большего. — пожалуйста, — минхо приглушенно скулит в подушку. — пожалуйста, дай мне свой член. мне нужен твой член, альфа. джисон тяжело вздыхает и вытирает испачканные губы. ему открывается отличный вид на шикарную задницу омеги и его текущую промежность. он пошло оттягивает его ягодицу, а затем отпускает её, оставляя на нежной коже грубый шлепок. минхо выгибается сильнее, вздергивая зад повыше. джисон хрипло смеется. — все, что ты хочешь, котенок, — его рука опускается к собственному члену, натянувшему ткань его спортивок. он грубо проводит рукой по всей длине, а затем спускает с себя штаны вместе с бельем до середины бедра, не снимая их полностью. нетерпеливо. ему не хочется отрываться от минхо ни на секунду; не хочется упустить ни одного мгновения, которое он мог бы потратить на то, чтобы доставлять минхо удовольствие или просто любоваться им вот так. его член тяжело покачивается и пульсирует, и хан с силой сжимает толстый ствол в кулаке, сплевывая на головку, чтобы смазать её. в этом не было особой нужды, учитывая, как обильно тек минхо, но ему нравилась мысль о том, что глубоко в киске минхо будет его слюна. джисон делает вдох полной грудью, наполняя легкие запахом его самого любимого мальчика, и крепко прижимает кончик члена к подрагивающей киске. минхо нетерпеливо подается назад, пытаясь насадиться самостоятельно, но джисон крепко обхватывает его за талию, не позволяя сдвинуться. с губ омеги срывается жалобный скулёж. хан крепко впивается пальцами в пухлые бока, с наслаждением сжимая мягкую кожу. толкается внутрь, мысленно сожалея о том, что минхо принимает таблетки и сколько в него ни кончай — беременность им не грозит. к огромному сожалению джисона. он понимал, что морально его мальчик совсем не готов к тому, чтобы у них появились щенки, но финансово у них было для этого все. и джисон был бы прекрасной поддержкой для минхо во время и после беременности. он хотел щенка. хотел видеть круглый животик минхо и осознавать, что он носит их общего ребенка. наверняка во время беременности минхо бы набрал несколько лишних килограммов. его бёдра стали бы намного мягче, чем сейчас, щёки — тоже. в паху джисона приятно тянуло лишь об одной мысли о том, насколько очаровательно плюшевым минхо мог стать. он любил пышные бёдра минхо, любил гладить и сжимать его мягкий животик после того, как он в очередной раз кончит внутрь его киски, любил целовать его розовые щеки и почесывать нежную кожу под подбородком, словно минхо был нуждающимся в ласке котенком. любил всего минхо. без остатка. он хотел провести с ним всю жизнь. никто, кроме минхо, никогда не занимал его мысли так сильно; никого ещё джисон так сильно не любил. всё то искреннее обожание, которое он испытывал к минхо и его телу, готовность боготворить его и поклоняться ему — сводили джисона с ума. минхо до безумия красиво выгибается под ним, подставляя текущую киску под глубокие грубые толчки. джисон наклоняется, чтобы с наслаждением уткнуться носом в его шею и провести по ней языком. огладить самым кончиком горящую на ней метку и вновь впиться зубами в местечко на его загривке, на котором она красуется. заметная. привлекающая внимание. словно неоновая, блять, вывеска, кричащая о том, кому минхо принадлежит. он судорожно втягивает носом сладкий пропитанный возбуждением запах минхо и почти ощущает на своем языке его вкус. горячие стеночки приятно сжимаются вокруг толстого члена, розовая киска минхо позорно хлюпает вокруг твёрдого ствола от количества смазки, которой она буквально сочится. хочется слизать её с мокрой киски и подрагивающих полных бёдер, зарыться носом между его ног и остаться там навечно. джисон растягивает уголки губ в глупой, до смешного влюбленной улыбке. он так сильно любит минхо. влажные от слез кошачьи глаза закатываются, по раскрасневшимся щекам стремительно стекают многочисленные мокрые дорожки, стекая на мягкие подушки. минхо податливо и разнеженно прогибается под джисоном, позволяя ему использовать свою киску как ему захочется. внизу живота сладко тянет от возбуждения и приближающейся разрядки. все его тело полностью обмякает, стоит джисону крепко впиться зубами в его шею. дрожащие коленки скользят по простыням, но альфа быстро подхватывает его под пухлым животиком, отчаянно трахая его киску. хан не желает прерываться ни на секунду. уж точно не тогда, когда минхо так мило всхлипывает от удовольствия под ним. он всегда замирал, полностью отдаваясь в руки джисона, стоило ему вцепиться покрепче зубами в его шею — одна из его крошечных особенностей, которую джисон заметил еще во время их первого раза, когда минхо чересчур много ерзал и метался под ним. ему было неловко и стыдно. джисону хотелось успокоить его и показать, что он ни за что не сделает ему неприятно и не посмеётся над ним. он бы никогда не обидел минхо, как бы уязвим и раним он ни был. он слишком хорошо знал его, чтобы это сделать. ладонь хана ложится на низ его животика, ощущая, как сладко он спазмируется прямо под его ладонью. минхо был близок. джисон хотел довести его. он быстро двигает бёдрами, придерживая его под животом, чтобы минхо не упал, а другой рукой упираясь в постель. вгоняет член до упора маленькой киски, заставляя минхо скулить все громче с каждым новым толчком и жмуриться от безумно приятных ощущений. минхо вздрагивает всем телом, крепче сжимая в подрагивающих пальчиках пропахшую медом подушку, и высоко мяучет, когда наконец достигает оргазма. джисон замирает, прижимая бедра к плюшевым ягодицам и разжимая зубы на его шее, где теперь красуется глубокий след, который наверняка будет сходить несколько недель, если не больше. хан тихо рычит, кончая мгновением позже. горячая сперма разливается внутри сжимающей в себе член дырочки, и альфа еле удерживает себя от того, чтобы продолжить трахать минхо сквозь оргазм. чувствует, как у основания члена начинает набухать толстый узел, растягивая и без того растраханную киску. обычно он редко оставлял ли на своем узле, предпочитая опускаться между чужих ног и сладко вылизывать минхо сразу после того, как он кончит, сжимая набухающее у основания уплотнение в руке, чтобы скорее его снять. минхо был слишком нетерпеливым, чтобы ждать целый час, сидя на узле, пока он наконец спадет. однако во время течек ситуация менялась: джисон не вытаскивал никогда, позволяя себе раз за разом наполнять минхо спермой до тех пор, пока она не начнет вытекать из забитой членом опухшей дырочки. минхо чувствовал себя хорошо и комфортно, засыпая с членом глубоко в своей киске. мысль о том, что он может забеременеть от джисона, по-настоящему успокаивала его во время течек, и до тех пор, пока чужая сперма не окажется внутри, минхо не чувствовал себя удовлетворенным. хан тяжело вздыхает, осторожно поднимая минхо и переворачивая их так, чтобы ли улегся на него сверху. его киска развратно чавкает, когда узел слегка выходит из нее, а минхо недовольно скулит. джисон тепло целует его в мокрый висок и крепче прижимает за талию к себе. — котенок? — совсем тихо зовет джисон, на что минхо откликается разнеженным мычанием и прячет личико глубже в его шее, там, где запах его мужчины особенно силен. — устал? минхо смазанно кивает в ответ. заторможенно, словно не сразу воспринимает его слова. милый. джисон сладко целует его в макушку и прикрывает глаза. его руки оглаживают теплую кожу, нежно успокаивая все еще немного дрожащего минхо, который почти сопит в его плечо. он раскрасневшийся до самых кончиков ушей и такой невероятно мягкий. как только минхо проснется, ему наверняка захочется большего. и джисон даст ему это. наполнит его узлом еще раз, или будет долго вылизывать, согревая его киску у себя на языке; посадит на свое лицо, подставляя свой рот под отчаянные движения бедер минхо, который будет жадно тереться о него, как кошечка в течку, как всегда очаровательный и нуждающийся во внимании и прикосновениях. однако это случится позже, а сейчас и минхо, и джисону, стоит отдохнуть перед тем, как наконец подступит новая волна течки, и минхо станет гораздо более разнеженным и прилипчивым, а хану придется о нем хорошенько позаботиться и доставить минхо как можно больше удовольствия. его самому очаровательному котенку.