Свидание

День в цветочном магазине «Букет господина Бароне» тянулся неспешно. Он был наполнен сладкими ароматами различных растений и тихой музыкой из небольшой колонки. Таллис, стоя вполоборота к прилавку, добавлял в композицию темно-красные, почти бархатные на ощупь розы. Он был полностью погружен в процесс, когда дверь в магазин неожиданно открылась и за спиной послышались знакомые шаги. -Тааалл, у меня гениальная идея! Таллис вздрогнул и обернулся. В двух шагах от него, прислонившись к стеклянной витрине, уже стоял Оникс. Игривый, хитрый огонек делал его уникальные глаза еще ярче. А еще Оникс снова улыбался своей самой обаятельной улыбкой. -Ты кстати, — Таллис улыбнулся в ответ. — Я как раз заканчиваю. -Я всегда кстати, — парировал Оникс, его оценивающий взгляд скользил по лицу Таллиса, пока не остановился на слегка приоткрытых губах. Он подошел к прилавку и облокотился на него, глядя на Таллиса так, будто тот был самым прекрасным явлением в мире. Таллис почувствовал, как под этим взглядом его скулы начали предательски нагреваться. Он потупился, делая вид, что поправляет веточку эвкалипта в букете. И почти прошептал: -Не мешай пока, я еще не закрывал кассу. Оникс лишь протянул руку и мягко отодвинул горшок с драценой, чтобы лучше видеть его лицо. -По правде говоря, я по делу. Серьезному. У меня к тебе исключительно деловое предложение. Тон Оникса с игривого моментально сменился на заговощицкий. Таллис насторожился. Последнее «деловое предложение» Оникса закончилось ночью в его квартире и утренними блинчиками. -Какое еще предложение? — спросил он с подозрением. Оникс сделал паузу для драматического эффекта, его глаза весело искрились. -Сегодня вечером. Парк у набережной. Солнце садится как раз… Около девяти? Никакой работы и никаких клиентов. Только ты, я и… - Оникс приблизил свое лицо к Таллису настолько, что они почти касались друг друга лбами, -…скажем, парочка кусочков пиццы из кафе Хорхе? – он накрыл рукой его ладонь и нежно коснулся губами губ. А потом резко отпрянул, зная, какой эффект это произведет на Таллиса. –Хотя нет, целая пицца. И возможно, немного вина. Что скажешь? Таллис замер. Свидание. Оникс только что официально пригласил его на свидание. Не на очередные посиделки в подсобке, а на настоящую, запланированную встречу. Мысль об этом заставила его сердце биться быстрее. Он поменял несколько роз местами, делая вид, что ищет идеальное место для последнего цветка, лишь бы не встречаться глазами с Ониксом. -Парк? — переспросил он, и его голос прозвучал хрипло с головой выдавая возбуждение, которое он почему-то так отчаянно пытался скрыть. Оникс сдержанно хмыкнул, наблюдая за его внезапной занятостью. -Там где обычно, знаешь, люди гуляют, разговаривают, смеются… Иногда даже держатся за руки и целуются, если, конечно, никто не против, — он сказал это так невинно, что Таллис покраснел еще сильнее. -Я… бросил всю человеческую одежду в стирку. Вроде… — выпалил Таллис, совершенно смущенный, и тут же пожалел, что ляпнул такую глупость вслух. На лице Оникса расцвела самая нежная и торжествующая улыбка. Ему, казалось, доставляло невероятное удовольствие поддразнивать Таллиса. -О, а есть еще не человеческая? Я бы посмотрел, — прошептал он, снова наклоняясь через прилавок к его губам и на этот раз проводя по ним языком. -Надень что угодно - все равно я все это потом с тебя стяну. Таллис фыркнул, все еще пытаясь сохранить подобие невозмутимости. Он хотел ответить, но вместо этого что-то неразборчиво пробурчал себе под нос. Оникс мягко коснулся его подбородка кончиками пальцев и заставил посмотреть на себя. -Так это да? — спросил он тихо, и в его голосе вдруг прозвучала нотка неуверенности. Таллис глубоко вздохнул, словно собираясь с силами, и кивнул, наконец подняв на него взгляд. -Да, — выдохнул он. — Да, я пойду. Потом, опомнившись, добавил, пытаясь казаться серьезным: -Но пиццу бери без ананасов. Это преступление против кулинарии. Оникс расхохотался, глубоко искренний и радостный звук, который, казалось, заставил завибрировать даже лепестки цветов. Он выпрямился и наигранно козырнул. -Есть, сэр! Без ананасов. Тогда я зайду за тобой часов в восемь? Провожу тебя до лучшего места для наблюдения за закатом. Таллис кивнул. Он смотрел, как Оникс, напевая себе под нос, выплывает из магазина, оставляя за собой шлейф хорошего настроения. Дверь закрылась, а Таллис все стоял, прижимая к груди букет и пытаясь справиться с дурацкой счастливой улыбкой, которая никак не хотела сходить с лица. Он чувствовал себя подростком, которого впервые пригласили на свидание. И это было чертовски приятно. *** Восемь часов вечера приближались неумолимо, и с каждой минутой Таллис чувствовал, как по его спине бегают предательские мурашки. Он закрыл магазин на пятнадцать минут раньше, вывесив табличку «Учёт товара», чем вызвал удивлённый взгляд господина Бароне, который зашел забрать выручку и что-то проверить в подсобке. И теперь Таллис метался по своей небольшой квартире, перебирая оставшиеся вещи в шкафу. Всё казалось слишком унылым, слишком вычурным или слишком… обычным. В итоге он остановился на привычном для себя варианте — узких чёрных джинсах и простой чёрной футболке. Сверху набросил удлиненное темное пальто. Его длинные волосы были распущены по плечам, создавая тот самый немного отстранённый образ, который так притягивал и одновременно почему-то отталкивал некоторых людей. Хотя он был все же непередаваемо счастлив, что смог в итоге притянуть одного конкретного. Таллис нервно поправил манжет на руке и его взгляд упал на полупустую бутылку красного вина, оставшуюся с прошлой недели, когда он пытался писать стихи и искал вдохновение на дне стеклянного сосуда. Не думая, он налил себе полбокала и залпом выпил. Волна тепла и внезапной смелости разлилась по телу, немного сгладив острые углы его тревоги. Примерно в начале девятого в дверь постучали. Три чётких, уверенных удара. Сердце Таллиса ёкнуло и он мог поклясться, если бы такое позволяла анатомия, точно прыгнуло бы куда-то в горло. Он сделал глубокий вдох и открыл. На пороге стоял Оникс. Он был одет в тёмно-коричневую кожаную куртку, которая идеально ему подходила. В одной руке он держал тёплую коробку с пиццей, от которой исходил божественный аромат, а другую засунул в карман джинсов. Его взгляд скользнул по фигуре Таллиса, с головы до ног, медленно и оценивающе. Ухмылка не сходила с его лица, но в глазах читался тёплый интерес. -Ну надо же, — протянул он, в его голосе звучал неподдельный восторг. — Ты и впрямь сегодня как… - Оникс подбирал подходящее сравнение, - …ворон. Большой, красивый и совершенно чёрный. Идеальный. Таллис почувствовал, как щеки снова заливает румянец, но на этот раз вино и заразительная уверенность Оникса сделали своё дело. Он не потупил взгляд, а наоборот, слегка склонил голову набок, изображая подобие надменности. -А я всегда считал тебя похожим на кота, — парировал он, цепляясь за его метафору. — Такого довольного и вечно требующего внимания. И смотришь точно так же — как будто знаешь что-то такое, чего не знают остальные. Оникс рассмеялся и казалось его смех разбил всю оставшуюся неловкость вдребезги. -Отлично сказано! Кот и Ворон спешат спасти мир от еще одной пиццы! *** Воздух в парке под вечер был прохладным, а небо на западе полыхало огненной полосой, отражаясь в темной воде реки. Они нашли скамейку в уединенном месте, под раскидистой ивой, длинные ветви которой касались земли, создавая уютный зеленый шатер. Пицца, еще теплая, исчезала кусок за куском. Они ели молча, плечом к плечу, наслаждаясь простотой момента и величественным зрелищем угасающего дня. Бутылка вина, которую Оникс ловко достал из рюкзака, переходила из рук в руки. Таллис отпивал, чувствуя, как по телу разливается приятное тепло, смешиваясь с теплом от плеча Оникса. Он закинул голову на спинку скамейки, наблюдая, как последние лучи солнца пробиваются сквозь листву ивы, отбрасывая на их лица ажурные узоры. Он протянул руку, чтобы взять у Оникса бутылку. Их пальцы снова встретились, и Таллис поднес горлышко к губам. И в этот раз он почувствовал это отчетливо — помимо терпкого вкуса вина на его губах остался тонкий, свежий, цитрусовый оттенок. Он замер с бутылкой в руке, смотря куда-то перед собой. Потом снова отпил, специально прижав губы к тому же месту. Да, он не ошибся. Слабый, но явный вкус лимона и немного корицы. Оникс заметил его задумчивость. - Что-то не так? Вино не очень? -Нет, — тихо ответил Таллис, все еще держа бутылку. Он повернулся, его серо-голубые глаза в сумерках казались бездонными. — Оно… особенное. У него интересное послевкусие. -Какое? — улыбнулся Оникс, не понимая. -Цитрусовое в основном, — сказал Таллис и осторожно коснулся свободной рукой щеки Оникса. — Как будто от бальзама для губ. Твоего бальзама. Оникс замер. Его улыбка медленно сползла с лица, сменилась выражением легкого удивления, а затем — такой нежности, что у Таллиса перехватило дыхание. Он не отводил взгляд, понимая, что только что раскрыл маленькую, интимную тайну. -Ты чувствуешь мой вкус на бутылке? — прошептал Оникс, его голос стал тихим и хриплым. Таллис лишь кивнул, не в силах больше вымолвить ни слова. Оникс медленно, словно боясь спугнуть момент, взял у него из рук бутылку и поставил ее на землю. Он опустил ладонь на его плечо и притянул к себе. -Значит, вот какой я на вкус для тебя, — прошептал он, его разноцветные глаза в бликах заката были похожи на расплавленное стекло. Он приблизился. Их губы наконец встретились в страстном порыве. Таллис закрыл глаза, полностью отдаваясь ощущениям. Да, это был тот самый вкус. Тот самый цитрусовый, свежий оттенок, смешанный теперь со сладостью вина и его собственным вкусом. Это было до головокружения офигенно. Поцелуй не прекращался. Он был долгим, сменившись на медленный, ленивый и глубокий. Они исследовали друг друга, как будто пробуя на вкус впервые. Оникс провел языком по его нижней губе, а Таллис сквозь тихие стоны ответил ему тем же, слегка прикусив. Они отрывались, чтобы перевести дыхание, и снова сливались в поцелуе, уже не обращая внимания на угасший закат, на первые зажженные фонари вдалеке, на остывшую пиццу. Весь мир сузился до пространства между их губами, до общего дыхания и этого цитрусового послевкусия, которое теперь навсегда будет ассоциироваться у Таллиса с запахом осеннего вечера и абсолютного, безоговорочного счастья. И когда они наконец разъединились, чтобы просто прижаться лбами друг к другу, тихо дыша, Оникс прошептал: -Не уверен насчет своего, но твой вкус лучше любого вина. Таллис в ответ лишь беззвучно кивнул, понимая, что лучшего свидания в его жизни еще не было.