Холодная Королева в Мире Демонов: Путь Алисии

Возвращение в мир людей после измерения фамильяров было похоже на выход из яркого, хаотичного сна в тихую, привычную реальность. Воздух в доме Танака пах жареным тофу и рисом — Сакура готовила ужин. Встретили их тепло, как всегда. Кэнджи что-то рассказывал за столом, жестикулируя, Сакура улыбалась, подкладывая Асии дополнительную порцию. Всё было нормально. Слишком нормально после того безумия, что творилось там. Юки механически клевала носом над тарелкой, её мысли были далеко. Перед глазами, словно навязчивый кадр из фильма, стояла та самая сцена: полуобнажённые тела Риас, Акано, Конеко и Асии, их смущённые и испуганные лица, бархатистая кожа, подсвеченная странным светом того измерения… Она сглотнула, чувствуя, как по щекам разливается жар. Её пальцы непроизвольно сжали палочки для еды так, что костяшки побелели. — Юки? Ты в порядке? — обеспокоенно спросила Сакура. — Ты вся красная. Не заболела? — Нет, мама, всё хорошо, — поспешно ответила она, отводя взгляд. — Просто… устала. Пойду, пожалуй, приму душ. Она поднялась из-за стола под внимательным взглядом Асии и скрылась на втором этаже. Ей нужно было остыть. В прямом и переносном смысле. Она должна была защищать Асию, быть её опорой, а не пялиться на неё в такие моменты и тем более не краснеть при воспоминаниях! Почему эти пошлые мысли лезут в голову? Она же королева, ей не пристало вести себя как юнцу, впервые увидевшему обнажённую натуру! Дойдя до своей комнаты, она сбросила с себя испачканную землёй и травой одежду и, завернувшись в банное полотенце, направилась в ванную. Она так увлеклась своими мыслями, что даже не постучалась, просто отодвинула раздвижную дверь. И застыла на пороге. Пар стелился по комнате, наполненной ароматом цветочной пены. И прямо перед ней, под струями воды, стояла Асия. Совершенно голая. Капли воды стекали по её хрупким плечам, по нежной коже спины, искрясь на свету. Её светлые волосы, намокшие, темнее обычного, прилипли к щекам и шее. Юки онемела. Её мозг отказался обрабатывать информацию. Она просто стояла и смотрела, чувствуя, как кровь снова приливает к лицу, заливая его густым румянцем. Асия, услышав скрип двери, обернулась. Увидев Юки, она сначала вздрогнула от неожиданности, но затем её лицо озарила смущённая, но радостная улыбка. — Юки-сан! — воскликнула она, и её голос прозвучал немного виновато. — Вы тоже решили помыться? Юки, наконец, пришла в себя и резко отвернулась, уставившись в стену. —Извини! Я… я не знала, что ты здесь! Я сейчас уйду! Она уже сделала шаг назад, но Асия робко протянула руку и схватила её за запястье. Её пальцы были тёплыми и влажными. — Подождите, Юки-сан! Не уходите! — её щёки порозовели. — В Японии ведь… это в порядке вещей, правда? Мыться вместе? Я читала, что так друзья становятся ближе… Юки стояла, напряжённая как струна, не в силах пошевелиться. Её сердце колотилось где-то в горле. «НЕТ! Это НЕ в порядке вещей! Особенно когда твой друг выглядит так… так…» — её мысли путались, а по телу разливалось странное, смущающее тепло. — Я… я подожду, — с трудом выдавила она, аккуратно высвобождая свою руку. Её голос звучал хрипло. — Ты сначала. Она выскочила из ванной, захлопнув за собой дверь, и прислонилась к стене в коридоре, тяжело дыша. «Что со мной происходит? Это просто Асия! Наивная, добрая Асия, которую я должна оберегать! Почему я веду себя как какой-то извращенец?» Она так и не приняла душ, в итоге просто умылась ледяной водой в раковине и, бормоча что-то насчёт уроков, заперлась у себя в комнате. Она сидела на кровати, обхватив голову руками, и пыталась вбить себе в голову простые, неопровержимые истины: «Асия — друг. Её нужно защищать. Никаких посторонних мыслей». Но чем больше она пыталась не думать, тем ярче всплывали образы: сначала из измерения, а теперь и только что увиденные… Искрящаяся кожа, доверчивый взгляд, капли воды… Её мучительные размышления прервало лёгкое колебание воздуха в центре комнаты. Пространство исказилось, и из формирующегося магического круга возникла Риас Гремори. Она стояла в своей школьной форме, но её вид был не таким, как обычно. Её рыжие волосы были слегка растрёпаны, а в малиновых глазах горел странный, решительный огонь. Она смотрела прямо на Юки, и в её взгляде не было ни намёка на привычную игривость или снисхождение. — Риас? — насторожилась Юки, поднимаясь с кровати. — Что-то не так? Что случилось? Риас не ответила сразу. Она сделала шаг вперёд, затем ещё один, пока не оказалась совсем близко. Так близко, что Юки чувствовала исходящее от неё тепло и лёгкий, знакомый аромат духов. — Юки, — её голос прозвучал тихо, но с металлической твёрдостью. — Возьми меня. В комнате повисла гробовая тишина. Юки смотрела на неё, не в силах понять, не ослышалась ли она. Её мозг снова отказался работать. — Ч-что? — это был даже не шёпот, а какой-то потерянный выдох. — Забери мою невинность, — повторила Риас, и её слова падали в тишину комнаты, как камни. — Сделай это со мной. Прямо сейчас. И прежде чем Юки успела что-либо сказать или подумать, свет в комнате погас. Полностью. Абсолютная, непроглядная тьма. Магия Риас. В кромешной темноте послышалось шуршание ткани. Риас раздевалась. Юки замерла, парализованная шоком. Она слышала каждый звук, каждое движение. Её собственное дыхание стало частым и прерывистым. — Я… я тебе не нравлюсь? — вдруг прозвучал голос Риас из темноты. В нём впервые зазвучала неуверенность, уязвимость. — Нет! Нет, всё не так! — немедленно выпалила Юки, чувствуя, как её лицо заливает новая волна жара. — Ты нравишься! Очень! Просто это… это так неожиданно… — Я всё обдумала, — твёрдо сказала Риас, и её голос снова приобрёл уверенность. — Это должна быть ты. Только ты. Юки почувствовала, как на кровать рядом с ней опускается чьё-то тело. Пахнущее дорогим мылом, духами и… чем-то неуловимо электризующим. Демонической энергией. Пальцы Риас нашли в темноте её руку и потянули к себе. Ладонь Юки коснулась чего-то мягкого, тёплого и упругого. Её груди. Юки ахнула, пытаясь отдернуть руку, но Риас крепко держала её. — Видишь? — прошептала Риас, и её голос вдруг дрогнул. — Я тоже нервничаю. Я вся дрожу. И правда, под пальцами Юки кожа Риас была покрыта мурашками, а её тело слегка вздрагивало. Что-то в Юки переломилось. Эта смесь её собственного желания, растерянности, ответственности и внезапно открывшейся уязвимости её всегда уверенной в себе госпожи сработала как детонатор. Она перестала сопротивляться. Её пальцы сами по себе сжались, ощущая под собой учащённое сердцебиение Риас. — Риас… — прошептала она, её собственный голос показался ей чужим. Она закрыла глаза, словно в бурю, и резко, на каком-то отчаянном порыве, обняла Риас другой рукой, притягивая её к себе. Их тела соприкоснулись в темноте. Кожа к коже. — Послушай… — начала Юки, её разум лихорадочно пытался найти слова, остановить это безумие, пока не стало слишком поздно. Но ей не дали договорить. В центре комнаты, с тихим, но властным щелчком, вспыхнул новый источник света. Не электрический, а магический. И в его холодном сиянии стояла женщина. Высокая, статная, с идеальной осанкой. Её серебристо-белые волосы были убраны в безупречный пучок, а глаза цвета холодной стали смотрели на них с невозмутимым спокойствием и лёгким укором. Она была одета в строгое чёрно-белое горничное платье. Грейфия. Служанка и королева Сайтанова Люцифера, старшего брата Риас. — Госпожа Риас, — её голос был ровным и мелодичным, но в нём не было ни капли тепла. — Господин Сазекс и ваш отец будут крайне недовольны, узнав об этом. Риас, всё ещё сидя на Юки, резко обернулась на голос. Её лицо исказила гримаса ярости и разочарования. — Сазекс? — растерянно переспросила Юки, её мозг с трудом переключался с происходящего на появление этой женщины. — Это лишь моё тело, Грейфия! — парировала Риас, её голос дрожал от гнева. — И я делаю с ним всё, что захочу! — Безусловно, госпажа, — ответила Грейфия с лёгким, почти незаметным поклоном. Она подошла к кровати и с поразительной аккуратностью начала подбирать с пола разбросанную одежду Риас. — Вы — наследница клана Гремори. И только вам решать, как им распорядиться. — Она протянула Риас её белую рубашку, помогая ей надеть её, её движения были отточенными и почти механическими. И тогда её ледяной взгляд упал на Юки, которая сидела, прикрываясь одеялом, и чувствовала себя абсолютно оголённой и растерянной. Грейфия склонила голову в едва уловимом, формальном поклоне. — Прошу прощения за это недоразумение, — произнесла она, и в её голосе не было ни капли искреннего сожаления. — Я — Грейфия. Служанка дома Гремори. И я прошу вас забыть обо всём, что здесь произошло. Вы — всего лишь низший демон. Вам не пристало даже помышлять о… — Не смей так называть мою слугу! — голос Риас прозвучал резко и властно, перекрывая её. Она встала, застёгивая рубашку, и её глаза горели яростью. — Это — Юки Танака. Обладательница Священного артефакта Двойного Усиления, Императора Алого Дракона! И она займёт в моём отряде и в моей жизни то место, которое я ей определю! Грейфия замерла на мгновение. Её холодные глаза скользнули с разгневанной Риас на смущённую Юки. В них мелькнуло нечто — понимание, расчёт, мгновенная переоценка обстановки. Она медленно кивнула. — Как скажете, госпажа Риас. Мои извинения, Танака-сан. Риас выдохнула, её гнев немного поутих. Она подошла к Юки, наклонилась и мягко, почти нежно, поцеловала её в щеку. Её губы были обжигающе горячими. — Прости за это, — тихо прошептала она ей на ухо. — Мы ещё вернёмся к этому разговору. Затем она выпрямилась и с гордым видом направилась к порталу, который уже открыла Грейфия. Служанка бросила последний, ничего не выражающий взгляд на Юки и последовала за своей госпожой. Портал закрылся, оставив после себя лишь лёгкий запах озона и полную, оглушительную тишину. Юки сидела на своей кровати, в полной темноте, так и не двигаясь с места. Она прикоснулась пальцами к щеке, где ещё чувствовалось прикосновение губ Риас. Её разум был пуст. Она не могла ничего понять, ничего осмыслить. Что это вообще было? Ночной кошмар? Галлюцинация? Она медленно повалилась на спину и уставилась в потолок, который постепенно начал проступать из темноты по мере того, как её глаза привыкали. Одна мысль стучала в висках с навязчивой регулярностью: её жизнь становилась всё сложнее и страннее с каждой минутя. И она абсолютно не была к этому готова.