Хроники Лу

— Подозрительно, — озвучивает вслух профессор, едва заметно хмурясь. — Вы о чём? они бредут невиданными доселе окольными путями уже несколько часов, если верить часам, которые украшают левое запястье Ари и с которыми он периодически сверяется, оглашая время. остановок пока не было, чем Лу недоволен ужасно, но молчит и терпит, ведь иного выхода не остаётся. но это до поры до времени. — Ни единого чудовища, — юноша улавливает пару нервных ноток в голосе идущего рядом. — Вот тут не могу согласиться, — русоволосый заговорчески улыбается, — Одно прямо сейчас хмурит брови справа от меня, — старший оставляет реплику без внимания, лишь устало выдыхает, — А что в этом странного? Тварям ведь тоже нужен отдых. Кстати, нам бы не помешало сделать паузу, а то, если всё-таки встретится монстр, моих сил хватит лишь на визг. пригород и виноградники давно остались за спинами путников. иногда неподалёку — то сзади, то сбоку — слышался шорох в траве и прыткий бег, но, на удачу путешественников, это были лишь дикие кабаны, что носятся по лугам. то ли развлекаясь, то ли целенаправленно пугая чужаков. также им встречались птицы и даже один волк показался у лесов Вольфендома, но Ари вовремя усмирил его Анемо-магией и выглядело это так, будто.. — Ваша магия, — удивлённо дёргает за поводья Лу, — Она.. она как у здешних. Как это возможно? — Если изучаешь специальную литературу и наблюдаешь за местными и их колдовством, начинаешь понимать, на каком языке разговаривают стихии третьего измерения, и как нужно им отвечать, чтобы те принимали именно такую форму, — профессор движется дальше, даже не поворачивает голову на мальчишку, оставшегося позади. — Но Вы же сказали, что нам нельзя использовать магию, — внутри юноши просыпается агрессивная справедливость. следующая фраза звучит карикатурно, юнец пытается пародировать голос старшего, — Ради безопасности! — А когда нам угрожает опасность? — учитель, наконец, останавливает угольного коня и слегка поворачивает его, чтобы видеть собеседника, — Или мне с бубном танцевать вокруг волка и молиться Архонтам? мальчишка фыркает, вспоминая их разговор часовой давности, и бьёт себя по карманам. он долго терпел, но привычка даёт о себе знать. в штанах находится пластиковая коробочка, похожая на мыльницу, а в ней — сигареты. он вставляет себе в рот одну, прячет закрытый футляр обратно и щёлкает пальцами перед носом. ничего не происходит — предсказуемо, но попробовать стоило. Лу вновь тянется рукой к штанам и выуживает.. зажигалку? какой-то сюр. — Ты совсем с ума сошёл? — голос учителя по соседству звучит потрясённо и Лу пытается не засмеяться, включая все актёрские способности, которые ему дал в своё время маггловский театр, чтобы сохранить безразличие на лице, пока Ари осматривается вокруг, боясь, что кто-то заметит, — Этот предмет из первого измерения, немагический, магловский. Во втором измерении тебя бы просто сочли странным, но здесь, в третьем измерении, эта штука может стоить жизни! — Хотите? — Лу тычет пальцем в тлеющую сигарету и делает вид, будто всё услышанное прошло мимо ушей. — Единственное, чего я хочу - оприходовать тебя ремнём за такую необдуманную вольность. они движутся дальше. юноша дёргает поводья, ускоряется, чтобы вырваться вперёд, делая перерывы между затяжками, дабы окинуть беглым взглядом последние каньоны и холмы воздухного королевства, которые прощаются с гостями, открывая вид на Каменные врата в километре от них — это главный торговый путь между соседствующими государствами. Ари старательно выбирает обходные дороги, сверяясь с бумажной картой, ведь не везде есть возможность пройти на лошади или даже пешком без вспомогательных изделий. местность отличается разнообразием ландшафтов и в пользу комфорта приходится удлинять дорогу к месту назначения — земному королевству Ли Юэ. — Надеюсь, эти сигареты из третьего измерения? — Ари идёт следом, нагоняет, — Всё ещё куришь? — спрашивает, будто между прочим. интересно, с какой целью задаются подобные вопросы? — Ага, — мальчишка отвечает сразу на всё. новая затяжка врывается в лёгкие, — После стольких лет. Всегда. — Колючий, — хмыкает профессор. действительно, в чём же дело? — Бросал бы. Ради здоровья тела и духа. — А с Вами бросишь, как же. Вслед за такими выпадами, — то ли светает, то ли глаза слишком привыкли к темноте, — Я только с лечения, между прочим. Целитель Флорин и богочестивые сёстры пытались помочь мне, удерживая в Соборе Барбатоса по велению Рэя, — на последнем слове юноша кривит лицо, но профессор этого не замечает, — Щедро и почти даром тестировали на мне травы, снадобья, настойки. Только вот в этом измерении всё окончательно смешалось и я перестал понимать, с чем мне нужно разобраться и как. Вам имя «ремиссия» о чём-нибудь говорит? — Мне мемы из первого измерения в твоей речи говорят, что их использование является хорошим знаком. Юмор помогает справляться, — Ари окидывает взглядом пробуждающееся небо, а затем аккуратно останавливает лошадь, замечая дикие жёлтые ягоды поодаль от тропинки. — Если бы не чудили, то не с чем было бы справляться. — Не перекладывай на меня ответственность за свои чувства, — сталь голоса нисколько не пугает юношу. он наблюдает за тем, как старший спускается на землю, приземляясь двумя ногами, и шагает чуть в сторону, слегка сгибаясь над кустом. — Ну да, мои чувства же на ровном месте появились, Ваших там и в помине не было. Это мираж, заблуждения онемевшего сознания. — Договоришься сейчас, — профессор рассматривает яркие плоды, затем разворачивается и идёт обратно к своему коню, что только рад внезапно создавшейся передышке. — Да мне фиолетово! — Лу тычет пальцем свободной от сигареты руки в браслет, где 7-цвет в чудаковатом шнурочном переплетении, и взрывается — Вот настолько! Я эту возможность поговорить ждал достаточно времени и вести себя буду как пожелаю. А что там с книгой, а? «Разговоры в профессорской спальне» или как Вы её назвали? Переписать захотелось? Так страницы всё помнят. И «я все помню, и не дам Вам забыть!». Прямая цитата из моего стиха. Догадаетесь, кому я его посвятил? Как и другие восемьдесят. Круто потрахались, да? Вы хоть вдохновились? — Слушай сюда, — брюнет меняет траекторию и становится напротив чужой лошади, — Настоятельно не рекомендую забывать, что я, в первую очередь, сильный маг и твой бывший преподаватель, который отменно владеет стихиями и не терпит такого отношения к себе, — разворачивается на пятках, роется в чём-то около своего скакуна и снова уходит, принимаясь шманать несчастный кустарник. — А я, значит, должен терпеть? — мальчишка дёргается на животном, пытаясь найти положение, в котором будет видеть учителя целиком. — Я такого не говорил, — раздаётся голос за кустом. руки-то проворные, хоть уже и не такие молодые. говорят, мелкая моторика спасает от деменции и альцгеймера. Лу бы улыбнулся своим мыслям, но.. — Вы много чего не говорили, хотя следовало бы, — парнишка пытается вложить в каждое слово мощь чувств так, чтобы собеседник познал его боль, которую он носил в себе всё это время, но при этом лишить фразу эмоций. — Сам решу-у, — макушка выныривает из листвы близстоящего дерева. Ари несёт увесистый мешочек с завязками, наполненный ягодами, к вороному коню. тот преданно ждёт, не сдвинувшись с позиции ни на сантиметр. — Молодиться приколами безопаснее, чем сексом с учеником, — «тяжелая артиллерия», как сказали бы в первом измерении, — Это Вы молодец! — мальчишка пытается откинуть подальше плохое предчувствие, но ощущает, как закипает магия человека поблизости. — Я. не. отказывался. от. того. что. случилось, — семь выстрелов летят отточенным движением губ. холодно, но холод сейчас - напускной. старший возится сбоку от своего седла. — Вовсе нет! Вы просто дали по съёбам. С кем не бывает! — Люсьен! — парой шагов профессор преодолевает расстояние от своей лошади и оказывается вплотную, сразу же хватая юношу за части тела, к которым дотягивается первыми, и валит на землю. а белобрысый ахалтекинец будто рад, что всадник валяется в пыли. Ари тем временем немного нависает, смотрит змеёй в самые недра. злой до жути, от равнодушия осталась лишь звёздная крошка в голубых радужках. так вот, что хотел сказать космос. — Аридель? — юноша смотрит с вызовом и наигранным непониманием. взглядом тычет на руку старшего, что в порыве примостилась на шее. практически не давит, чисто для заземления. для тотального заземления. от юнца несёт табаком. отвратительный запах, но отстраниться у старшего не получается. он дышит, и дышит, и снова дышит. тяжело, словно хочет присвоить себе весь кислород. — Пожалуйста, — рука смещается к подбородку, мягко ползёт по скуле и ложится на щеку. большой палец поглаживает кожу, пока хозяин высматривает в глазах напротив, таких, твою мать, похожих на его собственные, хоть толику понимания, — Я не убегаю от разговора, лишь прошу перенести его на момент, когда мы окажемся в безопасности. Ты. Когда ты окажешься в безопасности. — Э-это из-за пророчества? — голос дрожит предательски, потому что чужая ладонь, едва тёплая, ощущается так правильно на собственной щеке спустя преодоление пропасти между ними - в километры? нет, аж в целую вселенную. Лу молится, чтобы этот момент затянулся, но волшебник напротив будто улавливает мысли и поспешно убирает кисть в замок к другой, всё ещё оставаясь коленями на земле у лежащего на спине юноши. — Тебе рассказали? — удивление звучит по-настоящему. странная реакция, неужели он не догадался? — Я узнал сам. — Вот оно что. Об этом тоже не следует говорить пока. Давай доберёмся в Ли Юэ, отдохнём, а погодя уже будем откровенничать, ладно? — старший в открытую рассматривает тело у его коленей. рассвет в самом разгаре. ткани мешают, но это к лучшему. сейчас нельзя отвлекаться. — Ладно, но Вы поступили как чмошник. — Послушный мальчик. — С кем-то путаете меня. Я Вас слушаться не собираюсь. — Но почему-то идёшь со мной. — Это только из-за Дракона. — Серьёзно? Отвратительно. А я слышал, о чём ты говорил со звёздами. Заметь, ими ты тоже был услышан, — треплет макушку и этим действием ставит точку в словесном поединке. замечает дрожь младшего, — Холодно? У меня есть запасная тёплая.. — Нет. Воздержусь, спасибо, — Лу, наконец, поднимается рывком из лежачего положения, недовольно отряхивает одежду и приближается к коню, огибая профессора. — Раз уж мы остановились, предлагаю немного подкрепиться ягодами и покормить лошадей свежей растительностью, — мужчина встаёт во весь рост, широким шагом оказывается у своего скакуна и поднимает вверх руку с забитым доверху мешочком, — В Тейвате, во всех семерых королевствах, очень любят эти плоды, потому что из них можно готовить варенье, чаи, смузи, даже десерты. И это очень полезно для восстановления здоровья. Ещё имеются грибы, только их не помешало бы поджарить, на что у нас, к сожалению, времени нет. мальчишка какое-то время размышляет над предложением, берёт ахалтекинца за узду и отводит с дороги в траву. старший волшебник идёт следом со своим конём, в свободной руке сжимая завязки мешка. рассвет уже раскрасил всё, к чему успел добраться. нижняя часть неба, над горизонтом, была бледно-оранжевая, почти персиковая. оттенок постепенно переходил в средние слои — там уже встречался нежно-розовый, с лёгкой светло-лососевой дымкой, где утренний туман ещё не рассеялся. верхнее небо к тому часу уже было пастельно-голубым, почти акварельным, с серебристым налётом облаков. путешественники доходят до центра луговой поляны, которая была окружена высокими соснами и лиственницами, практически полностью скрывая из виду опушку от чужих глаз. старший думает, что защита природы в виде деревьев очень символична: сосны — как хранители, лиственницы — о переменах. — Какое роскошное место для передышки, — шепотом произносит профессор, но юноша слышит каждое слово. беспокоить друг друга и природу вокруг сейчас кажется худшей затеей. маги оставляют вблизи вороного донского и его полную противоположность щипать траву и жевать лепёшки сухого сена, по одной на каждого, которые Ари отыскал в запасах сарая. сами же маги отходят в поисках наиболее комфортабельного места, замечая несколько крупных камней. мужчина располагается между двумя из них, облокачиваясь спиной, пока Лу усаживается на валун и ставит ноги на соседний камень поменьше. чёрный мешочек кладётся посередине между телами, только вот с высоты камня юноша не дотягивается. руками достать можно, но это крайне неудобно. — Придется сесть рядом со мной на землю, — едва заметно улыбается профессор и добавляет для фантомной убедительности, — Я не кусаюсь. Люсьен хотел бы съязвить, но кажется, что силёнок не хватит даже на открытие рта и формулировку ответа. он сползает вниз, больше отдаваясь гравитации, нежели контролю и обдумыванию. острая выпуклость камня проходится по позвоночнику — юноша шипит, опускается корпусом на землю. тянет руку к ягодам и берёт горсть, чтобы хватило надолго и не пришлось лезть в мешок каждую секунду. он их уже пробовал в городе ветров, только в иной консистенции. неожиданно вкусно. мальчишка мычит от удовольствия и прикрывает глаза. расслабляя тело, он опускает конечности к земле между камнями. — Хотел полюбопытствовать, как у тебя дела с магией элементалей и какие стихии больше противятся, но вспомнил ситуацию у сарая, — Ари подаёт голос и вновь принимается жевать кисло-сладкие плоды. — Да никак. Какие могут быть дела, коль у меня теперь нет магии? — если бы не этот бесячий, что наминает ягодки рядом и вдруг решился поговорить, Лу бы уже провалился в царство Морфея. — Я спрашиваю о том, что было до нашей встречи, — старший делает лёгкий акцент на «до», а вот на дерзкий тон и бровью не ведёт. привык что ли? нельзя такого допустить. — Отлично жил я. До нашей встречи. Не вчерашней, а самой первой. Только вот поздно осознал, — мальчишка злость уже не скрывает. ещё один вопрос и он проткнёт ветками барабанные перепонки. сколько можно? дайте поспать! — Учту. Со стихиями из научного интереса, получается, совсем не знакомился и не взаимодействовал под присмотром? — Я хочу видеть сны, а не Ваши заёбы! Пожалуйста, твою мать, — повышает голос и обнимает себя руками, рассыпая оставшиеся жёлтые плоды, которые были в ладони, — Напиздимся ещё так, что Вы будете меня умолять закрыть рот. Но сейчас я хочу тишину и точка. Ари внимательно рассматривает лицо юноши, проглатывая еду. ему бы сейчас поставить на место бывшего ученика, прочитать нотации о субординации. хотя какая, к чёрту, субординация после всего, что между ними было во втором измерении? в памяти невольно всплывают прогулки по территории Хогвартса после занятий. следом профессор вспоминает, как ученик отвечал на его уроках: никогда не тянул руку первым, подпрыгивая на месте, но если Ари спрашивал, Люсьен всегда знал ответ. тогда казалось, что окружающий мир не одобряет связь между ними. было много препятствий, приходилось прятаться по углам, а наличие брака и детей у старшего нежданно оказались на руку — подозрения возникали крайне редко и были моментально придавлены авторитетом чистокровного семьянина. Аридель ведь являлся не только преподавателем Защиты от Тёмных искусств, но и деканом факультета Слизерин, чьё знамя носил Люсьен на школьной форме после того, как завершился муторный перевод с факультета львов — Гриффиндора. Мерлин, сколько всего позади! сейчас размышления о былой жизни казались чем-то почти забытым, невозможным. словно сладкий и одновременно тревожный сон за пеленой. мальчишка тем временем начал тихонько похрапывать, свернувшись в позу эмбриона, лицом к старшему. как же много непроговорённого зависло в пространстве, как же много обстоятельств крошат их переплетающиеся линии судьбы в порошок. волшебник почти успевает разгрузить голову, прежде чем отойти ко сну, как слышит мелодию. MATTI BYE — HARMONY THEME лёгкие аккорды, словно покрытые росой, раздаются в стороне Каменных врат. ноты несут холодное солнечное сияние, звучат за пределами поляны, но сюда долетают тоже, пусть и громкость снижена. пиано приоткрывает свои раны как старый друг. медленно, с уважением и одновременно хрупко, говорит: «Слушай». нежные порывы мелодии завораживают, но сквозь магию звука Ари понимает — город проснулся. Мондштадт теперь бодрствует, его мотив разносится по миру, уведомляя: пора пробуждаться. некоторое время мужчина смотрит на младшего, что уронил голову в зелень травы, думая, будить ли и если да.. что потом? оборачивается на коней, которые закончили трапезничать, и устроили себе сончас. профессор прикрывает глаза, концентрируясь на пустой голове, на дыхании, пока тончайшие прикосновения энергий убаюкивают тревогу. им жизненно необходимо восстановить силы, иначе толку от проделанного пути не будет, если повстречаются чудовища. вскоре Ари засыпает, дыша размеренно, но так и не заметив высокую фигуру у пышного дерева. и уж тем более не заметив, что всю дорогу за их небольшой компанией следил незнакомец, не отводя взгляда ни на мгновение.