ВНУТРИ БРАКА

☊ ☋

       Юнги никогда не думал, что ему придется брать телефон мужа и читать его сообщения с другим мужчиной. Но уже на протяжении нескольких месяцев Чонгук кладет телефон экраном вниз, когда они находятся вместе. Не то чтобы это был какой-то красный флажок тревожности. Нет. Мин не настолько ревнивый. Просто до этого тоже была куча звоночков, которые он, как ни старался, не мог игнорировать.       Они в браке уже третий год, а перед этим встречались около шести лет. Вместе они через многое прошли и, можно сказать, уже знали друг друга от макушки до пят. По крайней мере Мин так считал. Третья годовщина их брака должна была случится в этом году. Но Юн не чувствовал, что их супружеская жизнь крепнет со временем. Наоборот, кажется их брак начинал давать трещины.       Как в глупой книге их любовь, будто по сценарию истекала к третьему году. Верить в это не хотелось. Они ведь были не в книге, да и знали друг друга почти десять лет. К тому же переломный момент уже накрывал мужчин, когда конфетно-букетный период закончился и пришлось встретиться с реальностью. Юнги был более чем готов к этому. По крайне мере ему пришлось взять все в свои руки, так как он был старше Чона. А вот Чонгуку пришлось не легко. Подростком он был слишком эмоциональным. Гук даже взял академ в консерватории, чтобы пойти в армию в одно время со старшим. Он говорил тогда, что лучше уйдет сейчас, чем в тот момент, когда Юнги вернется на гражданку, а Чону придется отбыть. Мину не нравилось подобная выдумка, но он так и не смог отговорить Чонгука от подобного решения. В глубине души старший был рад, что ему не пришлось ждать Гука два года, после того, как он сам проведет в армии такой же срок. Им явно было бы очень тяжело сохранять отношения на расстоянии в течении четырех лет пока они оба не освободиться от обязательной службы. Мин даже не был уверен, что за годы разлуки они смогли бы сохранить свои чувства. В итоге после армии Юн благополучно нашел работу и переехал в съемную квартиру. Гук же восстановился в консерватории и съехал в квартиру к Юнги, потому что не хотел жить в общежитии, а ещё ему определенно хотелось восполнить те моменты уединения, которых они были лишены во время службы.       Предложение о браке исходило тоже от Чонгука. Мин правда не подозревал того, что Гук устроит романтический вечер в их короткую поездку к морю на выходные, а ближе к ночи на закате встанет на колено и откроет коробку с кольцом. У Юнги не было ни одного варианта, кроме, как согласиться. В тот момент ему казалось, что он самый счастливый человек на земле. Он был в абсолютной любви, даже не смотря на то, что никогда не носил розовые очки и столкнулся с кучей жизненных неурядиц. Но чистые чувства младшего сжимали его сердце и Юнги решил, что готов идти с этим человеком рука об руку оставшуюся жизнь.       Свадьбы, как таковой не было. Они просто подали документы онлайн и получили свидетельство о регистрации. Отпраздновали позже в узком кругу друзей. С родителями по этому поводу пришлось не легко. Если старшие со стороны Чонгука приняли эту новость более-менее снисходительно. То родители Юнги окончательно разочаровались в собственном сыне. Безусловно, они не оборвали с ним связь и не отреклись от него. Но старшие Мины до конца надеялись, что увлечение мальчиками у их ребенка временное. Но брак с Чонгуком расставил все по местам. Чета Мин приняла и Чонгука, даже познакомилась с его родителями, но родственные отношения оставались натянутыми. Даже не смотря на то, что браки между мужчинами давно были разрешены, старшее поколение все еще было сковано некоторыми рамками архаичности, поэтому не могло переломить себя в одночасье. Но Юнги и Чонгук были благодарны уже тому, что их просто приняли и оставили в покое. Главное, что им двоим удалось создать собственный мир и поддерживать семейное счастье.       Хотя последнее время Юн начал замечать, что их семейный очаг неумолимо угасает. Возможно, все было в нехватке времени друг на друга. Их рабочие графики слегка пошатнулись. Юнги был дизайнером интерьеров и мебели, а Чонгук учителем музыки в творческом центре для детей подросткового возраста. Недавно Мину достался крупный проект, который отнимал у него много сил и времени. А Чонгуку пришлось поехать вожатым в музыкальный лагерь, который организовывала их школа. Впервые они расстались так надолго. Но если честно Юнги был даже немного рад этому. Он ощущал, что не может одновременно разбираться с работой и с проблемами в собственном браке. Мин надеялся, что легкая передышка друг от друга позволит им восстановить былые чувства и взаимопонимание, но после лагеря Гук словно стал еще дальше от него.        Им обоим определенно стоило поговорить и все обсудить уже слишком давно. Мин установил этот день икс на сегодня. Он как раз разгреб все по работе и мысленно всю дорогу домой репетировал разговор с мужем. Но Чонгука не оказалось в квартире. Юнги так переживал, что совсем забыл о том, что по средам Гук ходит в спортзал на тренировку. Младший вернулся уставшим и немного измотанным. Он чмокнул Мина в щеку в качестве приветствия, а потом ушел в душ. Чон вел себя, как обычно, но Юнги все равно ощущал какую-то недосказанность между ними.       Старший услышал легкую вибрацию чужого телефона откуда-то со стороны коридора. Первые пять минут Юн сидел, как на иголках, но потом все же поднялся и перехватил телефон младшего. Чонгук действительно оставил сотовый в коридоре на полке. Пароля не было, как и у Юнги, потому что им никогда не приходилось что-то скрывать. Да и никто из них не рылся в чужом телефоне, проверяя друг друга на верность. Поэтому Мин ощущал себя слишком погано. Но разум требовал подтверждения, что все, как прежде. Что Гук и раньше клал телефон экраном вниз, просто паранойя Юнги вышла из под контроля. Сжав чужой гаджет в руке, Мин присел на маленький пуфик около обувной полки. Он снял блокировку и открыл мессенджер с диалогами. Тут была переписка с ним же, потом с их друзьями, прочие рабочие чаты с учителями, но один диалог все же привлек внимание. Переписка с неким контактом под именем - Учитель Ким Тэхен. Юнги бы прошел мимо этой переписки, если бы не последнее сообщение от Чонгука, где он писал, что больше так не может. Мин готов был уверовать в любого бога, в тот момент, лишь бы это было не то, о чем он подумал. Он буквально молился, чтобы Гук банально жаловался коллеге на невыносимое расписание или на непослушных детей или на не менее требовательных родителей, но только не на их брак.       Надежды были не оправданы. Похоже Чонгук хорошо сдружился с новеньким педагогом, с которым попал в одну смену вожатыми в лагерь. И видимо их отношения зашли куда дальше, чем просто дружба. Судя по переписке Чонгук был на грани того, чтобы совершить ошибку. Искра с новым знакомым сильно распалила его, но младший все еще оставался верным. Он писал, что уважает своего мужа и любит, но кажется эта любовь стала платонической. Ситуация сильно тяготила Чонгука. Черт. Он даже обсудил с этим Тэхеном, что у них и секс теперь на паузе.       Юну было очень обидно. Даже не смотря на то, что по факту Чонгук оставался ему верным, проблемы, которые стоило обсуждать с Юнги, Гук обсуждал с посторонним человек. Но это была вторая пощечина. Первая, конечно же была самой болезненной. Сама мысль о том, что Чонгук открыл свое сердце еще для кого-то, причиняла такую, боль, что хотелось просто взорваться и разлететься на тысячи мелких кусочков.       Юнги даже не запомнил того, как обулся и вышел из дома. Он чувствовал себя преданным и опустошенным. И хотя по ощущениям они уже, как пару месяцев двигались именно к этому моменту, Мин до конца надеялся, что их красивая лодочка любви не разобьется таким образом.       Скорее всего Чонгук, как и Мин готовился к необходимому серьезному разговору. Просто не учел того факта, что супруг будет излишне тревожным и любопытным. Юн тоже не рассчитывал получить удар таким образом. Хотя теперь Мин не знал, что было хуже. Узнать обо всем вот так или услышать из уст Чонгука напрямую, что тот его больше не любит и не хочет. Что младший полюбил другого человека.        Маленький сквер рядом с их жилым комплексом казался прекрасным местом, чтобы сесть и банально посокрушаться. Безусловно Юнги мог напроситься к друзьями, но тогда ему бы пришлось объяснить парням недоизмену Чона, а он пока не готов ни к одному диалогу, пусть даже и по душам. К тому же Мин уже был на грани того, чтобы тупо разреветься и, как глупая девочка выплакать свою боль. Но звонок телефона остановил подступающая истерику. Звонил Чонгук собственной персоной, наверное хотел узнать, куда делся Юнги.       - Ты куда пропал? - сходу послышался голос, без каких либо приветствий;       - Я вышел за лекарством.. Горло что-то прихватило.. а в аптечке вообще ни черта нет - немного хрипло произнес Юн, так как комок слез подступал к горлу.        - Мог попросить меня.. я бы сбегал, зачем пошел, раз болеешь.. - отчитал его Чон, но от этой заботы было только больнее;       - Ничего серьезного.. Знаешь, я встретил Енсона по пути.. Мой одногруппник, помнишь? Мы забежали выпить кофе и немного поболтать о прошлом… Я..  Я приду где-то через час, ладно?.. - размыто произнес Юн.       Он не хотел врать. Точнее он не умел врать Чонгуку, потому что у него почти не было практики в этом деле. Даже если Юнги и скрывал что-то от Чона, то это была маленькая ложь во благо. Например, когда они пошли на аттракционы и Юн согласился на сумасшедшие горки из-за которых у него потом еще неделю болела спина и запястья. Но он соврал Гуку, что было весело и, что он не против повторить. Юнги был абсолютно против, но не жалел о вранье, так как Чонгук светился от счастья, а вечером у них был жаркий секс. Это были взрослые реалии. Не всегда ты можешь быть абсолютно честен с партнером. В этом нет ничего такого. Потому что черта с два кто-то бывает абсолютно честными. Люди врут даже сами себе.        Сейчас Юнги тоже обманывал не только Чонгука, но и самого себя. Ему казалось, что если он оттянет момент неизбежного, то возможно краха не случится. Возможно диалог с Тэхеном исчезнет из телефона, а их чувства волшебным образом станут прежним, как несколько лет назад. Черт они же через многое прошли рука об руку. Первое признание Чонгука было слишком неожиданным. Юнги тогда был на третьем курсе, Чонгук только переехал в столицу и поступил на первый курс в консерваторию. Конечно, они поддерживали старую школьную связь, но Мин никогда не рассматривал Гука, как объект для более глубоких отношений. Младший всегда был соседским мальчиком, за которым изначально Мин просто присматривал в детстве.       По стечению обстоятельств Юну вновь пришлось подстраховать парня в большом городе. Юнги не хотел становиться нянькой, но Чонгук умел быть обаятельным и милым прилипалой. Только позже оказалось, что Чон вполне мог справиться без второго пилота, просто ему нравилось проводить время со старшим. Гук признался ему на католическое рождество, которое они не отмечали, так как оба были атеистами. Но теперь эта дата имела значение и для них. Юнги отверг его, но постарался сгладить углы и попытался остаться другом. Это было ошибкой. Чонгук не умел сдаваться. Он проникал в сердце Мина аккуратно, незаметно и легко. Жаль, что все свои чувства Гук истратил в начале пути и теперь похоже просто разлюбил старшего. Юнги не хотел в это верить. Нет, он запрещал себе в это верить. Самообман был дерьмовым способом справиться с этой ситуацией, но пока другого выхода не было.       Чонгук промычал что-то в трубку и сбросил вызов. Мин горько всхлипнул, как только нажал на красную кнопку на экране телефона. Слез полилось так много, что если бы он не остановился, то к утру наверное просто бы умер от обезвоживания. К сожалению, это все, что ему оставалось. Молчаливая истерика в вечернем сквере у дома.       После пятнадцати минут непрерывных слез, Юнги затих. Боль была все той же, но теперь он еще и физически ощущал последствия своей истерики. Голова болела, а глазные яблоки давили на черепную коробку так, будто они стали свинцовыми.        Юнги поднялся и прошелся вниз по улице, где кучковались бары и кафе. Он забрел в первый попавшийся бар, заказал виски со льдом и просто опрокинул в себя. Этого было мало чтобы напиться, но чтобы согреться хватило. Он посидел немного за стойкой, наблюдая за людьми, которые подобно ему, пришли выпить в среду вечером. Возможно у парочки посетителей тоже случилась любовная драма, потому что выглядели они именно так, как ощущал себя Мин. Дерьмово.       Он сходил в уборную и привел себя в относительный порядок. Хотя его глаза все еще были заплаканными. Все это время Юнги думал о прошлом и о том, почему они пришли в данную точку. Он анализировал воспоминания, пытаясь найти тот момент, в который все пошло по одному месту. Это был дурацкий способ его прагматичного характера найти логику там, где властвовали чувства.        Конечно, было бы проще обвинить во всем младшего. Это ведь он организовал себе интрижку или возможно только собирался закрутить новый роман. Не важно. Все это было лишь следствием. Причина, вот что было важно.       Кажется их чувства банально изжили себя. Точнее чувства Чонгука угасли. Юнги любил его по прежнему безумно и сильно. Возможно, поэтому Мин так отчаянно искал оправдание своему пока что супругу. Но не найдя ничего разумного, Мин просто остановился на первом варианте. Он заключался в том, что срок годности любых чувств у всех разный. Чувства Чона закончились раньше, чем чувства Юна. И как бы не было больно это признавать, реальность оставалась таковой.        Побродив по улицам, Юнги все же вернулся домой. Телефон Чонгука исчез с тумбочки. Не удивительно, ведь младший звонил Юну разузнать, куда тот отправился так поздно. Квартира казалось теперь чуждой. Стены давили и шептали о том, что все здесь помнит их брак, их любовь и их совместную жизнь. Но и у этого всего срок годности подошёл к концу.        Юн бесшумно зашел в ванную и залез под душ. Тут пахло мыльными средствами Чонгука. Мину нравился выбор младшего, но сам он использовал гель и шампунь с менее яркими отдушками.       Хотелось утопиться и стечь в слив вместе с мыльной водой. Мысли все еще бились вокруг чужого диалога. Чон писал осторожно, но провокационно. Почти все можно было прочесть между строк. Юнги сразу увидел флирт и увидел честность. Черт, он слишком хорошо знал своего Гук-и.        Выходить из душа не хотелось, но Юн сделал над собой усилие. Утеревшись полотенцем, он нацепил домашнюю одежду. В квартире по прежнему стояла тишина. Либо Чонгук играл на пианино с наушниками, чтобы не бесить соседей вечерней трелью, либо спал. Второй вариант был более вероятным, так как после зала младший засыпал чуть ли не в десять часов вечера.        Аккуратно приоткрыв дверь в спальню, Юнги убедился в своей догадке. Младший действительно спал. Телефон лежал рядом на подушке. Мин постарался сдержать болезненный вдох. Он взял свою подушку и вытащил запасное одеяло из шкафа. Это было впервые, когда он собирался спать отдельно на диване. Если, конечно, не считать того случая, когда Юн перебрав, банально уснул в гостиной, а Чонгук не стал его тревожить и просто накрыл пледом. Чужой телефон предательски отозвался входящим сообщением, но Гук не проснулся. Юнги замер, ощущая, как сердце пытается проломить его грудную клетку. Но потом, как заправский шпион Мин перехватил сотовый и унес в гостиную.        С каким-то мазохистским желанием он вновь открыл диалог с тем самы учителем. Чонгук уже успел посетовать "коллеге" на свой несчастный брак. Черт возьми, он обсуждал Юнги с этим парнем. Гук писал, что ненавидит себя за то, что причиняет Юну боль. Он рассказывал Тэхену, что их брак похоже тяготит их обоих и что, это худшее, что он когда-либо испытывал в плане чувств. Мин сжал кулаки. Истерика вновь подступила к горлу, но он просто вернул телефон на место. Юнги больше не желал себя изводить.        Уснуть удалось только к утру. Будильник прозвенел в тот момент, когда Мин чуть-чуть отпустил эту ситуацию и немного прикорнул. В горле першило, а голова болела, но Юнги знал, что если умоется и выпьет кофе, то придет в себя. Если конечно, он вообще теперь мог быть собой.       Чонгук тоже уже проснулся и шелестел на кухне. Честно говоря, Юн трусливо надеялся, что у Гука будут ранние уроки и им не придется сталкиваться с утра. Но судьба не была благосклонна.        - Почему ты спал на диване? - спросил Чон, задерживаясь в арке между небольшой кухней и гостиной.        Юнги хотелось закричать ему в лицо о том, что больше не хочет делить кровать с человеком, который предал их любовь, но Мин лишь растер лицо руками и тяжело вздохнул.       - Не хотел беспокоить тебя. Кашель донимал меня всю ночь.. - хрипло ответил Юн, радуясь, что хоть тут вчерашняя истерика сыграла ему на руку и голос хрипел, словно старший и правда приболел;       - Ты выглядишь не очень, уверен, что стоит идти на работу в таком состоянии? - обеспокоенно спросил Гук, подходя ближе и зарываясь ладонью в его спутанные пряди.        Мина слегка передернуло от его действий и он незаметно отодвинуться. Чужая забота больше не прельщала, а лишь вызывала спазм в районе груди. Все вокруг казалось лживым, не настоящим, попросту вынужденным. А все потому что Гук трусливо не хотел причинять ему боль. Забавно, но именно это било старшего наотмашь в самое сердце.       - Все не так плохо. Просто нужно умыться - отозвался Юнги, вставая с дивана.        Он прошел мимо, стараясь не смотреть Чонгуку в глаза. Через двадцать минут Мин действительно выглядел свежо и собранно. Но только снаружи. Внутри был полный раздрай. Он позавтракал лишь чашкой кофе. Остальное попросту не лезло. Гук подошел к нему в тот момент, когда Юнги ополаскивал чашку у раковины.        - Ты совсем ничего не съел.. Уверен, что не разболеешься сильнее? - мягко проговорил младший, опуская руку на чужую талию.       Юн с невероятным усилием воли развернулся к нему лицом. Чонгук потерся носом о его висок, вдыхая приятный аромат парфюма. Он часто так делал, но Мин не мог принять чужую ласку, не после вчерашнего, так уж точно. Хуже всего было то, что поведение Гука казалось таким обычным и естественным, словно это не он испытал тягость от их брака. Подобное поведение навело Юнги на вопрос, а как хорошо сам Чонгук умел врать ему прямо в лицо? Судя по чужим действиям просто отлично. Если бы не прочитанная переписка, Юн и сейчас бы принимал его нежность за чистую монету, а неудачи в браке на свой счет.       - Хэй.. Не хватало и тебе заболеть.. Еще перезаражаешь всех богатеньких детей в свой частной школе - коротко бросил Юнги.       Он отстранил Чона в момент, когда тот хотел придвинутся ближе, чтобы поцеловать старшего в губы. Мин не мог пересилить себя в этом плане. В голове крутились мысли, не целовал ли Чонгук этими губами того учителя. Мало ли что они делали в лагере, после общего отбоя. Вряд ли двое взрослых мужчин, ощутивших взаимную симпатию, просто держали друг друга за руки или томно изливали душу. Возможно, Юнги тупо накручивал себя, но тот факт, что Гук нашел ему замену, говорил сам за себя.       - Тебе не стоило вчера засиживаться с одногруппником, раз недомогаешь.. Ты ведь не умеешь болеть, всегда сваливаешься с ног - вздохнул Чон.       Сердце Юнги сжалось от его слов. Они, хоть и причиняли боль, но были искренними. Чонгук больше не любил его, как мужчину, но все еще заботился и переживал, так как считал Мина близким человеком. Все же они были знакомы слишком давно, чтобы безболезненно вычеркивать друг друга из жизни.       - Все в порядке.. - немного раздраженно произнес Юнги, слегка сжимаясь от чужой близости;       - Ладно.. - растерянно произнес Гук, отходя от него на пару шагов.        Юн знал, что тот его разглядывает и пытается понять, что не так. Но язык Мина не поворачивался, чтобы высказать правду. В глубине души он не хотел расставаться с Чонгуком, хоть и знал, что неизбежность настигнет их. Похоже они оба с Чоном были трусливыми в этом плане. От старых привычек всегда избавляться тяжелее всего. А Юнги вообще не желал избавляться от мужа.       - Извини, ладно?.. я.. Я просто спал всего пару часов.. Раздражает даже солнце - выдохнув, произнес Мин;       - С каких пор ты извиняешься? Я ведь знаю своего ворчуна и никогда не обижаюсь - мягко улыбнулся Чонгук, смахивая озадаченность с лица.       Юнги лишь рассеянно кивнул и тоже выдавил из себя улыбку. Дерьмо. Он не умел врать так виртуозно, как Чонгук. Но у него было весомое оправдание в виде огромной дыры в сердце. Мин убрал чистую чашку и вытер руки. Часы на микроволновке подсказывали, что им пора выходить, чтобы не опоздать на работу. Юн прошел в коридор накидывая плащ и обувь. Чонгук тоже надел верхнюю одежду, готовый к выходу. Обычно Мин подвозил Гука по утрам до школы, но последнее время младший ездил на метро, так как их графики не сильно совпадали. Сегодня Юнги эгоистично надеялся, что Чон предпочтет метро, вместо поездки в одной машине с теперь уже не любимым мужем.        - Тебя подбросить? - все же уточнил Юн, стараясь вести себя обычно;       - Конечно.. - кивнул Гук, двигаясь к парковке их комплекса.       Младший видел, что с Юнги сегодня происходят странные вещи. Он не понимал почему его муж ведет себя так необъяснимо. Хотелось, конечно, списать все на чужие недомогания, но Чонгук видел, что здесь нечто больше, чем банальная простуда.       Когда они выехали с парковки, в салоне повисло неловкое молчание. Юнги делал вид, что сосредоточен на дороге, хотя на самом деле размышлял о том, что возможно это одна из последних их совместных поездок куда-либо. Ком вновь подступил к горлу, но Чонгук отвлек его, наконец прервав странную тишину. Всю дорогу до школы, Мин слушал его в пол уха. Гук болтал о детях и каком-то концерте в преддверии зимы, хотя на дворе еще даже не начался ноябрь. Но наконец они приехали к красивому зданию творческой школы. Юнги притормозил, где обычно, нажав кнопку, чтобы двери разблокировались. Чонгук отстегнул ремень, перехватывая свою сумку с заднего сиденья. Он потянулся к Юну, не давая ему возможности отстраниться. В этот раз Мин позволил себя мягко поцеловать. Чужие касания были приятны, но только физически. Мысленно же Юнги буквально считал секунды, когда от него отодвинуться.       - Береги себя, ладно? Если почувствуешь, что становиться хуже, то лучше отпросись домой. Не хочу чтобы ты заболел - прошептал Гук, потираясь носом о его скулу и оставляя короткие поцелуи на лице;       - Ты тоже.. Береги себя от спиногрызов.. - отозвался Юнги, вызывая короткий смешок у младшего;       - Увидимся вечером - кивнул Чонгук, поласкавшись и чмокнув его напоследок.        - Увидимся - прошептал в ответ Юн, намереваясь отъехать от школы.       Мурашки пробежались по спине Юнги от осознания того, что скоро даже этого не будет. Почему это происходило именно с ними? Разве Мин не заслужил счастливый финал? Да и не хотел он никаких  финалов. Он с горечью посмотрел вслед мужу, замечая, как к тому приближается другой мужчина. Сердце Юнги очередной раз ушло в пятки. Учитель Ким Тэхен. Даже на расстоянии Мин узнал его. Безусловно, Юн заходил на его страничку, хотя там была всего одна фотография. В жизни мужчина был куда привлекательнее. Высокий, с хорошей осанкой и крупными чертами лица. Такого легко заметить в толпе. Он был совсем не похож на Юнги. Точнее сказать, они были абсолютно разными. Мин не знал почему вообще сравнивал себя с ним. Было глупо полагать, что Чонгук подыщет в замену парня такого же, как Юнги. Ему нужен был кто-то кардинально другой, потому что Мин, похоже, больше не мог ничего предложить младшему в плане чувств.       Уехать с парковки было правильным решением. Не стоило изводить себя сильнее. Юнги хватило вчерашней истерики, которая разметала его так, что вряд ли теперь получиться собрать себя в прежнее состояние. Если только переклеить во что-то новое, но это долгосрочный план на туманную перспективу.

☊ ☋