Эхо леса

      Через неделю в табун снова пришёл Инк. Градиент весело бегал рядом с криками «Мама!» и «Папа!». — мама-папа, папа-мама — звучало всю дорогу. Жеребенок начал говорить и понимал, что означают эти два слова, а также запомнил своё имя, хотя это не означает, что он не будет игнорировать зовущих его — ой, какой же он говорун! — воскликнул Гено, посидев с внуком минут 15 — пусть говорит, ему надо учиться — сказал Эррор, стоящий возле лежащего Инка — дорогуша, Инки, как ты себя чувствуешь? — я в порядке, Гено. Не волнуйся. Мама хорошо меня пролечила — Инк лежал, потому что устал от дороги. Он ещё не полностью восстановился после род. Нужно больше бегать и гулять. Омега решил встать и устроить себе небольшую пробежку по поляне.       Он потянулся, вытянув передние ноги и опустив корпус спереди. Касание между задних ног и Инк понял, что Градиент снова присосался к нему. Жеребенок спокойно сосал молоко, махая хвостиком. «Пробежался, блять» — подумал Инк, вставая нормально. Сколько Град будет есть неизвестно, он может как перекусить, так и плотно наполнить себе брюхо перед сном. Омега расставил передние ноги и опустился к ним, заглядывая к сыну. — Гради — позвал его он — Гради, малыш — он оторвался от сиськи, слизывая с губы молоко — ты сильно голодный? Может подождёшь немного? — мама — буркнул он и снова вцепился в него — Гради, мне нужно походить, отпусти меня, пожалуйста — с забавным, но злым «ням-ням» он продолжил есть, нахмурившись. Инк вздохнул и поднялся. Подошёл поближе Эррор, наблюдавший за ними — мешает? — кивнул он на сына — немного, я хотел пройтись — если поест много, то отдай его мне, я с ним посижу, пока будет спать — Эррор подошёл к Градиенту и провёл ему по спине рукой. Беззубые челюсти сильнее сомкнулись и Град промычал — Эррор, не трогай его — подпрыгнул на месте Инк — кусается? — мх, зубов нет, но больно       Они подождали, пока тот поест и Эррор поднял его на руки. Сын обнял его шею с протяжным «папа» и начал засыпать. Гено тихим шагом подошёл к вожаку и накинул на внука старенькую перевязь. Эррор перехватил Града и завязал уголки на шее, кладя его в ткань, как в люльку. Инк снова потянулся и рысью побежал кругом. Эррор шагал вокруг табуна, небольшая качка убаюкивала сынишку. После небольшой пробежки омега остановился возле своего альфы и взглянул на Градиента. Тот спокойно спал на руках. Гено стоял неподалёку и смотрел за этой парочкой. К нему подошёл новичок — кто эта омега? И почему он пришёл только сейчас? — спросил он у старшей омеги — ты про Инка? Он омега Эррора, единственная омега. Недавно у них появился сын, а Инку тяжело после род — это я понял. Меня больше волнует вопрос почему его не было в табуне вчера, позавчера и видимо ещё дольше — Инк вырос у людей, он не может просто так отпустить семью, что дала ему шанс на жизнь       Альфа взглянул на омегу. Инк уже забрал Градиента у вожака и собирался пройтись с Эррором. Они выглядят счастливыми. Парочка пошла кругом вокруг табуна. Жеребята, что родились зимой бегали, словно здесь был детский сад. Он уже хорошо разговаривали и даже начали учиться миру вокруг с помощью родителей и старейшин. Инк улыбался, видя как дети играли и бесились друг с другом. — …однако, он кентавр. Он должен быть в табуне — Гено усмехнулся — все не так просто, как кажется. Чувства бывают сильнее чужих копыт. Эррор любит его и не хочет, чтобы он страдал, а вдали от дома он страдать определённо будет. Ему нужно несколько лет, чтобы понять всю нашу свободу и жизнь. А пока пусть будет так, как оно есть — Гено пошагал в центр табуна. Всё же старость даёт о себе знать и его стало тянуть в сон       Он опустился на траву и повернулся на спину, вытягивая ноги. Потом старшая омега лёг на бок и начал засыпать. Сон не продолился долго. С криком «Баба!» на Гено прыгнул Градиент. Он подпрыгнул на месте и едва не зашиб внучка. — Градиент! Нельзя же так прыгать на других! — подбежал Инк — мама! — Град повернулся к нему — Баба! — указал он пальцем на Гено — да, это твоя бабушка, но прыгать на кого-то, пока он спит нельзя — жеребенок подбежал к матери. Со вздохом старший плюхнулся обратно на траву и потянулся — Гено, прости, что не дали выспаться — ничего. Все жеребята одинаковые, Эррор в детстве меня также будил, как и его братья и сестры — он подложил под голову руку, устраиваясь удобнее — неприятно всё же. Ничего не болит? — Инк, спокойнее, все дети такие. Учи его главное, остальное не так важно — извини, что разбудили — идите гуляйте, я ещё немного посплю — Инк с сыном отошли.       Гено стал засыпать. К вечеру омега с Градиентом ушли домой. Эррор отвёл табун к озеру и собирался на ночлег.

*****

      Утро. Солнечная погода. Птички поют. Дрим выводит Кекса из стоила, вслед за ним Блу с Аргилом. Рина вышла из дома и услышала шум со стороны дороги. На площадь выехали две машины, одна из которых тянула за собой коневоз, и остановились перед домом. — Добрый день, чем я могу вам помочь? — стараясь сохранять спокойствие, спросила она у приехавших — с вами хочет поговорить наш талисман — ответил один и все замолчали. Коневоз зашатался и оттуда стал кто-то выходить. — да, чтоб тебя, чёртова нога! — оттуда вывалился кентавр. К нему тут же подбежали люди и поставили на ноги — я так полагаю, это вы талисман — спросила Рина — всё верно — кентавр взял свою трость и оперся о неё — мое имя Оствит. Я ищу своего сына и внука. На сколько мне известно, тут живёт двое кентавров — тут живёт мой приёмный сын и его жеребенок, если брать только кентавров. — как зовут? Сын называл мне имя своей омеги — Инк, а жеребенка Градиент — имя Эррор вам о чём-нибудь говорит? — да, это альфа Инка — как хорошо, что я вас нашёл — вздохнул Оствит — скажите, они сейчас дома? — нет, они рано утром ушли в табун и до вечера будут там — я могу подождать. Можно тут где-нибудь расположиться? — оу, ну, проходите в дом. Правда я не уверена, что с вашей ногой вы сможете пройти, проёмы у нас довольно узкие

*****