Роковой день Вэй Ина.

Вэй У Сянь проснулся на своей уже давно приевшийся постели. С момента его приезда в Облачные Глубины прошло тринадцать суток, но так лишь казалось. В памяти юноши осталось сорок пять дней, тридцать два из которых были абсолютно идентичны друг другу. Сегодня - 1573-яя сожженная палочка благовоний, двадцатое мая, или тридцать третий день нахождения Вэй У Сяня в замкнутом промежутке времени, ограниченное одним днем, которому не было ни конца ни краю. Юноша успел выучить все вопросы, задаваемые Лань Ци Жэнем, и ответы на них; все темы разговоров с друзьями, все повороты событий дня. Вэй У Сянь запомнил каждое слово во многих вариациях измененных дней. Еще в первый день повтора, он от скуки начал считать, сколько слов он скажет Лань Чжаню, и в скольких словах тот ответит. По итогу за тридцать три дня получилось 25184 слова от Вэй У Сяня, и ровно 200 слов от Лань Ван Цзи. Как-бы то не было, не смотря на некие плюсы ситуации, возможности безнаказанно творить шалости, Вэй У Сянь устал. Вот уже много дней подряд он разговаривал с одними и теми же людьми, каждый раз ровно в полночь вновь оказываясь на постели. Юноша помнил, как на четвертый день отчаялся, на одиннадцатый пытался отыскать правду, но тщетно, и только на двадцать второй день он принял свое положение, с каждым днем все глубже уходя в омут воспоминаний и проблем. Сейчас все вычисления и заметки в памяти о предстоящих встречах, уроках, разговорах были ни к чему. «Тридцать третий день», - промелькнуло в мыслях юноши с ужасно хмурым лицом. Он перестал вести себя, как весельчак на девятнадцатый день - эта была прекрасная выдержка с учетом того, что его друзья шутили всегда одни и те же шутки, желая сначала услышать старые, а затем новые; было неинтересно постоянно рассказывать одно и то же. Буянить все хотели так же, по плану «вчерашнего» дня, но Вэй У Сянь знал исходы всех событий и это не приносило ни капли веселья.  Всегда новым оказывался только Лань Ван Цзи. Даже, если Вэй У Сянь проживал два дня абсолютно идентично, тот юноша всегда в разном порядке произносил свои любимые: «убожество», «бесстыдство», «мгм» и иногда добавлял новые фразы. Это было единственным, что вызывало на лице Вэй У Сяня улыбку. Вот и в этот день юноша первым делом отправился прямиком в цзинши. Он знал, что Лань Чжань сейчас занят переписыванием свитков, которые Вэй У Сянь успел выучить наперед, поэтому без промедлений вспорхнул на дерево сандала прямо под окном цзинши, и запрыгнул внутрь, оглядывая комнату.  -Лань Чжань, доброе у!… Внезапно взору предстала совсем не та картина, на которую рассчитывал Вэй У Сянь. Вместо того, что-бы смиренно заниматься каллиграфией, Лань Ван Цзи голый стоял в банной бочке, принимал утреннее омовение и смотрел на незваного гостя, сопровождая это бровями, которые залезли на лоб в мгновение ока. Через секунду, пока Вэй У Сянь моргал, на плечах Ван Цзи уже сидело его нижнее ханьфу, скрывая голый торс.  Оба юноши замерли, как каменные стены, не в силах пошевелиться даже на цунь, они только и могли, что сверлить друг друга недоуменными взглядами. Вэй У Сянь понимал реакцию Лань Ван Цзи на эдакую дерзость, но последний был в полном шоке. К нему ворвались в личную комнату, так еще и в недоумении, что хозяин может здесь мыться. -Ты?! Пошёл в.., - прошипел Лань Чжань, но после первого же произнесенного слова увидел, как другой юноша от чего-то расцвел в лучезарной улыбке. -Лань Чжаань)), - Вэй У Сянь сделал пару шагов к Лань Ван Цзи, игриво покачивая бедрами и хохоча про себя. Второй нефрит ждал такого меньше всего. Он отшатнулся назад, из-за чего чуть не опрокинул бочку, но сбалансировал. Взамен на это, это нижнее ханьфу предательски распахнулось, оголяя грудь и выгравированный пресс. -Оу, прям так сразу?), - продолжил отпускать свои шуточки Вэй У Сянь, ступая еще ближе. Ван Цзи запахнул одеяния, но его уши все равно загорелись алым румянцем. -Что ты собираешься делать?, - с полным незнанием в голосе спросил Лань Ван Цзи. Он не хотел направлять на Вэй У Сяня меч, но не собирался подыгрывать, если поведение другого - всего-лишь шутка. -Да так, ничего особенного, - без зазрения совести прошептал юноша рядом с лицом другого, оперевшись на бочку, - я всего-лишь наслаждаюсь моментом, ведь «завтра» ты все равно не вспомнишь этого).  Лань Ван Цзи опешил, растерянно глядя на Вэй У Сяня. Тот спокойно продолжал, проводя пальцем по краю воды, от чего появилась легкая рябь: -Эх, Лань Чжань. Мне совсем не с кем поделиться своей участью, поэтому приходится веселить себя в одиночку… но знаешь, с тобой получиться развлечься куда более эффективно! Второй нефрит был в шоке от поведения юноши, но не собирался продолжать слушать этот бред. Под водой он сложил руку в печать, собираясь призвать Би Чэнь, но вот очередная незадача, Вэй У Сянь вновь нарушив все рамки дозволенного, запустил стою руку под воду, наощупь ища руку с техникой . По пути рука случайно скользнула по бедру, и Лань Ван Цзи пришлось задержать дыхание, пытаясь успокоить себя мыслями о том, что все это шутка. -Хватит., - голос Лань Чжаня звучал бархатисто, он как-будто промурлыкал, только очень низким голосом и отнюдь не для того, что-бы раззадорить оппонента сильнее. Вэй У Сянь поднял голову, с минуту выжидающе посмотрел прямо в глаза Второго нефрита и увидев там лишь растерянность и непонимание, отступил на шаг назад, подняв руки на уровне головы, мол «сдаюсь». Заметив, что Ван Цзи все еще стоит как истукан, Вэй Ин на ходу развернулся и отсалютовав, направился к окну: -Ладно, я проиграл! Сдаюсь, Лань Чжань), - на секунду он обернулся, - я зайду к тебе, когда ты будешь переписывать «Трактат учителя Ле».  Вэй У Сянь с гордостью заявил о своих намерениях, после чего снова пошел на выход, высоко задрав нос. Как-только юноша покинул цзинши, он моментально прижался к стене и стал думать. Мыслей было много, но самая яркая - про Лань Ван Цзи. Обычно в такое время тот юноша каждый день переписывал «Ле-цзы», но сегодня по неизвестной причине, перенес утреннее омовение на это время. Мысли укатились ни туда. Вспомнилось красивое тело Лань Чжаня, возобновилось желание потрогать его. Один лишь секундный взгляд на то, что скрывала гладь воды, и в груди начинало щемить. 

***

После череды коротких мечтаний, Вэй У Сянь решил, что оторвется сегодня по-полной. На горизонте с идеально ровной спиной и свитками в руках прошел Лань Ци Жэнь. В голове юноши тут же созрел план. Он подбежал к учителю и начал кружить вокруг него, словно пчелка.  -Вэй У Сянь?, - заметил его мужчина с хмурым лицом, - ты уже должен быть в классе! -Ох, учитель Лань, - промычал Вэй Ин с настырной улыбкой на лице, - вам сказать ответы на вопросы вашей так называемой «самой сложной» контрольной? -Что ты о себе возомнил? Пошел в класс!, - Лань Ци Жэнь опешил от слов юнца, но не подал виду и продолжил упрямо идти в класс. -Призраки, вервие бессмертных, правило трех «У», легенда о десяти солнцах, четырехсотлетняя черепаха губительница и…, - потянул он, но не успел закончить диктовать ответы, как получил самый презрительный взгляд, который только сумел изобразить Лань Ци Жэнь. -Ты будешь наказан., - отрезал учитель. -Но за что?!, - Вэй Ин начал идти спиной перед мужчиной. Он ждал ответа -За что?!, - вспылил Ци Жэнь, - ты получил эти ответы бесчестным способом, а каким, меня не интересуют, ты будешь наказан. Вэй У Сянь запнулся о ступеньку, ведущую в класс, но вывернулся и не упал. Вместо этого к нему в голову пришел гениальный план. Юноша за секунду подлетел к учителю и на ухо прошептал: -Что, если я скажу, что весь день подглядывал за Ван Цзи-сюном?) Уши Лань Ци Жэня заалели. Природа наградила его бурной фантазией, и в голове моментально вспыхнули самые разные картинки. -ПОШЕЛ ВОН!, - заорал мужчина, кидая в мальчугана свитки, - Завтра ты будешь подвергнут жестокому наказанию! Вэй У Сянь в голос рассмеялся и уворачиваясь от свитков, побежал прочь.