Игорян и компания: Из Петербурга в Петроград

Особняк Ростовых был великолепен. Огромное здание, утопавшее в огнях, сверкало и переливалось, как драгоценный камень. Из распахнутых дверей доносились звуки музыки, смех и гул голосов. Нарядные кареты одна за другой подъезжали к парадному входу, высаживая важных гостей, среди которых блистала новая, экстравагантная компания во главе с Игорем Радаевым.   Анна держала Игоря под руку, словно боясь потерять, а Алёна, впервые оказавшись в таком шикарном обществе, старалась выглядеть невозмутимой, хотя её глаза метались от восторга. Она с удивлением и восхищением изучала особняк, чувствуя себя героиней исторического романа. Когда наши герои высаживались, Игорь проверил телефон. Ему прислал сообщение в Telegram бывший староста группы Алёны на юрфаке СПбГУ, Серёга Захаров, с которым он познакомился через Толяна ещё в 2020 году, когда приехал в общежитие повидаться. Захаров писал: «Игорёк, если ты это читаешь, я сейчас в бильярдном клубе PlayPool на Коломяжском проспекте! Там так круто! Если в Питере будешь, приходи, поиграем!». Игорь с улыбкой на лице перечитал сообщение. Ему показалось странным, что Серёга вдруг написал про бильярд, о котором он бы даже и не вспомнил, хотя играл в него давно. Однако он, тем не менее, ответил Серёге голосовым сообщением: — Привет, Серый! Конечно, приду. Давно в бильярд не играл, хоть вспомню, каково это. Будет время, обязательно с тобой поиграю. Хоть снова кий в руках подержу. Он бросил телефон в карман сюртука и посмотрел на Анну. Она заметила, как изменилось его лицо, и улыбнулась ему. — Игорь... — прошептала она, нежно касаясь его руки. — Ты что, играешь в бильярд? — Конечно, играю… В смысле, играл, но забыл, каково это, — ответил Игорь с ноткой ностальгии в голосе. — Я даже помню свой первый поход в бильярдный клуб в Новосибирске. Во. Это 2020 год. Как только домой после первого визита к подруге приехал, пошёл играть, бывшая девушка приглашала. Он показал Анне фото на телефоне, где он стоял за бильярдным столом, вооружившись кием. На снимке он выглядел дерзким, и его глаза горели тем же огнём, что и сейчас. В этот момент, словно по волшебству, разговор прервал высокий, неуклюжий и упитанный молодой человек, который подошёл к ним с озадаченным видом. — Mon ami! — воскликнул он, заметив Игоря. — Вы говорили про бильярд? Игорь поднял голову, посмотрел на подошедшего и начал изучать его взглядом. Это был Пьер Безухов. Он был одет в тёмный, не по размеру сюртук, а его взгляд был немного растерянным, но добрым. — Пьер! — воскликнул Игорь, узнав его. — А я смотрю, что за лицо знакомое. Вы... вы не видели моего друга? Анатолия? — Видел, видел, — ответил Пьер. — Он увлёкся разговором с одной очень милой барышней, я не стал их прерывать. Но… я не могу найти себе партнёра для бильярда. Никто не хочет со мной играть. Может, вы? Я… я очень плохо играю. Игорь рассмеялся, а Анна внезапно улыбнулась. Ей понравилась эта непосредственность. — Плохо играете? — хохотнул Игорь. — Пьер, вы — находка! Я как раз с другом общался насчёт бильярда, он меня приглашал поиграть. Пойдёмте, маэстро, хоть с вами поиграем, а то мне тоже не с кем! Аннушка, пошли с нами. Я ведь знаю, ты любишь лицезреть бильярд. Все вошли в бильярдную. Зал был огромным, с несколькими столами, освещёнными тяжёлыми лампами, свисавшими с потолка. В воздухе витал запах сигар и старого дерева, характерный для любого мужского клуба XIX века. Игорь взял кий, и его руки стали твёрдыми и уверенными. Он почувствовал, как снова вспоминает, как играть в бильярд. — В восьмёрку, карамболь, американку? — спросил Игорь, извлекая из выемки в бильярдном столе пирамидку с шариками. — Во что вы обычно играете, Пьер? — Я… я плохо играю во все игры, — честно признался Пьер, — но мне кажется, что восьмёрка — это... это очень весело. — Восьмёрка так восьмёрка, — улыбнулся Игорь. — Разбивайте, господин Безухов. На правах старшего по возрасту. Я, конечно, не Диана Миронова и не Иосиф Абрамов, но охотно вам кое-что продемонстрирую из известных мне приёмов. И вы наверняка что-то почерпнёте. Пьер с неуклюжим видом подошёл к столу. Его руки дрожали, и он долго целился, прежде чем ударить. Шары, вместо того чтобы разлететься по столу, с глухим стуком сдвинулись на два сантиметра. Игорь едва сдержал смех. — Даже такой мелкий кикс — уже кое-что, господин Безухов, — произнёс он, натирая кий мелом. — Четвёрку в левый угол, следующий — дуплет в середину. Смотрите, как делается подкрутка. Игорь мастерски сделал несколько ударов, забивая один шар за другим. Он чувствовал, как возрастает его бильярдный азарт. За каждым ударом он видел не просто шар, а очередной выполненный план. Анна с восхищением наблюдала за ним, а Пьер только изумлённо качал головой. — Вы... вы как... как волшебник! — воскликнул Пьер. — Просто физика, Пьер... И небольшой опыт, — улыбнулся Игорь, но в его глазах читалась какая-то скрытая решимость. — Всё дело в расчёте угла и силы. Никакой магии, только геометрия и стремление к цели. — А я слышал, вы и на рояле играете, — сказал Пьер, переводя тему. — Мне говорили, что вы... очень хорошо это делаете. — Я люблю играть, — ответил Игорь. — Музыка... Она помогает мне. А вы любите музыку? — Очень! — Пьер расцвёл. — Я люблю оперу, а ещё... А ещё... В этот момент в бильярдную вошла Наташа Ростова. Она была одета в белое, воздушное платье, и её глаза светились счастьем. Игорь, пошатнувшись при прицеливании, чуть не уронил кий. Он замер, поражённый внезапностью её появления. «Твою-то мать! — подумал он, поправляя кий. — А если бы он мне в ногу воткнулся? Ну ладно, хоть что-то освежит эту душную бильярдную посреди этого запаха сигар». — Пьер! — воскликнула Наташа, подбегая к Безухову. — Ты где был? Я тебя везде ищу! Пьер смутился. — Наташа... Я... я играю в бильярд. С... Игорем. Наташа перевела взгляд на Игоря, и её глаза расширились. — Здравствуйте, — прошептала она, и её щеки залились румянцем. — Bonjour, госпожа Ростова, — приподнимая кий, кивнул Игорь. Он послал в левую среднюю лузу «шестёрку» и приподнялся, затем достал из сюртука элегантный платок. Протерев им кий, он передал его Пьеру, затем перевёл взгляд на Наташу и улыбнулся. — Госпожа Ростова, я слышал о вас много хорошего. Рад знакомству. — И я, — прошептала Наташа, не отводя от Игоря взгляда. Игорь кивнул Пьеру, который, казалось, потерял дар речи. — Пьер, — тихо сказал Игорь, — ты должен с ней дружить. Без всякой романтики, потому что на поздней стадии отношений есть шанс, что madame поведёт себя как putain, и ты останешься у разбитого корыта. Попроси её о дружбе, скажи, что тебе нравится её легкость и юмор. Ты же не хочешь, чтобы ваша дружба обернулась трагедией с Курагиным? Пьер смутился ещё больше, но кивнул. Мысль о том, что эта светлая девушка может принести ему боль, напугала его сильнее, чем любая бильярдная партия. Он посмотрел на Наташу и, набравшись храбрости, сказал: — Наташа, я... я не знаю, как сказать, но... я хочу, чтобы мы были друзьями. Мне очень нравится твоя... твоя лёгкость. И твой юмор. Я… я так счастлив, что ты здесь. Наташа улыбнулась. — Пьер, я тоже! Я так рада, что ты приехал! Они обнялись, и Игорь почувствовал, как сердце его сжимается. Он был рад за них, и ему захотелось создать атмосферу, поэтому достал из кармана телефон и, не раздумывая, включил музыку. — Господин герцог Иоганн Вольфганг фон Гугель со своей фонотекой прибыл, дамы и господа, — произнёс Игорь. — У меня для вас кое-что танцевальное. Германский музыкальный ансамбль под названием Boney M. Заиграла группа Boney M. В зале, который ещё минуту назад был заполнен звуками вальса и менуэта в исполнении оркестра, раздались громкие, ритмичные аккорды. Зал замер, а затем разразился смехом и удивлёнными возгласами. Это было что-то совершенно новое, незнакомое, но в то же время невероятно зажигательное. — Дискотека! — воскликнул Игорь, подмигивая Анне. — Это... как бы... музыка для танцев, но... другая. Давай покажу, как под это танцевать, Аннушка! Он взял Анну за руку и повёл её в центр зала, где уже несколько человек, смеясь, пытались повторить его движения. Игорь начал двигаться в такт музыке, и его движения были такими свободными и энергичными, что Анна не могла сдержать улыбку. Она чувствовала, как её тело движется в такт музыке, и ей казалось, что она летит. Пьер и Наташа тоже начали танцевать. Наташа с восторгом повторяла движения Игоря, а Пьер, хоть и был неуклюжим, но старался. Он смеялся, глядя на Наташу, которая кружилась, как бабочка. Затем Игорь посмотрел на Анну. В её глазах он видел не только радость, но и какую-то новую, скрытую силу. Он понял, что она — его новая лучшая подруга, этакое дополнение к Толяну и Алёне. Когда музыка закончилась, в зале раздались аплодисменты и крики «Ещё!». Игорь улыбнулся. Он понял, что его музыкальный выбор оценили. — А следующая песня для тех, кто хочет вспомнить себя в семнадцать лет, — объявил Игорь и включил песню The Beatles «I Saw Her Standing There». После The Beatles Игорь включил «Don't Stop Me Now» группы Queen. Его выбор был далеко не случаен: он хотел передать своё внутреннее состояние. Он снова взял Анну за руку, и они закружились в танце. К ним присоединились Толян и Наталья, Пьер и Алёна. Ржевский и Азарова, поначалу ошарашенные, не смогли устоять и тоже влились в круг танцующих, заражённые энергией Игоря и его друзей. Они чувствовали, что это не просто танец, а прорыв, выход за рамки привычного, душного и скучного мира. Когда песня закончилась, Игорь снова подошел к бильярдному столу и, ни слова не говоря, взял в руки кий. Шары, которые Пьер так неуклюже разбил, лежали на столе в полном беспорядке. Игорь сосредоточился. Он сделал пробный удар, который на самом деле был настоящим ударом. Шары, словно притянутые магнитом, один за другим закатились в угловую лузу, выстроившись ровным рядком. В зале повисла тишина. Люди смотрели на него, как на волшебника. В этот момент в бильярдную вошел граф Ростов. Он остановился, точно громом поражённый. — Что за… — прошептал он, и его глаза расширились, когда он увидел шары. — Это... Это невероятно! Игорь повернулся к нему. — Граф, — произнёс он, — добрый вечер. Я — поручик Радаев, Игорь Сергеевич. Простите за шум и... за Boney M. Но, как видите, иногда нужен новый подход, чтобы забить все шары. Граф Ростов рассмеялся. — Вы... вы очень необычный молодой человек, Игорь! И эти шары... Как вы это сделали? — Это трюк, ваше сиятельство, — ответил Игорь. — А ещё это физика, оптика и тренировки. Я очень давно играл в бильярд, сегодня представилась возможность вспомнить, каково это. Граф Ростов подошел ближе. — Вы... вы мне очень нравитесь, поручик. Я чувствую в вас какую-то... силу. Вы будто не из нашего времени. Вы меняете атмосферу одним движением. — О таких вещах я бы предпочёл не говорить, — Игорь улыбнулся. — У меня есть одно важное наблюдение касательно вашей дочери, Наташи. Я видел, как она общается с Пьером. Они очень подходят друг другу как друзья, но не как муж и жена. Граф Ростов нахмурился. — Почему вы так думаете, Игорь? — Потому что Наташа — это огонь, а Пьер — вода. Они могут дружить, но в браке им будет очень тяжело. Наташа — это страсть, а Пьер — покой. Она хочет приключений, а он — стабильности. В итоге они устанут друг от друга и разведутся. История это подтверждает, граф. Я это знаю. — Что же вы предлагаете? — спросил граф, всё больше вникая в слова Игоря. — Я предлагаю вам, граф, три варианта для Наташи. Три достойных претендента на её руку и сердце. Это отдельный маленький список, как таблица в Excel. Граф Ростов с интересом посмотрел на него. — И кто же они? — Первый — Андрей Болконский. Он мужественный, умный и смелый. Они с Наташей могли бы создать крепкую семью, основанную на взаимном уважении и глубоких чувствах. Он — огонь, и она — огонь, но они могли бы гореть вместе. Второй — Анатоль Курагин. Я знаю, у них с мадемуазель Бурьенн какая-то неурядица происходит, но это, скорее всего, от того, что она ветреница. Анатоль — человек с амбициями, которые сыграют ему на руку, если их пустить в нужное русло-с. Ну, а третий — Семён Лизунов, лицейский однокурсник Алексея, сына графа Николая Трофимова и по совместительству младшего брата моей спутницы, Анны. В этот момент в бильярдную вбежал взволнованный лакей. Он задыхался, его лицо было бледным. — Ваше сиятельство! — воскликнул он, обращаясь к графу Ростову. — Срочная новость! Спустя 51 год после Отечественной войны... пришло известие... Князь Андрей… жив! Все замерли. Наташа ахнула, закрыв рот руками. Пьер застыл, словно статуя. Игорь нахмурился, затем его лицо озарилось пониманием. — Как жив? — спросил граф Ростов дрожащим голосом. — Все же говорили, что он умер от ран под Бородино! — Нет, ваше сиятельство! — задыхаясь, ответил лакей. — Его друг, Алексей Левицкий, притворился им. Болконский был ранен, но жив, а Левицкий… он… он умер вместо него! Его похоронили под именем князя Андрея Болконского, чтобы сбить врага с толку, а князь Андрей выжил! В зале повисла полная тишина. Все были ошеломлены этой новостью. И только Игорь не мог сдержать смех. Он расхохотался, его смех был громким и заразительным. Он смеялся так, что у него потекли слёзы. — Левицкий... Bordel... — хохотал он. — Это... это как в «Волосах»! Все посмотрели на него с недоумением. — В каких «Волосах»? — спросил Ржевский. — Это такой бродвейский мюзикл 1968 года, — пояснил Игорь. — В его экранизации семидесятых один парень, Клод, должен был идти на войну во Вьетнаме, но вместо него идёт его друг, Бергер, такой же хиппи, как он! И Бергер умирает, а Клод остаётся жить. Это... это такой сюжетный поворот! Как в любом военном кино! Я знал, что этот проказник останется в живых! Он продолжал смеяться, и его смех, поначалу нервный, теперь стал искренним. Он был рад, что Болконский жив. Он понимал, что это изменит всё. Это изменит судьбу Наташи, Пьера, и, возможно, их самих. Он почувствовал, как какая-то огромная тяжесть спала с его плеч. Он был счастлив. Граф Ростов смотрел на него с изумлением. Он видел, что Игорь искренне рад, и это ему нравилось. — Игорь, — сказал граф, — вы... вы невероятный человек. Вы можете всё. Вы меняете судьбы, вы управляете шарами, вы смеётесь над смертью... — Я просто человек, граф, — улыбнулся Игорь. — Но я верю, что жизнь — это не только драма. Жизнь — это ещё и комедия, и мюзикл, и... и бильярд, где можно забить все шары одним ударом. Главное — верить в себя. И, конечно же, в то, что даже самый неуклюжий Пьер может найти своё счастье. И я... я ему с удовольствием помогу.