С каждым порезом все глубже

Что такого плохого должно произойти, чтобы посчитать день плохим?    Столкновение с абьюзивной бывшей, от одного вида которой тебя воротит, и все сомнения и ненависть к себе снова возвращаются?   Столкновение с бывшим, который требует объяснений, почему его внезапно бросили? Когда правду он и не поймет, ведь не понимает, что ты никогда не была натуралкой?   Разговор с незнакомкой, которая считает тебя крутой и рада, что ты совершила камин-аут, и не влюбиться в неё после такого? Когда она буквально выглядит как лягушка без принцессы?   Наезд надменной высокомерной знакомой, из-за того, что ты "отвлекла" её во время теста, попросив у неё ластик, и поэтому она его не сдала? Еще и считает, что обвинять её в этом - грубое возражение?   Для Ари все это было таковым. Меньше, чем за 6 часов, даже не четверть дня, она уже хотела упасть лицом в подушку и никогда больше не просыпаться. К несчастью, кровать была в нескольких часах от неё, а до смерти - десятилетия. Ари удалось избежать конфликт с Мисс Меган просто выйдя из класса, но чувство сильного одиночества все больше проявлялось с каждым шагом в этих пустых коридорах. Нужно было сделать только одно.   Найти место, где можно будет пореветь и надеяться, что земля сожрет её целиком.   Очевидным выбором места стал женский туалет. Ничто больше не угнетало, чем эти бесконечные желтые стены, что медленно высасывали твою душу. Плакать. Вернуться и притворяться, что все хорошо. Уйти после всех уроков. Больше звучало как список, чем план, но это уже лучше, чем ничего.   Но даже лучше планы мышей и людей идут наперекосяк, когда на Ари напала ничего не подозревающая соседка.  —  Ебто бля, что с тобой случилось?   Дырявые серые джинсы, футболка с кроликом, глаза, что как-то узнавали тебя, не зная о твоем присутствии.    Все нормально, это была Эмили.   Острые на концах блондинистые волосы будто отражали её ментальное состояние, её терпение было готово лопнуть в любой момент. Но этот голос, что знали все, этот неустойчивый тон, заставляющий тебя оказаться на кончике ножа, и один лишь неверный слог мог побудить нож совершить неисправимое.   Ари решила просто проигнорировать Эмили и вместо этого направиться в кабинку.  —  Сучка, не игнорь меня,  —  Эмили нарушила тишину своим острым, как нож, голосом.  —  Просто... Уйди...  —  Ари слабо протестовала. Она не смогла добраться до своей цели, Эмили встала между Ари и кабинкой.   Ари попыталась уйти в другую кабинку, но Эмили перегородила и её, встав перед Ари, таращась на неё, словно Эмили была готова драться до смерти. Не смотря на свой почти одинаковый рост, в этот момент Эмили казалась гигантом по сравнению с муравьем Ари. Это больше не ощущалось кончиком ножа, это не отражало темперамент Эмили, это скорее было первобытным Дамокловым мечом, который висел над головой Ари, готовый в любой момент упасть.  —  Ты не можешь мне указывать что делать.  —  Почему тебе не все равно...?  —  Ари выдавила из себя, моральное истощение было очевидным на её лице.  —  Мне не нравится, когда меня игнорят. Я не говорила, что мне не похуй.  —  Просто отъебись и иди ебаться со своим тридцатилетним парней.   Даже если формулировка была язвительной, тон Ари говорил об обратном. У неё не осталось сил спорить, только принять, что остальная часть дня все-таки произойдет, несмотря на желание обратного.  —  Если что мы расстались.  —  Жаль это слышать.  —  Не похоже, чтобы ты сожалела.  —  Потому что так и есть.   Каждое новое решение делало этот день все хуже и хуже. Эмили сделала полшага, показавшись выше Ари. Больше некуда бежать. Дамокловый меч упал.   —  Ты думаешь ты тут вся такая крутая, потому что отвечаешь мне?  —  Нет, я просто хочу в кабинку.   —  Знаешь, возможно у тебя и были бы друзья, если бы ты не была такой саркастичной сукой.   Терпение не резиновое, и оно рано или поздно заканчивалось. Самый воспитанный человек мог стать пугающим, если дать ему возможность. Даже любящая собака с жестоким хозяином, которого она почему-то любила, начнет рычать. Собаку могли бить, ранить, пинать, но она будет терпеть из-за привязанности к хозяину. Но выносливость не синоним бесконечности, и собака начнет давать отпор.    Ари более не была муравьем. Теперь два гиганта сражались за победу в этом споре.   —  Пошла нахуй, будто только ты тут можешь говорить!  —  силы спорить наконец вернулись к Ари,  —  Я тоже не вижу, чтобы ты хоть с кем-то гуляла!   —  Я погуляла с достаточным количеством человек сегодня.  —  Ого, и что же они делали?  —  Покупали у меня наркоту.  —  То есть они были покупателями?   —  Покупатели мои друзья. Я им нравлюсь.  —  Только потому что от твоих таблеток их мозги плавятся! И ты им нравишься только потому что их мозги плавятся!  —  Все равно я популярней.  —  Должно быть так престижно продавать таблетки в школьных туалетах.  —  А твоя подработка в Хот Топик типо гораздо лучше?  —  Это хотя бы легально!  —  И это твоя ответка?  —  Эмили ответила с скучным взглядом, будто бы она надеялась, что ею впечатлится девочка, которую она чмырила,  —  Ты была лучше, когда вела себя как эмо.  —  У меня сегодня хуевый день, так что просто отвали! А еще я перестала вести себя как эмо, потому что ты от меня тогда не отставала!  —  Я просто пыталась быть дружелюбной.  —  Неправда! Тебе все равно на меня и мои чувства!   —  Опять ведешь себя как эмо.  Ари это проигнорировала  —  Мы не друзья! Я даже не твой покупатель.  —  Хочешь им стать?  —  Эмили внезапно оживилась, увидев перспективу в продаже. Ари же стояла на своем, её мысли так и кричали, что скорее всего это скам, а даже если и нет, то была еще куча причин уйти из туалета.   Единственная предсказуемая вещь об Эмили так это то, что она непредсказуема. Никто не сможет полностью понять мозг Эмили, и возможно это к лучшему.   Ари даже еще не согласилась, а Эмили уже достала баночку таблеток из кармана своего худи. Ари не была святой, когда дело касалось употребления наркоты, в прошлом она ими иногда баловалась. Но те были измерены и проконтролированы. Может быть что-то посильнее могло сделать остальную часть дня более терпимой? Она посмотрела на таблетки, осторожность сменилась надеждой на то, что сильные таблетки смогут уберечь её от нервного срыва.  —  Так что ты хочешь? —  Спросила Эмили, встряхнув баночку перед лицом Ари.  —  Не знаю. Что из них хорошее, по твоему мнению?   —  Я тебе не мороженщик.  —  Окей, что меня сможет успокоить.  —  Ксанакс   Эмили открыла баночку и среди маленьких таблеточек пальцами нашла ксанакс. Её язык чуть-чуть высунулся, пока она концентрировалась на своей задаче. На любом другом человеке это выглядело бы забавно, но Эмили выглядела от этого еще более расстроенной.  —  Не было бы проще все это пометить как-то?  —  спросила Ари и тут же получила еще один разочарованный взгляд от Эмили.  —  Если бы я это сделала, то ровно с тем же успехом могла бы орать о том, что у меня с собой есть наркота.   —  Тогда да, это было бы тупо обозначать каждый наркотик.  —  $15 за штуку, кстати.  —  В прошлый раз же было $12  —  Спрос большой, а предложений мало, вот и все дорожает.  —  Не сильно похоже на то, чтобы их было так мало.  — Так ты хочешь ксанакс или как?   Ари глубоко вздохнула. Теперь надо было убедиться в том, точно ли это хорошая идея.   А подростки, как известно, не славятся хорошими идеями.   —  Хорошо. Я возьму...  —  Ари порылась в своих карманах, проверяя сколько денег у неё осталось. Она снова выглядела так, будто сейчас заплачет, осознав свое скудное состояние,  —  Я возьму одну.  —  Одну?!  —  Это все, что я могу себе позволить!  —  О, правда? Потому что я видела тебя с Лексусом.  —  Это моего отца! Большую часть времени я еду на маминой Камри! Когда она мне разрешает.  —  С каждым словом ты звучишь менее крутой.  —  Можешь просто отдать мне ксанакс?  —  Ари раздражалась, желание плакать отпало.  —  Одного не хватит, чтобы расслабиться.  —  Может тогда скидку сделаешь?  —  Ари попыталась улыбнуться, индикатор её попытки пошутить, но с её растрепанным лицом это скорее походило на натянутую улыбку.  —  Я всегда могу поднять цену до $17.  —  Стой, нет-нет-нет. Просто... Забей.  —  Оо, теперь ты готова покупать без скидки?! Ты издеваешься?!   —  Я возьму больше денег завтра! Чтобы я смогла купить... Столько ксанакса, сколько мне надо.  —  Тебе бы по-хорошему притащить трехзначные суммы.   Ари не понимала правда это или нет, но экспертом тут была Эмили.  —  Мне недавно дали зарплату, так что не переживай на счет денег.  —  Переживать как раз нужно за тех, кто так говорит,  —  ответила Эмили, спрятав наркотики.  —  Не-не, все пучком.  —  И это тоже слышала миллион раз. Уверена, что завтра даже не купишь ничего.  —  Возможно,  —  призналась Ари,  —  Я не часто таким занимаюсь.  —  Нечасто? То есть ты пробовала наркоту?  —  Только траву.  —  Нуу, надо же иногда гулять.  —  Может я и могла бы, если бы наркота не была такой дорогой!  —  Это твои проблемы,  —  улыбнулась Эмили, будто не она ставила цены,  —  Я удивлена, что ты вообще пробовала хоть что-то. Я думала ты слишком зануда для этого. Неудивительно, что ты вся такая дерганая, раз ты всегда трезвая.  —  Ты... Не всегда трезвая?  —  В последний раз трезвый день у меня был, когда мне было 12.  —  Это полезно? Мне казалось нет.  —  Какая разница! Мне помогает. Лучшее лечение - самолечение!   —  Может мне стоит употреблять почаще..   —  Да! Это может стать новогодним обещанием!   —  Сейчас октябрь?   —  Ок, и че? Мое решение тебя не устраивает?   —  Нет-нет, оно хорошее, я попробую как смогу купить наркоту!   —  Сиди на своей траве.  —  Резаться мне больше по душе,  —  промямлила Ари.   Скучный взгляд Эмили стал еще более унылым, затем поняв, что красная бошка была искренней, Эмили ухмыльнулась.  —  Ты режешься? Ебать, недооценивала тебя.  —  Правда?   —  Да, это делает тебя довольно крутой. Где ты режешься?   —  Бедра.  —  Чтобы предки не заметили, да?   —  Да!  —  Понимаю, предки это пиздец.  —  Не то чтобы они худшие люди на планете. Они просто... Не поймут.   —  Дай угадаю: их жизнь настолько хороша, что они не понимают зачем кто-то режется ради чувства контроля?  —  Именно! Бля, ты реально хороша в этом.  —  Я королева порезов.  —  Мне кажется, что хвастаться этим странно.  —  Что, даже если ты умнее меня, то у меня не может быть никаких достижений!?  —  Нет, я не говорила это! Мы почти не разговаривали, я не знала, что ты тоже режешься  —  Должна была! — широко улыбнулась Эмили. Её футболка и так была с короткими рукавами и она гордо показывала свою руку. Ари с трепетом взглянула и увидела кучу шрамов в форме креста, каждый из которых хранил свою историю. Какие-то были крупнее других, без сомнения сделанные в плохие дни, но это не уменьшало количество выцвевшего красного цвета, что украшал Эмили. Ари было интересно, чувствовала ли сама Эмили, что она всегда находится в полушаге от лезвия.  —  И твои родители не замечают их?   —  Нет конечно, они слишком заняты всякой  благотворительностью.  —  Вот бы и у меня прокатывало.  —  Носи одежду с длинным рукавом?  —  Я пыталась, но однажды забыла, и родители увидели мои шрамы. Пришлось солгать им, что у меня была какая-то кожная болячка.  —  О, у меня когда-то была какая-то кожная болезнь, неприятно было.  —  Боже!   —  Даа, чуть руку не потеряла, но сейчас все норм! Эмили показала другую руку, на которой один шрам был гораздо глубже других. Следов инфекций не было, но он все равно был ярко-красным.  —  Не думаю, что я когда-то заходила настолько далеко. Как ты режешься, когда нет места?  —  О, места еще куча.  —  Но... Твои руки же полностью покрыты?  —  Я режусь везде. У меня шрамов наверное больше, чем чистой кожи.   —  Трудно представить...   —  Мразь, я не вру!   —  Что- Нет, я не говорила, что ты врешь!   —  Я покажу тебе!   Ари не успела и подумать, как Эмили начала снимать футболку. С одной стороны, она должна остановить это, да? Был большой шанс, что кто-то зайдет и увидит, да и восхищаться чужим селф-хармом было явно не чем-то хорошим. С другой стороны, посмотреть на голую женскую талию будет идеальным решением для плохого дня.   Поэтому Ари решила ничего не делать и наблюдать за Эмили, которая больше себя оголяла, морально и буквально.  —  Вау...  Несмотря на то, что Ари этого и ожидала, она все равно была удивлена. Эмили не шутила, когда говорила, что шрамов у неё больше. Каждый сантиметр белой кожи был покрыт красным, словно тело Эмили было холстом, и она решила закрасить его в грязный красный цвет.  —  Это... Это очень много,  —  все что могла промямлить Ари, пока она пялилась.  —  Это не все!   —  Ну, если можно, то можешь показать и остальные,  —  сказала, разинув рот, идеально визуализируя свою сильную жажду.    Ари потребовалась секунда, чтобы понять, где могли быть остальные шрамы и еще одна секунда, чтобы понять о чем она просила. Лицо девушки покраснело и по тону было таким же, как шрамы Эмили. Сцен девушка же не возражала, пока надевала свою футболку обратно.  —  Не здесь.  —  В следующий раз, получается?   —  Давай прогуляем просто. У тебя, это ближе.  —  ...Погоди, откуда ты знаешь где я живу?   —  Да.  —  Как?   — Не парься. Ну так что, пойдем?   Все было прекрасно, пока Ари была в семисекундном раю, но теперь, когда её действительно спросили, ей нужно было остановиться и подумать: стоит ли оно того? Ранее она бы прыгала от счастья от одного только шанса пригласить девушку к себе домой. Затем произошла хуйня с Николь. То немногое, что Ари успела понять об Эмили, так это то, что она была Николь на стероидах. Возможно в буквальном смысле, учитывая наркотическую диету Эмили. Сегодняшний день и так был дерьмовым, приглашать домой ураган в виде Эмили наверняка бы все только усугубило.  —  Я не знаю как родители на тебя отреагируют... —  Ари пыталась найти оправдание, переживая, что честность может сделать только хуже, чем в случае с Меган.  —  Они работают в офисе, их не будет еще несколько часов.   —  Откуда ты знаешь!?   —  Это так важно?   —  Для меня да!  —  Лан, забей. Пойдем.    Ари смотрела на то, как Эмили уходит. У неё в животе формируется неприятное чувство. Ей нельзя было приводить кого-то вроде Эмили домой, так? Но возможность заглянуть под футболку девушки брала вверх.   Что если она больше никогда не посмотрит на живот Эмили? Что если это её последний шанс увидеть живот девушки в этой жизни!? Ари пыталась собраться с силами, вспоминая все слухи об Эмили, все, что Ари лично видела и слышала от неё. Вот и все, Эмили почти исчезла из виду!    К сожалению, неважно насколько много силы воли было у Ари, ведь подростковые гормоны всегда победят.  —  Стой!  —  Эмили повернулась, но стояла как вкопанная, —  Мы можем пойти ко мне, просто не делай...  —  Ари неловко затихла, осознав, что она хотела сказать.   Эмили повернулась обратно к Ари, пялясь на неё.  —  Не делай чего!?  —  Забудь.   —  Не будь ссыклом, говори.   —  Просто... Не веди себя странно при родителях, —  Откровенно соврала Ари. Но благо это прокатило.   —  И все? Почему тебе не похуй на то, о чем они подумают?   —  Это скорее из-за мамы. Она может иногда гиперопекать.  —  И все? Твоя мама уделяет тебе слишком много внимания?   —  Оно не всегда хорошее! Она будет говорить всякую херню по типу того, что я не веду своих друзей в дом.  —  А, тогда пошла она нахуй.   —  Ну, если честно, я думаю, что она просто переживает...   —  Хватит оправдывать её. Ей бы по-хорошему заткнуть свое ебало при мне, —  объявила Эмили, видимо подумав, что они точно идут к Ари.    И снова мысль о том, что её мама и Эмили могут стать причиной катастрофы, засела в голове у Ари. Только Бог знает то, какой хаос может устроить Эмили. Если она хотела это остановить - по-настоящему в этот раз, то ей нужно было высказаться. Сейчас или никогда.    В любое время.   ...Ари?  —  Поедем на твоей машине, —  Эмили продолжила односторонний диалог. Другой собеседник был занят мыслями о животах и не мог рационально думать.    Осознав, что Эмили что-то сказала, Ари заговорила.   —  Ты не водишь? Я думала ты за мной поедешь.  —  Я спиздила машину бывшего, и если он увидит меня в ней, то это будет пиздец.  —  ...И ты просто оставишь её на школьной парковке? Он к школе вообще не ходит?  —  Сто процентов. Он пока не пришел, но рано или поздно припрётся, и он спиздит свою машину обратно.   —  Разве угон не заключается в том, чтобы сохранить то, что угнала? —  Спросила Ари, отчаянно пытаясь понять логику Эмили.   —  Я тыкаю пальцем на недостатки твоих планов!?   —  Ээ.... Нет?   —  Хорошо, —  коротко ответила Эмили, будто это разрешило весь разговор.   —  Окей, едем на моей машине, — решила Ари, будто это было её решением.   —  Ты сегодня на машине твоего бати?   —  Вообще я сегодня на маминой...  —  Тебе повезло, что ты милая, Ари.    Это не было тихой поездкой. Снаружи было мирно, хорошо, идеально для пикника. Мир всегда был временным, и такой смерч как Эмили постаралась разрушить каждую молекулу, которую могла. Хотя бы у неё точно была нескучная жизнь. Но даже так Ари пожалела, что услышала весь срач Эмили со своим бывшем. По всей видимости машина, которую она угнала, принадлежала не бывшему, а его другу, который безумно злился из-за угона.  —  Я не знаю что он блять хочет, чтобы я ему сказала,  —  злилась Эмили и швырнула свой телефон в окно, который аккуратно разбился на дороге.   —  Ээ, разве он тебе не нужен?   —  Не, у меня куча еще дома. Этот был одним из его подарков, я не хочу хранить эту хуйню.   —  Можно я спрошу кое-что?  —  быстро повернулась Ари, чтобы посмотреть на Эмили, которая со скрещёнными руками тупо уставилась вдаль. Ари решила продолжить, приняв молчание за согласие, —  Почему ты им сказала, что машина в тц?  —  Потому что пусть нахуй идут! Если они скажут что-то вроде: "Ыыыы, ты не сможешь больше хуяриться нашим кокаином", то я не буду им помогать!  —  Мне казалось, что легче было сказать правду.  —  Ты на чьей стороне!?  —  Эмили наклонилась, очень твердо поставив руку на середине руля. Ей ничего не стоило, чтобы отправить их в ближайший дом. Что ещё хуже, они были в нескольких кварталах от дома Ари, и меньше всего она хотела, что её родители выслушивали жалобы пожилых соседей о том, что их дочь прервала их божественный дневной сон.  —  На твоей, я на твоей!   Хмурость Эмили сменилась изумлением.  —  Ого, твой макияж реально красивый.   —  Это хорошо, но может уберешь руки с руля!?    Руки Эмили оставались на руле.   —  Хорошо, если дашь свой телефон на секунду  —  Зачем?..  —  осторожно спросила Ари, гадая в какую криминальщину её сейчас ввяжут.  —  Чтобы я сказала бывшему, что его машина на самом деле у школы.   —  Ох! Ну...   —  В чем проблема!? Это блять была твоя идея сказать ему правду!  —  Хорошо, он у меня в кармане!   Эмили убрала руки с руля и потянулась в карман Ари, взяв её складной телефон.   В один момент он был в руках Эмили, а в следующем он летел из окна, приземляясь на асфальт.  —  КАКОГО ХУЯ!?  —  закричала Ари и остановила машину.   —  Я же говорила не указывать мне.  — Это было предложением! Ты можешь делать что хочешь!  —  Я хочу, чтобы ты не влезала в мои дела!  —  Окей, ладно... Дай телефон заберу.   Ари быстро забрала телефон и вернулась в машину.   Но к её возвращению, пассажирское сиденье было свободным, а Эмили взяла на себя роль водителя.   —  Почему ты на водительском сидении!?  —  Ари закричала через сломанное окно. По какой-то причине её мама отказывалась чинить стекла, не смотря на то, что работало только одно на заднем левом сидении.  —  Потому что я вожу, очевидно же,  —  игриво сказала Эмили с одной рукой на руле, а другой поправляя свои волосы.   Ари правда хотела с этим поспорить, но она помнила, что Эмили играла в гта в реальной жизни, и с большим шансом Камри тоже может быть угнана. Красноволосая вздохнула и вынужденно села на пассажирское сидение.    Не успев закрыть дверь, Эмили нажала на педаль.   —  Воу! Не нужно так быстро ехать, мой дом всего в пяти минутах езды!   —  А так в одной.   Эмили выглядела так, будто отлично проводила время, наматывая круги вокруг дома Ари. Красноволосая же была бледная как снег, держась изо всех сил за ручку двери и веря, что это как-то её спасет. Ветер рассекал её волосы, взъерошивая её неаккуратные пряди по всему лбу. Эмили сама не была свободна от такого препятствия, но отказывалась сбавлять газ.    Забудь о врезании в дом, все будут жаловаться родителям Ари на её превышение скорости.   В конце концов Эмили удовлетворилась и припарковалась снаружи дома Ари.  —  Было весело! Тачка хуйня кстати.   Ари не ответила. Она была измотана, её волосы спутаны и прилипали к её лбу. Каким-то чудом она не мертва. Пока что.   —  Мы здесь!  —  оповестила Эмили, не замечая вымотанность Ари.   —  ...Да. Ты знаешь где я живу.   —  Это плохо?  —  Нет, вовсе нет!  —  взвягнула Ари, отчаянно махая руками.  —  Звучит так, будто ты не хочешь, чтобы я здесь была.  —  Я хочу!  —  Ари протараторила, пока в глубине души она напоминала себе, что пренебрежение Эмили к жизням обеих ни к чему хорошему не приведёт.    Все нормально. Она просто слегка ускорилась. Не страшно! Я же не умерла! Ари оправдывалась перед собой. Подумай о талии, Ари. Это того стоит... Так? Главное не натворить херни. О боже главное не натворить херни.   Эмили что-то сказала, но это было белым шумом для Ари. Она воспринимала только присутствие Эмили, когда поняла, что гедонистической девушки больше не было в машине, а стояла на коленях возле её дома, ковыряясь в замке. Ари не могла точно разглядеть со своего сидения, но могла это предположить.    Встревожившись, что Эмили может сломать дверь в дом, а потом Ари бы пришлось говорить об этом с родителями, чего ей очень не хотелось, она пулей прибежала к блондинке.  —  Мы внутри!  —  триумфально объявила сцен девушка, вскрыв замок.  —  Но у меня был ключ?  —  Так быстрее.  —  Ты могла бы подождать...  —  И выглядеть как грабитель или домушник? Нет, спасибо.    Ари выбрала не указывать Эмили на то, что она именно так и выглядела после взлома замка.    Как Эмили вошла, Ари осенило. Раз Эмили знала, где она живет, и подобрала замок, то могла ли она тут быть раньше?  —  Твоя комната наверху слева?  —  спросила Эмили, укрепляя подозрения Ари. Эмили чувствовала себя как дома больше, чем его житель, который выглядел как тревожная размазня, но теперь по совершенно другой причине.   —  Стой!  —  выкрикнула Ари раньше, чем Эмили встала на лестницу,  —  Тебе Николь рассказывала про мой дом?  —  спросила Ари, отчаянно пытаясь понять, как Эмили могла знать строение дома.   — Нет, она никогда не говорит про тебя.    Ари задумалась о том, хорошо это, или плохо. Если ответ и был на странные знания Эмили о берлоге Ари, то получит она его явно не скоро.   Но это ничего не значит, да? Она же все равно узнает о доме, раз она здесь. И не придётся ей проводить рум тур, раз она все знает! Да! Да... Думай о хорошем, Ари! У тебя девушка в доме! Ладно, это Эмили, но все равно! Девушка! Но что мне блять сейчас делать? Болтать, пока не покажем друг другу свои шрамы? Это может быть надолго! О боже, разве привезти девушку к себе чем-то отличается от показа шрамов!? Может спросить зачем она их сделала? Нет, стоп, слишком личное!! Думай о меньшем!! Может предложить ей напиток???   Ари так и не смогла предложить напиток, потому что пока она мучалась от гей-паники, Эмили испарилась в доме.   —  Ты идешь?  —  крикнула Эмили сверху, маленький оттенок уязвимости был слышен в её острых словах.    Блять, она наверху одна. Что если она расхуярит мою комнату!?    Пулей побежав на лестницу, Ари чуть не упала, неуклюже поставив ногу под неправильным углом. Она может и была скаутом, но была далека от настоящего атлета. Она осторожно поднялась по оставшимся ступенькам, надеясь, что Эмили не разрушила комнату.   Ари завернула за угл и нашла... Лежащую на кровати Эмили в форме морской звезды. По какой-то причине она даже расстроилась, будто ожидая чего поинтереснее.  —  Устраивайся... Поудобнее,  —  Ари неуклюже встала на дверном проходе, опираясь на раму,  —  Ну, эм, можно ты мне вернешь кровать?  —  Ари не знала как спросить подобное и не звучать естественно. По крайней мере она собралась с силами и переступила порог.    В своей комнате она чувствовала себя чужой.  —  Я поделюсь,  —  Эмили завернулась на другую сторону, уступая Ари немного места, считая, что теперь она хозяйка кровати. Настоящая хозяйка не протестовала против оккупации, проявив вместо этого благодарность за то место, что ей отдали.    Как Ари устроилась, последовала гнетущая тишина. По крайней мере так было для неё. Она не знала куда смотреть, поэтому поглядывала на Эмили, которая опиралась локтем на подушки и смотрела на неё. Пристально.  —  Ты...снова на мой макияж смотришь?  —  в конце концов нарушил тишину голос Ари, не зная, что говорить.  —  Тебе нужно показать мне как ты делаешь его так точно.  —  Я могу показать потом?   —  Зачем ждать? Давай сейчас!   —  Мои родители вернутся потом.   —  И?   —  Ох! - Ари быстро встала с кровати, интересуясь, правильно ли она поняла ситуацию,  —  Я просто подумала...Мы можем сделать сначала другую вещь...  —  Другую вещь? А да, точно! Ты первая.   —  А?  —  с умным видом спросила Ари.   —  Ты уже стоишь.   Ари начала говорить, остановилась и похихикала больше над собой, чем над Эмили. Но даже это ей не помогло, ведь лицо Эмили превратилось из нейтрального в злую за доли секунд. Надвигалась буря, и Ари нужно было её остановить до того, как она перерастет в разрушительный хаос.  —  Прости, не хотела смеяться! Просто предполагала-   —  Предполагала?   —  Ну, да, я не знала, что ты хочешь и моих шрамов тоже.   —  Ты думала, что получишь мои за бесплатно!?   —  ...Да,  —  призналась Ари.  —  Ты знаешь что я сделала со своей матерью, когда она меня выбесила?  —  ...Убила её?  —  рискнула Ари, немного переживая, что так и было, немного переживая, что смерть может помочь в плохой день блондинки.   —  Нее, ничего такого. Я проколола шины её тачки.   —  Аэ, так?  —  Так что показывай давай, или я и твои шины проколю! Я не собираюсь ничего показывать за нихуя! Или ты соврала о своих порезах, потому что ты жалкая и одинокая!?  —  Нет, я режусь! Правда!   —  Тогда покажи это уже наконец, я заебалась ждать. Или я могу уйти?  —  Нет, пожалуйста, не уходи! Я просто... Никому не показывала их. Ну точнее их видела Николь. Но я не специально ей их показывала, понимаешь?  —  Неа.    Ари вздохнула, не желая больше думать о Николь. Она медленно сняла свои штаны, показывая свои старые шрамы.   —  Куда смотреть?  —  спросила Эмили, пока разглядывала бедра Ари.   —  Не видишь? Тут,  —  Ари показала пальцем чуть ниже своего нижнего белья. Эмили прищурилась, но все равно ничего не увидела, подползая чуть ближе. Ари, в свою очередь, отвернулась, критически сильно осознавая, насколько близко лицо Ари было к её низу.  —  И это порезы? Ты могла бы и соврать, это детские шрамы.   —  Они хуже выглядят, когда свежие! И я не могу везде себя резать!   —  Ты будто только бритвы использовала.   —  А чем мне еще пользоваться?  —  медленно спросила Ари.   —  Ножи,  —  ответила Эмили так, словно это самая очевидная вещь.   —  Что если я перережу что-то важное?  —  Боже, ты звучишь как мамаша. Ты даже не режешься особо, ты позер.   —  Сколько порезов тогда надо иметь?   —  Для начала те, что видны.   —  Окей. Почему ты не напомнишь сколько их у тебя?   —  С радостью.    Сев на колени, Эмили начала снимать свою футболку. Может она делала это с нормальной скоростью, но для Ари это длилось целую вечность, с каждой секундой что-то может пойти не так, и Ари может все  потерять.   Сегодня удача наконец настигла Ари. Она снова увидела эту талию. Эмили не остановилась, нет, обещание было дано, ей было что еще показать, и это был один из единственных случаев её ебучей жизни, когда кто-то ценил в ней ту сторону, которую все остальные пытались исправить. Эмили широко улыбнулась, пока ошеломленная Ари пялилась на её тело без верха, и продолжила оголять себя еще больше, свое тело и душу.  Шрамы шли глубже, каждый отражал свой конфликт, в котором участвовала Эмили, каждый еще здесь, на её теле. Шрамов было гораздо больше, чем Ари себе представляла: живот, ноги, руки, бедра, даже парочку на груди. Но даже так, Эмили не была полностью покрыта, на её бедрах оставалось место, ассиметрично отражая, где были шрамы Ари. Это было поэтично — даже романтично, ну или так думала Ари.   Прежде чем её разум смог её остановить, Ари потянула руку к груди Эмили, касаясь её шрамов, пока та на неё равнодушно смотрела. Только взглянув в ней в глаза, Ари поняла, что она творит, но было поздно. Она стала красной размазней, мямля кучу извинений.   —  Прости, прости!  —  Все, что Ари могла сказать.   —  Еще раз так сделаешь, и я вонзаю в тебя нож. Может тогда появятся шрамы, стоящие просмотра.  —  У меня могут быть такие же шрамы, как у тебя! У меня просто нет времени!  —  возразила Ари, принимая угрозу Эмили за вызов. Внутри она паниковала, переживая, что снова расстроила блондинку. Но если бы это произошло, то хотя бы Ари постояла за себя. Если сегодня она умрет, то она хотя бы притворится, что у неё была хотя бы капля самоуважения.   —  О боже, ты начнешь реветь от трех царапин.   Ни проронив ни слова, Ари обошла кровать. Эмили повернулась на коленях, все еще королева своих земель. На Эмили появилась редкая любопытность в том, что Ари делает, и оно удовлетворилось, когда Ари достала из комода пачку бритв.   Ари уселась на краю кровати. Эмили слегка отодвинулась, давая место красноволосой, делясь с ней своими землями. Между двумя девушками лежали бритвы, молчаливое согласие того, что должно произойти.  —  Ну наконец-то переходим к интересному,  —  сказала Эмили с этой скучающей улыбкой.   Процесс осторожно начался, лезвие оставляло следы на коже. Этого не было достаточно, поэтому пришлось промыть и повторить, лезвие колебалось на бедрах Ари. Кровь текла вниз, для Ари это было много, но для Эмили, что сама излила куда больше крови, это были цветочки. Не испугавшись, Ари поставила лезвие на место будущего шрама и со всей дури провела им по своей коже.  — Блять!  —  выкрикнула Ари. Она посмотрела на лицо Эмили в поиске разочарования, но та оставалась спокойной, лишь глаза следовали за лезвием. Этого не было достаточно, и пролилось еще больше крови, на простыне образовывались маленькие пятна. Это не сравнится с телом Эмили, с которой когда-то капали не ручейки, как с Ари, а реки красной жидкости.  —  Говорила же, что могу глубже,  —  самодовольно сказала Ари.  —  И это все?   —  Ну... Я могу еще глубже!  —  оправдывалась Ари, стараясь не выдать разочарование в своем голосе,  —  Просто, понимаешь... Скоро родители вернутся...   —  Как ты вообще что-то делаешь, пока они дома?   —  Да много чего! Но не режусь!   —  То есть глубже не можешь?   Ари фыркнула, и продолжила резаться. Ничего особо не менялось: было больше покраснений, но рана не расширялась. Её работа не продлилась долго, пока рука Эмили не схватила её запястье, Ари молча отдала лезвие блондинке.    Колющий предмет расположился на бедре Ари, чуть впиваясь в него, а свободная рука обвилась вокруг талии красноволосой, дабы удержать её. Эмили впила лезвие дразняще близко к другому шраму. Девушка резко порезала кожу без малейших колебаний, словно молния. Она уставилась в глаза Ари, а та, затаив дыхание, ответила тем же, пока на её щеках формировался румянец.    Обе не осмеливались говорить, не желая разрушать это хрупкое спокойствие, не зная нужных слов для подобных ситуаций. Не прерывая зрительный контакт, Эмили вырезала шрам на Ари. Тот факт, что он обводил другие порезы красноволосой, делал все только лучше, доказывая, что это навязал ей кто-то другой.    Рука девушки-мясника была вся в крови, сурово контрастируя с её искренней улыбкой.   —  Резаться надо так,  —  она прошептала. Лезвие снова оказалось между девушками, но теперь оно было все в крови, напоминая об их акте.  —  Можешь снова это сделать?  —  Ари спросила низким голосом.   —  Думаю теперь моя очередь.  —  Я никогда не делала это кому-то другому.   —  Это легко. Делай то же, что и я.   —  Ладно...  —  Ари затихла. Она взяла новое лезвие и собралась с духом. Ари и Эмили поменялись местами, теперь Ари нависала над бедром Эмили. Тишина снова повисла в комнате, нарушали её только дыхание девушек, затем движение лезвия. Царапина не образовалась, но все равно хотелось этот момент продлить и сделать его слаще.   Если предыдущая девушка была мясником, то Ари была хирургом, точно и сдержанно нанося порезы. Лезвие ходило туда-сюда, новые раны бледнели на фоне остальных. В моменте обе девушки взглянули друг на друга; намёк на разочарование и тоску виднелся в глазах Эмили.   Работа пошла по-новому. Хирург стал мясником, безумная улыбка на лице Ари, которая выглядела бы забавной, если бы не кровавое лезвие в её руках. Порез за порезом, каждый из них стремился к одобрению. Постепенно импульс потерялся, но решимость осталась. Увидев, что веселье закончилось, Эмили прервала тишину, в которой обе были так очарованы.  —  Окей, достаточно   Ари отдышалась, безумный взгляд рассеялся.   —  Этого было слишком много?  —  спросила Ари, наполовину интересуясь, наполовину надеясь на это.    Эмили взглянула на колени, чтобы оценить повреждения.   На её бедре точно был свежий шрам. Он был карликовым, по сравнению с другими, однако его необычная природа создавала ощущение насилия. Он был маленьким и хрупким, сырым и яростным, сильным и робким, и все это одновременно. Это чудесно отражало Ари.  —  Не,  —  наконец ответила Эмили.  —  Оу...  —  Ари приглушилась, будто булавка лопнула её огромный шар энтузиазма.  —  Расслабься, было хорошо. Я бы порезала тебе по-настоящему, если бы было плохо.   —  Это было не по-настоящему?   —  По-настоящему это ножом.    Ари встала с кровати, чтобы вытащить из её штанов карманный нож, надеясь на одобрение.   —  Не вот этой хуйней. Я имею ввиду реальный нож, которым можно хотя бы коробки разрезать или прочее дерьмо.   Ари задумалась: что если бы у Эмили был большой нож, резая её, готовность зайти настолько далеко, доказывая их привязанность друг к другу.   —  Займемся этим в следующий раз,  —  сказала Эмили, вырвав Ари из мыслей.   —  В следующий раз?   —  Ага. Или это был последний?  —  Эмили хоть и сказала это в своей острой манере, щепотка уязвимости вернулась, заставляя предположить, что у ножа в виде Эмили были свои тупые концы,  —  Аа, я поняла, ты хотела доказать своей шлюхе под названием мать, что у тебя есть друзья!  —  Эта была твоя идея!  —  Пошла нахуй, я тебе шины проколю!   —  Нет, нет, стой, не делай этого!  —  Ари быстро схватила Эмили за запястье,  —  Мне понравилось! Я просто не думала, что ты захочешь это повторить!   —  Ну конечно, я всегда готова резаться.   —  Мы снова этим займемся, обещаю. Можешь просто остаться... Пожалуйста? И не протыкай шины маминой машины?    Умоляя её "почти девушку" не протыкать шины должно было напомнить Ари о том, почему общение с Эмили было ужасной идеей.   Но это будет глупо отказываться от возможности еще раз посмотреть под футболку девушки, так?   Эмили несколько секунд смотрела на Ари, а потом прощебетала: "Окей!" с улыбкой до ушей и внезапно бодро. Убрав руки с Эмили, Ари осмотрела их ноги и свою кровать, глядя на всю кровь, что они пролили".   —  Наверное надо убраться...   —  Знаешь что было бы милым?  —  спросила Эмили с нестабильной, искренней улыбкой.   —  Мне нужно купить канцелярский нож.   —  Не-не, не это. Я подумала, что если мы обнимемся?  —  Но с нас еще течет кровь...  —  Да! Моя кровь будет на твоей, а твоя - на моей!   —  Возможно нам реально нужен канцелярский нож для такого. Здесь не так много крови.   —  Думай об этом как о пробе, если захочешь этим заняться потом.    Неужели Ари в следующий раз получит сессию порезов и обнимашек? Долго думать над ответом не нужно.   —  Хорошо, без проблем!   Эмили тихонько улыбнулась, когда Ари устроилась поудобнее. Когда красноволосая легла на кровать, Эмили залезла на неё, обняла Ари и просунула ногу между бедрами Ари, чтобы их ноги соприкасались. Они идеально сочитались, как два пазла, которых не хватало, чтобы закончить картину.   —  Так откуда ты узнала где я живу?  —  прошептала Ари в шею Эмили  —  Честно? Хз.   —  Ты знаешь обо мне все, но не знаешь!?   —  Я сама без понятия где я половину времени. Возможно я когда-то проснулась у твоих соседей и увидела тебя и твою семью.  —  Это не объясняет то, откуда ты знаешь, где находится моя спальня!  —  Все дома выглядят одинаково, внутри тоже не сильно отличаются друг от друга.   —  Ладно, есть такое.   —  Иногда я просыпаюсь на улице. Или в машине.   —  Это... Даже грустно как-то.   —  Блять, ты меня жалеешь!?   —  Ну... Да. Но слушай, если тебе нужен кто-то, звони мне. Мой номер-  —  У меня он есть уже.   —  Ну да, ожидаемо.  —  Можно на ночевку остаться?  — Эм... Я подумаю,  —  сказала Ари, понимая, что все зависит от того, получит ли Эмили магическим образом одобрение мамы, или нет.    Все будет хорошо! Все же до этого хорошо было. И все же... Я начинаю её понимать, так что никаких сюрпризов не будет!  —  Люблю тебя!  —  внезапно объявила Эмили.    Что.   Сегодня было странным, и еще страннее то, что Эмили из всех вариантов выбрала признаться в любви. Что ей вообще говорить в ответ? Ари знала, что не любит Эмили, и была почти уверена, что блондинка тоже её не любит. Но когда каждая реакция варьировалась от радости до ярости, было довольно сложно. Была только одна безопасная фраза, после которой Ари не зарежут до смерти.  —  И я тебя.    Значит ли это, что мы теперь встречаемся? Ари задумалась.   Это была будущая проблема Ари. А пока, она угнездилась на шее Эмили, наслаждаясь теплом её странной сожительницы. Несмотря на то, как плохо начался день, Ари удалось превратить его во что-то хорошее.    Сегодня был прекрасный день.