Этот глупый ангел

      Багровый рассвет полз по горизонту, окрашивая шпили Преисподней в зловещие оттенки. Альт, всклокоченный и злой, метался по своей лаборатории, разбрасывая склянки с булькающей жидкостью и с яростью пиная столы, заваленные свитками. Ничего не успокаивало, хотелось лишь разорвать кого-нибудь, например, себя. — Проклятье! Проклятье! Проклятье! — рычал он, сжимая кулаки так, что недавно высохшие чёрные ногти впивались в ладони. Очередной план по захвату мира с треском провалился. И, как всегда, виноват был этот… ангел.       Пеша. Само имя звучало как издевательство.       Альт остановился, тяжело дыша, и уставился на недостроенный портал, искрящийся тёмной энергией. Он потратил недели, чтобы собрать нужные ингредиенты, изучить древние заклинания, пожертвовать… ладно, неважно, чем он пожертвовал. Главное, что портал должен был открыть путь в мир смертных, где он, сам владыка преисподней, наконец-то смог бы развернуться во всю мощь. Воплотить в реальность столько планов! И тогда даже святоша будет плакать. Но, помяни чёрта, стоило ему только начать активировать портал, как появился ОН.       Белые волосы обрамляли нежное лицо с голубыми, как летнее небо, глазами. Маленький золотой нимб сиял над головой, а за спиной трепетали огромные золотистые крылья, отбрасывая мягкий свет. Он выглядел… невинно. Ужасно невинно. — Альт, что ты делаешь? — мелодичный голос, который чертёнок одновременно ненавидел и… что-то ещё. Неважно, кажется. — Не твое дело, ангельская морда! — огрызнулся Альт, стараясь не смотреть в эти проклятые голубые глаза. — Но это опасно, Альт. Ты можешь пострадать, — Пеша сделал шаг вперёд, Альт замер. Он знал, что будет дальше, эти слова уже въелись в душу.       Пеша всегда так делал. Подходил слишком близко, касался слишком нежно, улыбался так, словно бесёнок был самым дорогим существом во вселенной. И это… обезоруживало. Разрушало всю его злобную концентрацию. Даже уже не хочется пытаться понять, что происходит и какая с этого выгода, эмоции были выше этого. Особенно, когда это происходит несколько лет. — Не подходи! — заорал Альт, но было уже поздно.       Пеша прильнул к нему, обвил руками, прижался щекой к его волосам. Длинные белые ресницы закрыли его небесные глаза, словно облака. И ведь небо слишком чистое для ада, тут ему явно не место, банально по палитре не подходит, именно. — Альт, пожалуйста, не делай этого, — прошептал он. — Я не хочу, чтобы тебе было больно.       Больно? Альт не чувствовал боли. Он чувствовал… жар. Ярость. И какое-то странное, непонятное смятение внутри. Сердце колотилось как бешеное, а в голове роились мысли, не дающие сосредоточиться на захвате мира. — Отпусти меня, больной! — прорычал Альт, пытаясь оттолкнуть ангела, но Пеша только крепче обхватил его. Это происходит снова, как будто бы можно было уже придумать тысячу планов, чтобы обойти такие ситуации стороной, но что именно не давало сделать это? — Я люблю тебя, Альт, — прошептал Пеша, и Альт взорвался. — Не смей! Не смей говорить это! Я ненавижу тебя! Я ненавижу твою доброту, твою невинность, твою… любовь!       Альт вырвался из объятий Пеши и отскочил, как от огня. Пеша смотрел на него с грустью в глазах. — Ты лжёшь, Альт, — тихо сказал он, заглядывая в его алые глаза. — Я не лгу! — чертёнок схватил со стола склянку с дымящейся жидкостью и швырнул ее в стену. Жидкость с шипением испарилась, оставив после себя выжженное пятно. Пеша вздохнул и подошёл к Альту. — Я знаю, что ты чувствуешь, Альт. Ты боишься, — он протянул руку и коснулся щеки Альта.       Альт вздрогнул. Он хотел оттолкнуть его, ударить, уничтожить. Но вместо этого он просто замер, как парализованный. — Не трогай меня! — прошипел он, но голос его дрожал, отчего стало ещё стыднее.       Пеша не отдернул руку. Он нежно погладил щеку чёртика большим пальцем. — Я знаю, что ты сильный, Альт. Но ты не должен делать это в одиночку, — прошептал он.       И тогда Альт сделал то, чего никогда бы от себя не ожидал. Он закрыл глаза и прижался к ладони врага. Проклятье.       Он ненавидел себя за это. Он ненавидел Пешу за то, что тот заставлял его чувствовать. Он ненавидел… всё. Больше всего сейчас хотелось увидеть, как Пеша злится, боится, плачет, просит пощады. Но когда Альт открыл глаза, ангелок улыбался. На душе стало так неспокойно и запутано, что, кажется, было слышно, как он детонирует. — Всё будет хорошо, Альт, — улыбка нежна настолько, что было желание потянуться к ней. Прильнуть, прижаться и… — я всегда буду рядом.       С этими словами Пеша исчез, оставив Альта одного в его разрушенной лаборатории, в полном смятении, пылающим сердцем и решимости отомстить. Но не сейчас. Сейчас он был слишком… смущён.       Демонёнок пнул остатки портала, рухнул на ближайший стул и закрыл лицо руками. — Я уничтожу тебя, Пеша, — прошептал он. — Клянусь, я уничтожу тебя… и твою треклятую любовь.       Но в глубине души Альт знал, что это будет не так просто. Потому что святоша был его слабостью. И он понятия не имел, в чём причина и что с этим делать.

***

      Оставшись один в руинах своей лаборатории, Альт почувствовал, как гнев постепенно уступает место чему-то более… неприятному. Смущению. Недоумению. Даже, осмелюсь сказать, раскаянию.       Он встал и, пиная под ноги обломки склянок, вышел из любимой лаборатории. Коридоры Преисподней, обычно наполненные суетой мелких бесов и истошными воплями грешников, казались сегодня подозрительно тихими. Может, все почувствовали его настроение и предпочли держаться подальше? — Отлично, — пробурчал Альт. — Ещё и этого не хватало.       Он доковылял до своего трона — огромного, костяного сооружения, украшенного черепами и шипами. Обычно вид этого трона вселял в чертёнка гордость и ощущение власти. Сегодня же он казался ему каким-то… нелепым. Может дело в росте? Другие демоны уже давно были за два метра.       Альт рухнул на трон, уставившись в потолок. Вопросы роились в голове, словно разъярённые шершни. Почему Пеша? Почему именно он, этот ангел, вызывал в нём такую бурю эмоций? Альт всегда считал, что любовь — это удел слабаков, сентиментальная чушь, придуманная для утешения неудачников. Он, Альт, демон, будущий владыка мира, не мог позволить себе такую слабость. Но, глядя правде в глаза, он уже позволил.       Всякий раз, когда Пеша был рядом, все его планы рушились. Не из-за какой-то там ангельской магии или силы. Нет. Из-за его прикосновений, его слов, его… взгляда.       Альт помнил каждое прикосновение этого святого существа. Нежное касание к щеке, тепло рук, обвивающих его тело, мягкий шёпот на ухо. Он помнил запах его кожи — смесь ладана и свежего ветра. Он помнил вкус его поцелуев — сладкий, словно нектар, и обжигающий, словно пламя. — Прекрати! — зарычал Альт, вскакивая с трона. Он начал ходить взад и вперёд по тронному залу, пытаясь унять дрожь, охватившую его тело.       Ему нужно было избавиться от этих мыслей. Ему нужно было доказать себе, что он не слабак. Что он не поддастся на эти ангельские уловки. Он должен был найти способ использовать Пешу в своих целях.       Альт остановился, нахмурив брови. Да! Вот оно! Если он не может избавиться от Пеши, он должен использовать его любовь против него самого.       Он мог притвориться, что отвечает на чувства Пеши. Он мог притвориться, что хочет быть с ним. А когда Пеша потеряет бдительность, он ударит. Он вырвет его крылья, сломает его нимб, заставит его страдать. И тогда он, Альт, наконец-то сможет доказать себе, что он сильнее. Что он не боится любви. Что он…       Альт осёкся. Что он? Чего он хотел доказать? Кому? Он снова сел на трон, чувствуя, как в груди нарастает тяжесть. Он хотел доказать себе, что он сильнее. Но зачем? Чтобы что? Чтобы захватить мир? Чтобы быть владыкой всего сущего? Но даже если бы он добился всего этого, стал самым могущественным существом во вселенной, разве это принесло бы ему счастье?       Чертёнок никогда раньше не задумывался об этом. Он всегда был сосредоточен только на власти. Но сейчас, глядя в пустоту, он понял, что власть без цели — это ничто. А чего он действительно хотел? Он хотел… чтобы Пеша был рядом.       Альт вздрогнул от этой мысли. Он хотел что? Он, демон, хотел, чтобы какой-то глупый ангел был рядом? Это же абсурд!       Но, несмотря на весь свой гнев и отрицание, он не мог отрицать правду. Он скучал по Пеше. Он скучал по его улыбке, его голосу, его прикосновениям. Хотел, чтобы тот обнял его и сказал, что всё будет хорошо… — Нет! — заорал Альт, сжимая кулаки. — Это невозможно! Я не могу этого хотеть! Глупее и глупости нет.       Альт не мог позволить себе быть таким слабым. Он должен был бороться с этими чувствами. Должен был уничтожить их, пока они не уничтожили его.       Он встал и решительно направился к выходу из тронного зала. Он должен был найти способ избавиться от ангелочка, должен придумать достойный план. Но в глубине души он знал, что это будет самая сложная битва в его жизни. Потому что он воевал не с ангелом. Он воевал с самим собой. И он понятия не имел, как выиграть эту войну.