Всегда.

Зима. Вечер. Мороз. Ветер бесконечно воет, и не думая останавливаться. Кажется, выйдешь на улицу – так сразу и улетишь в неизвестном направлении. Но это только если тебя не разорвёт на мелкие кусочки всё тот же излишне быстрый поток воздуха. Ещё и снег. Как же его много! Маленькие, белые, пушистые комочки, что при одном только попадании на кожу будто тут же разрезают её острейшими лезвиями. Если тебя вдруг не одолел ветер – тебя обязательно добьёт снег. Деревья с трудом выдерживают такой напор, заметно прогибаясь. Мелкие ветки стремительно летят на землю, проиграв эту абсолютно нечестную войну. Природа бушует, словно собираясь именно в этот день покончить со всеми своими творениями и, в конце концов, с самой собой. Но все ужасы погоды не так пугают, если ты находишься дома. Например вон та квартирка. Тут невероятно тепло, комфортно и уютно. Чудеса этого места можно перечислять с неописуемо глубокими счастьем и удовольствием. Золотистый свет от лампы на потолке, что будто лишь повышает градус всех самых положительных черт не самой крупной комнаты. Тишина, нарушаемая лишь привычными бытовыми шумами и буквально ласкающая слух. Кряхтящие батареи, что извечно обжигают, если вдруг решишь их тронуть. Но какой же этот жар приятный и манящий. Несмотря ни на что, раз за разом хочется трогать батареи вновь и вновь. Можно ли отнести это к мазохизму? Вполне возможно. Важно ли это? Нет! Абсолютно! Вот и Фёдор не придавал этому особого значения. Уселся на диван и, изредка поглядывая на руку, проверял её жароустойчивость. Десять секунд подержит, двадцать, тридцать. Он специально всё считает и проверяет прогресс. Надо же себя чем-то развлекать до его прихода. – Федя! – Из-за приоткрытой двери послышался крайне возмущённый голосок. – Что такое? Фёдор был несколько в недоумении. Он тут же встал и поплёлся в сторону того, кто очевидно был источником недовольного зова. Наконец открыв дверь, Фёдор увидел абсолютно злого Рампо. В одной руке он держал две чашки, с не до конца неразличимым содержимым. В другой руке всё хуже, в ней куча упаковок с едой: чипсы, сухарики, печенье, попкорн. Фёдор очень не понимал Рампо в этом плане. Он в принципе не сильно-то любил пищу, а поглощать её тогда, когда это ещё и необязательно – увольте. Фёдор бы предпочёл скорее просто выпить кофе или может быть чай, но никак не полноценно поесть. Фёдор уже смутно помнил, когда в последний раз обедал, а когда завтракал или ужинал уж подавно. Он живёт лишь засчёт обязательных, но редких перекусов. Хотя, из-за Рампо конечно приходится есть заметно чаще, чем Фёдор того хотел бы. "Федь, а ты чего так мало ешь? Зарплату боишься тратить? Ничего, я с тобой поделюсь чем-нибудь! Босс, мне платит более чем сполна!", "Бегом завтракать! Я тут для кого старался? Да, всё сгорело, но я же всё равно умничка, и мои усилия надо ценить", "На, вот, эти печеньки очень вкусные! Ещё сок держи. И ириски. О, и мороженое!". Как же Фёдор устал от этих подачек... Но он ведь всё равно каждый раз улыбается, если вдруг Рампо протягивает ему очередное лакомство. Ему приятно видеть искреннее довольство собой, так и сияющее на личике любимого человека. Ради этого, наверное, можно и постоять у раковины несколько минут, с непреодолимым желанием вырвать всё содержимое желудка, да? Не велика же потеря? – И долго мне так ждать?! – Рампо был похож на обиженного кота. От столь "остроумного" сравнения Фёдор не удержался и чуть прыснул. – А ну не смейся! Помогай давай лучше! – Да-да, уже бегу. Фёдор подошёл ближе и тут же взял в руки всю еду, оставив у Рампо лишь чашки. Содержимое всё ещё неразличимо, теперь из-за кучи упаковок, перекрывающих часть обзора. Легонько чмокнув любимого в макушку, Фёдор крайне воодушевлённо заулыбался и двинулся в гостиную. Рампо конечно же последовал за ним, всё ещё недовольно бурча себе что-то под нос. Фёдора не то что бы сильно волновали его высказывания. Это всё неважно, ведь они с Рампо оба уже знали, что тот его простил. Множество шелестящих обёрток дружно полетели на диван, отпрыгивая в разные стороны и приземляясь в случайные места. Что-то конечно же упало и на пол, так что Фёдору пришлось под крайне внимательным и не очень-то добрым надзором всё быстренько поднимать. Это ему повезло ещё, что ничего не рассыпалось. Даже представить страшно, какой скандал Рампо бы тогда учинил. Слава господу, что всё обошлось. А Фёдор ведь правда мысленно поблагодарил бога за это. Ну не мог он по-другому. Сзади слышно, как Рампо особо громко ставил чашки и лишний раз размешивал напитки в них. К счастью или сожалению, это даже слишком легко вырвало Фёдора из попытки начать читать Отче наш. – Федя, – Рампо наконец-то обратился к нему. Теперь уже совершенно спокойно, будто и не было никаких криков буквально минуту назад. – Ты закончил, а? – Да, я всё.... – Как-то неуверенно промямлил Фёдор, раскладывая остатки еды в месивообразную кучу. И вот, когда всё правда было сделано, он взял пачку готового попкорна и повернулся к Рампо. – О! – Рампо чуть ли не засветился от счастья, когда увидел в руках Фёдора именно попкорн. – И как только ты всегда угадываешь, что именно я хочу в конкретный момент? – Ну даже не знаю, если честно. – Фёдор расслабленно посмеивался, доставая из сборища вкусняшек ещё и шоколадное печенье. – Федя, ты... – Теперь Рампо похож на ребёнка, увидевшего фокус. Даже если он и знает принцип работы, даже если фокус выполнен не так грамотно, чуть ли не бездарно, он всё равно смог поразить, и это оказалось самым главным. Ещё до того, как Фёдор успел подобраться поближе, Рампо сам схватил его за запястье и утащил к себе в объятия. Фёдор всегда был очень холодным. Руки, ноги, лицо – всё ледяное. Рампо так хотелось согреть его, неважно как и какой ценой. Может нужно просто накрыть его одеялом и потом с удовольствием наблюдать, а может и часами лежать в обнимку, в итоге разучившись ходить, Рампо в любом случае не против. В душе появлялось что-то неописуемо приятное, когда, касаясь кожи Фёдора, Рампо чувствовал мягкий жар, а не пробирающий до костей мороз. Когда тепло Фёдору – тепло и Рампо. Иначе и быть не может. Эх, но сейчас ещё предстоит огромная работа, прежде чем Фёдор перестанет ощущаться как ходячий труп. Рампо без каких-либо особых сомнений и раздумий просто прижал Фёдора к себе и стал крайне активно целовать. Фёдор аж зажмурился немного, от такого внезапного прилива ласки. Так или иначе, против он явно не был. Сам обнял Рампо и постарался как можно аккуратнее устроить свою голову где-то там около его груди. Слышно сердцебиение. Тук-тук. Тук-тук. Такое размеренное, спокойное. Если бы сегодня был не вечер Следствия вели и Фёдор в принципе умел спать больше четырёх часов в сутки, он бы наверное тут же отрубился. Но нет, не судьба. Наконец нацеловавшись, Рампо потянулся за пультом. И зачем он только убрал его так далеко? Они с Фёдором ведь даже не сидят в той части дивана. Пульт в курсе, что магия вне Хогвартса наказуема? Не, Рампо конечно мог бы нормально подойти, или хоть подползти, и взять пульт, но обнимашки есть обнимашки и прерывать их явно неохота. Как итог, спустя тонну стараний, Фёдор просто немножко вытянул руку и спокойно достал пульт. ... Спасибо. – Ты помнишь, на каком выпуске мы в прошлый раз остановились? – Вопрошал Фёдор, попутно включая телик и какую-то программу на нём. – Неа, я на тебя в этом плане надеялся. – О как. – Фёдора не слишком радовала перспектива искать нужную серию на протяжении ближайших пятнадцати минут, но выбора у него не было и не предвидится. "Нет, это мы уже смотрели!", "Это тоже!", "Да бо-о-оже, листай сразу на несколько выпусков вперёд", "Нет, а это уже что-то не то, назад давай", – и бла-бла-бла. Фёдор сам не уверен, как вообще дожил до нахождения нужного эпизода. Ну хоть в этот раз с сезоном не прогадали, уже радоваться нужно. Когда-нибудь Фёдор точно начнёт запоминать номера или названия эпизодов, после выключения телевизора, ну 100%. Рампо и Фёдор уселись рядышком, накрывшись одеялом. Так легко. Наконец-то время пришло и для почти забытых кружек с уже остывшим содержимым. И этим содержим были... Чёрный кофе и чай с молоком. Вау, так неожиданно. Примерно так же как было и каждый раз до этого. Ох, но Фёдору ведь всё равно приятно. Всё равно тепло. Даже если его кофе давно стал холодным, он не перестал его согревать. Особенно если рядом был Рампо, с таким удовольствием попивающий свой чай. Ну не это ли счастье, а? Да, наверное оно. Вечер прошёл как обычно. Убито три выпуска и вся принесённая еда. Рампо, как обычно, регулярно отходил за новой порцией чая, а Фёдор всё шёл ему помогать. Примерно ближе к часу ночи Рампо, как обычно, уснул у Фёдора на коленях, так и не досмотрев до развязки, которую он уже знал заранее. Фёдор, как обычно, так и не глянув номер последнего эпизода, выключил телевизор и понёс Рампо в спальню. В принципе, это было хорошо. Это было приятно. Это было тепло. Фёдор был рад сегодня ложиться пораньше, укрывать одеялом Рампо и жаться к нему с объятиями. Всё было как обычно и это чудесно. Вот бы так было всегда, абсолютно всегда.