Часть 1
2 декабря 2025 г., 15:15
***
Драко ненавидит Министерские приёмы. Проводить часы в окружении коллег, которых он считает невыносимыми, — это одно. Даже в хороший день ему это давалось с трудом. Но если добавить к этому колючие парадные мантии, горькое шампанское и притворный интерес к политической чепухе — это уже совсем другое. Первый час оказался довольно мучительным. После вежливого позирования для фото с Робардсом и Министром, целая череда напыщенных политиков захотела получить свои пять минут с ним — и от бесконечных натянутых улыбок у него уже сводило щёки. Всё как всегда. Они с излишним энтузиазмом треплются о бессмысленных делах, а Драко вежливо кивает. Он отточил искусство изображать живой интерес, несмотря на стекленеющий взгляд. «Конечно, сэр. Абсолютно», — бормочет он в конце их очередного словесного потока, молясь, чтобы они не вернулись к этой теме позже. Он хватает очередной бокал шипучей дряни с подноса официанта, проходящего мимо и, поморщившись, осушает напиток залпом, после чего протискивается сквозь толпу к бару. Если ему предстоит терпеть ещё три часа этого кошмара, нужно что-то покрепче. — Это ищешь? — спрашивает Блейз, прижимая к его груди стакан виски. Драко принимает его без малейшего колебания. — Ты выглядишь так, будто помираешь со скуки, приятель. — Кто-нибудь заметит, если я уйду? — Конечно, — фыркнул Блейз. — Учитывая то, что тебе ещё речь произносить. Драко бессильно опирается на барную стойку. Виски не приносит привычного облегчения, в котором он так отчаянно нуждается. Он оглядывает зал, кривясь при виде толпы гостей, половина из которых слишком неряшливо одета для мероприятия такого уровня. Они теснятся в огромном бальном зале: над головами сверкают люстры, стены скрыты под бархатными портьерами, а мягкий вокал джазовой группы едва пробивается сквозь гомон гостей, смеющихся слишком громко и говорящих слишком много. Он допивает остатки виски, и тепло приятно разливается по желудку. Поставив стакан на стойку, он оборачивается на звук знакомого голоса, приближающегося сбоку. Гарри Поттер. Он одет с иголочки в свой привычный парадный костюм: облегающая белая рубашка, чёрный галстук и бордовые брюки, которые раздражающе выгодно подчеркивают его зад. Пиджак он перекинул через плечо. Конечно, только Гарри Поттер может позволить себе игнорировать дресс-код на таком громком мероприятии. Он даже не удосужился приручить эту ужасную копну кудрей на голове. Волосы спадают на лоб, обрамляя его нелепые очки. Всё те же очки, что были у него в одиннадцать? Пора бы повзрослеть, Поттер. Драко раздражает то, как хорошо на Поттере смотрится этот образ. Он не должен быть таким официальным. Он мужественный и беззаботный. Тот тип мужчины, который носит фланелевую рубашку и джинсы. Драко переминается с ноги на ногу, игнорируя жар, что сворачивается клубком где-то в животе — от виски ли, или от появления Поттера, он не уверен. Щёки предательски заливает румянец, и он поспешно отворачивается к бармену. — Сделай двойной, — говорит Драко, протягивая стакан. Бармен кивает, наливая прямо в стакан в его руке. — Решил воспользоваться бесплатным баром, а, Малфой? — Уизли появляется словно из ниоткуда и толкает Драко в плечо. Драко стонет, мечтая утопиться в своей выпивке. — Кто этот тип, висящий на руке Поттера? — спрашивает Блейз, нахмурившись. Уизли ухмыляется в свой бокал. — Его пара. — Он пришел с кем-то? — Драко резко оборачивается, чтобы посмотреть. За Поттера цепляется темноволосый мужчина в костюме-тройке, словно щенок. Он улыбается, как болван, и машет рукой людям в зале, будто он особа королевских кровей. — Самодовольный придурок, — бормочет Драко. — Его зовут Джоно? Джонни? Не помню, — пожимает плечами Уизли. Блейз шумно вдыхает, натягивая на лицо улыбку. — Похоже, сейчас узнаем. — Всем добрый вечер, — говорит Поттер, похлопывая Уизли по плечу. Вежливо кивает Блейзу и бросает короткий взгляд на Драко. — Это Джонатан. Джонатан протягивает руку Драко, и тот смотрит на неё — на эти глупые мясистые пальцы, удостаивая их лишь вялым рукопожатием. Когда он переводит взгляд на Поттера, тот выглядит не слишком довольным. Это утомительно. Драко вращает жидкость в стакане, взгляд скользит по залу, пока Джонатан пересказывает нудную историю о своём отпуске на юге Франции. Драко допивает свой напиток, закатывает глаза и чувствует, как Блейз толкает его в бок. Когда он бросает взгляд на Поттера, тот — застуканный на том, что таращится — поспешно отводит глаза, румянец слегка окрашивает его щёки. Даже ему скучно с Джонатаном. Драко мог бы оживить вечеринку, плеснув напиток в глупое, угловатое лицо Джонатана. Мог бы сорвать рубашку с Поттера и провести языком по крошечному соску, что проступает сквозь ткань. Или просто поцеловать Поттера. Он ведь не всегда такой драматичный. Он мог бы схватить Поттера за горло, поцеловать его, провести руками по его бёдрам, заставить признаться, что он хочет Драко, а не этого аристократичного болвана. Ведь Драко знает, что он смотрелся бы куда лучше рядом с Поттером. В конце концов, когда джазовая группа заиграла живее и вынесли закуски, компания расходится, оставив Драко в одиночестве топить печали у бара. — Мечтаешь оказаться где угодно, только не здесь, да? — произносит Джонатан. Драко прикусывает язык и сверлит стену взглядом. — Боюсь, Гарри мало о тебе рассказывал. Ты ведь Драко, верно? Он медленно поворачивается, разглядывая Джонатана, как очередную невкусную закуску. — Да. Я работаю здесь. С Поттером. — Понял! — кивает Джонатан, ухмыляясь самому себе. Повисает неловкая тишина. Оба мужчины делают долгий глоток, чтобы заполнить паузу в разговоре. Джонатан стоит прямо рядом с ним, явно жаждущий поболтать, но Драко смотрит в зал. — Гарри же отличный парень, правда? — начинает Джонатан, нервно смеясь. — Весёлый, умный, красивый. Я до сих пор не понимаю, что он во мне нашёл. Драко тоже не понимает. — Знаешь, забавно, я раньше всё время видел Гарри, проходящего мимо моего офиса, и никак не решался пригласить его на свидание. Мне казалось, он слишком хорош для меня. Впрочем, я и сейчас так думаю. Но вот мы здесь! Уже два месяца вместе, значит, я что-то делаю правильно! — Да, забавно, — сухо отзывается Драко. Повисает очередная пауза, но на лице Драко расплывается ухмылка, и он поворачивается к Джонатану. — Хочешь знать, что ещё забавно? — Он пальцем подзывает его ближе и наклоняется к уху. — Поттер трахал меня прошлой ночью. Джонатан замирает. Его улыбка тут же меркнет. Драко отстраняется и, улыбаясь, делает глоток. — Все в порядке, ребята? — говорит Поттер, вернувшийся к ним в самый подходящий момент. Драко фыркает в стакан, ничуть не смущённый яростным взглядом Джонатана. — Джонатан? — Поттер наклоняет голову. — Ты — ублюдок, Гарри Поттер, знаешь об этом? Настоящий ёбаный мудак! — сквозь зубы бросает Джонатан. Он выплёскивает остатки красного вина на безупречную рубашку Поттера и, толкнув его плечом, уходит прочь. Драко с трудом сдерживает смех. Поттер поворачивается к нему, в его глазах — чистый яд. — Что, блядь, ты сейчас ему сказал? Драко пожимает плечами. В груди расползается жар, стекающий вниз, к бёдрам. — Он рассказывал, какой ты замечательный. Я согласился. Поттер приближается. Чёрт, как же он сексуален, когда злится. Он раскрывает рот, чтобы что-то сказать, но тут же захлопывает его, резко толкает Драко в грудь и уходит прочь. Драко смотрит ему вслед. Реакция Поттера оказалась не такой удовлетворяющей, как он надеялся, и теперь под кожей кипят вина и сожаление — самый паршивый коктейль. Он пробирается сквозь толпу и выходит за балконные двери. Может быть, свежий воздух усмирит этот предательский бугор в его чертовски тесных брюках. По крайней мере, здесь никто не увидит, до какой степени Поттер его заводит.***
— Гордишься собой? — огрызается Гарри, врываясь через балконные двери. Он мог узнать Малфоя издалека, даже со спины: блеск его волос, стройную фигуру, идеально сидящий дизайнерский смокинг. Да и не в первый раз Гарри видит его со спины. Это уже довольно привычная картина. Малфой откидывает голову назад и медленно поворачивается, ухмыляясь, как придурок. — Это ты изменяешь своему кавалеру. А я всего лишь вёл светскую беседу. — Он облокачивается на перила, прикуривает сигарету и медленно затягивается. — Ты просто ревнуешь, что у меня кто-то появился. Сначала из губ Малфоя вырывается клуб дыма, затем смех. — Ревную? К кому? К неловкому, заикающемуся Джонатану? Бедняга, наверняка кончает в трусы, едва взявшись за твою руку. — Да отъебись ты. Мне плевать, что ты думаешь. — Тогда почему ты здесь со мной, а не со своим бойфрендом? — Малфой склоняет голову набок. — Он уже свалил домой, спасибо тебе. — Жаль, — говорит Малфой, затягиваясь снова. Мерлин, как же Гарри хочется выбить сигарету из его рук, прижать к перилам и заткнуть его нахальную грязную пасть поцелуем, желательно одновременно сжимая горло. — Ты понимаешь, что наша маленькая сделка не будет длиться вечно? — говорит Гарри. — Я встречу кого-то другого. Малфой фыркает. — Давай не будем забывать, кто всё это начал, Поттер. — Его голос звучит резче. Он отворачивается, качая головой. Гарри сверлит его взглядом. Он знает, как самодовольно это звучит, но обязан сохранить лицо — и хоть как-то усмирить пульсацию в штанах. — Курение — мерзкая привычка, Малфой. Малфой выдыхает последний клуб дыма, давит окурок подошвой и смотрит на Гарри в упор — в глазах безумный блеск от игры, в которую они оба так умело играют. — Трахаться с тобой — мерзкая привычка. Гарри фыркает и качает головой. Его член каменеет. — Я тебя, блядь, ненавижу, Малфой. Малфой усмехается, прикусывая пухлую нижнюю губу. — Ну конечно, ненавидишь. Прежде чем он успевает высмеять гнев Гарри, тот хватает его за руку и тащит с балкона. Малфой даже не сопротивляется. Гарри терпеть не может, когда красивое, острое лицо Малфоя так насмешливо кривится. Терпеть не может, когда Малфой умоляет, дразнит, ненавидит ту привязанность, которая тянет его поддаваться. Терпеть не может огонь в глазах Малфоя от этого утомительного танца. Они юркают внутрь, Малфой следует за ним по пятам. Торжество в самом разгаре, народу стало едва ли не вдвое больше, так что они могут улизнуть быстро и незаметно для всех. Кроме Блейза, который вскидывает бровь, заметив Малфоя под конвоем мрачного Гарри. Гарри замечает этот взгляд: приподнятая бровь, кривая усмешка. Блейз с намёком поднимает бокал в их сторону, но Гарри уже плевать. Его член жаждет разрядки, а Малфою, как обычно, нужно преподать урок. Он ведёт Малфоя мимо уборных, где толпится горстка гостей, затем петляет по тихим коридорам, пока музыка и гомон не затихают вдали. Они доходят до открытого вестибюля с мраморным полом, где швейцар тут же спешит к ним, чтобы помочь Гарри, когда они направляются к частному лифту. — Добрый вечер, мистер Поттер, — говорит мужчина. — А кто ваш гость? — Мистер Малфой, — отвечает Гарри, притворяясь вежливым в компании Малфоя. Двери лифта звякают и начинают закрываться. Пока швейцар улыбается им с другой стороны, Малфой наклоняется вперед и решает добавить к представлению Гарри: — Я его шлюха. Двери закрываются, и Гарри набрасывается на него. Он хватает Малфоя за воротник, прижимает к стене и впивается в его губы. Его пульсирующая эрекция упирается в пах Малфоя, и он рад, хотя и не удивлён, обнаружить, что это чувство взаимно. — Думаешь, ты пиздец какой смешной, да? — говорит Гарри, отрываясь от влажных, задыхающихся губ Малфоя. — Уморительный, — шепчет Малфой, снова припадая к губам Гарри, покусывая и посасывая, запутывая пальцы в его волосах. Гарри прижимается к нему, обхватает его лицо и проникает языком в рот Малфоя. Лифт звякает, открывая двери в роскошный люкс на восемнадцатом этаже. Гарри выходит, точно зная, что Малфой последует за ним, как послушный щенок. Он прикладывает ключ-карту к ручке, оглядываясь по сторонам, прежде чем войти. — Не слишком ли роскошно для тебя, а, Поттер? Думал, ты не любишь такие излишества, — рычит Малфой, спотыкаясь, когда Гарри срывает с его плеч пиджак и отбрасывает в сторону. — Не люблю, — говорит Гарри, оглядывая Малфоя с ног до головы. — Но быть мной имеет свои преимущества. Малфой стонет, разрывая запачканную вином рубашку Гарри от воротника до подола, пуговицы разлетаются во все стороны. Его руки, словно шёлк, скользят по бицепсам Гарри, по груди, идеально ухоженные ногти царапают кожу. — Раздевайся, — приказывает Гарри, теряя терпение из-за того, что Малфой всё ещё одет. Малфой, похоже, рад подчиниться. Он раздевается, аккуратно складывает одежду на кресло и встаёт в центре комнаты, его член твёрдый и сочащийся смазкой. Гарри, конечно, видел всё это и раньше, но это не мешает ему затаить дыхание от восторга. Гарри достает свой член. Удовольствие захлёстывает его после нескольких часов воздержания. Малфой прикусывает губу, его руки дрожат, потемневшие глаза пристально следят за движениями Гарри. — На колени, — Гарри щёлкает пальцами, указывая на пол перед собой. Малфой падает на пол, оказываясь на уровне члена Гарри, и смотрит на него сквозь светлые ресницы. Член Гарри набухает, капля смазки выступает на кончике. Малфой на своём законном месте. Он рождён, чтобы сосать член. — Ну…? — говорит Гарри. — Ты, блядь, бесполезен. Малфой открывает рот, чтобы огрызнуться, затем гневно смотрит на Гарри, обхватывая его член пальцами и проводя языком по головке, а затем глубоко заглатывает. Гарри шумно втягивает воздух. Член упирается в горло Малфоя, и тот издаёт стон, который пробирает Гарри до мурашек, его яйца поджимаются. Гарри ахает, запрокидывает голову и проводит пальцами по идеальным волосам Малфоя, взъерошивая их. В этот раз лучше. Гарри видит отражение Малфоя в стоящем напротив зеркале: голая задница между разведёнными коленями, изгиб позвоночника, бледные руки, ласкающие бёдра Гарри. — Пиздец… — бормочет Гарри, его рот приоткрывается. Малфой самодовольно смотрит на него снизу вверх, с членом во рту и самым грязным блеском в глазах. Он наглый маленький засранец, и необходимо стереть эту ухмылку с его лица. — Руки за спину, — говорит Гарри. Малфой подчиняется, убирая руки за спину и складывая их у основания позвоночника. Гарри хватает его за лицо и толкается бёдрами, насаживая Малфоя на свой член. Малфой хнычет, звук выходит нуждающимся и жалким именно таким, как любит Гарри. На лице Малфоя проступает осознание, что это уже не ленивый минет, когда Гарри с силой двигает бёдрами, трахая его рот. Губы Малфоя пухлые и розовые, растянутые вокруг мокрого от слюны члена Гарри. Безупречный образ, который он демонстрировал внизу, исчез, оставив Малфоя хнычущим и пускающим слюни месивом, с его подбородка капает слюна вперемешку со смазкой Гарри. Малфой выглядит так, будто вот-вот заплачет. Это великолепно. И даже тогда Гарри продолжает обращаться с ним, как с капризной сучкой, которой он и является. Малфой смотрит на него, глаза широко раскрытые, круглые и стеклянные. На мгновение Гарри чувствует сладкую щемящую боль в груди. Слёзы начинают катиться по щекам Малфоя. Мерлин, он даже плачет, как шлюха. Гарри обхватывает его лицо ладонями, чувствуя влагу, стекающую к подбородку. На грани оргазма Гарри подумывает о том, чтобы кончить прямо в горло Малфоя. Но этого мало. Малфой целует, сосет и боготворит его член, и Гарри хочет слышать, как он умоляет. Малфой заслуживает наказания за свою ревность, заслуживает быть использованным и выброшенным. Если он хочет играть грязно, ему придется столкнуться с последствиями. Гарри вцепляется в волосы Малфоя и оттаскивает его от своего члена, смесь смазки и слюны стекает по его раскрасневшемуся лицу, пока Малфой, задыхаясь, откидывается на пятки. — Этого было достаточно для вас, мистер Поттер? — рычит Малфой, его голос хриплый, но пропитанный насмешкой. Мерлин, он знает, как забраться Гарри под кожу. Малфой может притворяться невинным, может мастерски сосать член, но он всё ещё абсолютный мудак. — Покажи мне свою задницу. — Блядь, — выдыхает Малфой. — Как пожелаете. — Он весь в слезах и слюне, щёки такие же ярко-розовые, как губы, резко контрастирующие с его бледным лицом. Он тихо хнычет и медленно начинает забираться на кровать, но Гарри останавливает его, обхватив за талию. — Вон туда, перед зеркалом. Малфой замирает при виде зеркала, но, спотыкаясь, идёт вперед, когда Гарри его толкает. Он останавливается перед своим отражением, брови приподняты, рот приоткрыт, задыхающийся и развратный. Гарри скользит за его спину, прижимается губами к уху Малфоя. — Ты будешь смотреть, как тебя трахают. Давай посмотрим, как ты предаёшься своей грязной привычке. Малфой издает звук, и он застревает у него в горле. Гарри обхватывает его бёдра рукой, сжимает его член и смотрит в отражении, как Малфой хнычет. — Вот что заслуживают такие сопляки, как ты, — шепчет Гарри. — Наказание за плохое поведение. Ты ведёшь себя так, будто ты выше всех, да? Может, мне отвести тебя вниз и выставить на всеобщее обозрение? Пусть посмотрят на твой капающий смазкой член? Пусть посмеются над тобой, когда ты будешь тереться об мою ногу, как грёбаная потаскуха? Малфой скулит. — Это то, чего ты хочешь? — спрашивает Гарри, проводя языком по мочке уха Малфоя. Тот вздрагивает и Гарри чувствует мурашки под своими пальцами. Малфой опускается на четвереньки, раздвигает бёдра и выгибает спину. Это обнажает его тугую дырочку между великолепно раздвинутыми ягодицами. Гарри трахал его и раньше, конечно, но он по-прежнему не перестает восхищаться тем, как красиво Малфой выглядит в таком положении. Открытый, готовый к использованию. Сучка Гарри. Гарри накладывает обычные заклинания: защиту и обезболивание, затем заклинание смазки, от которого скользкая жидкость покрывает его пальцы. Он вводит один палец, затем два, растягивая его, разогревая. Малфой стонет и подается задницей назад, его дыхание короткое, резкое, перемежающееся восхитительными стонами. — Блядь… пожалуйста… ты мне нужен… пожалуйста, Гарри. Его имя, произнесенное Малфоем, звучит странно. Оно вырывается только в моменты его уязвимости, но Гарри не против. Ему это нравится. Почему они до сих пор не перешли на имена, он не знал. Они определенно достаточно насмотрелись друг на друга. — Пожалуйста… используй меня… я просто дырка для тебя. Член Гарри пульсирует, наслаждаясь тем, как легко Малфой демонстрирует свою распущенность. Он прижимает набухшую головку своего члена к анусу Малфоя, покрывая его смазкой, и Малфой скулит, высоким и нуждающимся голосом. Гарри входит, до самого основания, задавая быстрый ритм. Малфой опускает голову на ковёр и издает самые грязные звуки. Влажные шлепки кожи о кожу наполняют комнату. Малфой цепляется за ковёр, костяшки белеют, а Гарри испускает глубокий, гортанный стон, впиваясь пальцами в плоть упругой задницы Малфоя. — Твою мать, ты так охуенно ощущаешься… — бормочет Гарри. Малфой принимает его так хорошо. Как и всегда. Он хватает Малфоя за бёдра и толкается глубже, вбиваясь в него в бешеном темпе. Он знает, что Малфой живет ради этого — быть под ним, быть использованным и униженным. Он хорошо прячется за маской своего обычного чопорного «я», но она спадает, как только Гарри к нему прикасается. Он шлюшка, обожающая члены. Шлюшка, обожающая член Гарри. Гарри медленно и мучительно вытаскивает член наполовину, затем резко толкается обратно, заставляя Малфоя прикусить предплечье, чтобы заглушить крики. Когда он ускоряет темп, вздохи, хныканья и прекрасные стоны эхом разносятся по комнате, их бёдра движутся в унисон, Гарри дразнит что-то глубоко внутри. Он запускает пальцы в волосы Малфоя и тянет за них. Другой рукой он скользит вокруг горла Малфоя, заставляя его смотреть на своё отражение. — Посмотри на себя, Малфой. Если бы только все эти люди внизу могли увидеть тебя сейчас. Малфой всхлипывает. — Ты так чертовски хорош… — хнычет Гарри. Он ненавидит доставлять Малфою удовольствие, подпитывая его эго, которое так отчаянно нужно приструнить, но он не может себя остановить. Малфой так прекрасно принимает его член, охотно и часто. Удовольствие поднимается от низа его живота, наэлектризованное и ослепляющее. Оргазм Гарри, словно взрыв. Он изливается глубоко в задницу Малфоя, затем отпускает его горло, вместо этого хватаясь за его член. Малфой ахает, выдерживая лишь пару движений, прежде чем выстреливает струями спермы на ковёр, остатки размазываются по руке Гарри. Гарри наблюдает за всем этим в отражении, и благодаря пальцам, всё ещё запутанным в волосах Малфоя, тот тоже это видит. Он отпускает его и медленно вытаскивает член, и из использованного, растянутого ануса Малфоя вытекает смесь смазки и спермы. — Ревность тебе к лицу, — говорит Гарри, нарушая тишину. Малфой медленно поднимается и прижимается губами к губам Гарри, в чем Гарри видит, как ему кажется, последний акт искупления. Их языки встречаются. Он чувствует солоноватый привкус на губах Малфоя. Он проводит рукой по его раскрасневшейся щеке, желая задержаться ещё на мгновение. — Пожалуй, нам пора вернуться на вечеринку, — говорит Малфой, отстраняясь и сдерживая желание надеть штаны. После их встреч он часто становится более молчаливым, скорее всего, из-за стыда за все это. Но Гарри это нравится. Знать, что он может трахнуть Малфоя, заставив того замолчать и корчиться от неловкости, доставляет ему удовольствие. — Тебе нужно произнести речь через пять минут, — говорит Гарри, и его лицо проясняется, в то время как лицо Малфоя мрачнеет. — Давай, пошли.***
Когда двери лифта открываются, их встречает неприятное зрелище помятых, изможденных лиц в зеркальных стенах. Рубашки измяты, застегнуты на неправильные, недавно починенные пуговицы. Волосы растрепаны, лица алые, губы опухшие. В глазах Драко туман блаженства, он потерян в отголосках траха, который так охотно принял. — Так ты позвонишь Джонатану? Будешь умолять о прощении? — спрашивает Драко. — Вряд ли, — пожимает плечами Поттер. — Он не мой типаж. — У тебя теперь есть типаж? — Думаю, да. Высокомерный, наглый, покорный… блондин. Драко продолжает смотреть на огни, спускающиеся к вестибюлю, сдерживая желание улыбнуться. — Не разговаривай со мной до конца вечера, понял? Моему члену нужно передохнуть от притяжения этого нелепого смокинга, — стонет Поттер. — Принято к сведению, — говорит Драко, медленно кивая и ухмыляясь. Светящиеся номера этажей быстро мигают, гул лифта начинает замедляться.5 ЭТАЖ
4 ЭТАЖ
3 ЭТАЖ
Поттер хватает Драко за воротник и целует — открыто, влажно и бесстыдно. Драко последний раз наслаждается вкусом Поттера, его член подпрыгивает от запаха одеколона и чего-то землистого на его коже, чего-то теплого, знакомого и уютного. Даже с закрытыми глазами Драко чувствует, как Поттер улыбается ему в губы, когда из его рта вырывается тихий стон.2 ЭТАЖ
Рука Поттера скользит по торсу Драко, нащупывая сосок через рубашку, в то время как другая рука обхватывает ягодицы Драко. Он сжимает и шлепает, и Драко тихо хнычет. Он снова твердый.1 ЭТАЖ
Поттер отступает, вытирает рот запястьем, поправляет смокинг и проводит рукой по своим кудрям. Он мгновенно приходит в себя, легко возвращаясь к роли уважаемого аврора Министерства, Гарри Джеймса Поттера, Избранного.ВЕСТИБЮЛЬ
Двери раздвигаются. Поттер подмигивает Драко и грациозно выходит, направляясь к бальному залу. Драко следует за ним, отставая на несколько шагов. Он поправляет края рубашки и чувствует, как что-то твердое прижимается к груди, что-то новое в нагрудном кармане. Ключ-карта от гостиничного номера. Карта Поттера. Его сердце пропускает удар, но он стонет себе под нос, умоляя свой член дать ему пять минут покоя. Он прячет карту в карман на хранение и улыбается про себя. — Грёбаный Поттер. Вечер далеко не закончен.
