Беглый принц.

Распространились слухи, да так быстро, что весть разнесли по ближайшим деревням Остерии. А беглеца так и не нашли. Одна организация была, что состояла из так называемых «Ведьмаков», их изначальная задача была на истреблении нечисти.

      ‎Дабы вступить в отряды ведьмаков, кандидаты с раннего возраста проходили специфическую подготовку. В отряд попадали лишь одарённые, готовые пожертвовать собой ради народа в сражении с нечистью. Однако в их задачи входила не только охота на монстров, но и другие поручения. ‎      Ведьмаками не рождаются — ими становятся. Мальчики, отданные в раннем возрасте в специальные учреждения, воспитывали воинами. ‎       ‎Самый важный и страшный этап обучения — Испытание травами. Юношам давали сильные алхимические зелья и проводили над ними магические ритуалы. Большинство детей не выдерживали мощного воздействия снадобий и умирали. Те, кто выживал, становились невероятно сильными. Ведьмаки — мастера меча; обычно при себе они носят два клинка: стальной — для людей и обычных животных, и серебряный — для нечисти и магических существ. ‎ ‎      Одним из таких ведьмаков был Генрих Лэмбтон, хорош ненаслуху, состоявший в долгу у короля Остерии. Пришло время отдать долг: король поручил ему вернуть сбежавшего принца в замок. ‎ ‎

***

‎       ‎Горожане с любопытством разглядывали высокого мужчину верхом на лошади. За его спиной виднелись две рукояти мечей, а на кирасе — отличительный знак посредников организации ведьмаков. ‎Седые волосы — особенная черта ведьмаков, хотя вопреки стереотипу, встречалась она не у всех. Также их тела покрывали многочисленные шрамы — следы когтей, зубов и клыков нечисти, напоминание об опасной профессии. ‎      Мужчина погрузился в раздумья: где мог скрываться беглец? Быстро пришло осознание, что в городе того скорее всего нет. Что ж, раз принц решил сыграть в прятки, Лэмбтон найдёт его любой ценой. ‎ ‎      Подталкивая лошадь стремянами, дабы та шла быстрее, он направился прочь из города, скользя взглядом по улицам и их обитателям. Шум постепенно стихал, уступая место пению птиц и игривому ветру, ласкавшему лицо и развевающему пряди волос. Ветер открывал взгляд на шрам, протянувшийся от лба до скулы — левый глаз ведьмака был слеп. Это был не единственный шрам на его лице: ещё один лежал чуть выше скулы, а второй вертикально пересекал губу. Все они были получены в схватке, когда тварь успела провести по его лицу когтями — ощущения после того боя, были не из приятных.‎       Крепче сжав поводья, мужчина направился в ближайшую к столице деревушку. Белая лошадь что скакала по лугу, везя на себе хозяина, направилась быстрее. ‎ ‎

***

‎       ‎Двое новоиспечённых спутников, просидевших под старой ивой долгое время, решили двинуться дальше. По дороге вперёд лежала деревня Риверелл, расположенная на берегу реки и известная крупными поставками рыбы в столицу. ‎По словам барда, путь предстоял недолгий: пешем они дойдут к вечеру, верхом — ещё раньше. Натянув капюшон, Эгориэль и Джон выдвинулись в новый путь. ‎Искры загорались в зелёных зенках Эгориэля, пока он оглядывал окрестности: зелёные леса и поля, где вдали виднелись фермеры с косами, река с рыбаками, лошадей, работающих вместе с людьми. Казалось, за пределами замка существовал совсем иной мир, не похожий на городскую или дворцовую жизнь. Всё было иначе. Джон лишь хмыкал, рассказывая о всех встречавшихся местах, что и где находится. ‎      Половину пути сопровождало пение барда вместе со звучанием окулели, а бывший принц был не против, даже подпевая некоторые строчки которые знал. Солнце медленно клонилось к горам, а впереди замаячили очертания домов, послышались приглушённые голоса местных жителей, смех резвящихся детей и зазывные крики торговцев, что так и хотели что-то впихнуть из своего товара. ‎ ‎      Шагая по оживлённым улицам, зеленоглазый юноша тихо произнёс: «Вау», — что вызвало тихий смешок у его спутника. ‎ ‎      —Здесь совсем не так, как в столице, хотя народу там больше, — хмыкнул Джон, хватая Эгориэля за край плаща и указывая на здание.       ‎— Смотри, трактир. Можем переночевать тут, да и выпить есть чего. — Последнее явно радовало барда куда больше. Он повёл принца в сторону заведения. ‎      Рядом располагались стойла, где они оставили ослицу. Джон долго не мог с ней попрощаться, так что Линчу пришлось силком тащить его внутрь заведения.       ‎В трактире было шумно не менее, чем снаружи. Взгляд барда сразу же пал хозяина заведения, что стоял за стойкой, и он помахал ему рукой, дабы тот заметил. ‎       ‎— Эй, хозяин! Есть где переночевать? Нас двое, — довольно громко произнёс Джон. Хозяин, не отрываясь от счетов, пробормотал в ответ:       ‎— Две есть, да вот только в разных концах коридора. Одна с видом на конюшню, другая получше. ‎       ‎— Да нам лишь бы не под ветром и не мышами пахло, — вмешался Линч. — Покажешь? ‎ ‎      — Матрёна! Гости! Покажи комнаты — третий и седьмой! — громко скомандовал хозяин. Из коридора донёсся цокот каблуков. — С вас за обе по семь медяков. Юноши кивнули, оставили на столе семь медных монет и направились за невысокой барышней, которая повела их по коридору, показывая комнаты. Впрочем, они не стали разбираться, кому какая достанется — главное, было где переночевать. ‎       ‎Войдя в комнату, Эгориэль осмотрелся: внутри было всё необходимое. Деревянная кровать с тюфяком, набитым соломой. Простые, грубые, но чистые постельные принадлежности, что пахли мылом. Лавка под окном, куда можно было скинуть вещи, аккуратный небольшой стол с табуретом, ведро с ковшом. Занавески плавно колыхались от ночного ветра. На стене висела икона, а на столе стояла свеча — чтобы не было так темно при ночи.       ‎Приглушённый гул голосов и звяканья посуды из общего зала доносился и сюда, но уже не так громко. Тяжело вздохнув, юноша опустился на тюфяк, глядя на колышущиеся за окном деревья. Солнце давно скрылось за горизонтом, сверчки заводили своеобразные песни, доносился тихий смех прохожих и фырканье лошадей. ‎Вдруг в дверь постучали, и раздался знакомый голос. ‎ ‎      —Эй, Эгориэль, ты идёшь в главный зал? — спросил бард. Половицы заскрипели всё громче и громче у самой двери. Раздался тихий скрип, что разнёсся по коридору, и взгляд в очках встретился с зелёными зенками. ‎       ‎ —Иду, иду, — промямлил принц, недовольно закатывая глаза. — Называй меня Егор. Я хочу отдалиться от королевской жизни, да и имя может выдать меня на публике. — нерешительно всё же произнёс юноша. ‎       ‎Джон понимающе кивнул и двинулся вперёд по коридору, сворачивая налево, откуда доносился гомон уже подвыпивших посетителей. За ним неспешно последовал и принц, спустившись по невысокой лестнице к стойке. Бард перевёл взгляд на Линча, который подошёл к нему.       ‎—Ты пьёшь? — Получив отрицательный ответ, он снова обернулся к хозяину: — Одну кружку, пожалуйста. ‎       ‎На столе быстро появилась увесистая кружка с тёмным, плотным пивом — то, что надо. Бард пригубил напиток и, держа кружку в руке, направился в самый дальний угол трактира, зовя за собой спутника. Он поставил кружку на стол, расплескав немного жидкости, и оба приятеля уселись друг напротив друга. ‎Завязался непринуждённый разговор. Джон рассказывал о том, как попал во дворец, делился забавными историями: его звали на все празднества и дни рождения, но после одного случая перестали звать на похороны — правда, по какой именно причине, бард умолчал, заметив тихие смешки со стороны друга. ‎За время посиделок опустели две кружки. ‎За третьей Джон уже потянул Линча за руку, напевая строчки песен, и вскоре они заливались громким, заразительным смехом. Компания барда была принцу по душе, позволяя позабыть о всех проблемах и отдаться моменту. ‎ ‎      Вечер сменился глубокой ночью. Приятели разошлись по своим комнатам.       ‎Скинув сапоги, плащ и отстегнув меч в ножнах на поясе, принц улёгся на тюфяк, глядя в деревянный потолок. На улицах воцарилась тишина, которую изредка разрывало лишь фырканье лошадей. В голове проносились сегодняшние впечатления, и на лице появилась лёгкая улыбка. А очи, что постепенно стали тяжелеть и бывший принц погрузился в царство Морфея. ‎