Личный дневник

—Так я правда тебе нравлюсь? Вопрос прозвучал в тишине даже чересчур громко. Шун готов был поклясться, что не просто слышал свой бешенный пульс, но и ощущал сокращение желудочков и предсердий собственного сердца. Причём этот стук чётко отдавал по ушам и саднил в груди. Взгляд карих глаз пробежался по комнате и остановился на тёмно-зелёной тетради, лежащей на столе. Пазл сложился. Казами случайно оставил личный дневник у Грита. Не то, чтобы раньше Шун записывал туда каждый свой день. Если быть точнее, то начал он записывать свои чувства и мысли, когда его мама умерла. После этого депрессивного эпизода, Шун редко когда вновь притрагивался к дневнику, и то чаще он оставлял в нём легкие наброски и небольшие строки, сложившиеся рифмой, нежели переживания. Вновь Шун стал записывать на бумаге свои переживания, когда попал на Новую Вестрою, а точнее... Когда почувствовал, что к Эйсу его как-то странно тянет. —Шун. Если ты придумываешь отмазку, то не сработает. Слишком долго ты тупил. — Подаёт голос вест, взяв дневник и открыв на какой-то странице. Казами опустил глаза. Уже прошёл год после спасения Вестрои, уже и Нифия с Ганделией остались позади. Когда же... Точно, месяц назад он заявился на Вестал и остался с ночевой у Грита. Конечно, на родной планете Веста он побывал исключительно по деловым причинам. Ну и возможно он правда загорелся, когда услышал, что Дэн не может там помочь, потому что уже обещал в этот день быть на Нифии... И конечно Казами как хороший друг и зам его заменил. Но как Шун мог забыть свой дневник? Зачем он вообще его доставал? Чтобы достать листок и наскоро записать адрес следующей встречи? Да... Сейчас Казами дал себе мысленную оплеуху. Когда он уже привыкнет пользоваться заметками в чёртовом телефоне? —Я не придумываю оправдание. — Собравшись с силами, брюнет вздыхает снова поднимая глаза на друга. Или не друга вовсе... Насколько честно называть другом того, кто нравится больше года? —Да? А какой-нибудь ответ то дашь? — Эйс листает ещё пару страниц и вчитывается в строки, попутно держа во второй руке кружку кофе. —Будто ты не всё там прочитал. — Грустно усмехается землянин, так и стоя в проходе на кухню. —А вдруг я воспитанный мальчик? — Делает глоток кофе. —Я тебя умоляю, чтобы ты и не прочитал всё, что с тобой связано. Тогда я лучший боец даркуса. В ответ Эйс довольно щурится, смеясь. Казами ловит себя на мысли, что улыбка у веста всё такая же завораживающая, как и раньше. —Ну да, я всё прочитал, что меня касается. — Сознаётся парень, отставляя кофе и откладывая тетрадь. — Особенно мне нравится, где ты думаешь обо мне по ночам, где пытаешься оправдать свои чувства гормонами и где засматриваешься на мою улыбку. Шун поджимает губы и еле сдерживается, чтобы не закатить глаза. Да, улыбка ему слишком нравилась. И нравится. —А, и где ты впервые на меня ловишь стоя- —Я понял! Не договаривай. — Перебивает брюнет, без сил прижимаясь к окосячке. Ему явно сейчас не выстоять без её помощи. — Ну было да было, что уж... —У тебя запись с прошлой недели есть, где ты говоришь, цитирую: "сколько бы время не шло, а чувства не угасают, словно что-то неумоливо разжигает их снова и снова... Кажется, это чувство просто невозможно остановить...". — Грит цитировал по памяти, но слово в слово. Ну или просто он действительно запомнил, потому что читал тетрадь не раз и не два... Возможно, даже первые раз десять ему было совестно. Но это лишь возможно... Сейчас веста забавляло удивлённо-отчаянное лицо парня. Человек явно не знал, что делать и, как вести разговор, но нужно признать, он неплохо сохранял самообладание. —Да... Я это писал. — Отрицание не имело смысла. — Если ты всё знаешь, зачем играешься? — Шун чувствовал себя, как в "кошках-мышках". Только к сожалению он не был тем самым ведущим котом, что имел преимущества. —Забавно видеть тебя уязвимым, а не вечно собранным. — Серые глаза впервые показались настолько холодными и непроницаемыми. —По-твоему, это смешно? — Шун чувствовал себя как под прицелом. У него точно была отметина на уровне сердца, куда парень бесцеремонно целился, прежде чем выпустить шальную пулю. —Я этого не говорил. Пауза неожиданно затянулась, но кажется на нервы она давила лишь Казами. Вест же предпочёл спокойно допить кофе, не прекращая зрительного контакта. Обычно, таким отчаянного бойца не смутить, но сейчас... Сейчас это отлично работало. Брюнет на ватных ногах прошёл в глубь кухни и сел за стол, напротив парня. В голову не лезли слова, что делать и как вести себя в этой ситуации Шун не знал. Он предполагал, что однажды всё может вскрыться. Однако не придумал, как из этого выкручиваться... —Ну так... Ничего сказать не хочешь? — Допив кофе, Эйс отставил ещё тёплую кружку в сторону. —Я понятия не имею, что тебе сказать.... И что ты хочешь услышать. — Казами подпирает голову руками, чувствуя лишь одно желание - сбежать отсюда и никогда не возвращаться. —Я хочу, чтобы ты уже признался мне в чувствах. — Его улыбка сбила с толку, как и сама просьба. —... Ты итак знаешь о них. Зачем? —Затем, чтобы я помню тебя смелым парнем, который без проблем высказывал свои мысли. —Ровно до момента, пока это не касается меня... И с чего ты меня нравоучаешь? — Казами зло хмурился, поджав губы. Эта игра затянулась и сидит у него в печёнке. —Ты должен быть честным с собой. — Грит словно упивался своим положением. —Я тебя умоляю, не играй в Скайрес. — Его голос уже рычал. —Тише, дикий зверь. Просто ты столько мучаешься. Признайся уже, получи ответ и успокойся. —Это для тебя всё просто.... А Шун не хотел слышать отказа. Может ему проще любить из тени, жить в этом безопасном одиночестве, грезя о чужих губах. Может ему нравится ощущать во сне чужое тело. Может он привык рассказывать что-то в пустоту и молчать, словно слушая ответ... —Просто скажи уже. Не будь тряпкой. — Грит стукает кулаком по столу. Казами смотрит на него со вселенской тоской. Словно после того, как эти слова будут сказаны в слух, их дружба окончится, а вместе с ней остановится и синотриальный узел, а тогда... Пиши пропало, ложись в гроб. —Шун. —Я... —Только с чувством, расстановкой. Не просто три слова. —Да ты совсем офигел... — Юноша нервно выдохнул, прикрыв глаза. Разве это вообще ему поможет? — ... Бред какой-то. —Да не ломайся ты. Что теряешь то? —Последние нервные клетки и желание жить... Казами надолго замолк, пытаясь выстроить строчки в своей голове. Всё же... Это его единственный шанс действительно по честному признаться в любви. Скайрес бы тоже сказала, что-нибудь по типу: " ты не можешь убегать от своих чувств, однажды, тебе придётся с ними разобраться. Сейчас как раз подходящий момент". —Я... Действительно не могу назвать свои чувства по отношению к тебе дружескими. Ты значишь для меня больше, чем должен. Мои мысли всегда возвращаются к тебе и... Именно с тобой я ощущаю то, что рядом ни с кем не испытывал. Я очень дорожу тобой... И мне жаль, что я предаю нашу дружбу вот так, но ты действительно нравишься мне. — Сердце судорожно грохотало, ноги пробило дрожью, что слышалась даже в голосе. Шун не смог смотреть прямо в глаза, пока говорил это. —Ты мне тоже нравишься. Брюнет еле нашёл в себе силы посмотреть на веста. Ему же послышалось? Или это шутка такая. Но на лице Грита не было злой усмешки, гримасы злорадствия или чего-то такого. Какого... —Что? — Осторожно переспросил человек. —Ты мне тоже нравишься, дурак. Эйс встал со стула, не спеша прошёл в другую комнату, вернулся оттуда с вазой, в которой стоял букет цветов. —Я их тебе купил. Чёрные брови съехались к переносице, карие глаза осмотрели цветы, переметнулись к парню, снова к вазе, обратно к весту... —Скажи мне, что я умер. —Я всегда знал, что ты не особо романтичен, но чтобы настолько. — Он весело улыбнулся, протянул руку, чтобы погладить парня по голове. — Я серьёзно говорю. —... То есть ты уверял меня, как важно мне нормально признаться в чувствах к тебе, хотя сам тоже в меня был влюблён? — Казами насупился, глаза его заблестели от влаги. —Каюсь, я не придумал, как тебе признаться и предложить встречаться и решил вот так вот выкрутиться ... Ты плачешь? —Придурок, ты... АПЧХИ! — Шун повернулся к вазе, вытирая глаза тыльной стороной ладони. — ... Аллергия похоже у меня на цветы твои. —Емаё! Я сейчас! Эйс взял вазу и выбежал с ней из квартиры. Казами лишь засмеялся, подходя к окну, чтобы открыть его нараспашку. Там он увидел веста, что выкидывал цветы. —Жалко их, красивые. — Крикнул землянин. Эйс тут же поднял голову наверх. —Тебя ещё жальче. Мог бы и предупредить, что у тебя аллергия! —Да я бы сам знал! ... Да и как я должен был догадаться, что ты мне цветы подаришь, балбесина! —За балбесену получишь! —Ха, и как же! —Рот твой буду целовать, чтобы не ругался! — Грит поставил руки в боки. —Ну давай, давай, придурок, рискни! — С улыбкой подначивал Шун. —Я уже иду! Брюнет отошёл от окна. События этого дня никак не успевают уложиться в голове, а дальше намечается что-то ну очень интересное. Он подумает обо всём этом завтра, а сегодня будет наслаждаться моментом.