Галлюцинация

Шастун немного отшатнулся от двери, когда в глазок увидел своего друга. Для него это было удивлением, потому что Попов точно не мог знать, где он живет. Напялив на себя какие то широкие шорты на завязке, Антон не спеша открыл дверь, приветствуя старого друга. — Привет, Тош, я нам травки принес, — восторженно, чуть ли не подпрыгивая, пролепетал Арс, заходя в прихожую. — Какая нахуй травка.. Ты в себе? Откуда ты знаешь, где я живу? — Шастун искренне не понимал своего старого друга, который разувался и снимал до боли знакомую ветровку. — Ну, Шаст, я с твоей мамы так скажем лясы поточил, ну вот тут и оказался, — Арсений прошел на кухню, как будто знал что и где, достал из заднего кармана джинс герметичный пакетик с зелеными травами. — Ладно, сделаю вид что поверю, — Антон недовольно фыркнул, садясь на диван, прямо напротив Арсения. — Ты как тут вообще оказался? Ты ж в деревне вроде бы жить должен. — Ой, там такая история.. — Облокачиваясь на спинку стула сказал Попов, прикрывая глаза. — Короче, меня с деревни выгнали. Антон не смог сдержать смех. Сгибаясь пополам, чуть ли не катаясь на этом диване сосиской, Шастун все ржал под причитания "да че не так то" — Действительно блять.. — Антон вздохнул, убирая слезинки с краешков глаз, — А за что хоть? — Да я ебу думаешь? Сказали типо, взрослый, пиздуй отсюда. — Проговаривал Попов, аккуратно высыпая на заранее подготовленную газету зеленые массы, — Будешь? — Спрашиваешь еще, — Шастун запрокинул голову назад, рассматривая висящие сверху часы. Он всегда боялся, что они упадут ему на голову. — А ты как? — после минутного, звенящего молчания, спросил Арсений. Антон от такого аж дернулся. — Да, нормально. Живу вот, что еще сказать, — Светловолосый пожал плечами, когда Брюнет протягивал ему идеально завернутый косяк. — И где ты такому научился.. — Рассматривая завиток, вопрошал скорее про себя, Антон. — Где ты учился я преподавал. Так мужчины и проговорили до ночи. Антон был вахуе с действа наркотиков, а Арсений будто не пьянел.. Совсем. — Может ты мне подмешал что.. М..? — Взгляд Антона метался из стороны в сторону, неспособный заыокусировать объект перед глазами. — А может, меня совсем не существует? — Как то просто сказал Попов, потягивая косяк. — Бля, ну без пиздежа только, Арс.. Ты эту шарманку крутишь еще тогда, когда мы с тобой набцхались впервые. На это брюнет усмехнулся, с какой то болью в глазах, смотря на Антона. Он не знал. Его подсознание думало, что он жив.. Видел бы сейчас Тоша себя со стороны. Антон в отключенном состоянии лежит в ванной.. Рядом лежала когда то купленная бритва, опустошенная бутылка виски и та самая травка.. Все эти галюны, начиная с 8 лет, сначала были психологическими. Алла водила сына по врачам, те лишь говорили "все с ним хорошо, просто поговорите" и бла бла бла. В 15 он впервые нажрался. И был пьян настолько, что словил приход, будто Арсений рядом.. И теперь видит его постоянно. Но, детство до этого момента не помнит, и поэтому, думает что Попов еще жив. Вот он, тянется к полной бутылке виски, разливает вместе с колой. Мужчины счастливы, болтают, смеются. Арсений понимает, что это последний день.. Нет, не последний день "видений" Антона, а именно последний день. Больше не будет.. Ни разговоров, ни этих смешков. Ничего больше не будет. — Ну ты и юморист, Анто-он — Протянул Арсений, чокаясь с светловолосым, смеясь до боли в животе. — Да.. Я такой, — Пьяно ответил Шастун, допив содержимое стакана до конца. — Слушай, я вот все не пойму.. Что значат твои слова. Арсений немного потупился, хотел уже спросить, но понял, что нельзя. Шастун поймёт, а пока, он видит во всем этом шутку. — Я тебе так скажу, ты сегодня все поймёшь, — Как то задумчиво сказал Попов, глядя в окно. За ним пасмурно, голые ветви колышаться без своей зеленой одежки, легонько моросил дождь, слабо постукивая по окну. Сейчас бы, лечь с кем нибудь в обнимку, посмотреть любимый фильм и наконец уснуть. — Ничего не хочу понимать, — Выдал Шастун, вставая, чтобы выкинуть пустую стекляшку, — Я рад, что ты рядом, — Пьяно сказав это, светловолосый мягко обнял своего собеседника, прижимаясь. Ему пришлось согнуться в 2 раза, чтобы обнять сидящего. — Пора. Тош, посмотри на меня, — с нотками грусти в голосе брюнет сказал это. Он знал, что пожалеет о своих словах, — Меня не существует, я - иллюзия. Это твой последний день. Яркая вспышка. Шастун вспоминал детали, которых явно, как он считал, не было. Как мимолетные подсказки. Он сидит один, рядом с ним 2 стакана виски. Без колы. Один всегда пустой.. Тот, что напротив. Антон сидит и болтает, попутно наливая себе виски. Снова вспышка. Кадры из туалета. Облокотившись о холодную, белую поверхность, Светловолосый закрыл лицо и голову руками. Он ничего не понимал. Снова рядом с ним стоит Арсений. Уже печальный, не такой как при разговоре. — Антон.. — Попов в последний раз обнял зеленоглазого. Объятья уже не казались тёплыми. Кожа медленно холодела, вызывая у Шастуна страх и мурашки по коже, — Я всегда был рад быть рядом с тобой.. Прости.. Антон медленно открыл глаза. Запястье на левой руке жутко болело. Не было сил посмотреть. Не было сил ни на что. Тело адски звинело от боли, ноги онемели вместе с пальцами рук. Все время мигающая лампочка в ванной казалась Антону слишком раздражающей, но ничего сделать с ней он не мог. Смотря в потолок, он осознал. Это были не видения. Он покончил с собой. Сердце бьется в последний раз, медленно, размеренно, постепенно угасая.. Кислородное голодание, Шастун медленно теряет сознание, руки ослабевают на совсем, из-за чего правая тыльная сторона ладони касается пола. Больно ударившись затылком о край ванной, Шастун, наконец, потерял свои чувства к чему либо. Теперь он ко всему безразличен. Теперь ему плевать. Никакой эйфории не было, лишь угасающий желтый свет ванной комнаты.

***

Нашли его спустя неделю в ужасном состоянии. Соседи почувствовали трупный запах исходящий из квартиры и решили вызвать полицию. Те сломали дверь и увидели жуткую картину. По всюду жужжали мерзкие жирные зеленые мухи. Запах ударил в нос. Люди настороженно прошли к источнику запаха. Все тело покрылось волдырями и трупными пятнами. Шастун лежал в собственных каловых массах, крови и моче, его живот вздулся от большого количества газов. Одного вырвало. Второй перекрестился. Третий потерял сознание. Антона похоронили. Теперь он на 3 метра глубже всех остальных. Майя до сих пор плачет над его могилкой, причитая, какой он был замечательный. Но теперь Шастун видит своего друга каждый день. Они мило беседуют, смеются. Без алкоголя, но пьяные. Теперь Антон знает, что друг его никогда не покинет.