Блядский сын.

Нам Гю и Су Бонг расстались ещё в начале осени. Двухлетние отношения уже были не в силах выдерживать вечные скандалы и ссоры, пьянство до безумства, измены, наркотические вещества. Су Бонгу казалось, что он ненавидит брюнета уже до мозга костей, поэтому, при очередном конфликте не сдержался: –Так давай уже расстанемся, чего терпишь меня?! – слова полились с уст сами. Чхве прекрасно знал, что Нам не любит даже шутить про расставание, поэтому его слова были приняты буквально. Через неделю вещей Нама в квартире больше не было. Пустота заменяла парня, больше не грея кровать, не разбивая посуду. В комнатах больше не стоят тупые пепельницы, а календарь с зачеркнутыми днями и обведенными датами не украшает стенку рядом с рабочим столом. Без Нам Гю даже жить стало тяжелее. Воздух будто стал грязнее, люди вокруг раздражали, словно никто не мог его понять. «А он бы понял» – каждый раз проносилось в голове парня, когда он неудачно шутил или болтал лишнего. Тоска перерастает в ненависть. К себе, к другим, к Наму. Столько раз он писал сообщение и стирал его, столько раз держал палец у звонка, но так и не решался позвонить. Боль и отчаяние поселились в сердце, заточив его в клетку, из которой выбраться было невозможно. Ни одна девушка, ни один парень не был похож на него. Нам Гю, словно яд – проник в кровь, и теперь медленно убивает. Никто, по мнению Чхве, не сравниться с Нам Гю.

***

Нам Гю собирает вещи, пока горячие слезы обжигают щеки. Слова ранят, ранят в самое сердце, ранят так сильно, что хотелось исчезнуть, просто раствориться в воздухе. Брюнет кусает нижнюю губу, стараясь быть тише, пока рэпер просто молча сидит на кровати и наблюдает за тем, как мир вокруг рушиться. Достало. Это все: вечные ссоры, недопонимание, недоверие и недосказанность – конкретно заебло. Он больше не будет разбираться. Он предупреждал, что эта тема очень остра для него, и что же выпалил Су Бонг? Он прекрасно понимал, что одно упоминание и ноги Нама тут больше не будет. Значит, он так и хотел? Нам Гю уходит с громким хлопком двери. Он не церемониться, он больше не ждет. Солёные слезы только сильнее бьют по щекам, пока дыхание сбивается к чертикам. До мозга доходит, что это все конец, а не очередная тупая ссора. Этот день брюнет запомнит надолго. Было тяжело, расставание–всегда тяжело, особенно если оно болезненное, с криками, драками и слезами. Нам пил, принимал, делал все, чтоб выветрить Чхве Су Бонга из своей головы, чтоб его там больше не было. Гю так хотел позвонить, так хотел заплакать у того в объятьях. Парень ходил по дворам, проходил мимо нужного подъезда, номер квартиры знал наизусть, но так и не набирал. Привязанность мучила, убивала что-то последнее, что осталось к Су Бонгу.

***

Осень не жалела влаги, каждый день поливая город дождем. В один из таких дней на телефон Су Бонга приходит уведомление: «День рожд. матери Нама». Зубы стискиваются, глаза прожигают в экране дыру. Только стало отпускать, как тут еще новая порция мучений и напоминаний. Нам Гю всегда злился, что Чхве не мог запомнить дни рождения и все время их путал, поэтому просто записал все рэперу в календарь в телефоне. Су Бонг заходит в чат, где последнее сообщение было четвёртого сентября, а на дворе стоит третье ноября. Парень быстро печатает сообщение, кусая нижнюю губу. Холодные, тонкие пальцы бьют по клавиатуре, словно выливают всю злость, всю обиду в это предложение. –«Нам Гю, передай своей матери поздравления, в честь её дня, и благодарность за то, что родила такого БЛЯДСКОГО СЫНА.» – Чхве не думал долго над тем, стоит ли отправлять. Палец больше по инерции нажал на иконку и сообщение было доставлено. Уведомление быстро оказывается прочитанным, брюнет сразу заходит в сеть и перечитывает текст раз сто. Нам Гю сидит за столом, в небольшом кругу семьи: мать, отец, он и брат. Все весело проводят время, отмечая мамин праздник, но вот Наму было совсем не весело. Ответ приходит на ум почти моментально, пальцы ловко набирают сообщение и отправляют его, а после Нам выключает телефон. –«Такой блядский, что ты аж провстречался со мной 2 года и написал БОЛЬШЕ 10 ТРЕКОВ ОБО МНЕ)» – предложение пропитано язвительностью, дерзкой ухмылкой и резким одеколоном. Су Бонг это чувствует через экран, он знает, как пахнут его сообщения. –«Приди завтра.» – не просьба, а мольба. Беспомощный крик, в надежде, что он протянет в ответ руку. Сообщение остаётся прочитанным, но без ответа. Придет. Су Бонг в этом не сомневается. У него ведь завтра тоже день рождения. Знает, что Нам не забыл, даже спустя время.

***

Тишину квартиры разрезает звонок в дверь. На часах шесть вечера, на календаре: четвёртое ноября. День рождения Су Бонга. Если это праздничное чудо или подарок от самого Господа Бога, то Чхве готов был принять христианство, чтоб отблагодарить кого-то свыше. Дверь открывается и взору рэпера предстаёт он. В чёрной толстовке, серых, домашних штанах. На пальцах кольца, взгляд пронзающий, а от кофты и волос пахнет тем самым едким парфюмом, который Су Бонг готов нюхать вместо наркотиков. Он пришёл. По первой же просьбе. –Ненавижу тебя. – шипит брюнет, пока брови сами по себе хмурятся, но Чхве не страшно. –И я тебя люблю. – выдает рэпер, а после берёт чужое запястье, заставляя пройти в квартиру. Нам Гю пахнет одеколоном вперемешку с сигаретным дымом. Су Бон уверен, что он стоял большую часть у подъезда просто куря, решая, нужно ли ему идти или нет. Но все равно же пришёл. Рэпер не думает, притягивает к себе, берёт холодными пальцами чужой подбородок и целует. Отчаянно, нежно, настойчиво, но так нужно. Этот поцелуй был так нужен обоим. Он лучше любой дозировки, любого алкоголя. Он туманит разум, даёт выдохнуть. Надежда смешивается с сомнениями, но теперь Су Бонг уверен, что ни одна дождливая осень их не разлучит.