Ошейник

Допивая второй бокал вина, Катерина посмотрела на сидящую напротив Элис. Та, словно почувствовав на себе тяжелый взгляд, лишь слегка повернула голову в её сторону, искоса бросив оценивающий взгляд. “Ты готова, mon Angleterre?” – Игриво сказала француженка, отодвигая уже пустой бокал от себя. Её глаза были наполовину прикрыты, а разум затуманен виноградным напитком. Элис не спешила с ответом. Она посмотрела в свой полупустой бокал вина, яркий алый цвет напитка так и манил к себе. Её губы прикоснулись к чаше, допивая всё до последней капли. Наконец Элис подняла взгляд на Катерину, которая, облокотившись на стол, не отрывала от неё голодного взгляда. – Конечно, всегда готова. – Наконец ответила она, но в её тоне была вполне различимая неуверенность. Катерина кивнула и встала, протягивая руку своей партнерше. – Тогда пройдемте за мной. – Прошептала она. Француженка нежно коснулась руки Элис, помогая ей встать, и повела её в спальню. В комнате всё было подготовлено для их утех. Ароматические свечи, расставленные у кровати, создавали интимную атмосферу. Легкий запах бергамота повис в воздухе. Рядом лежал небольшой букет алых роз, недавно сорванных с сада. Катерина щелкнула замком двери, после повернулась к Элис. Та робко посмотрела на неё, что редко увидишь от такой самоуверенной девушки. Холодные пальцы британки коснулись её щек, она легко и нежно поцеловала француженку в губы. Катерина не стала медлить, нежно приобнимая за талию свою партнершу. Она требовательно потянулась к губам Кёркленд, требуя ещё одного поцелуя. Не отрываясь от поцелуя, Бонфуа повела Элис к кровати, чувствуя, как тело британки дрожит в её руках. Её язык скользил по её губам, легко проникая во внутрь такого горячего рта. Она исследовала каждый уголок, заставляя сердце британки биться чаще. Одним резким движением Катерина повалила Элис на мягкую кровать, нависая над ней и тяжело дыша. Их губы вновь сплелись в поцелуй, и он становился все более страстным. Язык француженки жадно поглощал британку, а та лишь отвечала взаимностью. Бонфуа оторвалась от поцелуя, томно посмотрев на Элис. – Мне нужно чтобы ты разделась – Сказала Катерина мягко, поглаживая по щеке свою партнёршу. Британка посмотрела на неё, широко раскрыв свои глаза. – А ты? – Прозвучал следом вопрос от неё. – Я тоже. – Ответила Катерина, целуя возлюбленную в лоб. – Не волнуйся... Француженка слезла с Элис, давая ей возможность скинуть с себя стесняющую одежду. Медленно и методично она тоже начала расстегивать пуговицы со своей блузки, постепенно раздеваясь полностью. Элис, слегка дрожащими руками, начала раздеваться. Она сняла очки и положила их на тумбочку. Сердце бешено колотилось в груди, от напряжения и страсти, переполнявших её одновременно. Когда она освободилась от нижнего белья, она заметила, насколько сильно оно уже промокло от возбуждения. Пока Элис освобождалась от последних деталей одежды, Катерина успела открыть ящик прикроватной тумбочки и достать темно-фиолетовый ошейник с гордой и дразнящей гравировкой: "Элис". Один лишь вид ошейника вызвал волну жара у Элис. Она невольно скрестила ноги, пытаясь унять нарастающее возбуждение. Катерина приблизилась, не произнося ни слова, и застегнула ошейник на её шее. Ошейник сидел на Элис превосходно. Серебро цепочки отлично подходило под темно-фиолетовую кожу ошейника. Она нежно коснулась шеи Кёркленд, затем перевела взгляд на её лицо, – А теперь ложись, я всё сделаю сама. – Сказала Бонфуа нежно. Её рука мягко скользнула по грудной клетке Элис, немного подталкивая её к мягкой кровати. Та послушно откинулась назад, устраиваясь поудобнее на подушке. Она не отрывала взгляда от француженки, восхищаясь каждым её движением, каждым изгибом её тела. Даже шрамы на плече и грудине, воспоминания о прошлых войнах, делали её только более желанной. Тем временем, Катерина снова нависла над Элис и нежно коснулась её губ своими. Рисуя дорожку из поцелуев, та подобралась к её шее. Затем, без предупреждения, её зубы медленно, больно вонзились в горячую плоть, заставляя британку взвывать от резкой боли. Кёркленд закрыла глаза, отдавшись ощущениям. Бонфуа переместилась к её груди, ласково целуя одну из них. Её рука нежно сжимала чувствительную плоть, играя большим пальцем с затвердевшим соском. Девушка начала покусывать её, но сразу же зализывала место укуса, играясь. Её рука не забывала и о второй груди, нежно лаская её и уделяя особое внимание твердому, чувствительному соску. Британка положила ладонь на голову француженки, нежно поглаживая её волосы. Глаза Элис были полуоткрыты, она пожирала свою возлюбленную томным взглядом. Она так давно этого ждала, ей не терпелось ощутить её внутри, довести себя до дрожи. Нетерпение заставляло её извиваться и тереться ногами о простыни. Катерина конечно, заметила её возбуждение, но наслаждалась её муками. Медленно, дразняще медленно, она взяла в рот один из сосков Элис, играя с ним языком. Тихий стон сорвался с губ англичанки, но тут же она его прикрыла своей ладонью. Пальцы француженки продолжали ласкать её сосок, пока другой был занят горячим ртом. Другую молочную железу ждала такая же участь, медленная, мучительная. Как будто специально испытывая терпение Элис, Катерина стала двигаться ещё медленнее. Заметив эту игру, Элис, не выдержав, вцепилась в её волосы, оттягивая от себя. Катерина тяжело и похотливо выдохнула, глядя ей в глаза. Она резко, с силой, схватила Элис за чувствительный сосок, заставляя ту протяжно простонать и выпустить из рук золотистые локоны. – Хо, хо. Терпение, Элис. – Тихо сказала Бонфуа, возвращаясь к поглощению груди британки. Кажется, её прикосновения стали более грубыми, жадными. Укусы обжигали кожу, а руки с силой сжимали мягкую грудь. Наконец, её поцелуи спустились ниже, к животу британки, заставляя ту извиваться. Бонфуа жадно целовала и кусала мягкую плоть, оставляя на ней багровые отметины. Кёркленд активно реагировала на прикосновения, её лицо горело, а дыхание стало прерывистым и хриплым. Рука Катерины проскользнула внутрь бедер британки, раздвигая их. Она почувствовала, что там уже мокро, и легко улыбнулась, чувствуя, как её саму накрывает волна возбуждения. Она покрыла её нежные бедра страстными поцелуями, прежде чем прикоснуться к самому сокровенному. Когда горячий, влажный язык коснулся вульвы британки, та громко выдохнула. Язык француженки начал свои движения. Обильная смазка и слюна создавали звук, от которого мурашки бежали по телу. Элис тихо стонала, её бедра непроизвольно дергались в такт каждому движению, стараясь получить как можно больше от ощущений. Она чувствовала, как реальность растворяется. Закатив глаза, она отдалась во власть этого наслаждения. Заметив, что Кёркленд почти ушла в себя, Катерина дернула за поводок, возвращая ту в реальность резким рывком. По коже Элис пробежали мурашки, а с губ сорвался протяжный стон. Француженка с ухмылкой поцеловала внутреннюю часть бедра, дразня её еще больше. Взяв в руки флакон с лубрикантом, она щедро полила им свои пальцы, а затем начала ласкать половые губы партнерши. Холодная смазка приятно ложилась на горячую плоть, от чего Элис тяжело выдохнула. Натянутый поводок заставлял британку смотреть, как француженка наносит еще больше лубриканта, готовя её к проникновению. Ослабив хватку, Катерина, аккуратно, с трепетом, вставила один палец в горячую, пульсирующую плоть, от чего Кёркленд выгнулась. Бонфуа начала разрабатывать её, двигаясь внутри медленно. Голову Элис дурманило, девушка полностью отдалась моменту, не сдерживая свои стоны. Слыша, как возлюбленная стала громче, француженка начала аккуратно вставлять еще один палец, углублялась всё больше внутрь, растягивая её. Достаточно быстро темп начал набирать обороты, от чего ноги британки задрожали. Резким движением Катерина натянула поводок до предела, заставляя Элис выгибаться и смотреть, как та проникает в неё. Взгляд француженки был полон желания, глаза горели. Бонфуа хотела выжать из британки всё до последней капли, поэтому её движения стали более грубыми, даже дерзкими. От этого напора из глотки Элис вырывались лишь хриплые стоны, она отчаянно ловила ртом воздух. Контакт глазами с её девушкой лишь возбуждал её сильнее, отчего ноги больше затряслись. Она чувствовала, что ещё немного, и Бонфуа доведёт её до оргазма. Пальцы внутри двигались настойчиво, от чего обильно выделялась смазка. Француженка знала каждую чувствительную точку британки, и понимала под каким углом можно доставить ей больше удовольствия. Она не отпускала поводок, наоборот, тянула его ещё сильнее, лишая воздуха партнёршу. Чувствуя как мышцы Элис начинают пульсировать, Катерина еще больше усилила давление. Ноги англичанки задрожали, и она судорожно сжала зубы, пытаясь удержать свои чувства. Её тело пронзила дрожь наслаждения. Бонфуа медленно вытащила из неё влажные пальцы и ослабила хватку поводка, позволяя Кёркленд наконец-то нормально выдохнуть и лечь на кровать. Её все еще слегка трясло от интенсивного оргазма, и она смотрела на свою возлюбленную с любовью. Элис нежно провела рукой по горячей щеке француженки, пытаясь вернуть себе ровное дыхание. Щеки, да и всё тело Катерины словно горели от страсти. Француженка легла рядом, тоже тяжело дыша от таких интенсивных движений. Британка повернулась к ней и нежно поцеловала в щеку. – Спасибо… – Тихо сказала она на ухо партнерши. Катерина и слова не успела вымолвить, как рука Кёркленд скользнула средь её бёдер. Бонфуа удивилась, откуда у той берется столько сил после такого. Элис плавно перебралась и расположилась между её раскрытыми ногами, оставляя влажные поцелуи на внутренней стороне бедер. Недолго медля, Элис коснулась языком её горячей плоти, нежно раздвигая половые губы. Язык скользил внутри, заставляя ноги элегантной француженки подрагивать. Из её горла вырвались тихие стоны, она вцепилась пальцами в простыню, пытаясь совладать со своими чувствами. Проникая глубже языком, Элис тяжело дышала, чувствуя, как и её собственное тело опять охватывает возбуждение. Горячий язык ритмично стимулировал клитор Бонфуа, от чего француженка выгибалась сильнее, подставляя себя Элис больше. Катерина положила ладонь на затылок британки, слегка прижимая её ближе. Чувствуя, что она уже на подходе, француженка свела дрожащие ноги и издала протяжный, полный наслаждения стон. Её тело пронзила волна оргазма. Когда француженка отпустила британки из под горячих бёдер, та легла рядом, обнимая свою возлюбленную. – Я люблю тебя… – Прошептала Элис, пытаясь отдышаться. – И я тебя… – Ответила Катерина, нежно целуя её в щеку.