Куколка и Еретик или Сжечь,Захватить,Наказать,Повторить

То, что когда-то было её сердцем, звало Дейенерис всё севернее — за горную гряду, туда, где не ступала нога человека. Редкие чёрные деревья, снежная гладь, замерзшие во веки реки — мир, вымерший и прекрасный в своей безмолвной вечности. Тело, больше не чувствующее холода, казалось ей чужим. Мокрые волосы покрылись льдом и торчали в разные стороны, одежда пропитанная кровью и инеем была до конца изодрана бьющим в лицо ветром. Ей давно следовало принять ванну, смыть ужас вчерашнего дня и переодеться. Но возвращаться в замок, полный людей, которые знали её прежнюю, — было худшей из идей. Скорость. Сила. Власть. Собственная магия бурлила в жилах, пьяня и обжигая дыханием жизни — уравновешивая колкую, тёмную энергию, что рвалась подчинить всё живое. Она жаждала насыщения, чтобы обрести немного покоя. Обуздать ее было той еще задачей, и Дейенерис надеялась что это изменится после того как она достигнет места что зовет ее новую суть. Здесь всё смешалось: пространство не подчинялось расстоянию, а время будто стояло или вовсе двигалось назад. Воздух был неподвижен, вязкий, будто наполнен чем-то невидимым и тяжёлым. Даже крылья дракона не тревожили тишину — звук полёта тонул, не находя отклика. Свет застревал где-то за горами. Серое небо не мерцало ни зари, ни сумерек — лишь холодное дыхание вечного полумрака, где снег светился сам собой, без источника света. Преодолев очередной остроконечный хребет она увидела равнину и круг из чар древ, посреди которого возвышалось еще одно, самое огромное из всех что ей довелось встретить за свою короткую жизнь. Направив Дрогона вниз она ощутила неподдельный трепет, это место дарило ощущение неотвратимости и цикличности. Скользнув на землю королева огляделась в поисках кого-нибудь живого, но никого не увидев решила двинуться вперед, предупредительный рык Дрогона обдал ее жаром от которого волосы моментально оттаяли и вновь неприятно прилипли к спине. Похлопав его по морде Дейенерис приложила палец к губам, призывая сохранять тишину. Решительно развернувшись она шагнула в ритуальный круг. Оказавшись под сенью ближайшего древа окинула взглядом искаженные белые как кость ветви, неподвижную красную листву и причудливое кровавое лицо безмолвно наблюдающее за ней, которое в контексте этого места казалось еще более жуткими чем обычно. Лед под подошвой тонких сапог еле слышно похрустывал, напоминая о реальности происходящего. Продолжив неспешно идти она приблизилась к главному дереву и запрокинула голову пытаясь охватить взглядом масштаб его кроны. Голова слегка закружилась, и на миг ей показалось, что ветви движутся, как будто дерево дышит, находясь в глубоком сне. Опустив глаза, Дейенерис сделала ещё пару шагов, встав напротив вырезанного на стволе лица. Оно было совсем другим и напомнило ей монету Многоликого Бога. Смотря на него, она не могла уловить его выражение — оно едва заметно менялось, отражая недовольство, хитрое подмигивание, насмешку, ласковое понимание, яростный оскал и безмятежное спокойствие. Прикрыв глаза ладонью Дейнерис попыталась сосредоточиться на чем то одном , посмотреть ему в глаза, что были открыты в отличие от всех остальных чар древ. Но что-то внутри шептало ей зовя прикоснуться к белоснежному стволу, соединить сознания, узнать прошлое и грядущее. Рвано выдохнув не открывая глаз она положила обе ладони ощутив под пальцами липкую влагу и ребристую поверхность. — Это глаза… я прикоснулась к его глазам.— прошептав это ее накрыло ощущением словно пространство дрогнуло и надломилось. Тело стало эфемерным, изсчезло понятие пространства и направления. Она не могла больше сказать где верх а где низ, оказавшись в месте наполненном шарами из света разной яркости, они толкались, непрерывно что-то говорили, смеялись и пытались облепить ее. Все ощущалось как сплошное удовольствие, радость и безусловное принятие. Здесь хотелось остаться навечно, став одной из них, но что-то внутри противилось напоминая кто она такая и о человеке что ждет ее возвращения. Словно вспышка образ возлюбленного ударил по сознанию, вернув прежнюю собранность. — Зачем я здесь? Мне не место в твоем мире. — она озвучила свою мысль, но привычных слов не было, лишь импульс, отправленный в пространство. Световые шары запищали, ритмично сокращаясь словно Дейенерис закричала настолько громко, что они были не в силах вынести подобное. — Ты удивительна, королева… драконов или быть может ночи? — одновременно с первой буквой врезавшейся в сознание подобно стреле Дейенерис вновь ощутила себя материальной, окружающее ослепило ее вынудив зажмуриться. — Ты мог бы не сиять так ярко, мое новое зрение стало слишком чувствительным.— стараясь быть вежливой, она затолкала клокочущую злость подальше демонстрируя признание могущества собеседника. Сквозь веки Дейенерис заметила как яркость света действительно уменьшилась, позволив приоткрыть глаза, привыкнуть к новой реальности. — Почему я обнажена? — логичный вопрос сорвался с губ непроизвольно. Прикрывшись волосами она расправила плечи даже в такой ситуации демонстрируя характер. — Все проходят этап очищения перед переходом в мир душ Дейенерис. — голос откровенно насмехался над ней, доносясь отовсюду одновременно. — Ты собираешься показаться? Или я так и буду говорить с пустотой? — дерзко ухмыльнувшись промурлыкала королева. Откуда в ней взялась эта нота игривости осталось загадкой для нее самой. Стремительно частицы света и тьмы начали стягиваться в одну точку, постепенно формируя очертания очень высокого мужчины в маске. — Твое желание — закон. — продолжая насмехаться ответил он. — Чтож, давай проверим это опытным путем. Назови свое имя, раз уж знаешь мое. — фыркнула Дейенерис. Громоподобный смех стал ей ответом, вздрогнув она вскинула подбородок ожидая пока его веселье закончится. — Тебе оно известно Неопалимая. Мой служитель передавал тебе послание. Неужели не догадалась? — Многоликий приблизился к ней, всматриваясь в скривившееся лицо королевы. — Я хочу знать твое ИМЯ, уверенна оно существует. Прекрати издеваться. — это прозвучало почти как приказ, от которого маска Бога дрогнула. — Эшон’Рах, наглая смертная. Довольна?Может хочешь поболтать о чем то еще вроде погоды или наконец перейдем к теме твоей новой сущности? — терпение не было его благодетелью и Многоликий этого не скрывал. — Я не против. Можешь рассказать мне все по порядку. — величественно кивнув Дейенерис замолчала, затеяв опасную игру. Чувство самосохранения покинуло ее, а новое Я рвалось показать что она ровня этому гордецу. — Как пожелаете Ваше Величество — надменно протянул Бог, ударив ладонью в солнечное сплетение Дейенерис. Не успев даже открыть рта она поняла что окружающее изменилось, Эшон’Рах по прежнему стоял перед ней, но теперь вокруг них было лето, под ногами шелестела зеленая трава, а круг из чар древ растерял тяжелую ауру. Осмотревшись Дейенерис заглянула за спину своему спутнику, увидев привязанного к стволу главного древа человека, с пронзительными фиалковыми глазами, всего на миг ей показалось что он увидел ее и будто бы узнал, как вдруг он переключился на то что находилось позади нее. Повернувшись в след за его взглядом она увидела детей леса, выходящих из тени деревьев внутрь круга, в зеленых маленьких ручках у одной из них мерцал осколок драконьего стекла, завидев который связанный человек протестующе замычал, начав вырываться. — Что здесь происходит? Кто он такой? — прошептала Дейенерис не в силах оторвать взгляд от пленника. — Прояви терпение и смотри внимательно. После я отвечу. — резко осадил ее Многоликий, схватив за кончик волос. Тряхнув головой королева последовала совету надеясь догадаться обо всем самой. Тем временем та что держала в руках осколок остановилась возле мужчины, подняв черный камень острием к солнцу она запела песню в которой не было слов, лишь перезвон колокольчиков, шум ветра и журчание бурной реки. Ей вторили соплеменники усиливая звук, прикованный человек все сильнее извивался учащенно дыша. Взгляд его вновь устремился к Дейенерис, умоляя помочь ему, спасти от незавидной участи, но она не посмела двинуться, смирившись с ролью наблюдателя. Песнь прервалась на высокой ноте вскрикнувшим от боли человеком. Осколок словно живой проникал в его грудь доводя до агонии, дети леса попятились и взявшись за руки запели новую песню, тревожнее и ритмичнее предыдущей. Не выдержав, Дейенерис устремилась к мужчине, чьи глаза начали стремительно меняться теряя прежний цвет. Он все так же смотрел на нее и тогда она узнала его… Ее рука застыла в миллиметре от лица первого Короля Ночи остановленная Многоликим. — Не жалей его, — произнёс он, сжимая её запястье. — Так было нужно. Я сделал ему подарок: позволил тебе стать его последним воспоминанием о человеческой жизни. Отпрянув, она наблюдала, как молочная кожа пленника становится серо-синей, грубеет и обрастает шипами. Волосы исчезают, превращаясь в подобие ледяной короны. Земля словно завертелась под ногами, картинка смазалась и вот она снова стоит у того самого дерева приложив ладони к стволу с кровавыми глазами посреди ледяной пустоши и мрака. Единственным отличием было присутствие Многоликого, который легко провел по ее волосам и позвал голосом который она думала что никогда больше не услышит: — Ну как тебе мой замысел? Получилось драматично, не находишь? — самодовольно произнес Бог примерив личину Визериса. — Меня ждала совсем другая судьба не появись в этом мире Кай. Хочешь сказать что это устроил ты? — рассматривая лицо давно мертвого брата спросила Дейенерис , облик родственника не затронул душу, что явно не понравилось Многоликому. — Скажем так, я позволил ему остаться, повлиять на ход событий и подтолкнуть тебя к нужному пути. — Эшон’Рах пропустил белые пряди сквозь пальцы, изменив лицо на другое, от которого королева растерялась и непроизвольно подалась ближе. — Не надо, предстань в своем истинном виде. К чему эти игры? — божество с лицом Кхала Дрого приподняло бровь, до ужаса точно играя мимикой первого мужа. — Может поцелуешь, в качестве благодарности? — получив в ответ осуждающий взгляд , разочарованно выдохнул — В этой реальности я могу принимать облик умерших, живые мне не доступны как и мой собственный лик. — Я хочу знать какая твоя выгода? Не верится что ты просто так решил устроить все это. — божество вновь изменилось, приобретя внешность Сира Баристана. — Дерзкая и догадливая. За это ты мне и нравишься, не вздумай меняться Дейенерис. — сложив руки за спиной он замер смотря сквозь нее. — Ты знаешь про существование Р’Глора, у нас с ним вроде как давняя вражда или соревнование, тут как посмотреть, он вечно оживляет своих последователей, воруя у меня души и пытается меня ослабить, а я в свою очередь не препятствовал Королю Ночи в создании армии мертвецов и укорачивал нити жизни смертных, быстрее получая души, что заставило моего визави понервничать. Он начал придумывать пророчества о принце что был обещан и о балансе света и тьмы, распространяя их через служителей. — рассмеявшись Эшон’Рах обошел Дейенерис встав за спиной. — Но все равно проиграл не смотря на все старания, благодаря тебе моя дорогая. Сейчас я мог бы заставить тебя продолжить войну, уничтожить всех живых, пополнив хранилище душ до отказа, что подарило бы мне невиданную мощь и статус верховного Бога. Победа моя стала бы окончательной. — погладив по щеке оцепеневшую от такого плана Дейенерис Многоликий ухмыльнулся,— но у меня есть идея получше. Я решил что ты станешь моим предвестником, только представь…. Будешь путешествовать по мирам, оставляя ростки чар древ, рассказывая легенды обо мне, распространяя мою власть…. —А что взамен? — хрипло спросила она, не пытаясь отстраниться. — Взамен? — удивился Бог — Я позволю тебе жить, наслаждаться вечностью, не отниму ту частицу моей силы что перешла к тебе и не стану ограничивать в выборе методов достижения цели. Я достаточно щедр, Дейенерис? — Я соглашусь, если ты поклянешься не вмешиваться в мою судьбу и признаешь меня равной.— повернувшись чтобы одарить Бога язвительной улыбкой королева решила повысить ставки, понимая что втрой такой он не найдет, а желание распространить влияние пылает в глазах принадлежавших когда-то Сиру Баристану слишком явно. — А как же твой ненаглядный? — Многоликий испытующе посмотрел на нее — Неужели не станешь просить за него? — Ты не имеешь над ним власти, поскольку он не принадлежит этому миру. — улыбнувшись Дейенерис коснулась его руки.— Так какой твой положительный ответ? — Достойная из достойных. Можешь добавить к общему списку титул Королевы Ночи и Предвестницы Смерти, я знаю ты такое любишь. И да, твоя судьба неприкосновенна, но если захочешь ее переписать…. — подмигнув Эшон’Рах замолчал, оставляя прозрачный намек. — Покажи мне того кто не любит — ухмыльнувшись ответила Дейенерис. — Нам пора прощаться Королева. Хочешь вернуться голой или разрешишь тебя одеть? — посмеивался Многоликий, наслаждаясь мимолетным смятением на ее лице. — Мне не впервой. — откинув волосы назад она сверкнула глазами — Но раз ты сам предложил, приступай. — Не забывайся Дейенерис, мое расположение легко потерять. — Взмахнув кистью Эшон’Рах облачил ее в наряд достойный богини, нахмурился рассматривая свое творение. — Нравится? — Благодарю.— коротко кивнула Дейенерис растеряв былой настрой. — Ну ну, не обижайся, — поддев подбородок пальцем Многоликий посмотрел в ее глаза порождая в сознании диссонанс образа Сира Баристана каким она его знала с откровенно флиртующим мужчиной, — Продолжай вести себя как прежде, но перестань приказывать мне. — Как скажешь. А теперь я могу идти? — сухо ответила королева отведя взгляд. — Я позову тебя когда придет время. — отпустив свою дерзкую игрушку Многоликий исчез, позволив ей удалиться. Проведя руками по плащу мерцающему подобно звездному небу, чтобы расправить несуществующие складки, Дейенерис хмыкнула отметив наличие неплохого вкуса у своего покровителя. Волосы шелковистыми волнами струились по плечам, ничего более не напоминало в ее облике о случившемся. Тонкий ободок короны надежно закрепившийся на голове наглядно демонстрировал полученный титул, нарочито громко подчеркнувший разницу между ней прежней и настоящей. — По крайней мере, я сохранила хотя бы иллюзию свободы. — утешив саму себя, она не оглядываясь покинула святилище чтобы оставить это место навсегда.