Та самая ночь

Вечер Хэллоуина в Годриковой впадине выдался тихим и промозглым. Влажный ветер гнал по пустынным улочкам последние опавшие листья, и лишь в нескольких окнах теплился уютный свет, отражаясь в лужах на мостовой. Тень высокого, худощавого мужчины в безупречном, дорогом плаще скользила по стенам домов. Том Реддл шёл неспеша, его тёмные глаза с холодным интересом скользили по номерам на калитках. Его визит сюда не был случайным, хотя он и хотел, чтобы всё выглядело именно так. Наконец он остановился у аккуратного домика с табличкой «Поттеры». В гостиной горел свет. Том поднял руку и негромко постучал в дверь. Спустя мгновение послышались торопливые шаги, щелчок замка, и на пороге появился Джеймс Поттер. Его волосы были как всегда взъерошены, очки чуть съехали на нос. Увидев гостя, его чуть нахмуренное лицо мгновенно прояснилось и расплылось в широкой, радушной улыбке. — Мистер Реддл! — воскликнул он. — Что за сюрприз! Проходите, проходите, пожалуйста. — Добрый вечер, Джеймс, — голос Тома был бархатистым и спокойным, идеально выверенным инструментом убеждения. — Прошу прощения за столь поздний визит. Я был неподалёку по делам Министерства и вспомнил, что вы живёте где-то здесь. Потому и решил воспользоваться случаем. — Да бросьте, какие могут быть извинения! — Джеймс захлопнул дверь, отсекая осенний холод. — Лили! Посмотри, кто к нам заглянул! Из гостиной вышла Лили Поттер. Увидев высокого гостя, она на мгновение замерла, но затем её лицо тоже озарилось приветливой, хотя и более сдержанной улыбкой. — Мистер Реддл. Как неожиданно. Не хотите ли чаю? А то на улице довольно холодно. — Если это не доставит вам хлопот, — кивнул Том, снимая плащ, который тут же изящно взмыл и аккуратно устроился на вешалке. Через несколько минут они сидели в уютной гостиной. Том с благодарностью принял чашку ароматного чая. Джеймс не мог усидеть на месте. — Итак, что же привело вас сюда, сэр? — спросил он. Том поставил чашку на блюдце с тихим звоном. —На прошлых выходных, по совершенно случайному стечению обстоятельств, я оказался на матче любительской лиги в Квидич-Грин, — начал он, и его слова прозвучали как самая непринуждённая светская беседа. — И должен сказать, я был впечатлён. Очень впечатлён. Ваша игра в качестве охотника за команду «Золотые Соколы» была просто блестящей. Такая скорость, точность, нестандартные решения... Джеймс покраснел от удовольствия и смущения. — Ой, да ладно, это же просто любительская лига… — Талант остаётся талантом, где бы он ни проявлялся, — мягко, но твёрдо парировал Реддл. — Как вы, наверное, знаете, я имею некоторое влияние в Министерстве, и среди прочего, знаком с Барнаби Кемпом, главой Департамента магических игр и спорта. Лили внимательно смотрела на гостя, и в её зелёных глазах отражался свет камина. — Я позволил себе упомянуть ваше имя в разговоре с ним, — продолжил Том, и его губы тронула едва заметная, почти отеческая улыбка. — И, должен сказать, Барнаби заинтересовался. Он готов предоставить вам шанс пройти пробы в основную команду «Ффлинт-Фальконс». Они как раз ищут нового ведущего охотника. В гостиной воцарилась тишина, нарушаемая лишь потрескиванием поленьев в камине. Джеймс сидел с широко раскрытыми глазами, его чашка замерла на полпути ко рту. «Ффлинт-Фальконс» были одной из старейших и уважаемых команд лиги. — Вы… вы шутите? — наконец выдохнул он. — Я редко шучу на тему карьеры многообещающих волшебников, — ответил Реддл с улыбкой. — Ожидайте письмо совинной почтой от Кемпа завтра утром. Внезапный, пронзительный плач разорвал тишину, донесясь с верхнего этажа. Лили тут же вскочила. — Извините, это Гарри, — сказала она и быстро поднялась по лестнице. — Мне не стоило приходить в столь поздний час... — Реддл изобразил на лице смущение. — У меня самого нет детей, поэтому я и не подумал... — Да что вы, всё в порядке! — горячо возразил Джеймс. — Гарри просто проснулся. К тому же, вы принесли самые прекрасные новости, которые только могут быть! Пару мгновений спустя, в гостиную вернулась Лили, державшая на руках маленького Гарри. Младенец, успокоенный материнскими руками, уже тихо посапывал, уткнувшись личиком в плечо Лили. Его тёмные волосы с возрастом обещали стать такими же непослушными, как у отца. — О, так это и есть наследник семейства Поттеров. — Том Реддл медленно поднялся. Он подошёл к Лили и склонился над ребёнком, заслонив свет от камина, и на мгновение бросив тень на маленькое личико. Гарри открыл глаза. Изумрудно-зелёные, точно такие же, как у матери. Он без страха уставился на склонившегося над ним незнакомца. Том замер, его пронзительный взгляд был прикован к ребёнку. Казалось, в комнате стало тише и холоднее. — Он… — Реддл медленно выпрямился, его лицо снова стало вежливой, непроницаемой маской. — Я уверен, он вырастет великим волшебником. Он отступил на шаг и улыбнулся. — Мне пора. Ещё раз прошу прощения за беспокойство. Поттеры, всё ещё опьянённые счастливыми новостями, проводили его до двери, сыпля благодарностями. Том, вежливо кивая, надел плащ и вышел в холодную хэллоуинскую ночь. Дверь закрылась, убрав свет и тепло дома Поттеров. Том Реддл сделал несколько шагов и обернулся, посмотрел на аккуратный домик. Его лицо, освещённое слабым светом фонарей, утратило всю свою показную приветливость и стало холодным, как мрамор. В его тёмных глазах плескалось нечто неуловимое. Лёгкая улыбка тронула его губы. — Ну что ж, Гарри Поттер, — прошептал он так тихо, что слова мгновенно унесло ветром. — Посмотрим, кем ты вырастешь. И будет ли верно пророчество... Раздался довольно громкий в этой тишине хлопок, и тротуар опустел.