Допрос.
29 августа 2025 г., 11:21
Шатёр рода Чон был наполнен тяжёлым запахом ладана и масла для оружия. В центре, на возвышении, сидел глава семьи — отец Чонина, строгий, с холодными глазами, в которых не отражалось ни малейшей теплоты.
Чонин стоял на коленях перед ним, с опущенной головой. Его дыхание было ровным, но внутри всё сжималось в тугой узел.
— Мне доложили, — голос отца звучал как удар молота, — что наследник рода Чон исчезает по ночам. Что он уходит тайком.
Советник сделал шаг вперёд, склонив голову.
— Господин, я видел его своими глазами. Он встречается с кем-то у старых развалин.
Отец перевёл тяжёлый взгляд на сына.
— С кем ты встречаешься? Отвечай, Чон Ин.
Чонин сжал зубы. В голове мелькнуло лицо Сынмина, его дрожащая рука, его слова: «Я не отрекусь». И теперь именно от него зависело — выдать их обоих или взять всё на себя.
— Никем, — твёрдо произнёс он, поднимая взгляд. — Это ложь. Я уходил один.
Отец прищурился.
— Один? Для чего?
— Чтобы тренироваться, — холодно ответил Чонин. — В битве я не имею права на слабость.
Советник нахмурился, собираясь возразить, но глава поднял руку, заставляя его замолчать. Долгие секунды он всматривался в сына, словно пытался прожечь насквозь.
— Если я узнаю, что ты лжёшь, — произнёс он тихо, но с таким весом, что воздух похолодел, — ты перестанешь быть наследником.
Чонин склонил голову, скрывая дрожь в пальцах.
— Я понимаю, отец.
Когда он вышел из шатра, ночь показалась ещё более тёмной. Его сердце билось слишком быстро, но вместе с этим в груди горела одна мысль: ради Сынмина он готов был лгать, готов был поставить под удар всё — даже своё наследие.
Но он не знал, что в это же время в лагере рода Ли брат Сынмина уже готовился открыть правду их отцу.
