Необычные ощущения

Утро на базе Альцеста начиналось с привычных звуков: ругань, ворчание и щёлканье по клавиатуре. Сегодня эти звуки прерывались тяжелыми вздохами. Альцест чинил одну из камер, но его мысли были не с проводами, а с Невидимкой. –что ж ты такой нервный? – пробормотал он, прищурившись и пытаясь вкрутить винтик. Винтик сорвался и улетел куда-то под стол. –чтоб тебя– он выругался и покряхтел, но затем снова вернулся к наболевшему. Невидимка. Он только что был здесь, буквально десять минут назад. Заскочил, как обычно, тенью, принял печенье, что Альцест специально для него оставил. Альцест даже слышал, как он жадно хрустел им. Он пытался заговорить в очередной раз, задавать вопросы, но Невидимка, как всегда, не ответил ни словом, лишь мелькнул и, услышав какой-то шум снаружи, тут же улетучился, словно заяц, удирающий от стаи собак. Альцест с силой ударил кулаком по столу. Дерево глухо отозвалось. Эта его осторожность, постоянные бегства, это недоверие – всё начинало выводить Альцеста из себя. Он не желал Мятежнику зла, наоборот, всей душой хотел помочь, защитить, но тот продолжал быть холодным и недоверчивым. Альцест жаждал более близкого контакта, большей открытости, большего доверия, ведь он заслуживает его. И тут в его голове созрел план. Не самый честный, конечно. По сути Альцест никогда не приходил к таким уловкам, какая появилась в голове. Но что, если это единственный способ заставить Невидимку задержаться? В шкафчике на кухне, среди бинтов и антисептиков, лежала аптечка. А в ней–снотворное. Альцест иногда страдал бессонницей, и эти таблетки были его спасением. Сейчас они послужат не самой честной цели. Альцест почти не испытывал угрызений совести, когда растворял порошок в стакане с молоком. Белое, безобидное молоко. Осталось только ждать. Невидимка не появлялся до самого вечера. Альцест сидел, нервно поглядывая на специально оставленное для гостя окно. Сумерки сгущались, и уже решив, что Мятежник не придёт, он услышал легкий скрип. Окно открылось. Мятежник здесь. Невидимка ступил на пол, его глаза с подозрением оглядывали помещение. Он чувствовал что-то неладное. Альцест был необычно тих, не стремился закидывать вопросами. Он услужливо протянул Невидимке стакан с молоком. Мятежник взглянул на стакан и на мужчину, будто оценивая, достоин ли он этого скромного угощения. Ведь он не домовой. Даже так гость ходил как беспокойный зверь, его тело было в напряжении. Он был насторожен. Но, в конце концов, жажда взяла верх. Он забрал стакан. Альцест, скрывая нетерпение, ждал. Невидимка опробовал напиток на вкус, цвет и запах, прежде чем полностью выпить. Чуть сладковатое молоко, ничего необычного. Но что-то в поведении Альцеста его смущало. Что-то было не так. На табличке мгновенно появилось: "спасибо". Альцест, пытаясь потянуть время, неспеша задавал Невидимке вопросы. Он говорил тихо, стараясь не спугнуть и не придавать речи излишней эмоциональности. Но почему-то снотворное не действовало. Невидимка продолжал стоять, напряженный, как струна. А когда Альцест, решив, что время пришло, сделал шаг, чтобы приблизиться, Невидимка и вовсе сорвался, как дикий, осторожный зверь. В одно мгновение его уже не было. Альцест разочарованно простонал. Он хлопнул ладонью по лбу. Конечно он же не спит. Наверное стоило дать дозу побольше. Мужчина провел рукой по лицу. Он сможет попробовать еще раз завтра. Альцест почитал немного, пытаясь успокоить нервы, а затем лег спать. Подул сквозняк. Это был Невидимка. Неожиданно. Альцест, уже задремавший, моргнул. Он подумал, что гость, как обычно, задержится на минуту-другую и снова исчезнет. Но затем он ощутил, как в темноте на его кровать опустилось что-то тяжелое. Альцест замер и его сердце забилось сильнее. Одеяло грубо сдернул невидимый гость. Невидимка был явно недоволен. Ошарашенный мужчина нацепил на нос очки, которые всегда лежали рядом, и поспешно включил прикроватную лампу. Тусклый жёлтый свет осветил его вспотевшее лицо и полуголое тело. В следующее мгновение на его паху появилось давление, будто на него кто-то сел. Альцест вздрогнул. Его глаза расширились. –Невидимка???– спросил он, его голос был смесью шока и смущения. Он попытался поднять руку, чтобы дотронуться до невидимой фигуры. Мятежник, словно разъярённый дух, грубо схватил Альцеста за руку, которую он к нему тянул. Его невидимая хватка была сильной, предупреждающей, полной негодования. Невидимка явно не собирался прощать ему того, что Альцест подсыпал. В полноватый живот мужчины упиралось что-то твёрдое. Сначала Альцест просто отказывался верить в то, что это может быть. Невидимка же грубо потерся о чужой пах, намекая, что он недоволен и ему некомфортно. –подожди..подожди. Что это значит? –черт, блять, убери свой член подальше, Уолтер Дальше ему говорить не дали цепкие руки, державшие его голову и поцелуй, глубокий, резкий и нетерпеливый. Альцест и Невидимка почти ударились зубами, второй будто присосался. Так же резко Мятежник и отстранился. Мужчина не слышал пыхтений и ворчания гостя. Но ощущал его горячее дыхание, частое и поверхностное. –что с тобой такое?! Я не буду заниматься с тобой сексом сейчас- К Альцесту лишь сейчас пришла мысль, что кто-то мог подменить снотворное в его аптечке на афродизиак. Черт. –оо, прости, дружище, я ж не знал- От постоянного нетерпеливого трения о пах, этой стихийной страсти и мыслей, какой же Альцест мерзавец, его охватило возбуждение. Хах, Невидимка действительно никуда от него не денется, пока эта слабость плоти не уйдёт. Не то чтобы Альцеста привлекал интим, он был другого типажа и мыслил иначе. Но разве можно отказаться от желанной близости с неуловимым другом? Невидимка стянул с мужчины нижнее бельё. Ведь оно изначально было лишним. А напряженный член под ним приятно упирался. Невидимка поерзал и гладкий орган потерся меж его ног. Ему это нужно. Плевать что хочет Альцест. Мятежник слезает пониже, трогает незримыми пальцами стоящий член, пока Альцест с лицом полного смущения, напряжения и внимания наблюдает за этим. И вот, головка члена окружается влагой и теплом. Левая рука гостя лежит на бедре, вторая в низу живота. Невидимка посасывает самую верхушку, ждет, будто думает, и берет глубже, обводя и накрывая горячим языком. Альцест закрыл лицо рукой. Он хотел пухловатыми пальцами проникнуть в невидимые волосы, взять покрепче и не отпускать. Альцест видел как его член немного движется вперёд-назад. Это так заводило. Все таки мужчина хватает Невидимку за волосы, несильно двигая его голову. Альцест почти видел это злобный, полный бессилия перед потребностью и колючий взгляд. Невидимка прожигал его глазами, послушно глотая член все глубже. Резкий шлепок и Невидимка даёт понять, что нечего его трогать. –тц, ты гордый Гость и сам отлично справлялся. Он делал подобное вовсе не для Альцеста. Сам Альцест не совсем понимал зачем Невидимка столь тщательно и старательно покрывает его член слюной. Быть может хочет сожрать. Так он чувствовал, ведь гость был будто зверски голодным, раз так жадно прилип к органу. Альцест скрестил руки на груди, так, будто он наблюдает за работой наложницы, что так мастерски ублажает своего господина. Невидимка облизал головку и остранился. Альцест долго будет вспоминать эти жадные влажные причмокивания. Даже жаль, что он не способен услышать голос Мятежной личности. Как оказалось, на этом вовсе не всё. Гость подползает ближе, под ним остаются вмятины на простыне. Он оценивает Альцеста подозрительным прищуром и садится, седлая чужие бедра. Он мстительно ерзает, сидя верхом. Тело под ним напрягается, чего не замечает Невидимка, продолжая тереться и отчаянно прижиматься ближе к мужчине. Альцест становится куда строже, но не мешает гостю. Член болел от напряжения, было слишком тесно и жарко, чтобы Невидимка мог это вынести. За что ему эта унизительная пытка? Мятежник крепко берет чужой член в руку и медленно садится, вводя его в себя. Он вскрикнул от боли, разрывающей его, но она была уже так привычна. Его положение сглаживал уже достаточно влажный член партнёра. Немного времени и Невидимка полностью сел, позволяя твёрдому органу Альцеста заполнить каждую клеточку внутри с влажным хлюпом. Эта влага, боль, тепло и дискомфорт сводили с ума. Невидимка двигает бёдрами и тогда член проходится по простате, заставляя прикусить губу и уйти в секундный экстаз. Альцест же получал уникальный опыт. Он был в своем узком невидимом друге, глубоко, будто его туда засосало. Он чувствовал движения и даже их видел. Через прозрачное тело гостя он видел свой член, который терся и вновь, и вновь заполнял его. Это были самые необычные ощущения. Только этот секс позволит ему испытать подобное. Альцест теряет холодность и отстранённость. Он держит Невидимку за талию и двигает бёдрами, погружая орган внутрь. Гость же, не в силах этому противиться, сжимает чужие плечи. Ему хорошо. Ему плохо. Ему больно. Он хочет ещё. Невидимка почти плачет от унижения и боли. Но позволяет рукам блуждать по его истерзанному телу, обводить и пальцем нащупывать соски, считать кубики пресса. Кто кого? Невидимка почти трахал Альцеста, сидя на нем. Но и сам Альцест не лежал бревном. Ему доставляло удовольствие видеть свой член и понимать, что он внутри Невидимки. Гость кладёт руку Альцеста себе пах. Тогда без лишних слов мужчина мнет и двигает рукой. Невидимка благодарил свою немоту для мира, ведь сейчас так жалобно проскулил. Да, пусть Альцест продолжает. Это то, что нужно. Невидимка кончил первым, что немудрено. А вот Альцест. Он не дал гостю отстраниться, когда пульсирующий член исторгнул полупрозрачное семя. Было занимательно наблюдать, как телесная жидкость стекает по стенкам. Невидимка воспротивился, но Альцест уже не держал. Гость задержался ещё на минуту. Разбил лампу в негодовании и спешно скрылся, как инкуб, оставляя после себя холодный сквозняк.