Глава 12. Лишний в деле
29 августа 2025 г., 18:10
Харрисон продолжал копать. Он приходил в отдел раньше всех и уходил последним. Стопки досье, старые отчёты, забытые свидетельства — он вытаскивал на свет даже то, что остальные давно списали в архив. Его движения напоминали работу шахтёра: медленно, но неумолимо он приближался к жиле.
Он задавал слишком много вопросов. Не только подозреваемым и свидетелям, но и коллегам. Иногда он вдруг вставал у стола Энн и, глядя прямо в глаза, бросал невзначай:
— Забавно, что ты всегда рядом, Кроу. Всегда первая.
Она делала вид, что не слышит. Но знала: Харрисон подбирается ближе, чем кто-либо.
Последний раз она видела его два дня назад. Он задержался у её кабинета, оставил папку на краю стола и, словно случайно, задержал руку на её ладони.
— Если ты когда-нибудь захочешь рассказать правду… я выслушаю.
Он сказал это тихо, почти нежно, но в его голосе звучала тревога.
Энн только отпрянула руку и закрыла дверь перед его лицом.
А потом он исчез.
Машину нашли на окраине города, у старого склада. Дверь распахнута, ключи на сиденье. На обивке — пятна крови. Ни тела, ни оружия, ни улик. Только холодное эхо на пустой стоянке.
Отчёт лег на её стол. Чёрно-белые фотографии были безжалостны: рваное пятно на ткани сиденья, царапина на двери, брошенная в траве зажигалка. Она смотрела на снимки и знала правду, хотя рапорты молчали.
Харрисон докопался. И его закопали.
Вечером Тоби пришёл. Он вошёл без стука — как всегда. На руках ещё оставалась кровь, запёкшаяся коркой. На куртке — тёмные брызги, на лице — тени. Он не объяснял и не оправдывался. Просто сел в её кресло, склонив голову, уставившись в пол.
— Ты знала, что так будет, — сказал он глухо.
Энн встала у окна, закурила, не оборачиваясь.
— Я знала, что ты не оставишь его живым.
Он поднял взгляд. В мутных, дёргающихся глазах плескался странный огонь.
— Он мешал. Он смотрел на тебя так, будто имел на то право.
— Ты сделал выбор за меня, — её голос был ледяным.
Тоби резко поднялся. Его шаги были рваными, но уверенными. Он подошёл почти вплотную, и горячее дыхание коснулось её лица.
— Нет. — Он говорил тихо, но каждое слово било, как удар. — Я сделал выбор ради нас двоих.
Энн не отступила. Она смотрела прямо в него: на его тики, на дрожащие губы с чёрными кольцами, на руки, в которых ещё час назад была жизнь её напарника.
Она понимала: теперь они связаны не только сделками, уликами и тайнами. Теперь между ними кровавая дорога. Общая вина.
И эта вина была клеткой. Тесной, ржавой, без замка и без выхода.
Энн выдохнула дым и впервые ощутила: это клетка, в которую она вошла сама.
